Неравнобедренный треугольник

Западный край неба еще хранил на себе отсветы кроваво-красного заката, когда на пустыре недалеко от промышленной окраины Лондона стали словно из ниоткуда появляться люди в черных мантиях. Все они были в масках и с волшебными палочками наготове. Снейп прибыл одним из первых, он каким-то шестым чувством понял, что сегодня вечером Лорд соберет свой ближний круг, и потому не планировал себе никакой серьезной работы в лаборатории и из дома тоже никуда не пошел. Вчера у него снова ночевал Блэк, на этот раз они спали в одной кровати. Снейп не выспался, никогда прежде он не проводил всю ночь в одной постели с кем-то. Его новоиспеченный любовник спал, как убитый, после двух сеансов бешеного секса с разницей меньше чем в пару часов и шести пинт пива, которые они выпили на двоих. Полночи Северус таращился в потолок и думал о том, как он докатился до такой жизни. Почему он позволяет Блэку приходить к нему, когда тому вздумается, почему трахается с ним так, словно был рожден именно для этого? И, как ни странно, в обществе бывшего школьного врага ему вполне комфортно — пока они не затрагивают острые темы, конечно. Но они и не затрагивают, пара словесных тычков под ребра в качестве легкого флирта — не в счет. Да, конечно, Блэк почему-то оказался самым желанным партнером в его жизни, но ведь она состоит не только из секса. Что будет, если кто-то из его знакомых узнает, что Снейп спит с кем-то из Ордена Феникса? Что, если об этом узнает Темный Лорд? В этом случае Северус расценивал свои шансы на выживание как минимальные. Хозяин не будет разбираться, секс тут или измена по всем фронтам, он сразу вдарит Авадой Кедаврой и тут же забудет о том, что Снейп вообще когда-то существовал. Северус даже вряд ли успеет выдать вполне правдоподобную версию о попытке шпионажа на вражеской территории — Лорд не выносит самодеятельности. Словом, было совершенно ясно, что с Блэком надо завязывать. Но, когда эта мысль в очередной раз приходила в голову, Северус поворачивался в сторону спящего рядом Блэка, смотрел в лунном свете, как его длинные черные волосы разметались по подушке, слушал его глубокое, спокойное дыхание и терял всякую решимость. Эти мысли совершали полный оборот несколько раз за бессонную ночь, и отключился Снейп только под утро, чтобы спустя пару часов проснуться от возни Блэка рядом с собой. Потом они молча пили кофе в кухне, курили, трахались на узком диване в гостиной, потом снова курили, глядя в потолок. Блэк ушел только ближе к обеду, и у Снейпа вновь не нашлось слов, чтобы выпроводить его насовсем. Остаток дня прошел в бесполезном самокопании, и вот теперь этот вызов Лорда на безымянный пустырь, который не сулил ничего хорошего. Снейп стоял в первых рядах и смотрел на Хозяина, мрачно глядевшего куда-то сквозь собирающуюся толпу Упивающихся Смертью. Рядом с ним на земле, в луже лежал человек, которого из-за грязи и побоев невозможно было опознать. Очевидно, намечалась прилюдная казнь. Снейпа пробрала дрожь при мысли, что из-за Блэка он сам может оказаться на месте этого несчастного. Вскоре появился Регулус — Снейп узнал его по маске, которая у каждого Упивающегося немного отличалась от остальных. Он встал рядом, но не вплотную, как раньше. Они не поздоровались. Шеренга последователей Темного Лорда все росла, и вскоре тот заговорил. Подобные речи Снейп слышал уже не раз, за Хозяином вообще водилось устраивать показательные казни для устрашения как врагов, так и верных слуг. Но в этот раз Темный Лорд был особенно красноречив и торжественен, и вскоре стало понятно почему. Несчастный, лежащий у его ног, оказался представителем древнейшего волшебного рода МакМилланов, тем самым, который публично через «Ежедневный пророк» высказал свое презрение к идеям и методам борьбы последователей Темного Лорда. И вот теперь он поплатится за это сполна. Для начала Хозяин решил развлечься пыточными заклятьями, и, как только МакМиллан начал выгибаться на земле в приступах невыносимой боли, Снейп бросил невольный взгляд на Регулуса. Тот дернулся вперед, пытаясь что-то сказать. Недолго думая, он затащил младшего Блэка в толпу. К счастью собравшиеся были слишком увлечены зрелищем пытки, чтобы обратить на это внимание. — Уймись, ты все равно ничем ему не поможешь, — сквозь зубы прошипел Северус, надеясь, что его никто, кроме Регулуса, не услышал. Тот прерывисто дышал и едва держался на ногах, мыча что-то нечленораздельное. — Успокойся, это быстро закончится, — снова пытался урезонить его Снейп, сам не веря своим словам. Хозяин любил развлечь себя пытками и не имел привычки укорачивать страдания жертв. Крики МакМиллана уже перешли в надсадное сипение, когда Волдеморт оставил его в покое и снова стал говорить со своими последователями. Содержание его речи было вполне предсказуемым — он не позволит никому, даже самому чистокровному, перечить его воле и участь МакМиллана разделит каждый из здесь присутствующих, кто посмеет хоть на йоту отступить от своего верного служения. Снейп слушал слова Лорда вполуха, то и дело косясь на Регулуса в опасении, что тот снова попытается что-то возразить. К счастью, Блэк стоял неподвижно, словно обратился в камень, и выражение его лица под маской не было видно. Под конец своей речи Волдеморт приказал пятерым Упивающимся, стоящим в первых рядах, закончить пытку, и те принялись швырять в несчастного все самые мерзкие заклинания, которые могли прийти им в голову. Уже через минуту МакМиллан был мертв, Темный Лорд издал короткий торжествующий смешок, поджег тело несчастного, выпустил в небо темную метку и аппарировал с громким хлопком. Спектакль был окончен, зрители и участники исчезали молча, и вскоре Северус и Регулус остались на пустыре одни. Снейп стянул с себя маску и вытер холодный пот с лица. — Реджи, надо уходить. Сюда с минуты на минуту прибудет Аврорат, — он указал на расползающуюся в небе Темную метку. Регулус не ответил, по-прежнему стоял, словно не в силах пошевелиться. Снейп тронул его за плечо, снял с него маску и увидел, что по его как никогда бледному лицу текут слезы, а взгляд сфокусирован в одной точке — на догорающем трупе МакМиллана. — Все кончено, Регулус, ты ничем бы не смог ему помочь, — снова попытался привести его в чувство Снейп. Потом он быстро оглянулся, увидел вспышку заклятия где-то в сотне ярдов от себя, схватил Блэка за руку и аппарировал. Они свалились на лестничной площадке третьего этажа у квартиры Снейпа — для рассчета мягкой посадки времени не было. — Ты в порядке? — спросил он. — Ногу подвернул, — не сразу ответил Регулус. Его голос был каким-то деревянным. — Давай зайдем, а то наш маскарад может напугать соседей, — сказал Снейп и помог Блэку доковылять до квартиры. Там он зажег свечи и небольшой камин в гостиной, скинул с себя мантию и внимательно посмотрел на своего гостя. Регулус сидел на его маленьком диване очень прямо и неподвижно. На его лице все еще читался шок, руки он положил на колени — худые и бледные на фоне черной мантии, они напоминали костяные пальцы Смерти, как ее часто изображали в старинных книгах. — Я думаю, тебе стоит выпить, — сказал Снейп и тряхнул головой, отгоняя неприятную ассоциацию. Регулус не ответил, даже не кивнул. Северус пошел на кухню, открыл маггловский холодильник, который достался ему от прежнего владельца квартиры, и извлек оттуда две бутылки пива, которые вчера забыл тут Сириус. Ничего крепче в доме не водилось с тех пор, как старший из братьев Блэк повадился сюда ходить — у него были особые отношения с алкоголем. Снейп принес пиво в гостиную. Регулус молча взял бутылку, поставил себе на колено и продолжал пялиться в пространство. — Нет, тут одним пивом не отделаешься, — констатировал Северус и направился к своей полке с зельями. — Где-то у меня тут было успокоительное… — Не надо, — внезапно ожил Регулус, отпил из бутылки и закашлялся. — Что это за дрянь? — Маггловское пиво, — нехотя ответил Снейп и все-таки взял с полки флакон с подходящим случаю зельем. — Откуда у тебя эта мерзость?! — Ну, по крайней мере, ты уже разговариваешь, — с фальшивой улыбкой сказал Снейп, избегая неудобного вопроса. — Что это за место? — спросил Регулус, обводя подозрительным взглядом все вокруг. — Я здесь живу уже несколько месяцев. — А чем тебя не устраивала квартира в Хогсмите, которую ты снимал раньше? — Да всем устраивала, только вот я и мои опыты в зельеварении не устраивали квартирную хозяйку. Магглы задают гораздо меньше вопросов. — Так это маггловское жилище? — с отвращением воскликнул Регулус, быстро поднимаясь с дивана, словно мог от него чем-нибудь заразиться. Снейп был уязвлен такой реакцией и невольно вспомнил Сириуса, которому, в отличие от брата, вообще было плевать, где находиться, лишь бы там было с кем трахаться и что выпить. Как в одной семье могли вырасти такие разные люди, он не понимал. В это время Регулус сделал решительный шаг в сторону выхода и тут же рухнул на пол с протяжным стоном. Северус с некоторым злорадством посмотрел на него сверху, а потом нагнулся и задрал штанину на его левой ноге. Лодыжка уже опухла — жесткая посадка на лестнице не прошла даром. — Вот теперь ты точно вышел из шока, — сказал Снейп и вернулся к шкафу с зельями. — Что ты за человек?! — раздраженно воскликнул Регулус. — Не можешь даже аппарировать, чтобы кого-нибудь не покалечить! Живешь в какой-то маггловской дыре! Пьешь вонючее пойло! Не понимаю, как я вообще мог с тобой связаться! От тебя одни неприятности! — Ори, ори, станет легче, — спокойно сказал Снейп и продолжал делать вид, что ищет обезболивающее зелье, хотя оно стояло на самом виду. — Самое смешное, что это говорит мне человек, чуть не подставивший себя под Аваду Кедавру сегодня вечером. Я, между прочим, тебе дважды сегодня жизнь спас. — Да неужели? — Регулус попытался подняться с пола, но рухнул обратно с протяжным воем и разозлился еще больше. — Может, мне еще поблагодарить тебя за это?! — О, конечно, не в вашей блэковской привычке быть благодарными такому, как я. Мне еле удалось вытащить тебя из-под облавы авроров и заткнуть тебе рот, когда Темный Лорд карал своего врага. Видит Мерлин, я сегодня уже превысил лимит добрых дел, отпущенный скромному полукровке! Так что первую помощь ты себе окажешь сам, — саркастично отозвался Снейп, схватил с полки обезболивающее зелье и кинул его Регулусу в руки. После этого он вышел из комнаты, прихватив с собой свою бутылку пива. Он считал, что с него было достаточно Блэков на сегодня. Но у тех было свое мнение на этот счет. Раздался настойчивый стук в дверь, и Северус чуть не выронил бутылку из рук. Он метнулся в гостиную, там на полу все еще сидел Регулус и вопросительно на него смотрел. Стук повторился. — Ты кого-то ждешь? — Нет, но твои крики могли перепугать соседей. Сиди тут молча, я сейчас, — ответил Снейп, от него не укрылось то, что Регулус вытащил волшебную палочку, словно ждал нападения. Сам Северус почему-то был уверен в том, кого увидит за дверью, и испытывал сейчас только досаду и раздражение. Он приоткрыл дверь и тут же выскользнул наружу, чтобы нос к носу столкнуться с Сириусом Блэком. — Я думал, тебя нет. А ты тут пьешь без меня. Северус только сейчас заметил, что до сих пор держит в руке бутылку пива. — Уходи, ты не вовремя. — Устроил вечеринку, а меня не пригласил? — с напускной обидой спросил Блэк и попытался открыть дверь, Снейп тут же преградил ему путь. — Сириус, просто уходи, — тихо сказал он, впервые назвав того по имени. — Ты не один? У тебя… Реджи? — Блэк по его взгляду понял, что угадал. Он плюнул себе под ноги, уничтожающе посмотрел на Снейпа, развернулся и пошел вниз по лестнице. Северус еще постоял на лестнице, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Ему показалось, что Блэк тихо матерится себе под нос. Потом он медленно зашел в квартиру, отхлебнул пива и закрыл дверь. Регулус сидел на диване и выглядел так, словно ничего не случилось. — И кто это был? — Да… никто. — Ты действительно не ставишь заглушающих чар в доме, набитом магглами?! Как ты вообще терпишь их соседство? — Ну, ты же терпел мое соседство в слизеринской гостиной, — парировал Снейп, ставя полупустую бутылку пива на стол. Он ощутил, что вымотался и устал от обоих Блэков разом. — Ты волшебник и твоя мать чистокровная, — с неудовольствием на лице возразил Регулус и потер ушибленную лодыжку. — Зато мой отец маггл. И ты терпишь меня просто потому что я полезен и не болтлив. И все вы так делаете. — Кто вы? — Слизеринцы. Эйвери, Розье, Малфой… да и Темный Лорд тоже. — Ты должен этим гордиться. — Ну да, у домовых эльфов тоже есть своя гордость, — с издевкой сказал Снейп. — Надеюсь, ты чувствуешь себя достаточно хорошо, чтобы аппарировать домой? — Думаю, да, — отрешенно сказал Регулус, и тут его лицо странно дернулось, и он зажмурился, словно внутри него что-то сломалось. Он затрясся всем телом и начал заваливаться набок. — Эй, что с тобой? — Снейп испуганно бросился к нему, схватил за плечо, хлопнул по щеке. Регулус не реагировал и только стремительно начал бледнеть. Снейп с мгновение стоял на месте, пытаясь понять, что делать, а потом бросился к шкафу в поисках подходящего зелья. Он уронил несколько склянок, пока трясущимися руками не извлек маленький пузырек с жидкостью жемчужного оттенка. — Реджи, не отключайся! — Северус, как мог, разжал крепко сцепленные челюсти Регулуса и влил несколько капель ему в рот. Это как ни странно, помогло, сведенные судорогой мышцы расслабились, и Блэк теперь лежал на диване хоть и бледный, но вполне живой. Он несколько раз глубоко вздохнул, открыл глаза и бессмысленно посмотрел по сторонам. — Ты как? — Это так… грустно, — пробормотал Регулус. — Так ужасно, что Сайруса убили… По его щекам потекли слезы, но лицо было расслабленным, словно у пьяного. — Да, я понимаю, — сказал Снейп, садясь на пол рядом с диваном и закрывая глаза от усталости. Ему бы самому не мешало выпить успокоительное зелье. — Ты ничего не понимаешь. Он же был последний в роду, — сквозь слезы сказал Регулус. — Века родословной… На нем все кончится… — Все когда-нибудь кончается. — Да, ты и правда не понимаешь. Снейп не ответил. Он встал, пошел в ванную, умыл лицо, стянул с себя мантию и белье и полез в душ. Под горячими струями воды он стоял, прислонившись лбом к кафелю. Ему самому хотелось плакать, и он точно не мог сказать, отчего. Это было не первое и, он был уверен, не последнее убийство, которое он наблюдал. Северус честно мог сказать, что ему не нравилось при этом присутствовать. Но он отгонял от себя размышления на тему целесообразности или необходимости этих убийств, потому что понимал, что они ни к чему не приведут. Терзаться бессмысленно, если ты не в силах ничего изменить. В этой ситуации можно лишь сделать свое существование по возможности более комфортным и безопасным. А это значит, быстро соображать, быть полезным и не болтать лишнего. Это он усвоил еще за годы учебы в Слизерине. Общение с Мародерами добавило к этому списку необходимость быть по возможности незаметным и не лезть в чужие дела и тайны. Меньше знаешь — крепче спишь. Он выключил воду, потянулся за полотенцем и уперся взглядом в Регулуса, который стоял на пороге и разглядывал его. — А ты даже красивый, когда мокрый. — Ты просто под кайфом, — возразил Снейп и намотал полотенце вокруг бедер. — Что ты мне дал? — Зелье утешения. — Как в прошлый раз? — по лицу Регулуса пробежала тень страха. — Я его доработал, и теперь оно не так бьет по мозгам, минут через пять тебя потянет в сон без сновидений. — Значит, у меня есть пять минут? Регулус подошел к нему вплотную и поцеловал в губы. Снейп ответил не сразу. *** Из дневника Регулуса Блэка Мой неудачный день рождения стал отправной точкой, откуда все пошло наперекосяк. Из-за той безобразной сцены я не виделся со С. довольно долго, соответственно, мой Эксперимент стал невозможен в силу отсутствия объекта в поле зрения. Я провел это время за разбором библиотеки и решением финансовых вопросов по просьбе моей матери, и если первое занятие было хоть и однообразным, но познавательным, то второе — хлопотным и совершенно изматывающим. Дела нашей семьи пришли в полный упадок, и всему виной, конечно, грязнокровки, заполонившие Министерство. Они напринимали законов, ограничивающих права старых семейств, лишающих их естественных привилегий. После того, как я с большим трудом уладил ряд вопросов, я еще больше уверился в необходимости нашей борьбы. Однако вынужден тут же признаться, что мне не всегда понятны ее методы. Темный Лорд, разумеется, гениальный волшебник и стратег, но иногда от его руки гибнут и чистокровные. Буквально на днях я стал свидетелем его расправы над Сайрусом МакМилланом, и это было омерзительное зрелище, которое мне было сложно пережить еще и потому, что Сайрус входил в круг друзей моей семьи с самого детства. Он выступил против Темного Лорда, а Лорд расправился с ним так, словно тот был не наследник древнейшего рода, а какой-то маггл. Я пытался возразить против пытки, которую устроил Лорд, но оказавшийся рядом С. не дал мне вмешаться, когда это только началось. А потом уже и я не мог вымолвить ни слова. Опуская подробности, скажу, что мёртвое лицо Сайруса я буду помнить всю оставшуюся жизнь. У этого события было лишь одно положительное следствие — теперь мы снова общаемся с С. А значит, я снова могу наблюдать за ним и делать выводы о разнице между чистокровным волшебником и полукровкой. Вот уже сейчас я обнаружил еще одно отличие — С. не среагировал на смерть Сайруса так же, как я, он остался почти равнодушным к этому. То есть, ему и в голову не может прийти, что смерть наследника древнейшего волшебного рода во цвете лет — это трагедия несоизмеримо большая, чем просто смерть. Старые семейства можно пересчитать по пальцам рук, и потеря последнего представителя любого из них — это падение очередной опоры всего нашего общества, которое благодаря грязнокровкам и так катится в бездну. С. не в состоянии понять этого, хотя я и пытался донести до него эту мысль, он не может мыслить глобально, в отрыве от конкретики текущих событий. Это сквозило в его словах утешения. Однако я все равно благодарен ему за участие, и рад, что мы вновь общаемся. Я заметил, что он тоже скучал по нашему общению и даже начал курить. Вся его кухня пропахла дешевым маггловским табаком (вот кто из чистокровных бы опустился до этого?), и даже простыни на кровати пахнут сигаретами и алкоголем. С. было неловко от моих вопросов, он пытался отшутиться, с утра начал менять постельное белье и отводил взгляд. Очевидно, он сам понимает, как низко пал в отсутствие общения с чистокровным волшебником, за которым ему надо все время тянуться. *** Сириус никогда не знал конкуренции. Ему просто не было знакомо это чувство, когда сравниваешь себя с кем-то и пытаешься понять, почему кого-то предпочли тебе. Несмотря на то, что у него в отношениях с родителями все было очень непросто с самого начала, он всегда знал, что именно он — главная звезда на семейном небосклоне. Мать его обожала и душила любовью, и, даже когда родился Регулус, Сириус всегда оставался для нее первым и главным ребенком. Где бы он ни появлялся, он приковывал к себе внимание сразу, ничего особенно для этого не делая. Сириуса доставало то, что все вокруг обмирали от его красоты и не замечали, каким он был на самом деле. В детстве магия вырывалась из него, как из вулкана, он баловался и устраивал в доме магические пожары, наводнения и прочие стихийные бедствия просто от скуки. Он заставлял фамильные портреты в гостиной вращаться, чтобы те громче орали. Он не любил тишины. Мать кричала на него, присоединяясь к воплям почивших родственников, но по-настоящему не наказывала. А потом он подслушивал разговоры взрослых, где мать с гордостью говорила, что Сириус станет великим магом современности и, как минимум, министром магии, раз он и без палочки способен на такое. И это со временем начало его бесить. Он совсем не хотел воплощать чужие надежды и амбиции. Когда он поступил на Гриффиндор, опять же просто из чувства противоречия и желания позлить мать, та действительно стала его гораздо больше наказывать, оскорблять и унижать. Но Сириус знал, что Вальбурга это делает просто от мучившего ее разочарования и уязвленной гордости, при этом ее любовь никуда не делась, возможно, стала даже острее. В школе, сразу найдя себе компанию друзей, Блэк знал, что при желании мог опередить их всех и в квиддиче, и в учебе. Но Сириуса никогда особенно не занимала наука. Ему все давалось легко, и потому он не ценил своих успехов. Буквально с первого класса его окружали поклонницы. Девчонки писали ему любовные записки, мальчишки подкарауливали, чтобы навалять и опустить с неба на землю. Но Сириус на то и был назван в честь самой яркой звезды на небосклоне, чтобы пребывать в уверенности, что если он кого-то раздражает, значит, ему завидуют, а раз завидуют, значит, он лучший. В старших классах ему надоело обожание преданных поклонниц, и он стал искать любви недоступных. Все они сдавались под его чарами и быстро соглашались пойти с ним на свидание. Это скоро надоело, и тогда Сириус начал отбивать девушек у других парней. Поначалу это было даже весело, потому что сулило не только приз в виде секса в пустой аудитории, но и разборки с парнями в коридорах. Его несколько раз чуть не выгнали за драку и причинение увечий ученикам. Сам он отделывался парой синяков, потому что боевые заклинания ему давались лучше всех остальных. И вот к середине седьмого курса он столкнулся с тем, что его стала ненавидеть добрая половина школы. И даже Джеймс как будто начал от него что-то скрывать. Впрочем, это «что-то» было ясно, как день. Поттер стал встречаться с Эванс. Сириус знал, что они будут вместе, еще с пятого курса, когда заметил долгие взгляды Джеймса в ее сторону. И, хотя он разбил много сердец и союзов, Блэк считал дружбу священной и никогда не подкатывал к Лили, слова грубого не сказал в ее сторону. — Ты можешь быть спокойным насчет Эванс, — бросил он Джеймсу через занавески своей кровати, когда тот тайком ночью пытался выйти из комнаты, чтобы пообжиматься с Лили в гриффиндорской гостиной. — Эмм… — промычал Поттер от неожиданности. — Я не буду тебе мешать. Меня, может, и считают маньяком, но я все-таки не сумасшедший и не буду отбивать у тебя Лили. К тому же она мне нравится… не в том смысле, успокойся. Блэк сел на кровати, чтобы посмотреть на лучшего друга. — Она, действительно, не такая как все. И потому у меня нет с ней шансов. — Сириус, ты мог бы соблазнить даже МакГонагалл, если бы захотел, — усмехнулся Джеймс. — Это вряд ли, кошки и собаки обычно не ладят друг с другом, — Сириус заржал и лег обратно в кровать. — Иди к ней, пока она не ушла. — Бродяга, я тебе не судья, но… — Джеймс запнулся, потому что знал, что его дальнейшие слова могут вызвать приступ ярости у лучшего друга. — Завязывай кадрить чужих девчонок, а то нам скоро… — Хорошо, не буду, — перебил его Блэк. — Мне это уже надоело. К тому же я вчера видел Регулуса с синяком на шее и разодранным лицом. — Наверное, Эйвери ему навалял после нашей стычки. — Ага. Этого гада я еще достану. Но Реджи и так хреново в этом гадюшнике, не хочу осложнять ему жизнь еще больше. — И то верно. Ну, я побежал! — сказал Джеймс и выбежал из комнаты, оставляя Сириуса с его вечной скукой и непонятно откуда взявшейся досадой. Он сам не знал, что ему мешает жить спокойно, его всегда тянуло к неприятностям, только в экстремальных условиях он чувствовал себя по-настоящему живым. Жизнь в Хогвартсе представлялась Блэку слишком предсказуемой. Но вскоре после того, как они окончили школу, началась магическая война. И теперь он жил от битвы к битве, и от свидания до свидания со Снейпом. Только эти две вещи, каждая по своему острая и возбуждающая, давали ему те ощущения, которые наполняли его радостью жизни. И именно Снейп дал ему понять, что он, Сириус, не единственное светило в небе. Что есть и другие, Регулус, например. Он ехал на своем мотоцикле по трассе вон из Лондона с одной лишь целью — оказаться как можно дальше, чтобы не убить их обоих. Едва не доехав до Манчестера, он остановился на обочине рядом с заправкой и мотелем. Бензин ему был не нужен, его мотоцикл ездил благодаря магии. Но в таких местах всегда водились проститутки и был бар, где легко можно было напиться до беспамятства или перепихнуться с кем-нибудь в туалетной кабинке. Он уже так делал, когда его одолевала скука или тоска. А сегодня у Сириуса на душе было настолько плохо, что он полжизни бы отдал, чтобы избавиться от этого чувства. В баре было темно. В углу сидело несколько работяг в одежде дальнобойщиков, за барной стойкой стояла толстая женщина с искусственно выбеленными волосами, торчащими во все стороны. Сириус заказал два пива, и к нему тут же, словно появившись из темноты, подсела темнокожая девчонка в короткой юбке. Он молча дал ей пива, она улыбнулась, но Блэк уже знал, что никакого продолжения не будет. Ни эта уже слегка потрепанная красотка, ни парень в желтом комбинезоне, несколько раз демонстративно проходивший мимо него и кидающий призывные взгляды, не смогли бы заглушить ту боль, которую он испытывал. Даже странно, почему он раньше не догадался, что Снейп спит с обоими Блэками сразу. Сириус привык к тому, что его присутствие автоматически вычеркивало из уравнения третью сторону. Потом, после того, как Блэк охладевал к объекту своей страсти, ему уже было все равно, с кем девицы утешались. Быть не единственным оказалось ужасно неприятно. Если бы Сириус верил в карму, он бы решил, что его догнало возмездие судьбы. Но он ни во что такое не верил, потому что с раннего детства видел, что зло чаще всего остается безнаказанным. Ведь прощала же ему мать раз за разом его проступки. Опрокинув в себя пинту пива, Сириус вышел на улицу и закурил. Он посмотрел на небо, увидел полную луну, слегка затянутую облаками, и понял, куда сейчас отправится. Из дневника Регулуса Блэка Вчера мы с С. были в Малфой Мэноре на приеме у Люциуса и Нарциссы. Я с удивлением обнаружил, что С. вхож в их дом и бывал там не раз. Мне казалось, что лишь я мог ввести его в высшее общество, и чувствовал себя слегка уязвленным, пока не понял, что на самом деле Малфою и его окружению С. оказывает некие услуги. Они о чем-то шептались с Люциусом, когда им казалось, их никто не видит. Я заметил, что из кармана Малфоя в руки С. переместился тяжелый кошелек с монетами. С. в этот момент кивнул и что-то коротко сказал, я расслышал лишь «пришлю совой». Возможно, он варит зелья, которые Люциус не готов был покупать открыто в аптеке или заказывать у другого зельевара во избежание огласки. Или речь идет о каких-то сведениях, которые С. добывает по его приказу. Я заметил, что он часто не появляется на собраниях Пожирателей смерти, а занят какими-то другими поручениями Темного Лорда. Я лишь знаю, что именно он варит Веритасерум для допросов его врагов. То есть С. как полукровка в доме Малфоев и среде Пожирателей смерти выступает в качестве полезного исполнителя поручений, которыми они не хотели бы заниматься сами. Это вполне вписывается в мою теорию о том, что у таких, как он, просто изначально нет шансов стать полноценными членами магического общества. Они занимают некую промежуточную позицию между домовыми эльфами и людьми. И в этой роли они действительно приносят пользу обществу. Другое дело, что я не могу себе представить разумного волшебника, которого бы устраивала такая позиция собственного отпрыска. Хотя сама мысль о совокуплении и сожительстве с магглом может прийти в голову только самым неразумных из нас. Мои наблюдения за С. в последнее время затруднены тем, что он постоянно занят и мы редко видимся. А когда встречаемся, его мысли где-то далеко и потому мы мало разговариваем, я не могу сделать выводы об особенностях его мышления как полукровки. Что я действительно ценю в наших с ним отношениях, так это его полное понимание своей роли рядом со мной в обществе. Когда мы с ним сошлись близко, я опасался, что он будет переходить границы фамильярности, как часто делают те, кто начинает встречаться. Меня всегда тошнило от вида целующихся парочек в Слизеринской гостиной, и даже некоторые парни позволяли себе целовать своих любовников в шею и приобнимать их при встрече у всех на глазах. На мой взгляд, это абсолютно неприемлемо. И хотя на Слизерине всегда было больше содомитов, чем на любом другом факультете (я где-то вычитал, что виной тому личные пристрастия Салазара Слизерина), я не считаю, что это нужно как-то приветствовать в общественном пространстве. И так уже в газетах и досужих разговорах мелькает мысль, что чистокровные семьи вырождаются из-за приверженности их отпрысков однополой любви и прочим половым извращениям. Это, конечно, редкая чушь, ведь все известные мне чистокровные мужчины, когда-то откровенно предпочитавшие парней, сейчас благополучно женаты, и у большинства уже есть дети. Я лично для себя тоже не приемлю другой перспективы. Семья гораздо важнее любых сексуальных предпочтений. К тому же я сам про себя не могу сказать, что мне нравятся исключительно мужчины. Сказать по правде, мне мало нравятся люди вообще. А с С. я встречаюсь только потому, что так сложилось. Мы встретились, когда оба нуждались в союзе. На его месте могла бы оказаться и девушка. Хотя не думаю, что отношения с женщиной, в особенности полукровкой, смогли бы продолжаться так долго, сколько мы общаемся с С. Мне бы просто не о чем было с ней разговаривать на протяжении двух с половиной лет. Девушки все очень хотят замуж, а я женился бы только на подходящей мне партии. К тому же женщины так эмоциональны! Я был свидетелем нескольких отвратительных сцен между разнополыми парами и могу сказать, что ничего такого для себя не хочу. Если уж женитьба неизбежна, я предпочту обзавестись семьей после нашей окончательной победы. А сейчас у меня нет времени и желания это терпеть. С. в этом плане очень удобный партнер. Он не устраивает сцен, и мы никогда не афишировали наши отношения, я даже не уверен, что кто-то на приеме у Малфоев понял, что мы общаемся за пределами их компании. С. умеет держать дистанцию, и его лицо никогда не выдает чувств. Впрочем, он и в личном общении иногда забывает снять маску, и это его недостаток.