Filofobia

       yonn.fuck спишь?

taetae.luv спал.что тебе нужно, хён, в 3 ночи?

yonn.fuck в 3 утра. хочешь изысканно провести время с любимым хёном?

taetae.luv юнги, ты уже набухался или мне только кажется? где ты?

yonn.fuck если кажется, целоваться надо.

taetae.luv креститься*.где ты, хён? я сейчас приеду.

yonn.fuck курить и пить*.не надо, я…

taetae.luv ты? что случилось?

Из-за внезапного жуткого звука дверного звонка в тишине глубокой ночи, напоминающий предсмертный крик чайки, Техён свалился со своей кровати прямо в объятия холодного пола. Телефон улетел вообще в неизвестном направлении, а крик чайки продолжал звучать в ушах парня. Кому это ни свет ни заря припекло испортить и так не очень хорошее настроение? За дверью стоял, о, нет, качался и едва держался на ногах Юнги, в руках которого можно заметить свёрток. Под глазами черные круги от недосыпа, а в волосах между белыми прядками чернеют частицы грунта. Увидев ещё сонного Техёна в одних розовых штанах с милыми единорогами, Юнги с пьяной широкой улыбкой набросился на хозяина квартиры, крепко обнимая, хотя и пакет с банками от пива и коньяком немного мешал обнимать жертву до такой степени, чтобы он едва дышал, чувствуя как ребра ломаются. — Хён?! — закрыл дверь Тэ, понимая, что попал. И немножко даже чувствует дыхание смерти в затылок или это просто перегар Юнги? Еле дотянув парня на кухню, Тэхён отобрал в напряженной борьбе с Юнги пакет с бухлом, в которой он бы проиграл, если бы не состояние хёна, и сунул алкоголь в почти пустой холодильник. — Воды? — пытался он отдышаться после жесткого боя с хёном и обиженно тёр свой левый бок. Даже пьяным Юнги был очень сильным. — Ты же ззззззззнаешь, ччччччто яяяяя ттттт… лублу? — уложился хён на пустой стол, рассматривая синий потолок с детским восторгом. Тэхён устало вздохнул, потянувшись за стаканом для воды. Кажется, эти несколько часов он проведет за пьяными разговорами с Юнги, что едва разговаривает и этим солнечным утром точно не будет помнить, какого черта он спал на столе. В Тэхёна. Но все же было интересно, какого хрена Юнги в таком состоянии? Какая причина или кто виноват? Ему удалось напоить хёна прохладной жидкостью, что сделала влажными и черную футболку Юнги, и розовые штаны любимой пижамы Тэ. В любой войне будут жертвы, но штаны! Где-то ещё два часа Тэ пытался успокоить Юнги, не позволяя залезть на подоконник, отрезать свои любимые чёрные волосы тупым ножом, вернуть подарок Юнги обратно из холодильника и даже поцеловать Тэ, хотя на его шее и появилась пара красных засосов, а на щеке хёна несколько синяков. После всего этого Тэхён наконец заставил Юнги успокоиться, позволив положить еще пьяную голову на свои уже почти не влажные колени и играть тонкими длинными бледными пальцами с его черными кудрями, которые Тэ чуть не лишился недавно. — Ты красивый, — мягко улыбается хён. Его губы немного красные после засосов, а в тёмных глазах можно заметить сожаление и… грусть. — Это моя работа, хён. Я продаю свое лицо и зарабатываю именно благодаря своей красоте, что ценится в этом обществе гораздо больше, чем талант и ум. — Ты такой идиот, Тэ, — закрывает с ухмылкой глаза Юнги, а Тэхён медленно поднимает хёна. Тяжёлый, но он не позволит хёну спать на полу. Ещё только простуды им не хватает. — Да, да, конечно, хён, — с улыбкой бубнит Тэ, понимая, что и правда идиот. Только сейчас понял… почему Юнги в таком состоянии. — Если бы у меня была возможность выбора, я бы выбрал тебя, Тэ, — сквозь сон прошептал Юнги, когда хозяин квартиры наконец уложил его в свою кровать, накрыв теплым одеялом и нежно погладив шелковые пряди белых волос. — Неужели? Какая честь, — грустно улыбнулся парень, увидев, что Юнги уже посапывает. Где телефон? Который уже час? Его лучший друг лежал под кроватью, гневно мигая красным цветом, напоминая о том, что нормальный человек никогда бы не оставил свой последний лучик надежды и связи со внешним миром так просто и глупо умирать, не зарядив. Но когда наконец Тэ подключил телефон к священному источнику энергии, его удивлению не было предела. Двадцать пропущенных звонков и шестьдесят непрочитанных сообщений! jimkiss.boi ТЭХЁЁЁЁЁЁН jimkiss.boi ЮНГИ jimkiss.boi ТЫ ЗНАЕШЬ, ГДЕ ЮНГИ, ТЭЭЭЭЭЭХЁЁЁН?! jimkiss.boi ТЭХЁЁЁН jimkiss.boi ПОЖАЛУЙСТА jimkiss.boi ОТВЕТЬ МНЕ jimkiss.boi Я ЗВОНИЛ jimkiss.boi ГДЕ ТЫ? ПОЧЕМУ ТЫ НЕ jimkiss.boi ОТВЕТИЛ? ТЫ ЖЕ НЕ СПИШЬ? ТЫ ОНЛАЙН! jimkiss.boi ПОЧЕМУ ТЫ ОНЛАЙН И НЕ jimkiss.boi ЧИТАЕШЬ МОИ СООБЩЕНИЯ! jimkiss.boi КИМ ТЭХЁН, ПОЖАЛУЙСТА, ОТВЕТЬ МНЕ! Сам Ким Тэхён немного в а*уе сидел на своей кровати возле Юнги, что начал что-то странное мычать сквозь сон, обнимая младшего за талию, а он до сих пор не одел верх своей пижамы, поэтому Господи помилуй, Юнги! Руки хёна были холоднее, чем сосульки, из которых в детстве Тэ любил делать мечи для снежных сражений. Видно же, что он прочитал сообщения. Выбора нету, а то кое-кто реально в панике. Что ж такое случилось с этими двумя?

taetae.luv чимин?

jimkiss.boi НАКОНЕЦ!

taetae.luv что случилось?

jimkiss.boi Юнги тебе звтнил? Ты знеашь, где нн?

taetae.luv он со мной. чимин, что случилось?

jimkiss.boi С ТОБОЙ? В 6 УТРА? КОГДА ОН ПРИШЁЛ К ТЕБЕ?! ОН ТЕБЕ НИЧЕГО НЕ ГОВОРИЛ?!

taetae.luv в 3.чимин, скажи уже, что случилось?

Несколько минут Чимин не отвечал, хоть и прочитал сообщение. Тэ в недоумении просматривал предыдущие сообщения, а тогда заметил, что в Твиттере кто-то с друзей что-то запостил. Чонгук. Две фотографии. На одной из них Чонгук нежно обнимает Чимина за талию с радостью в карих, как горький шоколад, глазах. Рука начала дрожать, но вторая фотография чётко оставалась ярким пятном перед глазами. Чимин целует в щеку Чона, пока тот довольно улыбается. На фоне некое модное кафе, много людей, которые беззаботно общаются, и серьезные на вид официанты. И единственное, что смог понять среди нескольких предложений в твите Чонгука, были только три слова наконец мы вместе. Чимин же сейчас на съёмках в Сеуле, да? Его три месяца не было в Корее из-за новой роли в дораме. Наверное, все фанаты подумали, что это обычная встреча друзей… Чонгук же друг Чимина. Все это знают. Но… Тэхён тоже друг. Их обоих. И хорошо понимает теперь, что случилось. Он на автомате поставил лайк, закрыл все программы и отключил телефон. Где там коньяк хёна? И аккуратно разомкнув руки Юнги на своей талии, вылез из его крепких объятий. Ноги ведут Тэ в сторону холодильника. А сердце больно стучит в груди. Они начали встречаться. Только это могло довести хёна до такого состояния. Только из-за этого Чимин так реагирует и волнуется. Нет, он боится реакции Тэ.        20 Years Placebo — Хай, бич, — открыл дверь своей квартиры Юнги. — как-то ты не слишком хорошо выглядишь… — Хён, — делает шаг вперёд Тэ, медленно поднимая красные от слез глаза на Юнги. — Больно… Болит… Очень… — Пацан? — удивлённо ахнул хён, чувствуя чужие руки вокруг своей талии. Парнишка уткнулся своей плачущей мордашкой в грудь Юнги. Мин закрыл дверь своей квартиры и медленно начал гладить влажную спину младшего. Он только проснулся и его мятные волосы напоминали перекати-поле после вчерашней вечеринки. Праздновали день рождения Хоби, который до сих пор лежал под столом на кухне Юнги. Ещё живой, хотя дышал тот странно, но Мин ближе не подходил. Слишком сильно перегаром несло от именинника. Несколько часов назад Юнги видел Тэ трезвым и радостным, а теперь… — На улице дождь? — поднял он парнишку, чтобы отнести в спальню, хватаясь крепко за бедра, а Тэ медленно обнял хёна за шею, наконец отрываясь от чёрной рубашки и смотря прямо в тёмные глаза Мина. — Да, — пытается парнишка успокоиться и наконец остановить свой плач. — Очень холодно. — Зима же. — крепче хватается за бедра, удивляясь лёгкости Тэ. Сколько он весит? — Снега нету. На осень смахивает. — губы парнишки дрожат, но он сдерживает себя. Не плачет. Когда Тэхён наконец полностью успокаивает себя и свои чувства, укутав себя в теплую куртку хёна (одно единственное одеяло Юнги накинул на именинника, чтобы не простудился) и сидя в большой черной футболке Мина (вся его одежда сушилась на батареи), наблюдал за тем, как хён курит на балконе, вдыхая горький дым любимых сигарет с ментолом. — Чонгук? — с хрипотцой, присущей только Юнги, обернулся старший к Тэ с сигаретой между зубами. — Хах, — горько улыбнулся парень, поднимаясь с кровати. В комнате было темно. Вечер. Немного холодно. Тэ делает несколько шагов к Юнги и с мольбой в небесноголубых глазах останавливается перед старшим. Хочет обнимашек, понимает сразу же хён, но почему же тогда он не пошёл к Чимину? Тот точно бы обнимал, бережно вытирал слезы и обещал, что надерет задницу идиоту, что оскорбил его цветочек. Но Юнги обнимает. Не умеет утешать или говорить, что все будет хорошо, что справиться, ибо это пустые слова, в которые он сам никогда не верил. А если скажет, будет чувствовать себя лицемером. Но Юнги обнимает. — Давай быть честными. — не умеет он быть тактичным, но что есть, то есть. — Тебе же нравится этот пацан, так почему ты тупишь и ждёшь, чтобы его увели, как настоящий тормоз? — Ему нравится Чимин, — крепче утыкается парень в плечо старшего. Пахнет мятой и дымом. — Какого хрена…? — не хватает слов, чтобы описать весь шок Юнги. Это же… не шутка? Это же невозможно. Его Чимин нравится ещё кому-то? И не просто кому-то, а Гукки?! — Он тоже так сказал, когда я засосал его на твоей кухне, Юнги-хён, — сквозь зубы прохрипел парнишка. Он снова дрожит, снова и снова прокручивает в голове вкус желанных губ… Он не был пьян и знал, к чему все это приведёт, но… больше не мог смотреть на Чонгука, как на друга, или скрывать свои настоящие чувства. Он любил и страдал от этой неправильной любви. Хотелось влюбиться в какую-то девчонку с универа, что много смеётся и не знает, кто такой Брайан Молко. Чонгук обожал слушать «Placebo» каждую свободную минуту и даже сделал несколько каверов своих любимых песен. У него прекрасный голос, а ещё играет на гитаре в своей группе, а ещё любит лето, а ещё ненавидит холод, а ещё боится плохо выступить на своём первом концерте в следующем месяце, а ещё… Чонгук не любит Тэхёна. После поцелуя он даже с отвращением вытер свои губы, глядя прямо в сердце Тэ и произнося в ужасе: — Какого *уя, Тэхён?! В тот момент в кухню влетел радостный Чимин с бутылкой вина, но, увидев напряжение между парнями, мягко улыбнулся: — Хосок отрубился, а Джина стошнило на новую футболку Юнги. Там сейчас такая резня! Быстрее! Вы должны это увидеть! И Чонгук с радостной улыбкой схватил Тэ за руку, умоляя взглядом, чтобы несколько минут назад все это было ошибкой на пьяную голову. Но все знали, что Тэ никогда не пьёт. И что это никакая не ошибка. Когда Чимин исчез за дверью, Чонгук неуверенно потянул Тэ в гостиную. Он с восторгом наблюдал за Юнги, что с бутылкой своего любимого коньяка гонялся за Джином, который в последний момент забежал в ванную и закрылся на ключ внутри. Но Тэ смотрел только на шоколадную макушку и свою ладонь, что крепко сжимал Чон. Было приятно. Появилась маленькая надежда. — Мне нравится Чимин, — это было не больно, нет, ни в коем случае. Просто сердце превратилось в бутылку коньяка Юнги-хёна, которая после нескольких ударов об дверь, превратилась в сплошное месиво. Везде были осколки, но хёна не зацепило. Чимин в ужасе бегал вокруг Юнги, что продолжал яростно проклинать Джина. Это была его любимая бутылка! Намджун же в ту же секунду вытянул неизвестно откуда ещё одну такую бутылку и отдал Юнги. Это было больше похоже жертвоприношение, но намного круче. Джина наконец выпустили, пообещав сильно не бить, ну, немножко. А дальше Тэ чётко не помнил, что делал, как ушёл и где был. Только дождь. Только боль. Только «Placebo» в ушах на полную громкость. А сейчас он в объятьях хёна. На балконе. Глотает слезы и просит обнять покрепче. Ему только 21, а сердце уже разбито, как бутылка из-под любимого коньяка Юнги.        Forever Young Alphaville Глоток за глотком губы впитывали горячую и жгучую жидкость, но легче ни на каплю не стало, только еще больше захотелось кричать от боли. Тэ никогда не пил и сейчас не понимал своих действий. Ради чего он портит себе здоровье и настроение? Что от этого изменится? Толку делать себе ещё больнее мыслями, что если бы он или если бы так или не так или… или… или Ему 26 и он уже не глупый мальчишка, который из-за одной кроличьей улыбки мог целый день сверкать, как солнышко. Он пытался сделать Чонгука счастливым и даже подарил крутую гитару, о которой тот мечтал, когда получил свою первую зарплату. Он верил, что сможет влюбить в себя этого человека, и каждый год на свое день рождения желал лишь одного. Лишь одного парня и его взаимность. Но… Какая теперь разница, что он делал или не делал? Сейчас ему нужно собрать все свои части, что разлетелись кусками по всей квартире после того фото и наскрести хоть немного радости и оптимизма ради счастливой улыбки Чимина и… Ради хёна. Тэ быстро спрятал остатки от коньяка назад в холодильник и начал убирать последствия диких игр Юнги. У него немного болела спина и руки после ношения непослушного хёна, однако алкоголь помогал не обращать внимание даже на физическую боль. Хотелось блевать, но Тэ сдерживался, потому что от звуков Юнги может проснуться. Сейчас лучше всего для него это просто сон. Много и долго спать на мягкой кровати Кима. Но внезапно он услышал крик чайки. Быстрее молнии Тэ переместился к двери, открывая ее на одном дыхании. Он ожидал увидеть Чимина или даже Чонгука, однако не этого человека, яркая улыбка которого обезоруживала. В руках Хосока был черный рюкзак Юнги, с которым хён никогда не расставался. — Хосок-хён? — это же не галлюцинации? Это же Хосок? — Юнги у тебя? — мягко улыбнулся парень, чувствуя запах коньяка, что пропитался в кожу младшего. Тэ неуверенно кивнул. — Ты отключил телефон, поэтому я позвонил Юнги. Но потом вспомнил, что он оставил все у меня, — протянул Хосок рюкзак Тэ, что на автомате обнял чужую вещь, от которой пахло хёном. — Он был с тобой? — немного отходит от шока и действия алкоголя Ким. — Был? Не думаю, что бухать на полную катушку и петь песни о суициде, называется быть. Просто Намджун и ты не позволили бы ему такого, поэтому он и пришёл ко мне. — Как ты мог его отпустить в таком состоянии?! — Тэ не понимает своего гнева, хён же все-таки взрослый и должен сам отвечать за свои поступки. — И откуда ты знал, что он… -… будет у тебя? Когда ему плохо, Юнги всегда идёт к тебе. Все это знают. — Хосок мягко ерошит волосы младшего. — Знаешь причину? Знаешь почему? Тэ удивлённо смотрит прямо в глаза старшего. Он не знал и не понимал, но… они же друзья, это нормально же, да? — Ты знаешь… почему Чимин и Юнги расстались в прошлом году? — было больно слышать, ибо… если бы они были вместе, тогда в Тэ был бы ещё один шанс… маленький, но был бы… — Чимин не выдержал, что хён вечно работает и даже перестал приходить домой, наплевав на их отношения. Он ушёл, оставив Юнги, а после этого… уехал во Францию, на съёмки нового фильма, да? — было больно вспоминать, ибо именно тогда хён пришёл к Тэ впервые настолько пьяным, что даже поцеловал. К счастью, на утро он ничего не помнил. Юнги даже признался, что собирался сделать предложение, а чтобы купить лучшее кольцо из лучших, пришлось очень много работать, писать, выпускать альбом за альбомом и ездить с концертами по всей стране. Тогда было очень больно. Только Тэ знает об этом и хранит этот секрет до сих пор. Чимин даже не понимает, что потерял, но и Юнги не лучше. Даже без супер-пупер-крутого кольца человек согласиться быть с тобой до конца жизни, если любит. — Всё так думают… — грустно улыбнулся парень, чувствуя, что сейчас делает самую большую ошибку в жизни. — Но ещё… Чимин ревновал… очень сильно… — Но почему? Юнги же только с нами и общался, а на работе все время проводил в студии… — кажется, Хосок что-то путает, такого же в принципе не могло быть. К кому можно ревновать Юнги? — Чимин ревновал к тебе, Тэхён. Сначала парень никак не мог понять, что услышал. Они все друзья и ревность… нет, он конечно ревновал Чонгука к Чимину, когда они вместе ходили в кинотеатр или гуляли, но… это была болезнь, а болезнь не должна как-то влиять на их с Чимином дружбу. Поэтому Тэ терпел. Тэ улыбался все время. Тэ был лучшим другом для каждого с их семёрки, да, даже для Гука, который думал, что Ким забыл, отпустил и больше… не любит. А он любил. Ох, как он любил и… любит. — Что за ересь ты несёшь, Хосок?! — голос не слушается, но… это невозможно, что за глупости?! — Да, ересь, но это чистая правда, которую ты не должен был знать. Чимин ревновал и он ненавидел, когда Юнги был с тобой или даже разговаривал с тобой, когда все вместе собирались. Горькая правда стекает ядом из уст Хосока, который продолжал с жалостью смотреть на то, как в глазах парня гаснут огоньки надежды. Однако именно сейчас лучший момент, чтобы сказать это. Именно сейчас, когда Чимин и Чонгук начали встречаться. — П… Почему, хён? Почему? — сжимается сердце Тэ от страха услышать то, от чего его душа получит новую рану. — А тебе не кажется, что это достаточно логично? К кому ещё, если не ты? Намджун и Джин уже женаты, а с Чонгуком Юнги вечно общался, как с ребёнком. К тебе же было особое отношение. Всегда. От этих слов Тэ вздрогнул, чувствуя холодный воздух в подъезде каждой клеткой. Хосок продолжал стоять. Он не заходил. Он просто пришёл отдать рюкзак и сказать наконец-то то, о чем кое-кто даже не догадывался. — Всегда? — Да, с первого взгляда. Ещё тогда, когда я только вас познакомил. Я впервые увидел, чтобы Юнги смеялся. Он смеялся из-за тебя. Их совместное прошлое начиналось с первого курса в универе. Хосок был хорошим хёном, которого все в универе знали, но на вечеринках он общался только с Юнги и Намджуном. Но из-за того, что Тэ был лучшим другом Чимина (и учились они вместе), а Пак был парнем… — Но тогда Юнги уже встречался с Чимином… — Да, и очень сильно любил. Все-таки из-за меня они встретились, как там говорят, любовь с первого взгляда, да? — Хосок горько улыбнулся своим словам. — Пять лет вместе… Из-за Чимина я с тобой и… из-за тебя я познакомился со всеми вами… А Джин появился в нашей компании, как парень Джуна… — и хоть воспоминания весёлые и радостные, но было почему-то больно вспоминать даже их первую встречу с Юнги, Намджуном и… — Но вот Чонгук попал в нашу компашку только из-за тебя. — наконец солнечная улыбка появилась на губах Хосока. Правильно, кроме Юнги и Чимина, никто больше не знал, что Тэ любит Гука. — Да… но почему ко мне было особое отношение? Я не понимаю… — он не мог пропустить эти слова, хоть ему и не хотелось узнавать правду. — Юнги знал о тебе ещё до знакомства. И не из-за Чимина. — весело подмигнул Хосок, больше не говоря ни слова. — Эй, как это понимать? Эй, какого хрена ты…! — но парень уже спускался лестницей вниз, а преследовать в одних розовых штанах как-то не хочется. Главное, что Хосок улыбается, а это значит, что можно не бояться… что Юнги влюблён в Тэ. Это невозможно! Он же видел любовь Юнминов и она точно была настоящая! Чимин такой глупый, а Юнги ещё глупее! Сил уже у Тэ нету, чтобы терпеть всю эту фигню. Уходим в запой, сказал бы Юнги, но Тэхён выбрал душ. Да, холодный, как и пальцы Юнги, и нашёл нормальную одежду, а точнее черную футболку хёна в рюкзаке с надписью NIRVANA. Это был обычный порыв, ибо надоело одевать все светлое и позитивное, хотелось чего-то мрачного, а в хёна самый мрачный гардероб. После душа (он ударился головой об стенку душевой, когда услышал крик чайника [почему все в его квартире вечно кричит?], но потом вспомнил, что это именно он включил его для кофе… а там хоть вода была?) Тэхён почувствовал себя намного лучше, а когда натянул мягкую и нежную ткань чёрной футболки Юнги и серые шорты, что нашёл на дне своего чемодана (да, он вечно ездит по стране и за границу, поэтому м-да), даже улыбка появилась в уголках губ. Но когда Тэ открыл дверь ванной, он столкнулся радостным взглядом из мрачными тёмными глазами после похмелья. — И кто это такой счастливый? — грубо оттолкнул хён парня с его пути и наконец-то скинул с себя всю одежду, чувствуя затылком смущенный взгляд кое-кого. Мысль о том, что Тэ видит в Юнги мужчину, заставила старшего ухмыльнуться. — Ещё долго будешь пялиться или… мне нагнуть тебя здесь и сейчас? — хохотнул злобно парень, смывая со своего уставшего и слишком белого лица вчерашнюю ночь и сегодняшнее утро. Он пытался не думать о причине всех его действий, но… — ХЁН! — со скоростью света отобрал Тэ странный на вид крем. — Это не мило! Это для интимной части тела! — Серьёзно? Даже там нужно…? — удивился хён, с любопытством разглядывая нижнюю часть тела Тэ. — Я — модель, каждая часть моего тела должна быть идеальной, насколько это возможно в границах моих особенностей. Мне платят… — но Тэхён даже не успел договорить, когда уже стоял за закрытой дверью. Какая наглость! Чудесный аромат кофе и вкусные булочки только добавили ещё больше искр в настроение Тэ. Какое невероятное утро! Он никогда ещё не был в настолько хорошем расположении духа. Возможно из-за того, что Юнги в порядке? Или…из-за слов Хосока? Но все мысли спутались, когда Юнги вышел с ванной комнаты. В белой рубашке Тэ, что подчеркивала его стройность, и в красных модных брюках с белыми пятнами на широких карманах. Но наибольшее удивление вызвали именно волосы хёна. — Это был не шампунь? — и хотя его тон был равнодушным, однако Тэ чувствовал всю панику Юнги в одном взгляде, что метался по всей кухне, ища что-то успокоительное и остановился на младшем. — Это был не шампунь, — кивнул парень, рассматривая розовые пряди, которые ярко светились и сверкали. Он хотел покрасить свои волосы сегодня, потому… Юнги спокойно сел на стульчик и начал завтракать, хоть и за окном уже был обед. А Тэ пытался сдержать хохот. Ну, смешно же! Хён такой милый в этом всем, а всегда старался быть крутым и холодным рэпером. И Тэ очень рад, что стал свидетелем этого преображения хёна. Улыбка так и не исчезла, хоть в его сторону пускали мрачные молнии негодования. Впервые за очень долгое время Ким Тэхёну весело. Он благодарен Юнги, что в этот тяжёлый момент для обоих, хён был рядом. Было больно и очень грустно. Но… не так уж плохо поедать вкусные булочки под вкусный кофе с вкусным любимым хёном. Да, не так уж и… плохо. Хех.