Новый рассвет

      Прошла неделя. И все это время я провела у Скотта дома. Мне нравилось общество МакКоллов. Я часто помогала по хозяйству: иногда готовила, мыла посуду и прибиралась — тем самым пытаясь отблагодарить за то, что меня приютили.       Но ничто не вечно. Сегодня утром, когда Мелисса открыла дверь, то увидела на пороге моего отца. — Я не поеду! — сказала я, когда папа зашёл в комнату. Айзек лежал на кровати и смотрел на сие действие. — Нет, поедешь! И что я говорил тебе насчёт этого парня?! — У «этого парня» есть имя! И если бы не он, то я бы уже перерезала пол города вместе с армией Генри! — Я не хочу, чтобы ты с ним встречалась! — Почему? — По ряду причин! Во первых, он — оборотень! — Я бессмертная! И я не собираюсь тебя слушать! Ты же не слушал дедушку Билли, когда он запрещал тебе встречаться с мамой! — Там была другая ситуация! — Как ты можешь говорить о том, какая у нас ситуация, если ты не знаешь, что между нами?! Ты даже имя его не помнишь!       Я села на кровать к Айзеку. Он молча обнял меня со спины. — Мне все равно. Ты собираешься и возвращаешься домой, а через 2 дня мы едем обратно в Форкс.       Он ушёл. Я прижалась к парню, глотая слезы. Не хотела с ним расставаться. — Что ж… Видимо, у нас 2 дня… — задумчиво произнёс Айзек. — Предлагаю, провести их вдвоём… Только ты и я. Как тебе идея? — Я не хочу уезжать… — поворачиваясь к Айзеку, сказала я. — Я тоже этого не хочу… Хочешь, я поеду с тобой? — Ты нужен в Бейкон Хиллз. — А ты нужна мне.       Мы решили, что проведём эти 2 дня вместе. Я позвонила маме, и она разрешила остаться на это время у МакКоллов.       Когда ребята узнали, что я возвращаюсь в свой старый город, Лидия решила закатить мне прощальную вечеринку в домике у озера. Я сначала отказывалась, но потом поняла, что это, возможно, последний раз, когда я тусуюсь со своими друзьями.       В общем в мой последний день в Бейкон Хиллз я сидела на диване с больной от громкой музыки головой и пыталась найти хоть кого-то знакомого. — Почему не танцуешь? — спросила подошедшая ко мне Лидия. В её руках был полный фужер с чем-то явно алкогольным. — Устала. — ответила я. — Скоро будет медленный танец. Ну это я так, мало ли захочешь потанцевать… — хмыкнула Лидия.       Банши не обманула. Скоро включилась медленная мелодия.

Советую к прослушиванию «A Thousand Years» — Christina Perri

      Всё разбились по парочкам. Я увидела, как Айзек оглядывается по сторонам. Его взгляд остановился на мне. Он улыбнулся и быстро оказался рядом со мной. — Я тебя потерял. — шёпотом сказал парень мне на ухо. Его руки легли мне на талию. — Потанцуем? — С удовольствием. — обвивая его шею руками ответила я.       Я старалась не думать о том, что мы может больше не увидимся. В этот момент музыку для меня заменяло сердцебиение оборотня. Ничего другого не существовало. Только мы, только этот момент. Все остальное отошло на задний план.       Песню сменили, но Айзек продолжал держать меня за талию. — Пойдём наверх. — тихо прошептал он. — Прошлый раз, когда ты так сказал, все кончилось плохо. — В этот раз тебе понравиться. — ответил Айз, потянув меня за руку.       Мы поднялись наверх, запираясь в одной из комнат. Стоило двери закрыться, как губы Айзека накрыли мои. Я обвила его шею руками, отвечая на поцелуй. Его тёплые ладони забрались под мою футболку. Он прижал меня к стене. — Это мне определённо нравится. — прошептала я ему в губы.       Айзек ухмыльнулся так, как умеет только он, и, подхватив меня, перенёс на кровать.       Уже утром, лёжа в объятиях парня, я не смогла сдержать счастливой улыбки. Его дыхание щекотало мне шею. Но стоило вспомнить, какой сегодня день, улыбка исчезла с лица. — Айзек, — тихонько позвала я. — Ммм? Что? — Вставай, мне надо собираться… Я обещала маме… — Хорошо, сейчас.       Мы оделись и спустились вниз, перешагивая через пьяные тела. На часах было 8:30 утра. — Мам, я пришла. Как и обещала. — громко сказала я, заходя в дом. Айзек ушёл, проводив меня до двери и поцеловав на прощание. — Ты что-то рано. — заметила она, глядя на часы. — Я должна ещё вещи собрать.       Я стала подниматься наверх, как вдруг мама мне сказала. — Прости, милая, но так будет лучше.       Я промолчала. Просто не хотелось спорить с ней. Она старается меня понять, и я ценю это.       Включив песню «Guns and Roses– Don’t Cry», я стала собирать вещи. Вскоре чемодан был собран. Все мои фотографии с друзьями я убрала в рюкзак, но одну никак не хотела убирать. Это фото, сделанное на Рождество. Стайлз нацепил рога оленя и уселся под ёлкой, Лидия надела мишуру на шею, Скотт и Элисон целовались под омелой, а Айзек сидел в милом свитере с оленями, который я заставила его нацепить, и смотрел на меня, снимающую всю эту идиллию на фотоаппарат, подаренный мне ещё на день рождения. Кстати, и фотоаппарат, и альбом лежали там же, в рюкзаке.       Я смотрела на это фото, теребя кулон, подаренный Айзеком, и плакала. — Селена, спускайся. — позвал отец. — Сейчас. — ответила я, вытирая слезы.       До сих пор не могу поверить, что уезжаю. Что оставляю друзей, любимого человека. Я буду скучать по всем! По Стайлзу, Лидии, по Скотту и Элисон. Даже по вечно хмурому Дереку! Но больше всего я буду скучать по Айзеку. Хоть мы и договорились, что будем созваниваться, писать друг другу, но мне все равно больно.