Молодец. Не кончил. Не трогал себя. Умничка, а не мальчик.

***

      Все знали, что между ними любовь. Они и не скрывали. Но для некоторых это выглядело чересчур. Это и вправду было чересчур. Но по любви.

***

      Эльдар собирался добавить эту песню в свой альбом, но Даня предложил анонсировать её раньше, выпустив вместе с ней и клип. За пару часов, комик составил сценарий клипа, после чего был отправлен Алине на правку и утверждении. Девушка согласилась и с удивлением заметила, что идея и вправду отличная.       Обсуждали съёмки, аренду, актёров и многое-многое другое ещё три месяца. Долгожданные съёмки начались только в конце августа, когда солнце было ярко-обжигающим, совершенно несвойственным для Питера.

***

      Многие из съёмочной команды приехали ещё в девять утра. Эльдар подъехал только около половины первого, но был одним из первых, кто снимался непосредственно в клипе. Алишер, Старый и Прокофьев уже были на месте и бесились как могли. В час подъехал автобус для первых кадров.       К трём подъехал Поперечный, которому Эл позволил поспать подольше. И спустя несколько минут, парень уже застрял жопой в детской горке.       — Я боком съехал и у меня прям кости встряли там, — жалобно сказал Поперечный своему парню, пока тот шёл на горку.       — Бля, слушай. Чё то кажется, что нет. А нет.       Эл съехал с красной горки и сразу встал на ноги, очутившись в объятиях Дани и получив похвальный поцелуй в лоб.

***

      — Кстати, овсяная шлюха заебато звучит, — раздался глухой и грубый смех Музыченко, после фразы Дани, — еблан запечённый в молодой картошке.       Громкий смех и выкрики долго доносились в центре зелёной лужайки.       — Пидор кипяченый! —крикнул Эл.       — Кипяченый — какое слово хорошее!       Но парням пришлось перейти в тень, так как Эльдар забеспокоился о Дане. Солнце нещадно палило и грозило рыжему скоро обгореть.       Только ближе к шести они принялись к съёмкам в доме.       — Клип у нас опасный достаточно. Спецэффекты. Трюки. Поэтому, на всякий случай, у нас здесь дежурит бригада скорой помощи, если вдруг кто-то умрёт, например. Или на Поперечного люстра не так упадёт, — Эльдар рукой махнул на машину, пока его снимал оператор.       От такой заботливой фразы в кадре сразу появился Даня, подхватывая Эла и кружа в воздухе, пока парень за камерой уже пытался запомнить, что надо туда будет либо какой-нибудь милой музыки вставить, либо вырезать.       В восемь вечера стали снимать начальные кадры, как Даня, Юра и Полина заявляются на тусовку с тортом и пивом. Затем приматывали Музыченко к голове и рукам стаканчики. Тусили как на настоящей вписке. Танцевали под песню на репите. Ели и пили. Кайфовали.       Пока Эльдар кривлялся перед камерами, рыжий сидел рядом и следил за парнем, боясь, чтобы тот как-то не поранился. Куча проводов и уже пьяные друзья были крайне опасны. За это, Эл мягко успокаивал Данилу, когда пьяный Юрец раздавил идеально ровную, блять, чипсину комика.       Но после, в девять вечера, Даня и сам стал вести себя как ребёнок, играя на улице со скульптурой женской груди.       В одиннадцать, когда уже окончательно стемнело, снимали момент, где Старого разрезает пополам. Поперечный сидел рядом с Элом, прижавшись максимально близко, делясь своим теплом и ещё прохладным пивом.       Ближе к полуночи, пока на улице готовили коробки к съёмке «атаки мертвецов», в доме ребята готовились к падению люстры.       — Блять, это всё будет падать на Даню, — его голос немного подрагивал из-за переживаний. Стоящий рядом рыжий потрепал Эла по голове, успокаивая. Всё же будет хорошо.       Звон падающей хрустальной люстры и взорвавшегося пакета крови перекрывал достаточно естественный крик ребят. Двадцать шесть тысяч рублей разлетелись по полу. Пока все в ужасе кричали, Даня посмеивался за камерой и ловил редкий взгляд Джарахова, истерично смеющегося про себя.       Хотелось спать. На часах уже четыре утра, а они в перерыве между съёмками смотрят, как Эльдар прыгает с балкона на коробки.       — Джарахов, нет! Ты не будешь этого делать! — послышался грозный голос рыжего, стоящего внизу и вместе с другими смотрел вверх на парня.       — Даня… не будь занудой! — раззадоренный алкоголем Эл весело смотрел своими блестящими глазами на комика, — Ничего со мной всё равно не будет.       Страшно.       Сердце Поперечного гулко билось в груди, переживая за этого дебила, весело стоящего на балконе. Руки так и чесались врезать тому, кто позволил рэперу сделать это. Глаза бегали от Алины к Эльдару, надеясь услышать, что кто-нибудь из них скажет, что хватит. Что шутка.       — Дань, ты как мать-наседка! Хуже Ильича!       Съёмочная группа засмеялась от шутки, кажется, Музыченко, а лицо налилось кровью. Злость и обида клокотали в душе, грозясь вылиться во что-то серьёзное, за что парень потом будет обязательно жалеть. Но на плечо легла тяжелая рука Алишера, который отходил несколько минут назад, чтобы поговорить с Кашиным. От него несло алкоголем и сигаретами, которых Поперечному захотелось как никогда.       — Дань, дай ему побаловаться. Парень веселится хочет, а ты со своими нравоучениями. Я недавно сам это понял — если он хочет, пусть делает. Главное не запрещать и присматривать со стороны. Я тоже с Данькой заебался. От его выходок хотелось въебать ему хорошенько.       Хоть все и предполагали, что в этих отношениях, как и всегда, творить всякую дичь будет Алишер, но их предположения не оправдались, потому что тот почти совсем завязал с алкашкой, тогда как Даня вёл себя как долбаёб. Моргенштерн следил за Кашиным и заметал следы после буйств. Любовь, хули…       Поперечный расслабился и махнув в сторону радостного Эльдара, который лучезарно улыбался всем после не очень удачного прыжка, пошёл подальше от дома — курить, пока ребята направлялись в дом, снимать, как Трубенковой в глаз «летит» нож. Эльдар должен быть занят ещё полчаса.       Попытки у парней бросить курить совершенно не увенчались успехом и они продолжали покупать сигареты, в надежде, что эта пачка точно последняя.       Но сейчас Дане захотелось особенно сильно закурить. Немного расслабиться не помешает. Весь день бегать по дому. За Эльдаром следить. С Юрой выпить и выслушать о вечных разногласиях с Пашей. С Алиной по поводу сценария поговорить. А тут ещё и Джарахов начал буянить.       Сизый дым приятно расслаблял, но вкус табака оставался на кончике языка горьким послевкусием. Руки мёрзли, но парень упорно продолжал стоять без куртки, которая благополучно была оставлена в доме. Тоненькая красно-белая футболочка не спасала.       Небо было красивого розового цвета и с большими пушистыми облаками. Завораживающий рассвет мягко светил из-за леса. Но долго полюбоваться не получилось. Сигарета почти догорела и шум хрустнувшей ветки за спиной отвлекли рыжего.       — Дань. Прости…       — Поехали домой.       — Мне ещё надо сниматься.       Уехали только в полвосьмого. Даня был слишком уставшим, чтобы сердиться на парня. И, являясь одними из единственных, кто не остались ночевать в доме, они уехали моментально, едва Алина успела сказать «стоп».       Эл был сонным, но только дверь машины за ним захлопнулась, спать расхотелось.       Между первым и вторым рядом сидений была достаточно высокая перегородка, из-за которой было видно лишь лицо пассажиров, но не интересующийся своими клиентами водитель даже не смотрел в зеркало на них.       Таксист был хорошим человеком. Музыку включил только после одобрительного согласия рыжего. Не болтал. На парней не смотрел. Это дало Дане больше возможностей простить Эльдара. Злость прошла. Осталась лишь сладкая жажда мести, разливалась в душе предвкушающей волной.       Поперечный положил свою ладонь на непокрытую шортами чужую коленку. Прохлада руки неприятно контрастировала с тёплой кожей ноги. Мурашки прошлись по телу Эльдара. Сердце стало биться в груди как птица в клетке, сдавленная стенами запретов. Только парню было страшно. Было непонятно, что собирался делать Даня. Он непредсказуем. По удивительному непредсказуем.       Пиздец…       — Когда мы приедем, я не позволю тебе отойти от меня ни на шаг, пока ты мне не отсосёшь, после чего кончишь. Без рук. Прямо в одежде.       Вторая волна паники прошлась по телу холодной волной. Словно ведро ледяной воды вылили. Тихая фраза, сказанная на ухо вызвала смущение и отвлекла парня от руки, мягко скользнувшей выше, задержавшейся на внутренней стороне бедра. Лёгкими касаниями поднялась выше, мягко сжав чужой член на пару мгновений, и вновь вернулась на колено.       Даня сидел как ни в чём не бывало, изредка кидая на Эла хитрый похотливый взгляд. Рука блуждала по бедру, иногда задерживаясь возле паха и вновь продолжала ласкать, рисуя незамысловатые узоры на теле.       Эльдару резко стало жарко. Всё внутри накалилось до предела, распаляя воздух вокруг. В глазах темнело, но Поперечный иногда слишком сильно сжимал бедро, причиняя отрезвляющую боль. Руки начали трястись.       Для правдоподобности, что в порядке, парень даже открыл инстаграм, смотря сториз друзей. Но Даня был настойчив. Он был резок, груб и прямолинеен в своих желаниях. Если бы не это качество в нём, парни бы ещё долго упивались «неразделённой» любовью, пока не поцеловались бы у кого-нибудь на вечеринке, а утром начали говорить друг другу, что это ошибка. Что алкоголь. Что просто друзья. Пока не умерли в ванне с пустыми венами, как и их души. С разбитыми сердцами.       Ладонь уже согрелась и приносила не столько дискомфорта как ранее. Настойчива массируя член парня через брюки, Поперечный умело контролировал своё возбуждение. И совершенно не контролировал свои руки.       Эл шумно втягивал воздух через нос, теряя остатки рассудка. В ушах шумела кровь и старые песни Аллегровой, льющейся из старой магнитолы машины. Перед глазами стали проноситься знакомые пейзажи, намекая на скорое прибытие домой.       Неловко.       Парню на колени приземлилась длинная толстовка, пахнущая виски с колой и мятной кровью. Рыжий усмехнулся и одним лишь взглядом сказал: «Прикройся». Похабная ухмылочка и пошлый взгляд, с нескрываемым чувством веселья — в этом весь Поперечный.       Кофта и вправду помогла прикрыть стояк, поэтому выходить из такси было менее неловко. Но было лёгкое головокружение и дискомфорт при ходьбе.       Только дверь квартиры за Даней захлопнулась, он сдёрнул с Эла свою же кофту. Скинув с себя куртку, он притянул младшего ближе, грубо целуя.       Хочу…       Нет. Скорее кусая. Терзая губы парня, вылизывая его рот, он взял его руку в свою и положил на собственный вставший член.       — Ты думал, я шучу?       Эльдар быстро задёргал головой, смотря на парня снизу вверх своим щенячьим взглядом. Хотелось поскорее кончить. Но он не сможет это сделать без разрешения. Он знал правила. И чтил их. Нашкодил? Будь добр — неси ответственность.       Ноги уже не держали. Ощущение горячего члена в своей руке распаляло сильнее, а горячий язык в своём рту сводил с ума, пока воздух стремительно покидал лёгкие и сердце, кажется, засело в горле, не давая вздохнуть в полную грудь.       Повернувшись к стене, Даня усиленно надавил на плечи младшего, заставляя встать на колени. Он с ним не церемонился. Точнее, он знал, что Элу нравится грубо. А для Поперечного это предлог, слегка поиздеваться над парнем.       — Руки не опускать. Себя не трогать. Делай всё сам.       Трясущимися руками Эльдар справился со шнурками, завязанными в узел, и слегка приспустил спортивки вместе с боксёрами, обнажив крепкий стояк.       Шероховатый язык прошёлся по красной головке, а затем провёл влажную дорожку прямо до основания пениса. Лёгкий контраст прохладного воздуха и тёплой кожи приятно дразнил чувствительные рецепторы.       Эльдар сел поудобнее. Собственный стояк мешал.       Бля…       Во что ввязался?       Сам виноват.       Проведя языком ещё пару раз по стояку старшего, он всё же взял его член. Хоть и наполовину. Но уже заслужил расслабленные стоны сверху и поглаживающие пальцы в светлых вихрях. Массируя и надавливая кожу на голове, Даня едва сдерживался, чтобы не сорваться и не оттрахать Эла в рот, пока тот не станет захлёбываться в собственной слюне и чужой сперме. Но он не мог. Да, Джарахов провинился. Но он не станет причинять своему мальчику боль. Нет.       Не спеша, парень понемногу заглатывал больше и больше, помогая себе рукой.       — Ах…ты так круто смотришься с членом во рту. Надеюсь, до меня там не бывали никакие другие. А то я начну ревновать!       Эльдара это заводило. Больше прикосновений. Больше поцелуев. Больше длинных пальцев, оттягивающих волосы или растягивающих мягко и аккуратно. Грязные разговорчики — причина смущения и моментального стояка Джарахова. Собственно это его и стало беспокоить, больше, чем жестокая хватка в волосах.       Губы быстро скользили по напряжённому пенису. Втянутые щёки и стекающая с подбородка слюна затрудняли дыхание. Увеличивая темп, Элу приходилось дышать через нос. Часто-часто, чтобы не вызвать рвотных позывов. Трёхлетняя практика с этим рыжим бесом была достаточно хорошей.       Язык ласкал чувствительную кожу, за что получал одобрительно-поощрительные стоны откуда-то сверху. Пальцы сильнее впились в голову, притягивая ближе. Самообладание пошло по пизде, при виде этих жалобных глаз, в уголках которых скопились слёзы, стекающие по красным от работы и возбуждения щекам. Резко оттянув волосы назад, Поперечный услышал протяжный стон, вибрацией отразившийся на его члене. Сучка.       Джарахов уже не мог терпеть. Тугой узел желания болезненно давил на тело; в голове была каша из желания кончить и почувствовать член в заднице. Но Даня был уже на грани.       Рваные стоны резко прекратились, а крепкая рука притянула ближе, проводя напряжённой головкой в глотке. В горле растеклась тёплая и липкая сперма, бёдра под руками задрожали.       — Сукин сын… Ох блять! Рабочая у тебя глотка.       Эл отстранился, глотая сперму и свою же слюну. Но, грозясь захлебнуться, несколько струек бледной жидкости стекли по его подбородку, черча дорожку на шее и пропадая под тканью футболки.       Даня натянул штаны и боксёры, прежде чем расслабленно присел перед младшим. Его лицо выражало удовлетворение и полное спокойствие. Но в глазах всё ещё плясали дьявольские чёртики.       Схватив недовольного парня за подбородок, он притянул его ближе, обжигая его влажные губы и яркие щёки своим табачным дыханием, затягивая ком возбуждения внутри.       Поцелуй вышел ленивый и расслабленный. Даня почувствовал на языке собственный солоноватый вкус, пробравшись в чужой рот. А Эл уже не мог ничего делать. Всё тело невероятно ломило, а любые действия приносили дискомфорт.       Взгляд Поперечного упал на оттопыренную ткань шортов, испачканную в небольшом количестве предэякулятора. Влажная лужица плохо виднелась на тёмной ткани.       — Молодец. Не кончил. Не трогал себя. Умничка, а не мальчик.       Даня стянул с младшего футболку и слизнул влажные дорожки собственной спермы. Прикусил кожу на шее.       Эльдар чуть не закричал. Но всё равно очень громко простонал, сорвав голос. Он кончил. Перед глазами проносились звёздочки. Голова кружилась. Дыхание наконец-то по чуть-чуть стало выравниваться. Уши заложило и жутко звенела кровь. Руки с силой сжались на чужих плечах.       Блять.       Пиздец.       Нахуй его.       — Дань…       — М?       — Прости…       — Всё хорошо. Ты искупил свою вину. Почти, — Эл взглянул ему в глаза, с трудом подняв голову от чужого острого плеча, и увидел тёплую улыбку, от которой внутри всё теплело и трепетало, — ладно уж. Пошли в душ. Нам спать только три часа осталось.       Он приподнял расслабленное тело Эльдара, неся его в ванну.

***

      Сонные ребята старались подтягиваться к десяти, но из-за недосыпа, всё это затянулось до двух дня. Только после этого приступили к минимальным съёмкам. Пока снимали одних, другим делали грим. И всё в экстренном порядке.       В начале седьмого Эльдар был занят съёмками доме, не контролируя гримирование своего парня, чему последний был крайне недоволен. Музыкант сначала долго и упорно пытался со всей силы выстрелить пеной шампанского. После чего, защищаясь от зомбированного Юрца, он должен был разбить о его голову тарелку чипсов.       В одном из первых кадров, тарелка разбилась прямо у Эла в руках, попав осколком Юре прямо в глаз. Музыченко долго проклинал не то Джарахова, не то посудину, но в конечном счёте просто выплакал острый кусочек и продолжил съёмку.       Спустя почти четыре часа, когда уже было достаточно темно, Даню вешали на тросах, стараясь проверить работоспособность установки. Пока парня крепили, взволнованный Эльдар прибежал к нему.       — Блять! Я Музыченко в глаз попал осколком тарелки. Она у меня прямо в руке разбилась!       Музыкант сильно переживал, пока Поперечный, находясь в неудобном положении, не потрепал его по светлым волосам, после чего притянул ближе и поцеловал. В это время подошёл недавно приехавший Ларин, наблюдавший за столь милой сценкой.       Пока Эл участвовал в съёмках с Димой, Даня сидел рядом с Алиной, наблюдая за довольно-таки милым общением бывших врагов, которые довольно-таки быстро досняли материал.       В полночь уже всё было снято, но Ларин всё ещё продолжал болтать с Джараховым. Поперечный ревниво смотрел на эту парочку, пока болтал с Алиной по поводу сложности этого проекта. Ревность заполняла голову, но весёлый Макс, стоящий сзади считал настроение своего друга и быстро отвлёк его разговором о предстоящем выходе спэшла.       В пол пятого ребята стали петь Вадиму песенку, поздравляя с днём рождения. Торт нёс зомби-Музыченко, забавляя всех своим видом, не отличавшимся от своего алкогольного состояния. После чего Юре прикрепили мини-взрывчатку, неопасную для человека, и имитировали выстрел Вассы в него.       В это время, ребята повторяли танец на улице. Даня, также участвуя в своеобразном флешмобе, сказал их хореографу, что из одного движения слишком сложно выйти, но пришедший Эльдар начал отвечать ему, как лучше делать, после чего они совершенно забыли о других.       В какой-то момент, у обоих парней выдались свободные десять минут и рыжий предложил кое-что поинтереснее и бодрящее, чем чашка кофе. Эльдар отказался, сказав, что с Даней это не получится побыстрому.       Он отомстит. Обязательно. Парень что-то совсем забыл правила.       В начале шестого Эла подняли на тросах. Во время съёмок прыжка он ударился о коленку парня, на которого прыгал. Не успев услышать Алинино — «стоп!» — Поперечный оказался рядом с музыкантом, спрашивая о его самочувствие и состоянии подбородка. Успокоив его поцелуем, он отправил рыжего готовиться к собственному повешанью.       Это пролёт, Эльдарка.       В полседьмого Даню подвесили на тросы, прикрепив с двух сторон от тела кусочки бензопилы. Эта сцена была одной из немногих сцен, где Поперечный и Эл снимались вместе, смотря друг на друга. Это была правка Алины, которая убрала почти все совместные сцены ЭльДани, вместе с согласием репера. Комику лишь оставалось угрюмо смотреть и мысленно материть младшего.       — Бля у него полный рот крови. Надо смешить его старыми мемами.       Даня засмеялся сквозь плотно сомкнутые губы, думая над тем, что же он сделает с этим уёбком после съёмок. Если эта кровь выльется, то ему ещё дольше придется мучиться с новой порцией этой мятной жидкости, которая изредка стекала по горлу вниз липкими сгустками.       Но всё же после каждой фразы «стоп» во время съёмки этого момента, репер сразу же становился на носочки и целовал Даню прямо в губы, покрытые огромным количеством искусственной крови, похожей по вкусу на мятную зубную пасту. Все слегка морщились на «этих пидоров», не внося в эту фразу никакой злобы, а просто испытывали лёгкое отвращение от искусственной жидкости.       Но странно, когда снимали сцену, примерно часов пятнадцать назад, со Старым, где он плюёт кровью прям в рот Вассе, всем было окей.       Эла раз за разом поливало огромным количеством искусственной крови изо рта Дани, но он продолжал терпеть. Но в какой-то момент, он почему-то психанул.       — Бля, чё за хуйня? Много ещё снимать?! У меня уже трусы в этой сраной крови.       Ребята рассмеялись. Кто-то даже крикнул максимально пидорскую шутку, намекая, что Поперечный просто неаккуратно его растянул. Но одного лишь грозного взгляда Дани сверху было достаточно, чтобы хохот прекратился. Его лишь интересовало то, что же так не понравилось Эльдарке? Сукин сын.       В девять начали снимать танец. Спустя час, когда солнце уже жарило ребят, в десять двадцать, Пязок последний раз крикнула «стоп» и камера больше не включалась на этой локации.       Все радостные и довольные актёры разъезжались после того, как с них сняли весь грим и выдали небольшую часть премии, в виде оставшегося алкоголя и еды. Алина и операторы остались на локации, собирать оборудование. А девушка задержалась ещё дольше, контролируя уборку дома.

***

      Разморенные ранним солнечным теплом парни ехали домой, стараясь не заснуть прямо в такси. Эльдар, закутанный в тёплую кофту Поперечного, всё же уснул на остром плече у Дани, изредка стукаясь головой об него на особой резких поворотах.       Спать хотелось сильно. Но сильнее хотелось только покурить и потрахаться. А нечего было Элу ходить без футболки, когда особо жарко, светить мышцами, сквозь мокрую от искусственной крови одежду, и особо выразительно вертеть жопой, когда на него натянули страховку на тросах.       Поблагодарив таксиста, Даня вышел из машины с Эльдаром на руках, мирно сопящим в шею. Лёгкая злость ещё клокотала в груди рыжего, но тот заглушил её словами Моргенштерна. Хотя нет. Он не станет сдерживаться.       В лифте Эл мило поморщился и проснулся.       — Дань…       — М?       — Поставь меня.       — Нет, — Поперечный видел в зеркале, как Джарахов смутился и покраснел, — сейчас поднимемся и иди куда хочешь. Хоть спать. Хоть в окно.       — Не хочу спать. Давай позавтракаем.       — У меня другие планы.

между этим и иным

      Эльдар крепко стоял на ногах, пока Даня открывал входную дверь. Только дверь за парнями закрылась, младший был прижат к стене, теряя остатки воздуха. Поперечный смотрел на него сверху вниз, похотливо раздевая взглядом и плотоядно облизываясь. Он уже начинал возбуждаться.

между нашим и твоим

      Грубая ладонь легла на шею, слегка сдавливая, пока другой рукой парень скинул рюкзак. Взгляд был прикован к слегка испуганным глазам Эла, пристально изучающего лицо своего парня.

если ты не против

      Дыша прямо в губы, Даня не позволял прикоснуться к нему, видя нарастающий интерес и возбуждение у музыканта, начинающего нетерпеливо ёрзать у стены. Сердце билось в горле, губы сильно пересохли, а голова кружилась от привычного запаха табака и Даниного аромата апельсинового шампуня.       — Я же могу тебя держать так, пока ты окончательно не потеряешь сознание. А потом трахну прямо здесь — прямо на полу, пока ты будешь изредка просыпаться, а я снова, и снова буду душить тебя, оставляя яркий синяк на твоей прекрасной лебединой шее.

будь всегда напротив

      Поперечный чувствовал под рукой дёрнувшийся кадык, и усмехнулся своей животной улыбкой. Затем, резко опустил шею Эла, от чего тот чуть не сполз по стене, потеряв равновесие, и поцеловал. Жадно и грубо, не жалея своего парня. Зубами позволял себе задевать язык. Раздвигал ноги младшего коленкой, нажимая на пах.

между этим и иным

      Скидывая с себя кроссовки и кеды, испачканные искусственной кровью, парни, собирая все углы не маленькой квартиры, направились в спальню. Эльдара, которому было крайне неудобно дотягиваться до парня за поцелуем, Даня всё же подхватил за бёдра, сжимая руки слишком сильно.

между нашим и твоим

      Джарахов обхватил того ногами, притягивая ближе. Желание касаться преследовало музыканта всегда, распаляясь сильнее, при возбуждении.

если ты не против

      Промёрзлая комната встретила разгоряченных парней очередным «вздохом» полупрозрачной тюли. Кровать незаметно скрипнула под тяжестью влюблённых тел, раскрывая свои объятия прохладой не застеленного одеяла. Тёплая кофта вместе с футболкой были жестоко сброшены на пол, позволяя горячему языку Дани прикасаться к подрагивающим плечам Эла.

будь всегда напротив

      Чувствительная точка младшего была обнаружена ещё при первом сексе. Над правой ключицей была неглубокая впадинка, которая была что-то вроде точки «G». Эльдар мог кончить только от вылизывания и пары засосов на этом участке кожи. Даня знал это. Поэтому дразнил.

все покажу, расскажу, соберу тебя снова я

      Забравшись тёплой рукой под тугой пояс шорт и боксёров, Поперечный перехватил горячий член Эла у основания и лизнул солоноватую кожу на плече. Парня подбросило на кровати.

чья это фраза была?

      Эльдар знал, что хочет Поперечный. Он всегда, когда был зол на парня, делал две вещи: трахал Джарахова, пока он в обморок не свалиться, и курил. И только в таком порядке. И вот сейчас, Даня уже начал забавляться. Доводить до исступления, а потом втрахивать в кровать, что та снова начнёт скрипеть и бить по стене, мешая соседям.

говорила о море, море, море

      Парень и сам всегда знал, что провинился и готов принять всю кару на себя, но Поперечный всё равно очень аккуратно обходился с ним. До сегодняшнего дня. Рука на горле — что-то новенькое. Но не менее приятное. Хотелось ещё раз.

все покажу, расскажу, запишу на ладони твоей

      Грубый укус, граничащий с поцелуем, второй раз подкинул младшего на кровати и он издал первый томный стон. Глаза закатывались от тёплой ладони, размазывающей большим пальцем смазку по головке.

чья это фраза была?

      Даня в третий и последний раз прикусил кожу на плече и, стянув мешающую одежду с Эла, сел на ноги, поставив одну руку на кровать, а другой, у которой был палец в предэякуляторе, схватил подбородок младшего, кладя ему на язык влажный палец.

говорила о море, море, море

      — Ты был плохим мальчиком. Я переживал, а ты не слушал.       Эльдар плохо слышал его. Все его ощущения сейчас были направлены на ощущение грубости спортивок и дыхание на его щеке. Он стал облизывать палец, чувствуя солоноватый вкус на языке. Возбуждение тугим узлом натянулось внизу живота, болезненно давя на тело. Эл слабо дёрнулся, в попытке потереться о чужое бедро.       — Нет уж, Эльдарка… Сегодня по моим правилам. Вчера, видимо, ты не до конца всё понял.       Отвлеченный сильным возбуждением, Эльдар не заметил, как рука исчезла, а сам Даня встал с кровати. Его лицо выражало спокойствие, но в глазах плясали дикие чёртики безумия. Ярость и необузданное желание соединились и вылились горячей лавой возбуждения. Прикрыв шторы так, чтобы на кровать падала лишь бледная тонкая полоска света, парень скинул с себя одежду и взял из тумбочки тюбик смазки, сжалившись над младшим. Изначально была идея сделать всё со слюной. Жалко стало.       Джарахов метался по кровати, пока Поперечный покрывал его шею и грудь яркими засосами, слегка щекоча чувствительную кожу тяжёлым рваным дыханием. Когда парня перевернули, только тогда он понял своё положение. Возбуждение захлестнулось сильнее от тёплых рук на бёдрах.       Хотелось.       Это уже не первый раз, когда Эл провинился. Впервые, после такого «наказания», ходил счастливый. Не сидел. Только ходил. Дня три. Но было хорошо, а что потом — неважно. Главное здесь. Сейчас. И с Даней.       — Ты готов? Готов раскаяться?       Комик облизывал ухо младшего, пока тот стонал, беззвучно моля о продолжении, и невпопад кивал головой, теряясь от ощущений. Блондин особенно сильно задрожал от проходящих, словно ток, сквозь тело ощущений, когда старший не то поцеловал, не то укусил его в загривок. Рукой он раздвигал ягодицы и коснулся сжатых мышц прохладными пальцами со смазкой.       Даня вёл себя с Эльдаром, как кот с мышонком. Дразнил, играл, бегал, поддавался. А когда надоедало — ловил. И медленно-медленно издевался, пуская в ход когти и клыки. Можно сказать, играл. Только по своим правилам. Более жестоким, грубым. И беспощадным. А Элу нравилось. Его заводило. Думал, что может быть похожая реакция от алкоголя. Но нет. Джарахов мог добиться такого состояния, только дёргая кота за усы и наступая на хвост.       Добаловался.       Зубы терзали загривок, пока палец проник внутрь сжатых мышц, расслабляя и настораживая одновременно. Другой рукой парень взял подушку и, приподняв Эла, подложил под бёдра. Чтобы было удобней. Да и бельё только неделю назад меняли. Наволочку проще постирать.       Неаккуратное движение рукой и Даня коснулся простаты. Младший с протяжным стоном и хрустом в спине кончил.       — Сука… — тихо выругался сам на себя Поперечный, понимая, что Эльдар может вырубиться в любой момент, — нет уж, Эльдарка, спать потом будешь! — рыжий особенно сильно прикусил плечо младшего, заставляя его недовольно вскрикнуть, — Так то лучше! Ну прости.       Даня повернул голову Джарахова, касаясь его губ своими, словно извиняясь за свои действия. А Эл простил. Он понимал, что его «обида» была бы глупой, учитывая то, что если бы Поперечный этого не сделал, то ему бы пришлось трахать бессознательное тело музыканта, что было бы не очень приятно и правда заслуживало обиды.       Нежная пауза была прервана слишком быстро, оставляя музыканта с недовольным вздохом и вкусом мяты на губах. Сердце стучало в висках, бья по разуму желанием спать. А спать нельзя. Надо быть в сознании и подмахивать комику бёдрами, быстрее доводя его до исступления.       Эл знал что надо делать, когда три пальца уже свободно проскальзывали в нём, а Даня нетерпеливо тёрся членом о бедро младшего. Для Джарахова это была самая любимая поза — коленно-локтевая. Точнее, её усовершенствованная версия — он стоит на коленях, выразительно оттопырив задницу, лёжа грудью прямо на постели. Поперечный одобрял, а Эльдар получал массу удовольствия из-за правильного угла.       Но в основном рыжий занимался с ним любовью лицом к лицу. Миссионерская и наездник были привычными и приятными позами. А в такой, Поперечный только либо всю дурь выебать, либо была поощрительной на особые праздники. Как-то по советски, где секс по праздникам, а у них коленно-локтевая. Но, как говориться, в чужой монастырь со своим уставом не ходят. Да и их всё устраивало.       Резко вся сдержанность улетучилась, как и возбуждение вновь накрыло Эльдара, поэтому Даня резко вошёл в младшего. Со смазкой было очень просто и легко, но парень всё ещё оставался сильно узким. Но это лишь подогревало Поперечного, сразу настроившегося на быстрый темп.       Эл громко стонал, хрипя и теряя голос на половине фраз. Его прошибало возбуждение, раз за разом от контакта с простатой. В мышцах кололо. В голове стало слишком пусто. А воздух, кажется, совершенно закончился. За приятными ощущениями терялись грубоватые засосы-укусы на шее и плечах, около загривка.       Охуенно.       Узко.       Распластавшись на кровати грудью, Эл совершенно не чувствовал ничего, кроме себя и Дани, остервенело вбивающегося в его хрупкое тельце. Новый оргазм был не за горами.       Сначала мягкая волна удовольствия, а затем сильное оглушение. Как палкой по голове. Ноги разъезжались в стороны, но пальцы в волосах выдернули из пелены блаженства.       Быстро сжимающиеся стенки мышц довели Поперечного до собственного оргазма. Пару рваных движений и он упал на Эльдара, грозясь раздавить его своей тяжелой тушей.       Эл лежал уже, кажется, без чувств мило сопя в подушку. Даня, умилившись этой сцене, лёг рядом, наблюдая за этим милым личиком. Вытерев себя и Эльдара салфетками, парень надел боксёры и майку, отнёс запачканную наволочку в стирку и снова лёг на кровать, доставая из ящика недавно купленную пачку Винстона.       Сигарета вспыхнула в тонких пальцах. Первая затяжка и лёгкие наполняются сизым дымом. Вторая — и тело окончательно уходит в нирвану. После третьей, пепел стал сваливаться в пепельницу и в уголках глаз собирались слёзы от едкого дыма.       — Дай мне тоже.       У Дани из-за плеча послышался хрипловатый сорванный голос Эльдара. Протянув ему сигарету, парень поудобней устроился на кровати, разминая затёкшие плечи. Наблюдая за Джараховым, во второй раз затягивающимся, рыжий резко притянул его к себе, от чего весь дым переместился к нему в лёгкие. Их излюбленная «цыганочка» с поцелуем в конце.       — У тебя всё ещё поцелуй со вкусом коньяка.       — А у тебя со вкусом крови.       — Так это не тебе надо было зомби быть.       — Так не тебе надо было быть главным тусовщиком-алкоголиком.       — Спи, алкоголик.

***

      Алина решила не откладывать монтаж в дальнюю полку, надеясь в скором времени окупить клип, поэтому назначила встречу для обсуждения отсеивания материала уже через сутки.       Эльдар пришёл слегка помятый, довольный, как сытый кот, и чуток прихрамывающей, без желания садиться и стоял возле монтажеров. А Поперечный ходил рядом и хитренько улыбался всем подряд, говоря, что просто выспался. Лис.       Все возможно всё понимали, но не говорили. Ну и что, что это чересчур. Но по любви.

***