What if?.. #ChildrenOfDarkness

[Дариус — сын Фэйт Лэхейн и Сэма Винчестера. Фэйт и Сэм какое-то время были парой, но их пути разошлись. Дариус остался с Фэйт и тосковал по отцу, Сэм общался с сыном крайне редко] Дариус всегда был Винчестером, хотя его мать и твердила ему, что он — Лэхейн. Наверное, разницы особой не было, ведь суть сохранялась — и его мать, и его отец были охотниками на нечисть, несли свое особое предназначение сквозь годы, пусть не всегда и с радостью. Мать — чаще с радостью, близкой к одержимости. Отец порой — с обреченностью, граничащей с безысходностью. Но Дариус с детства знал, что Охота — это то, ради чего он будет жить. Отец бывал рядом крайне редко, но когда бывал, то всегда говорил ему о том, что он должен следовать зову сердца. А сердце — оно всегда звало Дариуса в дорогу, и дорога эта обещала быть опасной и полной приключений. Мать больше склонна была облюбовать какой-нибудь сонный городок и превратить его в безопасную территорию, уничтожив всю нечисть в округе, чтобы можно было осесть и растить сына, с поры на пору снимая с полки оружие, чтобы стряхнуть с него пыть и пустить в дело, разогнав застоявшуюся кровь и обнаглевших монстров, решивших заглянуть на огонек. Отец — он колесил по стране, отправляя изредка Дариусу короткие сообщения, в которых не было особой любви, но было желание передать опыт. — Я хочу, чтобы ты всегда мог постоять за себя, Дар. Чтобы ты мог постоять за своих близких. И за тех, кто сам за себя постоять не может, — вот что сказал ему отец, когда в один из своих случайных и коротких визитов вручил ему дневники, кольт и набор фальшивых удостоверений личности вкупе с кредитками и прочим, прочим, прочим. — Не слушай его, Дариус, — сказала в ответ на это Фэйт. — Он загубил свою жизнь, следуя за братом, одержимым кодексом, который они сами и придумали. Живи там, где вырос. Храни тех, кто рядом. Ты — не он, и никогда им не станешь. Дариус никогда и не стремился стать подобием отца, хотя отец и казался ему фигурой величественной, важной, совершенно особенной. Увы, отец всегда был для него чужаком, недосягаемой вершиной, и подражать ему было как-то глупо. Дариус не хотел ощущать себя жалким, гоняясь за вниманием отца, которому, в сущности, был не особенно нужен… Но некоторые вещи у тебя просто в крови, хочешь ты этого, или нет. Дариус всегда был Винчестером, хотя его мать и твердила ему, что он — Лэхейн. И он нашел того, кто станет ему напарником. Братом стать не сможет, но сможет стать сестрой — Винчестеров должно быть двое. Ее звали Руби — просто Ру, как она попросила ее звать. Еще одна дочь, которую не заказывали. О кузине Дариусу рассказал отец — отправил очередное короткое сообщение, в котором просил убедиться, в порядке ли девчонка. Девчонка была не в порядке. Девчонка была одинока, растеряна и понятия не имела, как ей жить. Но у Дариуса были кое-какие планы на ее счет — и на их общий счет тоже. — Охота — это семейный бизнес, — усмехаясь, сообщил он. — Это такое масштабное наследие, если ты понимаешь, о чем я. Наши матери тоже не так просты. — А наши отцы и подавно, — согласно отозвалась Ру, салютуя ему рюмкой текилы. — Я рада, что ты приехал, Дариус. Мы с тобой кое на что да сгодимся. — Но главным у нас буду я, кузина. Заруби себе на носу. — Похвастайся потом этим перед папочкой, Дар. — Зови меня Дариус, я же просил. Дар — так звал его только отец.