XXX

Чонгук не шутил, когда предупреждал Чимина о том, что верёвки рано или поздно сползут, а парень освободится. Так и случилось. Чонгук быстро выпутался, стянул с глаз повязку и подхватил парня на руки, Пак пискнул от испуга, когда его под бёдра взяли крепкие руки. Чимина резко перевернули, усадив на стул. Чонгук смотрел на парня сверху вниз, его улыбка была коварной, он медленно надавливал на его ноги, всё больше сгибая Чимина, нависал всем телом и точно знал, что сделает с ним. В глазах Пака читался страх. Чон подобрал ленту, которой были завязаны его глаза и надавил ею на губы парня, разъединив те. Парень завязал крепкий узелок на затылке. — Это чтобы соседям было не так страшно. Я обещаю, ты будешь кричать. Чимин стонал громко, вымученно, но конечно же, никто, кроме Чонгука, его не услышит. Мощные толчки бёдер, шлепки, сбившееся дыхание и скрипящий под ними стул. Чон сломает его, точно сломает. Чим крепко держался за спинку, пытаясь не соскользнуть. Его сложили в безумно неудобной позе. Наверное, Чон сильно натерпелся сегодня от него, раз так груб. Стул не заставил себя долго ждать, ножка треснула очень быстро, а оба парня повалились на пол. Чимин зашипел от боли. Чонгук свалился прямо на него. — Эй, ты как? Больно? Гук испуганно подхватился на ноги, подняв за собой и Чимина, с силой ухватив того за руку. Пак шикнул и схватился за локоть. Чон с ужасом осознал, что потянул только что за больную руку. — Прости, — Гук обхватил парня обеими руками и спрятал лицо в чужом плече, — извини, пожалуйста… Где ещё болит? — Всё в порядке… Чонгук крепко прижал парня к себе и бережно погладил по волосам. Боже, он так испугался… Кажется, секс окончен. *** Чонгук обрабатывал ссадину на локте парня, заботливо перебинтовывая руку. Слава богу, что ссадина, он страшно боялся, что Чимин вывихнул руку. Гук с беспокойством заглядывал в глаза и каждую секунду взглядом будто бы спрашивал, всё ли хорошо. Чимин умилялся. — Ты слишком заботливый для того, кто полчаса назад пытался убить меня, — усмехнулся Пак. — Тебе просто нравилось это, я… извини, если я переборщил. — Да, со стулом был перебор… Чимин рассмеялся и растянулся по всей кровати, уставившись в потолок. Удобно. Если представить, он бы мог остаться здесь и каждое утро просыпаться рядом с Чонгуком на этой чудесной кровати. Да, это не его деревянная раскладушка… От мысли о совместном утре внутри становилось невероятно тепло. — Слушай, Чонгук, а если бы ты не стал порно актёром, кем бы был? — Я? — задумался парень. — Не знаю. — Ну, хоть что-нибудь в голову приходит? Неужели ты и в то время не знал, кем хочешь стать? — Наверное, всё так и было. Я не знал, кем мне быть… Но, кажется, мне следует задуматься… Если только ты против того, чтобы я снимался в порно. Чимин промолчал, он лишь перевернулся на бок, спиной к парню, положил руку под голову, и уставился куда-то в стенку. Наверное, он будет ревновать его. Даже думая об этом сейчас… — Ты ведь против, Чимини? — переспросил Чонгук. В его голосе звучала надежда. — Нет, я не против… Это же всего лишь работа. Что в этом такого? Чон поджал губы и перебрался на край кровати. Что это? Снова так больно. Чимин должен был ответить, что против съёмок, он должен был сказать, что ревнует… Наверное, так только в мыслях Чонгука. — Ладно, отдохни. — Чонгук поднялся с кровати. Зазвенела пряжка ремня, Чимин резко повернул голову в сторону звуков. — Ты куда? — в его голосе читался испуг. — Мне нужно проветрить голову, — натянуто улыбнулся Чон. Парень быстро застегнул молнию, надел на себя широкую футболку и уже спустя пару минут послышался хлопок входной двери. Чимин снова перевернулся на спину и уставился в потолок. Почему это так тяжело? Он чувствует себя виноватым. *** Чонгук вернулся только спустя час. Его не было достаточно долго, чтобы Чимин начал беспокоиться. Лицо Гука не выражало ничего хорошего, Пак боялся смотреть в глаза, это было тяжело. Что у него в голове? Он обижен? Зол? — Чонгук, всё хорошо? — нервно сглотнул подступивший к горлу ком Чимин. — Да, всё хорошо, — сухо ответил Чон. Парень присел на корточки, подняв с пола две футболки, которые случайно обронил тогда. Да, Чимину точно пошла бы белая. Гук аккуратно стряхнул ткань и открыл шкаф, взяв оттуда два тремпеля. У Пака вдруг что-то внутри закололо. Он повесит их обратно? Но разве Чонгук не хотел подарить ему свою футболку? Чон вернул вещи обратно в шкаф и, захлопнув дверцу, уперся лбом в деревянную поверхность, медленно выдохнув. Ему немного легче. Да, он чувствует себя лучше. — Чимин, — еле слышно пробормотал он, — извини, но… давай расстанемся?