XXX

Чонгук пятился назад, пока не уткнулся спиной в стенку. Чимин не разжимал ладонь, он смотрел снизу вверх, но делал это так повелительно, что Гук невольно поднял голову кверху и жалобно застонал. Тут бы не кончить от этих нежных пальцев и крепкой хватки, а еще и этот взгляд. — Я тебе не послушный мальчик, которого можно подчинить себе и делать, что вздумается. Ты сам уйдёшь или мне тебе помочь? Чимин сжал ладонь чуть сильнее. — Я уйду, отпусти, — шипел Чонгук. Правда ведь оторвёт. — Пошёл вон. Чимин разжал ладонь и отошёл от парня. Чонгук поспешил выбраться из кабинки. Пак тяжело выдохнул. Это было страшновато, но, кажется, сработало. Парень встал под струи воды и продолжил начатое. Чонгук поглаживал свою прелесть с особой заботой. Обычно он причиняет боль своим партнёрам, на него подобное не распространялось, но сегодня всё было иначе. Чимини такой непослушный и думает, что может все. Кажется, он легко взрывается. Чонгук понял для себя одно: ему нравится злить этого парня. Чон натянул на себя свои вещи и попутно прихватил одежду Чимина, с довольной улыбкой вынося её за пределы душевой. *** Чимин протер лицо полотенцем и окинул взглядом пол. На полу было пусто. Разве не здесь он оставил вещи? Нет, их не было. Парень цокнул языком и завернулся в полотенце. Чонгук мерзавец. Пак выбрался из душа и осторожно осмотрелся по сторонам. Никого не было, кажется, он последний. Сколько бы не искал, а своих вещей так и не обнаружил, кажется, Чонгук унёс их с собой. Чёртов извращенец. Из вариантов на временную одежду Чимину посчастливилось найти лишь костюмы для игр с переодеванием и, несколько не запертых на ключ шкафчиков с личными вещами, один из таких шкафов был Тэхёна. Чимин просто надеялся, что Тэ не обидится, если Пак воспользуется его вещами… Всего один раз. Чим напялил через голову огромную толстовку и, самую малость, утонул в той. Вот это размер. Она Тэхёну-то велика, а Чимину и подавно. И пахнет Тэхёном… Так необычно. Немного одеколоном, немного его кожей. Пак глубоко вздохнул и приобнял себя за плечи. Так приятно, если подумать. *** Тэхён округлил глаза и принял свою толстовку из рук парня. — Боже, если бы я знал, то постирал бы её, — пробормотал Тэхён. — Она наверное моим потом пропахла, фу. Как ты выжил после такого? Чимин усмехнулся, прикрыв рот ладонью. — Не знаю, что на счёт твоего пота, но после себя я ее постирал, так что не переживай. — Хоть кто-то мои вещи будет стирать, — рассмеялся Тэхён. Смех перешёл в неловкое молчание. *** Чимин включил камеру и посмотрел на сцену, посреди которой на большой кровати красиво разложился мальчик-пассив, которого Чонгук сейчас будет грубо иметь на камеру. Что же, Чонгуку следовало отомстить, а Чимин знал, как. Чон навалился сверху на своего партнёра так, что аж кровать скрипнула. Парень под ним застонал и попытался выбраться, однако Гук заломал ему руки и вдавил в кровать сильнее. А далее следовал долгий процесс связывания. Чонгук профессионально стягивал руки и ноги парня верёвкой, а Чимин упорно ждал. Сейчас, только свяжет его. Пусть сперва доделает своё дело до конца. Гук перевернул натурально хнычущего парня и схватился рукой за его горло. Он навис бёдрами над красивым личиком и почти было вставил свой член ему в рот, как Чимин поставил запись на паузу и хлопнул в ладоши. Чонгук ошарашенно посмотрел на Пака, как и вся остальная съёмочная команда. — Не натурально, Чонгук, — спокойно сообщил Чимин. — Зачем ты остановил? Нельзя останавливать, переснимать придется, — возмутился Гук, на время отпустив горло партнёра. — Ну, вообще, он имеет право вмешиваться в съёмочный процесс, — заметил кто-то. Чонгук недовольно шикнул. Он ждал от Чимина разъяснений. В каком это месте он был не натурален? — Ты играешь насильника, Чонгук, а для насильника ты уж больно мягок. Это не ролевые игры, а постановка, не забывай об этом. Ты должен выглядеть как насильник, а не как пародия на него. — Да, кстати, я согласен, ты слишком мягок со мной, — заметил пассив, — когда я сопротивляюсь, будь настойчивее. — Хорошо, Чонгук, развязывай его, мы снимем эту сцену заново. Чон сцепил зубы и, просверлив Чимина недобрым взглядом, принялся разматывать руки партнёра. Он так долго завязывал эти узлы, а теперь придётся делать это снова. Чонгук вновь боролся с партнёром, только уже активнее. Он старался. Если честно, Чимину не хотелось придираться к его игре, он вёл себя, как профессионал, и не допускал ошибок. Но помучить хотелось. — Чонгук, стоп, теперь здесь, — вновь прервал процесс съёмки Чимин, не успел Чонгук вставить свой член в рот пассива. — Твой… орган. — Что, теперь тебе мой член не нравится?! — возмутился Чонгук. — Чон, не дерзи, — шикнул кто-то со стороны. Чонгук виновато опустил голову и сцепил зубы. Он в ярости? Обидели малыша. Чимину было приятно смотреть на его страдания.