Рисунки

Рок Ли как никогда был возбуждён и донельзя рад. Сжимая в руках свиток с важной государственной информацией, он бежал прямо к кабинету Казекаге, стараясь не врезаться во всякие вазы или, ещё хуже, в людей. Жители Суны злились, кричали что-то вслед, обещая обязательно наказать Рока Ли, но потом, вздыхая, тепло улыбались. Этот мальчик часто забегал в Скрытый Песок, оттого его и знал чуть ли не каждый второй. Всегда энергичный и весёлый - бегает по деревне, доставляет посылки и послания, носится туда-сюда. Жители просто привыкли. Сам же Ли, не снимая с лица широкую лыбу, постучался в дверь кабинета Казекаге. Тот не говорил своим «сыпучим» голосом «Войдите». Ли заволновался, нервно сжимая в руке свиток. Сглотнул. - Казекаге-сама! - воскликнул он, надеясь, что его услышат. - Послание от Хокаге! Минут пять Ли стоял у двери, как последний идиот, и лишь криво улыбался проходящим мимо людям, подозрительно косившим на него. Решившись, он всё же положил на ручку двери свою ладонь. Лёгкий скрип и Ли внутри. Румянец покрыл загорелое лицо. Такого, наверное, ещё никто не видел… - Казекаге-сама? - позвал Рок, тихонько закрывая за собой дверь, так, чтобы не потревожить мирный сон Казекаге. Да, он спал прямо тут. Подойдя ближе, Ли приоткрыл от удивления рот. На столе, помимо прочего заваленного кучей файлов, работ и другого, лежали рисунки, на которых Гаара и спал, прижавшись щекой к столешнице. Сглотнув, Ли аккуратно вытянул из-под руки Казекаге один из рисунков, удобнее переворачивая его, будто бы какой-то священный предмет. На белоснежной бумаге был изображён парень в профиль. Очевидно, тёмные волосы, судя по раскраске, чуть взмахнулись вверх. Парень широко улыбался, глаза закрыты, а толстые брови изогнуты «лодочкой». В этом парне Ли узнал… себя. Но не станет же великий Казекаге, бывший джинчурики Однохвостого Шукаку, сидя за горой важной работы, рисовать какого-то там шиноби из Скрытого Листа? Хотя все факты указывали именно на это. Решив убедиться до конца, Ли принялся рассматривать и другие рисунки, но везде одно и то же - он сам. В разных позах и с разной мимикой лица: грустный, весёлый, шокированный, спящий, на тренировке, сидя на дереве, плавая в озере, ночью у костра… Да всё, что можно было представить! Маленький «огрызок» карандаша свидетельствовал о том, что рисовал Гаара часто, и это не все его шедевры. Факт подтверждали, помимо прочего, бледные пальцы Казекаге, измазанные грифелем. Ли, за просмотром рисунков, и не заметил, что тихое сопение прекратилось. Единственными звуками сейчас были только его собственное учащённое дыхание, да люди за дверью кабинета. - Ли? - всё же позвал Гаара, не двигаясь с места, разве что приподнявшись. - Казекаге-сама! - испуганно воскликнул Рок, отскочив подальше. Замахав руками, словно его застали на месте преступления, он ещё и покраснел. Гаара же выдавал крайнюю степень спокойствия, впрочем, как и всегда. - Просто Гаара, - исправил он, вместо того, чтобы наорать на Ли за то, что тот вытворил столько непозволительных дел: вломился В ЕГО кабинет без спроса, брал вещи С ЕГО стола и разбудил ЕГО САМОГО. Стоило признать - если бы это был другой шиноби, он бы и накричал, но это же Рок Ли. - Ты уже видел, да? - слегка улыбнулся Казекаге, рассматривая свои рисунки, раскиданные по всему столу. Видимо, он относился к этому с некой теплотой. - П-прости, Гаара! - извинился поклоном Ли, краснея пуще прежнего. - Всё в порядке. - Рок удивлённо поднял румяное лицо на улыбающегося Гаару. - Это предназначалось именно тебе, и я рад, что тебе понравилось. - Что?.. - Ты так мило краснел и улыбался, когда рассматривал мои рисунки, что я не удержался и притворился спящим. Ты такой невинный, можно я тебя поцелую? Рок Ли увидеть две вещи, которые никто никогда не должен был видеть. Сон Казекаге и его рисунки. Впрочем, это было не так уж и плохо.