Любимый братик

       Я почти не спал ночью. Мысли о брате не выходили у меня из головы. Порой я садился на кровать и смотрел, как спит Дима. Как же мне хочется с ним поговорить! Господи, как хочется! Но он снова прогонит меня, спрячется от меня за высокой стеной безразличия. То, что произошло, разожгло во мне что-то. Теперь я должен узнать, почему брат так холоден ко мне.       Сегодня было воскресенье, Дима ещё сопел, а я сидел и рассматривал его. Теперь казалось, будто я всю жизнь смотрел на брата в упор, но никогда не видел его. Сейчас он выглядит таким беззащитным, его реснички дергаются от сюжета сновидения. Дима лежит на спине, откинув одеяло. На нём лишь черные боксеры, его рука лежит на прессе, а пухлые губы слегка приоткрыты.        Я нервно сглотнул, почувствовав странные нарастающие ощущения внизу живота. Эти чувства были мне знакомы. Возбуждение. Но сейчас это такие неправильные чувства, что я злюсь на себя. Злюсь за то, что не могу перестать смотреть на него. Злюсь на то, что так хочу узнать его ближе, понять его. Злюсь, что мой член уже стоит по стойке смирно… Вот черт! Быть этого не может! Я же не педик!        Я сорвался с места, сейчас у меня был лишь один способ побороть эти чувства — спорт. Я, как бешеный, стал отжиматься, в надежде, что моё напряжение скоро спадет. Я слышал, как брат зашевелился в кровати, но не переставал заниматься. Когда руки совсем обессилели, я сел на пол и принялся качать пресс. В этот момент я понял, что смотрю на Диму. А он… Смотрит на меня и не отводит взгляд. С каждым подъемом корпуса, я забываю обо всём на свете. Просто смотрю на него. А он на меня.        Я не знаю, сколько это продолжалось, но когда я обессиленно упал на пол, брат всё также продолжал сверлить меня взглядом. Я думал, как же глупо, наверное, выгляжу. Потный. Мокрый. Обессиленный. Ахах, наверное, он подумал, что это вчерашнее происшествие вынудило меня заняться спортом, чтобы я мог постоять за себя. Ох, если бы он знал, что весь этот цирк лишь попытка отвлечь себя от пошлых мыслях о нём. Неудавшаяся попытка…        Димка так ничего и не сказал. Снова отвернулся. Я, взяв полотенце, направился в душ. Едва прикоснувшись к ручке двери, я вспомнил во всех красках события прошлой ночи. По телу пробежалась волна мурашек.        Я хлопнул дверью, от чего она наоборот отскочила и немного приоткрылась. Я и не обратил на это внимание поначалу. Включил воду и смиренно замер под тёплыми струями воды. Я знал, что мой член всё ещё требует разрядки, но не хотел этого делать, так как все мои мысли будут о нём. Я стоял так несколько минут, а после потянулся к полке за мочалкой. И вот тот самый миг. Пробегая взглядом по зеркалу, я замечаю знакомый силуэт в дверях. Дверь приоткрыта буквально на несколько сантиметров, но этого хватает, чтобы узнать его. Он смотрит на меня. Дима смотрит на меня. Украдкой, но смотрит. И тут я окончательно потерял голову, мысль о том, что брату нравится рассматривать меня дурманила. Я нежно провел мыльной мочалкой по торсу и направился к паху. Мой член уже ныл и буквально взрывался от накативших чувств. Я медленно обхватил орган рукой и сделал пару поступательных движений. Боже… Что же я творю? Я не стал останавливаться, вскоре издал еле слышный стон и украдкой посмотрел в зеркало. В дверном проёме, явно что-то шевелилось. Я был на сто процентов уверен, что Дима тоже дрочит. Это возбуждало ещё больше. Кончил я быстро. Терпеть так долго в таких обстоятельствах у меня не получилось. Теперь мы с ним поменялись местами...       Я открыл для себя что-то новое. Какую-то темную сторону себя, которая манила меня на безбашенные поступки. Я выключил воду и развернулся к двери, за которой уже никого не было. Это вызвало лишь улыбку.       Я весь день не сводил с брата глаз, теперь мне до ужаса нравилось смотреть на него, даже если ему это было неприятно. Этот день прошёл также скучно, как и вчерашний. На улице было ещё холодней, и тётя Марина согласилась «развлекаться» дома. Под развлечениями они подразумевала просмотр фильмов, мультиков, различные настольные игры. В общем — скукота. Не прошло и трёх часов, как вдруг Дима решил смыться. — Мам, мне с работы написали, нужно приехать, что-то с документами. Я не долго.       Мама положительно кивнула в его сторону, а я осуждающе посмотрел на него. Врунишка! Какая работа в воскресенье? Тем более, когда у тебя отпуск. Я не стал ничего говорить, в конце концов, его присутствие плохо на меня влияло, и скрывать стояк от мамы становилось всё проблематичнее.        Да-да, у меня до сих пор стоял. Я ничего не мог с этим поделать. Когда мы играли в какую-то нудную игру, где нужно клеить бумажки на лоб, чтобы игрок отгадал, что на ней написано, я обмяк от одного прикосновения брата к моей голове. Признаться, я чуть не застонал от того, как его пальцы мягко поглаживали бумажку на моем лбе, которая так не хотела на нём держаться. Он был так близко ко мне… Аррр!!! Нужно прекращать с этим…        Мне повезло, вскоре этим настырным женщинам стало скучно, и они переключились на женские сплетни. Тем временем, я ушёл к себе в комнату. Уже был вечер, я сходил с ума от безделья, так как Димы всё не было. Мы поужинали, и я просто решил лечь спать. Надеюсь, с братом все хорошо.

Pov Дима

       После того, что произошло вчера, я окончательно спятил. О чём думал этот идиот, когда пошел гулять совершенно один по нашему райончику? Я благодарил Бога, что я успел, прежде, чем тот упырь сделал с ним что-либо. Я волновался за него и вышел на улицу искать. В тот момент я потерял самообладание, всё происходящее я помнил отрывками: Ярик на коленях, огромный качок, труба в моей руке, а после ничего. После я уже стою посреди нашей комнаты и трясу брата за плечи. Я держал его, касался его. Одна мысль о моих руках на его теле возбуждала меня. Если бы Ярослав знал, что я испытываю к нему, если бы он знал, что последние 4 года я кончаю думая о нём, если бы он знал, что я натворил два года назад… Как я предал его... Он бы не общался со мной больше никогда.        Мысли о привлекательности брата стали посещать меня уже очень давно. Поначалу я просто считал его симпатичным, добрым, милым, самым лучшим. Потом мой взгляд стал все больше задерживаться на его теле. Я хотел коснуться его губ, пресса и самого запретного для меня места. Шло время и мои чувства только усиливались, я решил завязать с этим - отстраниться от брата, чтобы не наделать ничего плохого. Эти чувства изначально были неправильными. Нельзя любить парня! Нельзя. А даже если и можно, то нельзя любить своего младшего брата. Я думал, что больше никогда не позволю себе пересечь эту черту…        Сегодня утром я подошёл к её границе. К запретному плоду. Едва проснувшись, я увидел Ярослава, который усердно занимался. Я оцепенел, просто не мог не смотреть на него. Его тело было таким мокрым и соблазняющим. Он казался таким маленьким, худым и беззащитным, но в тоже время сильным и крепким парнем. Я сдерживал себя. Сдерживал от того, чтобы не сорваться с места и не покрыть всё его тело поцелуями. Когда Ярик пошёл в душ, дверь ванной непроизвольно приоткрылась, и я не смог устоять. Я два года не видел брата голым, за это время он окреп и заметно подрос в самых прекрасных его местах. Я уже хотел уйти, перебороть себя, но брат, видимо, решил избавиться от утреннего стояка. Смотреть, как твой брат дрочит себе в ванной, было моим кошмаром и радостью одновременно. Я понимал, что это ненормально, но моя рука уже наяривала собственный член, заставляя его извергать порции утренней спермы.        И вот сейчас я снова ушёл от него. Сбежал, как трус. Находиться с ним рядом слишком опасно. Я несколько часов просидел в кафе, пока официант не сообщил мне, что оно закрывается. Я медленно шёл домой под дождём и размышлял, что же мне делать дальше. Я решил, что через какое-то время мне придется снять себе квартиру и съехать от матери. Моей зарплаты вполне хватит снимать однушку, и быть может, перестав видеть Ярослава, мои чувства к нему пропадут. На секунду я представил, как приеду домой на какой-нибудь праздник, а Ярослав будет знакомить меня со своей девушкой. Я вздрогнул. Он уже большой. Возможно, с кем-то встречается… А я навсегда останусь один, не в силах полюбить кого-то другого. Это ужасно! Я просто выдумываю…       Дома все уже спали. Зайдя в комнату, я увидел брата, свернувшегося калачиком на кровати. Я улыбнулся. — Сладких снов…