Твоя звезда

Было слышно тиканье часов. В комнате сидели двое. Мужчина сидел в кресле, закрыв лицо руками. На краю кровати сидела девушка, сжимая в руках уже мятые края блузки. Оба молчали, Пётр ещё не оправился от шока, а девушка просто боялась сказать лишнего. Наконец, мужчина решился нарушить эту гнетущую тишину. — То есть за всё это время тебя увидел только я? — в очередной раз переспросил он. Девушка тяжело вздохнула и закатила глаза. Они сидели так уже больше часа и каждый раз возвращались к одному и тому же. — Я ведь уже отвечала. Да, только Вы. Более того, Вы не просто меня увидели, Вы ещё и смогли меня коснуться. — Пётр вопросительно уставился. — Ну, тогда во дворе, Вы же меня с ног сбили, а потом помогли встать. Пётр снова закрыл лицо руками. Девушка заправила прядь волос за ухо и тихонько встала, скрестив руки на груди. — Так Вы мне поможете? — с надеждой спросила она. — Я не специалист по паранормальным явлениям. Если хочешь, могу позвонить Рен ТВ, — с ухмылкой ответил Пётр. — Это не смешно! — впервые голос девушки звучал так громко. — Я лишь попросила о помощи. Да, это странно, я с этим согласна, но необязательно же язвить и издеваться! — Тоже мне, раскричалась, — Пётр встал и подошёл к стенке. Открыв одну из полок, мужчина вытащил бутылку коньяка и стакан. Усевшись обратно, Пётр открыл бутылку и налил себе крепкого напитка. — Класс, мало того, что грубиян, так ты ещё и алкоголик, — девушка театрально подняла руки. — Эй, девочка, следи за языком. И вообще, это ты меня ошарашила. — У меня имя есть. Меня Вера зовут, — уже более спокойным тоном произнесла девушка. — Мне всё равно, — ответил Пётр. — Лучше объясни ещё раз свои провалы в памяти. Вера снова закатила глаза, кстати говоря, это уже раз десятый за их разговор. Но она была не в том положении, чтобы качать права, поэтому послушно села обратно на кровать и продолжила свой рассказ: — Мы ехали с семьёй от родственников. Было в районе полуночи. Потом помню только какой-то гул, крики и удар. Следующее воспоминание — я стою днём посреди дороги в ливень, а машины проносятся сквозь меня, словно я привидение. Вера рассказывала эмоционально, а в глазах блестели слёзы. Она остановилась на мгновение, чтобы набрать побольше воздуха в грудь и продолжила: — Я пришла к себе домой, а там никого. Предугадываю твой вопрос, — тоненький пальчик был направлен в сторону мужчины, а тот подпёр голову рукой, приготовившись. — Сквозь стены я проходить не могу. Я торчала там много дней, но никто так и не появился, я просто сидела на полу у входной двери и ждала. Пару раз пыталась пройти сквозь дверь, но ничего не получилось, только синяки остались. Что с семьёй я тоже не знаю. Всё. Мужчина задумался. В любом другом случае он бы просто покрутил пальцем у виска и благополучно забыл про эти сказки, но здесь другое — он всё видел своими глазами: Вера может касаться предметов, ощущает ветер и дождь, но при этом невидима и неосязаема для окружающих людей. Её невозможно переехать машиной, но дверь в квартиру надо обязательно открыть. — Ты умерла? — Пётр не хотел произносить это вслух, но оно само как-то вырвалось. Вновь повисла тишина. Пётр и Вера неотрывно смотрели друг другу в глаза. Девушка первая отвела взгляд и заплакала. — Я не знаю, — тихо ответила она, вытирая слёзы. — Надо начать со сводок новостей, вспомни, какого числа это было, — встав с кресла, сказал мужчина и поставил на место бутылку алкоголя. Вера не поверила своим ушам и подпрыгнула. — То есть Вы мне поможете? — с ноткой радости спросила она. — Так, слушай меня, — резко одёрнул её Пётр. — Я не волонтёр, помогать никому не собираюсь. Делаю это только для того, чтобы разобраться в этой чертовщине. Но есть несколько правил. Сложив руки в карманы, Пётр подошёл к Вере. Та от неожиданности отступила назад и, не заметив кровати, споткнулась и упала спиной на неё. Пётр тяжело вздохнул и закрыл глаза. — Правило первое — ты меня не достаёшь, разговариваешь со мной только по делу и только, когда я тебя спрашиваю. И второе, когда рядом есть люди, ты тише воды, ниже травы. Ты поняла? Вера активно закивала головой. Пётр Одинцов направился на кухню, оставив девушку в комнате. Она вскочила с кровати и побежала за Петром, но мужчина резко остановился и Вера на скорости ударилась лбом об его спину. Пётр обернулся, а девушка по инерции приложила руку ко лбу. — За какие грехи ты мне свалилась? — спросил Пётр, снисходительно смотря на это светловолосое недоразумение. Девушка лишь поджала губы и села за стол. Пока вода в чайнике закипала Вера обратила внимание на несколько фотографий, висящих на стене. — Это твой брат? — спросила она. Пётр проследил за взглядом Веры и улыбнулся. — Сын вообще-то. — Да ладно, ты такой старый? — и тут мужчина засмеялся. Да не просто, а захохотал. Впервые за долгое время, впервые за годы он так искренне и громко смеялся. Вера внимательно наблюдала за Петром и, не удержавшись, тоже улыбнулась. Но через несколько минут Пётр вновь стал тем самым серьезным мужчиной. — Помни про правило, Вера, — девушка вздрогнула, впервые услышав своё имя из уст Петра. — Не болтай лишнего. Из коридора послышался звук открывающегося дверного замка. — Это сын, так что сиди тихо и без фокусов. Передразнив Петра, Вера сложила руки на груди. Из коридора доносились голоса и девушка прислушалась. Сразу было понятно, что отношения между отцом и сыном были натянутыми, они о чем-то спорили, при этом Пётр пытался уговорить сына говорить потише, а Ян тем временем появился на кухне и, как и ожидалось, не обратил никакого внимания на Веру. — Да чего ты меня успокаиваешь, как будто тут есть ещё кто-то, успокойся, пап. Пётр прикрыл глаза и тяжело вздохнул. Вот чего сейчас действительно ему не хватало, так это ссоры при свидетелях. Точнее, при одной, но очень надоедливой. — Я иду в комнату, — сообщил Пётр, подав знак Вере. Та непонимающе продолжила хлопать глазами. — Я имею в виду, что прямо сейчас иду в комнату. Пётр смотрел на Яна и чётко проговаривал каждое слово, намекая Вере, что ей пора покинуть кухню. — Ты какой-то странный, — заметил Ян. — Никакой не странный, просто хочу пойти в комнату! — максимально чётко и громко повторил Пётр. Ян стоял с открытым ртом и смотрел на отца. И тут до Веры доходит, что означают эти намёки и что предназначены они именно ей. Не выдержав, девушка звонко засмеялась. — Ой не могу, прямо не мог сказать? — девушка встала и вышла из кухни, а за ней и Пётр, устало потирая виски. Ян остался стоять на кухне, не понимая, что это только что было. Глубокая ночь. Пётр сидит перед экраном ноутбука и изучает сводки всех летних новостей об авариях. — Ну, теперь мы уверены, что это точно не июль, — шёпотом произносит Пётр. До этого сонная Вера внезапно оживилась. — Мы за всё это время просмотрели только один месяц? — так же шёпотом спросила она. — Это Москва, здесь каждый день что-то происходит. И вообще, ты то зачем шёпотом говоришь? — мужчина закрыл вкладку и поменял в поисковике месяц июль на август. — Ну ты же шепчешь, — Вера произнесла это так, словно Пётр был ребенком, а она доказывала, что Земля круглая и не стоит на китах. — Глупая, — Пётр слегка постучал кулаком по голове девушки, — что подумает мой сын, когда услышит, что я несколько часов тут сижу и сам с собой разговариваю. Вера обиженно отвернула голову, а мужчина молча продолжил изучать новости. Через какое-то время усталость дала о себе знать. Пётр отложил ноутбук и повернулся. Лица Веры он не видел, но понятно было одно — девушка спит. Какое-то время мужчина, сам не понимая, почему, смотрел на неё. Словно пытался найти какую-то зацепку. Ниточку, что приведёт к ответам. То, что произошло дальше Пётр сам от себя не ожидал. Он приблизился к девушке и осторожно приложил голову к её груди. Он сделал это с одной только целью — хотел услышать. От неожиданности мужчина резко отстранился. Там, за грудной клеткой, стучало сердце. Он окончательно убедился, что Вера была живой.