forgotten drug.

Чонгук уже месяц находится в Лос-Анджелесе. Альфа почти ничем не занимается. Дождливые погоды вызывают тоску, а сильный ветер – печаль. Он никак не может перестать думать о том, что сделал с Соки и их малышом. Единственный, с кем он общается – Хосок и охрана, которая всюду за ним следует. Альфа устал от этого замкнутого круга. Устал от того, что брат ему постоянно указывает, что делать. Он просто хочет вернуться обратно. Через неделю рождество, поэтому альфа решает, что никому ничего не скажет и вернется обратно в Сеул. Чонгук знает, что в его сторону будут сыпаться куча вопросов на счет Соки, поэтому он надеется, что брат ему поможет. Как и всегда.

〇

Солнечное утро. Тэхён лениво потягивается в постели и смотрит на время. «Пора в универ», – в голове произносит омега и встает, сразу же направляясь в ванную комнату. Там он быстро принимает ванные процедуры, делает нужные маски для лица, а затем лениво начинает утренний макияж, что состоит из одного слоя тонального крема, подводки для глаз и блеска для губ. Как только он заканчивает, сразу же направляется в гардеробную, где сам подбирает что-то простенькое и удобное. Даже в простой одежде Тэхён выглядит так, словно над ним поработали тысячи стилистов. Либо так, будто его ангел наделил такой неземной красотой. Снова сияя своей красотой, омега спустился по лестнице и направился в сторону кухни. – Доброе утро, – сказал родителям, что сидели за столом и завтракали. – Доброе, – сказал Лиён и улыбнулся. А Ханбин, как и всегда, даже взгляд поднять не умудрился. Не то, что поздороваться с сыном. Тэ выдохнул и присел за стол. Завтрак прошел тихо и спокойно. Каждый был занят своими мыслями, будто бы за столом сидит не семья, а вовсе незнакомые друг другу люди. Омега, позавтракав, встал и ушёл. Попутно переписываясь с кем-то в телефоне. В последнее время Тэхён предпочитал сам водить машину, поэтому сейчас, садясь за руль, завёл автомобиль и поехал в направлении учебного заведения. В универе было скучно, Тэ ни с кем не общается, а по своему другу он очень скучает, ведь не видел его уже почти два месяца. Всё это время внутри него все рассыпается на две части: на боль и обиду. Сам он понятия не имеет, почему с ним всё так происходит. Омега, вроде, хочет попытаться всё игнорировать, но это безрезультатно. Дикое чувство, что тебя покинул близкий человек, разъедает внутри огромную дыру. Во время пары ему на телефон поступил звонок от неизвестного номера, но он проигнорировал его и убрал телефон в сумку. После окончания пар в университет приехала полиция. Данная ситуация всех насторожила. – Вы Ким Тэхён? – обратился альфа-детектив. – Д-да, – неуверенно выдал. – Следуйте за мной, – альфа взял под локоть. – Что случилось?! – он остановился. – Труп вашего друга Хван Соки нашли в глубине леса, – теперь они медленно шагали к выходу. Внутри Тэхёна обрушилась еще одна стенка: смелого и независимого омеги. Перед всеми у Кима брызнули слезы из глаз, от чего они заблестели, а щеки начали краснеть. Пыхтя, он сел в полицейскую машину и поехал в участок. Омега влажными от слез глазами глядел в окно, за которым шел ливень. Как это он больше не вернется? Что этот Чонгук сделал с Соки? Убил, выслал из страны, превратил в камень? Но он всего лишь мертв... Это слово билось в голове, что была забита ужасающими мыслями. Слезы сами покатились из глаз. Соки был добрый, отзывчивый, ранимый. Тэхёну будет не хватать его. Очень. – Выходите, – коротко бросил детектив и покинул машину, направляясь внутрь. Тэхён в сопровождении двух полицейских также пошёл в здание, окружённое альфами-громилами. – Уводите его в комнату допроса, – сказал детектив. А Тэ, всё также плача, следовал за полицейским. Ждать долго не пришлось: детектив вернулся спустя пару минут с какими-то документами и сел напротив. – И так... – пауза. – Рассказывайте, – омега смотрит с непониманием. – Что? – Когда в последний раз видели Хван Соки? – детектив серьёзно смотрит. – Почти три месяца назад, – еле выдал. – Тогда мы были у меня дома, а потом он ушел с Чон Чонгуком... – дрогнул. – Что вы делали у вас дома? – альфа смотрит пожирающими глазами. – У меня должна была быть помолвка с его братом Хван Минхёном, но отменилось. – Причина? – У меня был другой... – обронил слезы. – Соки был беременный от Чонгука, – его слова привели детектива в шок. – Рассказывайте от начала и до самого конца, – всё также не сводя глаз с омеги выдал детектив. И омега сделал так, как его попросили. Рассказал о том, как Соки его впутал в случай с беременностью, а также об их плане с Джином, насчет Хангыль и о разговоре с Чонгуком. Когда допрос был окончен, его отпустили, и омега медленно пошагал к дверям, а когда вышел, то встретился с глазами, которые смотрели с беспокойством. – Джин-и? – омега подбежал к брату и крепко обнял, начиная пускать слезы. – Тише-тише, всё прошло, – гладит по спине. – И Хосок тут? Юнги... – удивлен. – Хангыль?! – потянул омега. – Отец, и вы тут. Я-то думал, что меня одного забрали, – дрогнул. – Как видишь, – сказал Ханбин. – Чон Хосок, пройдите, пожалуйста, – раздался голос детектива. – Малыш, я скоро, – альфа чмокнул Юнги в губки и прошел в комнату допроса. – Что это было? – Тэ удивлен. – А ты не знал? – Юнги хихикнул. – Хосок мой альфа. – Как давно?! – в шоке. – Уже год! – все также хихикает, но прекращает после намекающего кашля Каи. – Упс. – Ничего себе... – к нему подошел Хангыль. – Тэхён, мы можем поговорить? – альфа взял омегу под локоть. – Нам не о чем разговаривать, – буркнул и отвернулся. – Пожалуйста, – альфа потащил за собой. Ким пискнул, но сопротивляться не стал. – Что тебе нужно? – говорит он. – Я в тот вечер не хотел тебе вредить, правда, – с сожалением произносит. – Всё уже прошло. И ты не обязан объясняться перед мной! – слегка повысил голос и уже собирался уходить, но слова альфы его остановили: – Ты мне нравишься, Тэхён, – опустил взгляд. – Хангыль, прости, но это не взаимно, – сделал щенячьи глазки и обнял того. А у альфы внутри словно всё бурей перевернулось. Он не ожидал такой ответ. Ведь верил в то, что Тэхён тоже испытывает к нему чувства. Он поднял взгляд и сверлил спину омеги, что грустно походкой вернулся ко всем. Они провели в участке весь вечер. Допросы длились от части часа два. Тэ устал, его голова раскалывается на мелкие крупицы, а глаза болят из-за пролитых слёз. Несколько часов назад они посетили морг для опознания трупа. Как оказалось, это и есть Соки. Тэхён долго плакал. Из его жизни забрали, вырвали кусочек счастья. Сердце разрывается, а по разрывам течёт рубиновая кровь. Заполняя дыру ненавистью и болью. Он знает, что нужно жить дальше. Но осознание того, что не вернуть старые времена обратно, делает больно вдвойне. Омега сгибается пополам, держась за живот. К горлу подступает ком, и его, словно кровью, вырывает. Горло адски жжёт и разрывает на мелкие кусочки, а на языке ощущается предательский вкус металла. Изподлобья он смотрит на собственное отражение, и его снова чуть не вырывает. Он умывает лицо прохладной водой и возвращается ко всем. – Тэхён, с тобой всё в порядке? – интересуется Джин, а тот лишь кивает и усаживается на кресло. Омега весь бледный, под глазами огромные мешки, дрожит, как осиновый лист. Внутри у него закипает буря, разрывая всё вокруг, но он держит себя, из-за чего страдает ещё больше. Страдает, как последний мудак, который боится всей правды.

〇

Чимин спустя почти три месяца смог связаться с Чонгуком. Бета сказал, что им нужно срочно встретиться, ведь такие разговоры по телефону не обсуждаются. Но альфа дал понять, что он не в городе и вовсе не в стране. Пак согласился и попросил предупредить, когда тот вздумает прилететь в Корею обратно. Чимин всё знает. С помощью записей из дневников Чонгука. Которые он благополучно «позаимствовал» у самого Гука. Бета узнал обо всём. Даже нашлись контактные номера неких «киллеров». И, заплатив тем нужную сумму, заставил всё рассказать. Признать честно, Чимин в Чонгуке будто бы открыл новую страницу. Такую версию альфы он никогда не видел и не слышал, чтобы кто-то так о нём отзывался. Он узнал то, что в будущем поможет доказать вину Чонгука в причастности в убийстве Хван Соки. Бета в этом уверен. Он заставит гнить Чонгука в тюрьме. Как тот заставил гнить сердце Чимина безответной любовью. Заберёт у него счастье и отдаст своё горе. Пусть давится, ублюдок, – произносится в голове у Чимина.

〇

Утром Чонгуку поступил звонок. Разница в часовом поясе дает о себе знать. Ведь когда в Америке ночь, в Корее утро. И сейчас он проклинает всех на белом свете за то, что посмели разбудить его в столь ранний час. Взяв вибрирующий телефон, альфа видит на экране Неизвестный. Он лениво разлепляет ресницы полностью и проводит вправо по экрану телефона, тем самым ответив на звонок. – Алло? – Здравствуйте. Мы говорим с Чон Чонгуком? – Он самый. – Вас беспокоит полицейское отделение Южной Кореи города Сеул. Нам нужны ваши показания. – Какие? Его голос становится еще хриплым. – Мы расследуем убийство Хван Соки, тело которого нашли в лесу. Нам сообщили о том, что вы последний кто его видел. – Д-да, это так. – Через пару минут в вашу комнату приедет местная полиция, поэтому у вас вылет через 3 часа. Альфа не успевает возразить, как звонок обрывается. Сам же он вскакивает с кровати, сразу же надевая свои вещи и попутно набирая знакомый номер, что за три месяца подъзаебал. Но Чон понимает, что сейчас нужно все выкинуть в сторону и поговорить с братом. Тот не заставляет себя долго ждать и поднимает трубку, крича: – БЛЯТЬ, ЧОНГУК, Я ПРАВДА НЕ ВИНОВАТ! – Успокойся, еблан. Какого хуя сюда едут копы? Что за игры? Ты же обещал, что всё скроешь. – Я, БЛЯТЬ, В ДУШЕ НЕ ЕБУ. Чонгук прервал звонок. Точнее, его прервал стук в дверь. Альфа поспешно открыл и увидел перед собой работников ФСБ, от чего он слегка испугался. – Чон Чонгук? – те спросили его, на что он кивнул. – Берите свои вещи и следуйте за нами. Его вывели через черный выход и посадили в машину с затонированными стёклами. Во время поездки альфа жутко волновался, его ладони потели, а дыхание сбивалось. Будучи в аэропорту его опять вывели через черный ход. И, оказавшись в туннеле, что ведет внутрь самолёта, Чонгук запаниковал. Внутри самолета никого, кроме стюардесс и четырёх охранников не было. Альфа пытался скрыть свою взволнованность и сел на место. Стюардессы сразу же предложили напитки, но он отказался. Ему сейчас нужно напрячься и придумать что-нибудь правдоподобное, чтобы его словам поверили. Тем временем Хосок, сидя в полицейском участке, места себе не находил. Он понимал, что если что-то заподозрят, то за решётку посадят Чонгука. А как спасти брата – он понятия не имеет. – Хосок-и, всё нормально? – спросил Юнги и обвил шею альфы руками. – Да, – притянул к себе и впился в губы. Целовал жадно и мокро. Всю злость передавал через поцелуй, поэтому омега понял, что здесь что-то не так. Мин отстранился и заглянул в глаза напротив. – Скажи мне, что случилось? – беспокоится. – Свет мой, у меня плохие новости, – выдохнул и продолжил: – Чонгук возвращается в Сеул, его будут допрашивать... – Вот чёрт! – выругался. – Тише, не ругайся ты так! – прикрыл ладошкой рот омеги. – Не привлекай внимания к себе, хорошо? – На что ты намекаешь? – его голос дрогнул. – Малыш, если полиция всё-таки разгадает всё, то я возьму всю вину на себя, – от его слов глаза омеги поднялись на лоб. – Что?! – громко крикнул. – Да что ж такое-то, я же попросил, будь тише! – Мне плевать! – ответил омега. – Я без тебя не смогу жить, Хосок-а! – маленькие кристаллики слез скатились по его щекам. – Не плачь, я не могу видеть твои слёзы! – наклонился и слизал капли слез. – Всё будет хорошо. – П-правда? – голос дрожит. – Ты обещаешь? – на его слова альфа кивнул и притянул к себе, заключив в теплые медвежьи объятия. Хосок, Джин и Юнги остались в участке, а остальные уехали по домам. Тэхён, конечно же, тоже хотел остаться, но Джин его убедил, что как только Чонгук прибудет, он сообщит, поэтому омега уехал. – Хосок, блять! – выругался Джин. – Хватит ходить туда-сюда, голова начинает кружиться! – складывает руки на груди. – Я не могу спокойно сидеть! – Хосок, не только ты переживаешь, успокойся и поспи уже наконец-то! – встал. – Я схожу, кофе возьму, – направился к лестнице. – Возьми и мне, – выдал Хо. – Мне тоже! – сонно протянул Юнги, что сидел на кресле. – Юнги-я, может ты поедешь домой? – Нет-нет, – зевает. – У меня всё окей. – Упрямый, – подходит, а затем садит омегу к себе на колени. – Ну, что ты делаешь? – смущается. – Люди же вокруг! – И что? Пусть видят, какой ахуенный омега мне достался! – впивается в губы и начинает напористо целовать. Омега также активно отвечает на поцелуй, но их отвлекают от увлечения. – Ребят, – Джин ставит две чашки кофе на стол и щелкает пальцами. – Земля вызывает Хосока и Юнги, ау?! – смеется, когда видит злой и недовольный взгляд Хосока. – Нашли, где развлекаться, вы бы еще потрахались тут! – не перестаёт смеяться. – Потрахались бы, если бы ты не помешал, – цедит альфа сквозь стиснутые зубы. От злости крепко сжимает ягодицы омеги в руках, а тот вздрагивает и издаёт тихий стон от неожиданности. – Хосок-а! – ударяет альфу в плечо и смущенно встает с его колен, пересаживаясь. Альфа лишь победно ухмыльнулся, делая глоток кофе и сразу же выплевывая. – Блять, – выругался и поставил чашку с кофе на стол. – Джин, ебнутый камень, почему кофе холодное? Еще и без сахара! – альфа зол. – Эй, сам такой! Я что тебе слуга? Не нравится, иди сам бери! – отвернулся в другую сторону. Хосок цокнул и достал мобильник из кармана. «Время: 4:27» – видит альфа на экране телефона. В шесть часов утра у Чонгука посадка. Альфа надеется, что Гук не проебется и придумает что-нибудь оригинальное, чтобы ему поверили, ибо в противном случае он отправится за решетку. Но Хосок дорожит братом, поэтому не позволит сесть в тюрьму, тем более, тот ещё слишком молод.

〇

Утром Хосок будит спящего Сокджина. – Эй, Джин! – дергает за плечо. – Вставай, вот-вот Чонгук приедет в участок. – Что... – сонно протягивает и разлепляет ресницы. – Сколько время? – спрашивает, смотря на альфу. – Полшестого, – сказал, глядя на свои ручные часы. – А где Юнги? – потягивается. – За кофе ушёл. Спустя пару минут появляется Юнги с кислой миной на лице. – Ребята, там, кажется, Чонгук приехал... – говорит он и протягивает каждому чашку кофе. Хосок кивает, а Джин начинает нервничать. Из-за угла появляется Чонгук в сопровождении двух полицейских. – Чонгук! – громко крикнул Хосок и обнял брата. – Ты как? – спрашивает, смотря в глаза. Взгляд пытается передать всё: чтобы он был осторожнее. Всё-таки им поговорить не дадут, поэтому Хосок пытался предупредить своим проницательным взглядом. – Хорошо... – последнее, что выдал Гук прежде, чем его увели в комнату допроса. Мягкая ладонь легла на плечи Хосока. – Хосок, не волнуйся. Он справится, вот увидишь, – сказал Джин, тепло улыбаясь. Чон лишь кивнул и присел на диванчик рядом с Юнги. Омега беспокойными глазами смотрел на своего альфу. – Хосок-и, Джин прав, – садится ближе. – Чонгук справится! – улыбнулся и положил голову на плечо альфы. – Да, он справится, надеюсь... – последнее слово проговорил тихо, из-за чего никто его не расслышал. – Чонгук здесь?! – громкий голос Тэхёна заставил всех оторваться из своих мыслей. – Да, он в комнате допроса, – коротко ответил Джин. Тэхён, не раздумывая, побежал к дверям, но его остановили. – Вам сюда нельзя! – строго заявил полицейский. – Но там сидит человек, который, возможно, причастен к убийству моего друга! – пытается пройти. – Успокойтесь, если что-то выяснят, то детектив Чхве сообщит вам, – коротко бросил. – А я вас уверяю, он всё выяснит. Ведь детектив Чхве самый лучший из всех детективов Сеула! – ухмыляется альфа. – Хер с ним, – фыркнул Тэ и плюхнулся рядом с Джином. – Он прав, всё выяснится, и нам сообщат, успокой свой зад, – хихикнул. – Тебе легко говорить, – обиженно сложил руки на груди. Джин на это лишь улыбнулся краем губ. Ведь никто не знает, что он испытывает внутри себя. С какой агонией он борется, чтобы не погрязнуть во всём этом, но, кажется, он проиграл. Еще с первого раза, как попытался сразиться. Его потянули в вечный шторм, что крутится и не дает набраться сил, выбраться из него. Надежда внутри него потухает всё больше и больше каждый раз, когда он тонет в этой чёртовой реальности. Он не знает, сколько ещё сможет жить с этой грязной ложью на душе. Он чувствует, что его на долго не хватит. Опасность растет с каждым разом, и быть затопленным возможно в любую секунду.