Кассиопея над французским прованском

Почему? Это всё, что я могу сказать ему в ответ. Я просто недоумевал - сидел, как маленький мальчик, глазел на парня, сидевшего против меня. Он продолжал пристально смотреть на месте своими изумрудными глазами, насколько острыми, что я боялся пораниться. Он словно читал меня, как перечитывают книгу, которую тебе подарили, но ты уже изучил её на своем iPad'е - хоть он и знал содержание, всё равно продолжал перелистывать страницы, одну за одной, чтобы ощутить всё то же самое, но только по-новому. - Ладно, я схожу за едой. Не вечно же нам так сидеть. Он выслал и пошёл в сторону буфета. Сегодня там была какой-то отвратный салат, который дают только по понедельникам и суп, который никто и никогда не брал. Я сидел и думал о том, что происходило несколько минут назад и о том, что я испытал. В любой другой ситуации, если бы это был другой человек, я бы испугался. Но только не его, не Джастина. Мне казалось, что я знал его целую вечность, но забыл. Джастин, недолго выбирая, что можно было взять на обет, принес два полупустых подноса, с четырьмя булочками кунжутного хлеба, две розетки с абрикосовым джемом и из черной смородины, которое я считал мерзким, из-за запаха, и три кружки кофе. - Это было единственное съедобное, я что я здесь нашёл. На удивление, я был с ним согласен на сто процентов. Он словно прочёл мои мысли. И именно это не давало мне покоя - он знал каждый мой следующий шаг заранее. Иногда мне казалось, будто он знает меня, лучше меня самого. И самым страшным было то, что я быстро привык к этому. - Надеюсь ты не против этого, - он указывал нп джем из смородины - его никто не любит. - Нет. Я боялся с ним говорить. И нет, я не боялся его - мне было страшно сказать что-то не то, оттолкнуть его. Но в тоже время мне было интересно узнать о нем побольше. Поэтому я выбрал единственный верный вариант. - Америка - страна безграничных возможностей. Почему ты решил переехать? - я чувствовал всю тупость своего вопроса, но деталь уже было нечего. Он оторвал кусочек хлеба и мокнул в джем. - Я не решал. За меня решил отец. А если ты спросишь, почему именно Испания - это единственный язык который я изучал в средней школе - он откинулся на спинку стула и развёл руки в стороны, а потом добавил - И как видишь я его неплохо знаю. Неплохо?! Да он знал его в совершенстве. Единственное, что могло его выдать за американца - это манера одеваться. Он любит носить свою фирменную джинсовку с буквой "L" на груди. - "L" - это Лас-Энсинас? - Нет. "L" - это единственное, что осталось от моего дома. Он посмотрел на меня глазами и я заметил насколько грустными они были. - Я учился в старшей школе Либерти. Это - он показал на свою куртку - фирменная куртка баскетбольной команды. К этому времени я уже знал о его любви к баскетболу, но не думал что он состоял в команде. Да, Джастин умел удивить даже там где удивляться было нечему. - Теперь моя очередь задавать вопросы - он засунул руку замком и подвинулся к столу. Для него это было больше похоже на азартную игру. - Хотя знаешь, давай я немного нарушу правила. Я буду говорить, а ты будешь говорить, правда это или нет. Я беспрекословно согласился. - Что ж, начнем с очевидного. Тебя зовут Андер, тебе 17-18 лет, ты ученик старшего звена, юридического потока. В свободное время увлекаешься теннисом, хотя по правде сказать тебе это не нравится. Я же прав? Его выводы напугали меня своей точностью. - Можешь не отвечать, я вижу по глазам. Продолжим. Ты не общаешься с посторонними, по крайней мере в школе точно. Ты не любишь книги и фильмы - ты слушаешь только музыку. Кстати да, музыка у тебя крутая. Он улыбнулся и опустил голову. Большое он ничего не сказал. - Откуда? - мне было страшно, потому что не мог обычный человек столько узнать. - Оу, да легко. На стенде побед висит фото тренера по теннису, а за его спиной ты. Я так понимаю это твой отец. В класс ты всегда приходишь рано и всегда сидишь на одном и том же месте. В наушниках. А по поводу музыки - просто ты несколько раз снимал наушники и я слышал некоторые песни. И нет, я не следил за тобой, просто я наблюдательный. Эта наблюдательность меня удивила. Как он смог всё это заметить? Нет. Как я мог не заметить, что он заметил? Этот вопрос не давал мне покоя, ни тогда, ни спустя пару месяцев. - Да... Это... Я не знаю что сказать... Он улыбнулся. - Только вот... Ты сказал, что я не люблю книги - ты ошибаешься. - Разве? За две недели моего нахождения здесь, единственное, что ты пытался прочесть - это я. И у тебя это не получилось!? - Нет - я чувствовал, что начинаю краснеть. Мне льстил тот факт, что он заметил всё это. Но расстраивало, что я не смогу узнать о нем ничего. - Да, я люблю книги. Отец приучил меня к ним. У нас есть библиотека дома, правда большинство книг старые и их никто не читает - отец хранит их, как артефакт, доказательство того что у него была жизнь до нас с мамой. Это должно был стать смешной шуткой, по крайней мере в моей голове это звучало смешнее. - Да. Мой отец тоже учил меня,но видимо я был плохим учеником. Однозначно, из нас двоих у Джастина с чувством юмора проблем не было. - А как же то, что ты читал? Он полез под стол за портфелем и достал оттуда книгу, старую и потёртую, каких в моём доме были сотни, но какую-то особенную. На обложке было выбито "Хитроумный Дон Кихот Ламанчский", Мигель де Сервантес Сааведра. Переплёт еле держал страница, но было видно, что книгу не реставрировали и даже не пытались что-то предпринять. Я открыл её - страницы были пожелтевшими но не потерявшими цвет печатных букв. Меня удивило то, какой странной была печать - таких я никогда не видел. - Удивили буквы? - Джастин заметил как я рассматривал буквы - Не удивляйся, сейчас так не делают. Я открыл последнюю страницу, на ней с трудом была видна надпись: "С любовью от А.П. для Б.Ф. 1742 год". - Боже мой! - всё что я смог сказать, но моя реакция вызвала у Джастина смех. Что?! Этой книге было больше двухсот лет!? Я понял, что держу в рука, возможно единственный из уцелевших ранних экземпляров этой книги. В какой момент я понял, что держу а рука не старую книгу, а удивительно хорошо сохранившуюся. - Ты не боишься носить такое в школу? - спросил я передавая книгу в руки хозяина. - Нет. В школах никого не интересуют книги. - Но откуда она? - Ты видел надпись а конце Б.Ф. - так вот, это мой прапрадед. Никто а нашей семье не знает, кто такой А.П. - Но зачем носить её сюда? - мне не давало покоя, что Джастин носит в своем портфеле книгу, цена которой может покрыть годовое обучение в Лас-Энсинас. - Я читал эту книгу десятки раз. А перечитываю, чтобы не забывать, как важно сделать правильный выбор. И улыбаться. Этот мир для грустных людей - я не хочу таким быть. Я понял что хочу продолжать эту беседу вечно. Мне казалось, будто я познаю истины мира - такие простые, но такие скрытые он меня. Я был готов слушать его вечно - этот голос и его рассказ. Прозвенел тройной звонок. Но, видимо, мир не хотел раскрывать всех тайн. Или, по крайней мере, не хотел этого делать сейчас.