Люблю тебя, до Луны и обратно

«Нокс!» — раздалось уверенно. Малфой ощутил, как пальцы Поттера схватили его за руку и затянули в тёмный кабинет. «Какого чёрта ты творишь?!» — возмутился он: «Мы же договорились не видеться.» Поттер раздраженно вздохнул, даже в темноте ощущалось его недовольство: «Но это не значит что мы не можем видеться совсем!» — возразил он. Драко, взбешенный такой безалаберностью, прошипел: «Именно это и значит! Что в слове совсем тебе непонятно, Гриффиндурок?!» Гарри скорчил жалобную моську: «Но я соскучился.» — сказал он. «Ведь ты говорил, что в темноте всё возможно!» Драко потёр переносицу пальцами, раздражённый и обессиленный: «Я тоже соскучился, но мы не можем видеться часто. Я не могу скрыть все свои воспоминания. Да, в темноте это сделать проще. Но они всё равно будут со мной, и есть вероятность, что Лорд их заметит.» Голос его звучал отчаянно и прерывисто. Ему самому не нравилось вся эта ситуация, но выхода слизеринец всё ещё не видел. Поттер потянулся к нему и заключил в объятия. Находясь в кромешной тьме, которая прятала горячие, обжигающие глаза слёзы, Драко, в объятиях самого любимого человека, судорожно выдохнул. Это всё было так тяжело! «Что?! Что нам делать?! Через несколько месяцев я должен буду показать лорду проход в школу, и если я этого не сделаю, пострадаю я или что ещё хуже, мои родители. А возможно и ты, герой.» — горько зашептал он, ища утешения. Не было больше сил. Минутка слабости, всего минутка. Потом он спрячет её в своем сознании так далеко, как сможет. Поттер, который крепко его обнимал, внезапно прижался ещё ближе и тихо, горячо шепнул на ухо: «А что, если у меня есть выход?» «Какой выход?» — спросил настороженно Драко, вскинув голову. Поттер замялся. В темноте, не видя его лица и не понимая, какие эмоции он испытывает, Малфой был в замешательстве. «Какой выход?» — настойчиво повторил он. Гарри осторожно отстранил его от себя, помолчал, после сказал: «Есть один ритуал… Он свяжет меня и тебя. Это будет нерушимая связь, и тогда мы окажемся на одной стороне. Я спрячу тебя, я помогу. Также я спрячу твоих родителей и когда я одолею Волан-де-Морта, всё будет хорошо.» Малфой с трудом сдержал истерический смех: «Какой ритуал? Решил заделаться сюзереном, обзавестись вассалами? Мои родители не посягнут тебе на верность, Поттер. Можно и не надеяться. Да и потом, даже если ты нас спрячешь, есть метка. Метка наше клеймо, поводок, за который можно дёргать непослушных рабов. Тёмный Лорд может мучать нас часами, сведя с ума болью. Знаешь, что такое эта боль? Словно плоть тлеет заживо. Злой огонь, который ничто не в силах потушить, будет кромсать нас.» Поттер шагнул опять ближе, в темноте комнаты схватил за плечи и уверенно сказал: «Нет! Это другой ритуал, совсем другой. Благодаря нему я найду способ как спасти тебя. Но скажу честно, я не знаю, как спасти от метки твоих родителей.» Поджав губы, Малфой ответил: «Тогда твой ритуал не имеет никакого смысла. Ведь я пошёл на всё это только ради родителей.» Расстроенные обилием плохих эмоций, они замолчали, повернувшись каждый в свою сторону. И продолжали молчать. Тишина и темнота окутывал их, а пропасть словно становилось всё больше и больше. Наконец Драко смог взять себя в руки. Протянув одну ладонь, он почувствовал плечо Поттера и несмело погладил его. Шепнул: «Мне пора идти. Нам правда нельзя видеться часто, потом могут быть плохие последствия. Но я тоже скучаю…надеюсь, что однажды мы найдём выход.» Покинув комнату, он поспешил к себе. Прогуливать трансфигурацию было плохой идеей, но Малфой чувствовал, что не может сдержать слёз. Всё это слишком давило. Он был в отчаянии, ощущал себя на грани. Раздираемый противоречивыми эмоциями и желаниями. Так хотелось верить Гарри. Просто разрешить ему помочь себе. Но он боялся. Боялся не только за себя, но и за родных. За Поттера в том числе. Что он мог дать ему? Будущему Герою. Избранному. Светлому Мессии… Даже если Поттер спасёт весь мир, а не только магическую общину, ему не простят связь с Пожирателем Смерти. Так что, по сути, приняв метку, Драко умер. Как человек он мёртв, а жив, лишь как боевая единица, послушная марионетка Лорда.