24
3 мая 2020 г., 20:45
«…Именно поэтому, я думаю, какое-то время мы можем оставить всё тайным…» — Гарри с сомнением посмотрел на Драко, пытаясь понять, что он думает по этому поводу.
Тот выглядел неуверенным, стоя чуть поодаль, облокотившись о столбик своей кровати.
Встретиться и поговорить у них получилось только после занятий. Это было сложно, услышать друг друга. Не срываться на эмоции, попытаться осознать не только свою сторону.
Оба понимали, что эти отношения — безумие.
Пусть Драко пока не подтвердил свой выбор, но они всё равно принадлежат к разным сторонам противостояния.
Вот только…вся эта война, она где-то там, за стенами замка, среди сотен других волшебников.
А прямо сейчас, между ними чувства, огонь которых не потушить никакими доводами логики.
Поттер — Избранный, который обязан победить Волан-де-Морта и думать о своих союзниках.
Малфой — сын Пожирателей Смерти, один из которых уверяет, что он двойной агент и на самом деле на стороне Света.
Слишком сложно думать об общем благе и будущем, когда рядом вот он, человек, от которого всё внутри замирает и трепещет, запах которого кружит голову и голодное желание толкает на безумства.
Драко выглядел напуганным. Бледный, нервный, он неосознанно теребил манжет своей рубашки: «Ты понимаешь, что мы творим? Какие могут быть последствия?»
Шагнув ближе, Гарри взял его руки в свои, осторожно дотронулся губами до костяшек пальцев, погрел теплым дыханием ледяные ладони: «Больше, чем ты думаешь. Но…я правда не могу этому сопротивляться. Мне хочется быть с тобой.»
Поттер обнял его, притянул к себе, уткнулся носом в висок, шумно выдыхая: «Очень хочется.»
Малфой обнял его в ответ, выдыхая накопившееся напряжение. Стоять вот так было хорошо. Спокойно, тепло и уютно.
«Мы ненормальные.» — пробормотал он, пригревшись в объятиях.
Гарри хрипло рассмеялся, легонько прикусывая мочку его уха: «Покажи мне нормального человека. Я не встречал таких, у всех какие-то закидоны.»
Драко, развеселившись, фыркнул: «Ну да, у всех свои странности, Панси например грызёт ногти. Потом долго ругается и использует уйму зелий и заклинаний, но ногти всё равно грызёт под корень.»
Гарри рассмеялся: «Гермиона ненавидит число 13. При этом она в этом не признаётся, но старается избегать его всеми способами. А Рон всегда думает о еде. Всегда!»
Драко тоже рассмеялся, потом спросил, неуверенно: «Тебе сегодня надо куда-то?»
Поглаживая его по щеке, Гарри отрицательно покачал головой: «Специально освободил вечер, а тебе?»
«Тоже нет. Мы можем, просто поваляться и поговорить? В Лондоне было весело. Мы за шесть лет наверное друг другу столько слов не сказали.» — Драко сам себе сейчас напоминал книзла. Хотелось обвиться вокруг тёплого Поттера клубочком и мурчать от ласкающих рук.
Гарри улыбнулся: «Отличная идея, я давно покушаюсь на твой плед, он выглядит очень уютным.»
«Так ты здесь только из-за пледа?» — показательно нахмурился слизеринец.
«А ты думал из-за тебя что-ли?» — Гарри весело рассмеялся, и утянул его к кровати. Скинул свою толстовку, оставшись в майке и брюках и расстегнул рубашку на Малфое.
Тот вскинул бровь: «Я думал, мы будем просто валяться.»
Заталкивая его под плед, Гарри покивал: «Мы и будем, просто так удобнее.»
Забравшись к Малфою, он обнял его, переплетая их ноги, вплавился в него всем телом, сцепил руки за спиной и удовлетворённо вздохнул: «Расскажи мне, почему любое упоминание о павлинах вызывает у тебя такую бурную реакцию.» — попросил, устроившись максимально удобно и приготовился слушать.
***
«Гарри! Гарри!» — Гермиона рассержено пихнула его палочкой в бок. Поттер вынырнул из мира грёз и посмотрел растерянно на подругу: «А?» Возведя глаза к потолку, Гермиона прошипела: «Вы палитесь. Просто невероятно палитесь, прекратите пожирать друг друга взглядами, ну.» Рон, сидящий рядом и пытающийся освоить заклинание, способное превратить фарфоровую чашку в музыкальную шкатулку, поморщился: «Честное слово, приятель. Вы встречаетесь две недели всего и вы просто тошнотворные. Исчезаете каждую перемену, постоянно тусите вместе после уроков, а вчера ты вообще ушёл, когда мы с парнями играли в карты! Я из-за этого был в паре с Невиллом и продул подчистую! Да оторви ты взгляд от своего драгоценного Малфоя, не надо сношаться прямо на уроке, у вас будет время после!» «Мы не сношаемся, и фу, что за слово вообще такое.» — растерянно бросил Гарри, наблюдая, как Драко смеётся, общаясь с Терезой. Кажется, они пытались заставить свою музыкальную шкатулку играть какую-то популярную попсовую песенку. «Что?! Тогда понятно, чего ты вечно такой взъерошенный. Тебе просто Малфой не даёт. Вот уж не думал, что он такое динамо.» — рыжий осуждающе покачал головой. «Рон!» — Поттер огляделся, чтобы быть уверенным, что их никто не слышит: «Говори тише, пожалуйста! И всё у нас нормально. Мы просто не торопимся. Это обоюдное решение.» Скептически фыркнув, Рон пробормотал: «Мало того, что мой друг встречается с мерзким слизнем, он ещё и каблук… Ауч! Герми, за что?!» Гермиона, только что ударившая своего парня, мило улыбнулась: «В целях профилактики.»***
Освободившись наконец от домашних заданий, Гарри радостно улыбнулся, подтягиваясь. Заниматься уроками в одном помещении с Малфоем они категорически не могли. Возможно, в библиотеке ещё были бы хоть какие-то шансы, но туда, в целях конспирации, они не ходили. А в комнате Драко, одни, невероятно близко… Вообщем, целовались они чаще, чем занимались. Потом Малфой схлопотал Тролля, потому-что забыл написать и сдать работу по Истории Магии, распсиховался и теперь у них было правило: сначала домашняя работа, потом время вместе. Так что, закончив всё, Гарри накинул мантию невидимку и поспешил в подземелья. Малфой, уже привычно, открыл дверь, подождал, пока Поттер скинет мантию, а после шагнул в распахнутые объятия и больно-больно куснул за губу. Не ожидавший такого подвоха, Гарри вскрикнул: «Что такое?! Ты пытаешься меня съесть?» Драко недовольно прищурился: «Если я ещё раз увижу, что мелкая Уизлетта трётся около тебя, а ты ей улыбаешься, я тебе язык откушу! А девку эту, беспардонную, прокляну!» Гарри расплылся в умиленной улыбке: «Ты что, ревнуешь?» «Поттер! Не зли меня! Я тебя предупредил! А сейчас иди сюда немедленно. У меня был плохой день, мне нужны обнимашки.» Неизвестно, почему, но капризный Малфой доводил гриффиндорца до состояния крайней влюблённости. При том, что капризничал Драко редко. Приученный с детства выполнять все свои обязанности, к которым он относил и учёбу, а также привыкший вести себя достойно и подавлять на людях эмоции, Малфой оживал только наедине. Становился самим собой, сбросив все маски условностей. Именно такой: обаятельный, вредный Хорёчек, Гарри нравился больше всего. И целоваться с ним было восхитительно, чем они собственно и занялись.
