Пять ночей со школьниками!

Моё сердце забилось чаще, когда я услышал первый громкий звук из коридора. Кажется началось… Рич и Поля напряглись и безотрывно смотрели в коридор. Я врубил камеру и тихо заговорил: — Итак, это наша первая ночь и походу что-то начинается… — я направил камеру на коридор. Джереми посветил и мы увидели в конце прохода Той Чику. Только… Она выглядела совсем по-другому! Она была гораздо страшнее. — Ля, какая стрёмная! — прошептал Ричард. — Согласен… Может придадим ей немного красоты? — спросила Поля, кивнув на книгу. — Полина! Нет! — одёрнул её Рич. — Мы не трогаем их, пока они не тронут нас или Джерку. Помнишь? — Какой же ты нытик! Погоди… Джерку? — Ну да… — Звучит так, будто ты втю… — Да сама ты! — Эй, дети, хорош! — окликнул нас Джереми. — Сидите тихо, сейчас Той Бонни вылезет! — Ладно, ладно… Как же скучно! Я снова включил запись и сказал: — Итак, полная скукотень! Мы всё ещё сидим под столом, никто из вентиляции не вылезает, а Джерка походу нас наЕЕ. Ах ты какой, Джерка! — Скучно! — первым, как ни странно, не выдержал Рич. Я подхватил. — Ребят, Джереми нас наЕЕ! Джер, ты обманываешь детей, тебе не стыдно?! — Тихо! — шикнул он, просматривая камеры. — Так всё! — сказала Поля. — Я задолбалась тут торчать! У меня конечности затекли! Джерка двинься! Дай мне вылезти! Быстро! — Тебе что, жить надоело? Той Бонни в вентиляции сидит! Он может в любой момент вылезти! А вы двое ведите себя потише! Может они вас и не заметят! — Да ты сам орёшь, как моя кошка в брачный период! Дай мне тоже вылезти! — И мне! — напросился Рич. — Даже не думайте об этом! — Ага, конечно! — я резко толкнул и его стул откатился. — Свобода!!! — заорали мы хором на всю пиццерию и повылазили. Как же хорошо снова оказаться на свободе! Мы начали громко переговариваться и сетовать на Джереми, который в ответ начал орать на нас отборнейшим матом. Воу! Чел, у меня же, блин, самый настоящий компромат! — А ты оказывается хорошие словечки знаешь! — Да потому что вы нихера не понимаете! — Не ори на меня! Ты щас сюда всех этих маньяков привлечёшь! — Да ты орёшь не тише! — Заткнитесь оба! — рявкнул Ричард. — Сам заткнись!!! — мы переключились на него. — Не видишь у нас тут разборки?! Пока мы трое там разбирались, Полина подозрительно молчала, но мы не обращали внимание. — Ребяяят… — протянула она. Но мы не слушали. —…Сам ты неуравновешенный! Это ты начал орать на нас матом! — Да потому что вы непослушные кретины! — Сам ты кретин!!! — крикнули мы с Долбиком хором. — Ребят. — Ещё раз позвала Полина, смотря куда-то в сторону испуганными глазами. Но мы также игнорили её. —…Да что б тебя в корыто, Коннор! В колено, в галоши, в раковину! Куда угодно! Иди в жопу! — орал Рич. — Сам иди! — крикнул я. Полина видимо поняла, что так до нас не достучаться. Тяжело вздохнув, она заорала: — Ребята, блять! Вы ебанутые сволочи! Нас щас замочат нахер! Мы внезапно заткнулись. В комнате воцарилась тишина. — Ну нихера ж себе… — послышалось слева от нас. Мы одновременно повернули туда головы. Я направил туда камеру. Той Бонни лежал в вентиляции, подперев рукой голову. — Ну вы и психи, конечно. От ваших воплей наверно даже старпёры проснулись. — Какие старпёры? — Те, что в нашей кладовке. Мы переглянулись, а Рич покрутил пальцем у виска. От этого мы все заржали. — Точно-точно! — подметила Ягоза. — Ну всё! — Тойка разозлился. Он стал вылезать из вентиляции. Мы все стушевались. — Джереми! Надень маску на Полину! Она девочка и должна жить! — крикнул я. — А мы то есть не должны? — Заткнись, Рич! Мы все пацаны, а она девочка! Джереми! — Ладно! — Джереми нацепил на Полину маску и схватил фонарь. А Рич выхватил из сумки… Бутылку газировки. — О, ты серьёзно, чел? Она не для… — Заткнись и готовь книгу, Коннор! Если что, можешь долбануть ею! Она тяжёлая у тебя… — Спасибо, я знаю, как пользоваться своей книгой! Бонька вылез из вентиляции и теперь мы стоим и смотрим друг на друга. Я с книгой и камерой, Джереми с фонариком, Ричард с газировкой, а Полина в маске. Он смотрел на каждого из нас. Его взгляд пал на Рича. — Ты! — Я? — Да ты! — Я? — ДА! — Что да? — Ааа, задолбал! — Бон кинулся на него. Рич уклонился, тряся бутылку. Я знаю, что он хочет сделать, поэтому внимательно стал снимать. — Бонзай!!!!! — Рич подбежал к нему и резко открутил крышку. Сил, кстати у него много, ибо с одного поворота крышку хрен открутишь. Вся кола, что была там, резко выплеснулась на него. Теперь он официально стал неопасным. Мы заорали в голосину. — Лошараааа!!! — крикнула Полина. Тут раздался шум. — Бон-Бон! — крикнула Той Чика, вылезая из вентиляции. — А вот и подкрепление! — обрадовался я. — Давайте, más héroes en el escenario! Ох, аж на испаньоли заговорил! — Я вас урою! — заорал кроль и напал на Полину. — Какого хрена? На мне маска вообще-то! — крикнула она и спряталась за спину Джерки. Я понял, что ребят надо выручать и поставил работающую камеру на стол. — Что-то он бешеный. Эй, ребят! Давайте немного попрактикуемся? — спросил я, намекая на магию. — Давай! Время волшебства! — крикнула Полина. — Вы опять за свои шутки? Серьёзно?! В такой ситуации?! — Джереми закатил глаза. А точно, он же в эту «чушь» не верит. А я покажу. Что бы такое?.. Рифма нужна. Крольчатина повернулся ко мне. — Колдуй, чувак, колдуй… — сказал Рич таким голосом, будто верит в меня. Хотя он верит. — Кхм-кхм… — я стал водить рукой в воздухе, вырисовывая свой знак (круг). — Мне сильно надоел Бон-Бон, хочу чтоб обосрался он! — жёлтая аура полетела в кролика. И в этот момент он обосрался, громко при этом пёрднув. В офисе повисло молчание. Бон-Бон посмотрел сначала ошарашенным, а потом и сконфуженным взглядом. Той Чика была не удивлена (что очень странно), но смотрела на меня как на врага народа. Полина и Ричард заржали. Я с лыбой посмотрел на Джереми. У того глаза чуть на лоб не вылезли от увиденного. Я гордо смотрел на него, а он переводил взгляд то на меня, то на «шоколадного кролика». — Так… Вы реально… — тихо пробормотал Джерка. — А мы предупреждали тебя! — сказал Рич. В общем, всё закончилось тем, что Той Чика и Бон-Бон ушли. Когда они проходили мимо меня, он бросил на меня убийственный взгляд, а курица вообще не удостоила меня взглядом. Что-то она подозрительно спокойная, будто видела такое много раз. Джереми до конца смены не произнес не слова. Видимо в сильном шоке. Прозвенели часы. Наша смена кончилась. Джереми молча направился к выходу. Мы, забрав свои манатки, пошли за ним, весело смеясь и обсуждая сегодняшнюю хорошую ночь. Сейчас у нас хороший заряд позитива (особенно у меня, ведь наша ночь заснята на камеру!), и спать совсем не хочется. Когда мы проходили мимо сцены, то увидели, что Бон-Бон чистый, а штаны другие. Я посмотрел на медведя. Блин. Я только сейчас понял, что нихрена не отомстил медведю. Ну ладно. Это подождёт. А сейчас 6 утра. Все спят и дверь номера отеля нам никто до 9 не откроет, поэтому мы пошли прогуляться по окрестностям вокруг пиццерии.