Лишь доза делает яд незаметным

— Мерлиновы панталоны, — сорвалось ругательство с губ Гермионы, и она тут же прикрыла рот рукой. Дэниел сразу же обернулся к ней, впрочем, как и вся остальная команда. — Ошибка... ошибка в наших расчетах, — в её голосе звучало отчаяние. — У нас не могло быть ошибки! — воскликнул Дэн. Это был первый раз за всю рабочую неделю, когда он повысил голос. Парень всегда был флегматиком по своей натуре: спокойный и рассудительный, но сейчас даже он не смог сдержать свои эмоции. — Я тоже так думала, — в горле у девушки пересохло, она посильнее сжала в руке перо, из-за чего оно хрустнуло и сломалось. — В правой стороне уравнения мы уменьшили количество перемолотого асфоделя в три раза, значит, должны были уменьшить количество и с левой стороны, но я забыла, — она схватилась за голову. — Как можно было допустить такой просчёт?! Это же так просто, элементарная математика, любой волшебник может в таком разобраться, а я, несмотря на то, что до Хогвартса углубленно изучала эту науку, совершила ошибку...       Грейнджер взяла из рук Мари рабочее перо и обмакнула его в красные чернила, после чего перечеркнула большую часть их расчетов.       Минуты две стояла тишина, слышно было только противный голос Эшли в другом конце лаборатории, которая что-то шептала своей команде. Все пытались украдкой заглянуть за плечо Гермионы, чтобы увидеть, где именно в рецепте они совершили оплошность. Дэниел нахмурился и передал лист пергамента дальше по кругу, чтобы каждый мог посмотреть на него. — Но это не столь важно. Мы можем сократить и в левой части уравнения, тогда просто немного изменятся цифры, — обнадеживающе сказал один мужчина из их команды, но тут же замолчал, столкнувшись с безнадежным взглядом Грейнджер. — Ничего не выйдет. Если мы ещё больше уменьшим количество асфоделя, то действующего средства будет недостаточно. А другого ингредиента с похожими свойствами нет, — она замолчала, не в силах взглянуть в глаза другим. — Вы доверили мне такую важную задачу — подсчитать нужное количество всех ингредиентов для вакцины. А я по глупости поспешила и подвела вас. Мне так жаль, — она закусила губу и отошла в сторону.       Лора внимательно наблюдала за разворачивающейся сценой, потом что-то записала и снова посмотрела на Гермиону. Та взяла в руки салфетку, найденную в шкафу, и вышла из лаборатории, вытирая непрошеные слёзы льняной тканью.

***

      Девушка брела по зданию, сама не зная, куда идёт. Гермиона уже не плакала, все-таки не любила она это дело, так как чувствовала себя в такие моменты как никогда слабой.       В душе осталось только горькое разочарование, разъедающее её изнутри, словно кислота. Она привыкла быть человеком, который не совершает ошибки. С самого детства, с первого класса магловской школы, она всегда и во всем была права. В её жизни было не так много промахов, именно поэтому каждый из них давался ей так трудно.       На первом году обучения в Хогвартсе она не смогла освоить полеты. В квиддиче ей никак не помогали книги, но признавать эту неудачу девушка не собиралась и просто принялась усердно делать вид, что полеты на мётлах — недостойная её глупость.       На втором курсе она добавила в оборотное зелье шерсть кошки, вместо волоса Миллисенты Булстроуд. Про этот инцидент узнали только её лучшие друзья и призрак по имени Плакса Миртл. Гермиона прекрасно знала, что Рон и Гарри её поддержат и не станут смеяться, но несмотря на это, она винила себя за случившееся.       На третьем курсе она никак не могла понять смысл прорицаний, отчего чувствовала себя на этих уроках ужасно некомфортно. Гермиона ненавидела всей душой Трелони, чаинки и хрустальные шары, хотя понимала, что это неправильно — ненавидеть учителя лишь за то, что его предмет ей не давался. Но в тот момент, когда Сивилла заявила о «сухости» Грейнджер, та просто не выдержала и перестала ходить на её уроки. Конечно, для многих гриффиндорцев, так же ничего не смыслящих в предсказаниях, она была настоящей героиней, но в душе девушка продолжала терзать себя за эту неудачу.       Но, наверно, самый сильный удар произошёл на шестом курсе. Тогда Гарри начал превосходить её на уроках зельеварения, и Гермиона чуть ли с ума не сходила. Ох, сколько же она тогда перечитала книг и рукописей, чтобы самостоятельно достичь уровня Принца Полукровки. Но всё тщетно. Поттер стал любимчиком Слизнорта, и это так сильно сердило Грейнджер, что только крепкая и долгая дружба удерживала её от того, чтобы рассказать профессору всю правду о подсказках в учебнике.       Можно было ещё вспомнить произошедшее во время работы в Святом Мунго, эту историю Грейнджер рассказывала на собеседовании. Тогда её эксперимент с треском провалился, и начальнице пришлось оплатить немалую сумму за все испорченные ингредиенты. Но миссис Монд не стала винить девушку, а наоборот убедила её, что ничего страшного в случившемся нет.       Но все те ситуации казались теперь Гермионе сущими пустяками. Сейчас же она подвела не саму себя, не школьную учительницу и даже не добрую начальницу, а целую команду научных сотрудников, которые расчитывали на её ум и способности к созданию зелий. — Что произошло, Гермиона? — высокий знакомый голос окликнул её, вырывая из неприятных воспоминаний. Девушка подняла голову и увидела Кристину, стоящую у входа в свой кабинет. — Ничего не произошло. Не трать на меня своё время, Кристи, — она попыталась обойти эйчара, но та ловко ухватила её за запястье и затянула в помещение. — Итак, просто выпей и успокойся, — мягко произнесла Кларк, затворяя за собой дверь.       Гермиона не стала сопротивляться и взяла в руки стакан воды. Сделав несколько глотков, она откинулась в мягком кресле и закрыла раскрасневшиеся от слёз глаза. Кристина терпеливо подождала, пока девушка успокоится, и только тогда сказала: — Рассказывай. Я-то точно осуждать тебя не стану, что бы там не произошло.       Гермиона так и не поняла, что именно заставило её довериться этой женщине. Может, её искренняя и сочувственная улыбка, успокаивающий голос, их ежедневные интересные разговоры за обедом или же такое небывалое сходство с матерью Грейнджер — Джин. В любом случае, девушка сдалась и рассказала всю правду. — Я чувствую себя просто ужасно. Подвела всех, к тому же... Понимаешь, я, наверно, просто завысила ожидания от самой себя, — сказала Гермиона после того, как описала всё случившееся.       Кристина нахмурилась и слегка закусила губу, раздумывая. — Ты знала, что Иоганн Гете работал над своей самой известной книгой более пятидесяти лет, внося всё новые и новые правки? А Альберта Эйнштейна в детстве считали недалеким ребенком, ведь он даже не говорил до трехлетнего возраста, а в семь лет ему было сложно составлять длинные предложения? Марию Кюри не хотели брать в университет из-за того, что она была женщиной, — Кларк сделала паузу и встала со стула, склонившись над Гермионой. — Все гениальные люди терпели неудачи, даже твои любимые известные личности. Ты не можешь сдаться после небольшой неудачи. Не можешь.       Правильно, нельзя было сдаться, только начав свою карьеру, упустить такую чудесную возможность. Ведь, возможно, это её единственный шанс! Гермиона знала, что точно себе никогда не простит, если не будет бороться дальше. — Конечно, я не могу сдаться, ты права, — тяжело вздохнула Грейнджер. — Но у меня нет плана, что делать дальше. Нет никаких идей, и мне даже неудобно взглянуть членам моей команды в глаза.       Кларк понимающе кивнула и резко взмахнула палочкой, после чего в кабинете раздался мелодичный звон колокольчика. — Виктория, возьми в кафетерии два зелёных сока и коробку эклеров, если их уже доставили. Если нет, то сбегай в кондитерскую на соседней улице. И как можно быстрее. — Гермиона не сразу поняла, что Кристина обращается к молоденькой секретарше, появившейся в проходе. — Сию минуту, мисс, — девушка лет восемнадцати кивнула и выбежала из помещения, стуча острыми каблучками.       Через несколько минут Виктория вернулась с подносом. На нём стояло два стакана зелёного фреша и картонная коробка, в которой, по всей видимости, были пирожные. — Но откуда вы знаете всё это про Эйнштейна и Гете... Я думала, вы чистокровная волшебница, — высказала своё удивление Гермиона. — Что ж, да, я чистокровная волшебница. Но моя сестра вышла замуж за магла, и я не вижу в этом ничего плохого. Она часто рассказывает мне про известных магловских личностей, поэтому я многое знаю. К тому же, после собеседования с тобой я заинтересовалась и расспросила сестру об этих людях, — ответила Кларк. — Попробуй эклеры, пожалуйста. Они мои любимые. Достаточно дорогое лакомство, к тому же калорийное, но, поверь, отлично помогает для снятия стресса. Пока ты находишься в состоянии тревоги, никакие разумные идеи тебе уж точно в голову не придут.

***

      Гермиона сидела за письменным столом в своей квартире и думала о составе вакцины. Сегодня она так и не вернулась в лабораторию к остальным. После разговора с Кристиной, та убедила её отправиться домой и передохнуть. Такие поступки были вовсе не в духе трудолюбивой Грейнджер, но Кларк оказалась настойчивей и заверила, что ничего страшного не произойдёт, если девушка уйдёт один день пораньше с работы.       Было уже поздно, около часа ночи, и нужно было лечь спать, чтобы завтра иметь возможность придумать хоть что-то полезное. И всё же сна не было ни в одном глазу, отчего пришлось идти на кухню за снотворным.       Гермиона уже давно хранила в своей аптечке волшебной снотворное, вместо магловского, так как оно быстрее действовало. Девушка взяла пузырёк с зельем, налила себе несколько капель и размешала их с водой. Только после того как она выпила, в голову Грейнджер закралась мысль о том, что зелье могло быть просроченным. Она включила свет и глянула на этикетку, чтобы это проверить, но вместо срока годности в глаза бросился состав.       Лаванда.       Вот оно. Ингредиент, имеющий схожие свойства с корнем асфоделя, только более безопасный для детей.       Действующего вещества в одном грамме лаванды больше, а это может уменьшить общий вес вакцины.       Кажется, ответ нашёлся.

***

      Гермиона бежала в лабораторию, размахивая своей сумочкой во все стороны. Она, кажется, даже задела по пути нескольких людей, но сейчас её это вовсе не волновало. Открыв белую дверь, Гермиона остановилась и медленным шагом направилась к своей команде, которая уже была в сборе. — Привет, — изо всех сил сдерживая нахлынувшие эмоции, поздоровалась Грейнджер. — Привет, Гермиона, — кивнул в ответ Дэниел, он даже не повернул голову в её сторону, так сильно был занят написанием чего-то. — Мы хотели сказать, что вовсе не сердимся на тебя. Знаешь, все ошибаются, и это абсолютно нормально... — сказала от имени всех Мари, увидев вошедшую девушку. — Спасибо за понимание, а теперь у меня есть небольшая идея, — громко ответила Гермиона. Теперь уже все, даже Дэн, слушали её. — Итак, мы столкнулись с проблемой: если мы добавляем больше асфоделя, то наше уравнение реакции не складывается правильно, к тому же зелье становится опасным. Если же мы уменьшаем количество, то нам не хватает лекарственного средства. Но всегда есть другой выход, — девушка протянула руку и Дэниел отдал ей пергамент с его записями. — К примеру, можно заменить асфодель на экстракт лаванды.       Гермионе потребовалось всего несколько минут, чтобы написать правильный вариант состава. На её лице заиграла победоносная улыбка, когда она показала пергамент остальным. — Предлагаю каждому из вас проверить мои подсчёты, чтобы в них не прокралась какая-нибудь глупая ошибка.       Грейнджер бросила короткий взгляд на сидевшую недалеко Лору и на секунду замерла. Вместо привычного безразличия на её лице она увидела едва заметную улыбку. Они посмотрели прямо друг другу в глаза, после чего женщина подмигнула, а потом снова вернулась к своим бумагам. — Это просто гениально, Гермиона. Уверен, в этот раз всё точно получится, — раздался голос Дэниела.       Это была победа. Небольшая, но зато её собственная: такая пьянящая и упоительная. И не важно, кто станет помощником Лоры, ведь за последние два дня Грейнджер осознала нечто действительно важное — без поражений побеждать не интересно.

***

— Так, у нас всё идёт по плану. Линда, давай я заменю тебя, я же вижу, что ты уже устала следить за котлом, — Дэниел, скрывая волнение, ходил вокруг серебряного котла с кипящим зельем.       Прошло уже две недели после того дня, когда Гермиона придумала новый состав для их вакцины. Сейчас зелье было уже на завершающем этапе приготовления, в то время как у команды Эшли были явные проблемы. — Мерлин, чем вы все думали, когда добавляли так много бадьяна? Посмотрите, теперь цвет зелья вовсе не прозрачный, — вскрикнула она, склонившись над котлом. — Эш, но ты сама сказала нам добавить побольше... — Лео так и не успел договорить. Произошёл громкий взрыв, оглушивший всех находящихся в лаборатории.       Их зеленовато-жёлтое снадобье разлетелось во все стороны, покрывая белые стены отвратительными потеками. Эшли пронзительно закричала, взрыв отбросил её в сторону, и она с грохотом упала на пол. Многие в ужасе позакрывали руками головы, дабы избежать попадания чего-то тяжелого. Гермиона, которая всегда умела быстро соображать в критических ситуациях, схватила Дэниела, стоявшего рядом, за руку и потянула под стол.       Наконец в лаборатории наступила тишина, и все начали медленно подниматься. Дэниел подал руку Гермионе, и та приняла её. В сознании украдкой проскользнула мысль, что парень выглядел сейчас довольно мило, несмотря на растрепанные во все стороны волосы. Дэн помог ей подняться, после чего она выдавила из себя неловкое «спасибо» и сразу же побежала проверять их котёл. — Эшли Грин! Я полагала, что ты гораздо умнее, но твои поступки меня просто разочаровали! — Лора была вне себя. Её до этого хорошее настроение улетучилось, сменившись злостью и раздражительностью. — Ваше зелье было почти правильным, но потом ты перепутала бадьян и гуарану! Мерлин, — ругнулась она и принялась заклинанием очищать стены и пол. Многие решили ей помочь, и в скором времени лаборатория снова сияла чистотой. — Надеюсь, ваше зелье не пострадало из-за этого инцидента, — сказала Венделл, проходя мимо котла, где до сих пор варилось на медленном огне зелье Гермионы и её команды. — Нет, слава Мерлину, нам повезло, — ответила Грейнджер. — Что ж, я рада, можете идти, всё равно уже скоро обеденный перерыв, — сказала женщина, а потом обратилась к остальным: — Все свободны, мисс Грин — останьтесь, у меня к вам разговор.

***

      Двадцать восьмой рабочий день в компании «Pharmagic» был для Гермионы воистину особенным.       Работа над вакциной против драконьей оспы закончилась, к тому же крайне успешно. За это время они с Дэниелом стали неплохими друзьями и часто проводили обеденные перерывы вдвоём, если только к ним не присоединялась Кристина. Лора была более чем довольна работой их команды, она стала даже чаще улыбаться, хотя на комплименты и поощрения была по-прежнему неспособна. Но этого и не требовалось, ведь Гермиона и так знала, что их вакцина получилась действенной. Буквально три дня назад первый образец зелья забрали на тестирования на жабах, и результаты должны были объявить сегодня после обеда.       Последние четыре часа вся их команда нервно ожидала результатов, и Грейнджер, воспользовавшись моментом, сбежала в библиотеку, которая сегодня пустовала. Библиотека... Одно только слово, но для Грейнджер его можно было сравнить с храмом. Это было место, где можно найти ответы на любые вопросы, познать вселенную и даже разгадать тайны человечества.       В отличии от всего остального здания, тут не было современной мебели и футуристического стиля. Все было старинным, в воздухе витал аромат страниц, длинные стеллажи увлекали за собой в мир алхимии и зельеварения. Толстые, ветхие тома, чьё содержание порой бывало таким жутким, что запретной секции библиотеки Хогвартса и не снилось. Тысячи книг на разных языках манили, но времени на них было не так много.       Вышла Гермиона из библиотеки, переполненная мыслями и чувствами. Как же ей все-таки повезло: работать над столь важным проектом последний месяц, общаться с людьми с общими интересами и к тому же иметь доступ к огромной библиотеке! Пусть и было несколько казусов, но в целом — это была просто должность мечты.       Мягкий ковёр скрадывал звуки её шагов, а портреты на стенах сегодня куда-то исчезли, отчего в коридоре стояла кромешная, но очень успокаивающая тишина. Вокруг царила сонная атмосфера жаркого, осеннего дня.       Уже через каких-то полчаса Лора должна была выбрать человека, который будет помогать ей в исследовании. А если им действительно окажется Гермиона? Если они вместе с Венделл откроют что-то невероятно полезное? Хотя нет, забегать наперед не стоит, чтобы потом не разочароваться. С другой стороны, даже если заниматься исследованием будет кто-то другой, у девушки будет ещё шанс поучаствовать в чем-то подобном. Все-таки за месяц она показала свои лучшие качества и была уверена в том, что успешно прошла испытательный срок.       Грейнджер ускорила шаг. Нужно было побыстрее спуститься на этаж ниже, там, в небольшом зале для конференций, Эндрю, наконец вернувшийся из своего медового месяца, должен был устроить собрание, и опаздывать нельзя было.       Гермиона приблизилась к последнему повороту перед лестничной площадкой и вдруг замерла. Сперва она даже не поняла, почему остановилась, как будто её ноги сами внезапно отказались идти вперёд. — Есть хорошие новости. Мы разработали сезонную вакцину от драконьей оспы. Тестирование прошло успешно, нужно по новому рецепту создать больше образцов, и уже скоро они поступят в продажу. Судя по моим подсчетам, в этом году будет много заболевших, и мы хорошенько заработаем на вакцине, к тому же, уже через четыре дня наш контракт с Южной Америкой вступит в силу...       Манерное растягивание гласных, его ни с чьим другим голосом не спутаешь. Медовый, услужливый тон, от которого по спине начинали невольно бегать мурашки. — Контракт с Южной Америкой — довольно рискованная сделка. Но если риск оправдает себя, то прибыль будет весомой, — второй голос звучал холоднее, но и в нём узнавались неприятные нотки, присущие только одной семье во всей магической Британии.       Гермиона онемела. Нет, такого просто не могло быть. Дрожащей рукой она достала из кармана палочку и произнесла заклинание дезиллюминационных чар. Убедившись, что она невидима для окружающих, Грейнджер вышла из-за поворота.       Оказывается, так могло быть. Прямо перед ней, метрах в десяти, стояли Драко Малфой и его отец.       Гермиона думала, что война сделала её бесстрашной, что уже никто и ничто не сможет её напугать, но сейчас она снова чувствовала себя беспомощной, не в силах ступить и шагу вперёд.       Драко облокотился о дверной косяк и ухмылялся, думая о чём-то своём. Несколько секунд он молчал и лишь потом ответил: — Побеждать без риска — побеждать без славы, — опять выдержав небольшую паузу, Малфой-младший добавил: — Создавая эту компанию, я уже видел её название в списке лучших фармацевтических лабораторий. Нет, она была не просто в этом списке. Она была на самом его верху. И даже если мои партнеры из Южной Америки окажутся ненадежными — меня это не остановит.       «Создавая эту компанию». Грейнджер похолодела, а сердце ушло в пятки. Мерлин, это было похоже на какой-то ужасный сон, ночной бред, но точно не реальность! — Слова настоящего Малфоя, — гордо заявил Люциус, но Драко, судя по выражению его лица, эти слова почему-то не понравились.       Гермионе даже не пришлось щуриться, невооруженным глазом было видно: Малфой-младший скривился, так он делал в школьные годы, когда произносил излюбленное ругательство — грязнокровка. В голове внезапно начали проноситься воспоминания: тот день, когда Драко впервые назвал её этим отвратительным словом, ссора из-за Клювокрыла и пощечина, их встреча во время матча по квиддичу, изобретение значков «Поттер — смердяк», его участие в инспекционной дружине, попытки убить Дамблдора и, наконец, та самая встреча в их жутком поместье в Уилтшире. — Даже не смей приплетать к моему успеху эту фамилию, — сказал он, словно выплюнул.       Даже сейчас, спустя много лет, Драко Малфой оставался просто гнусным, прогнившим человеком. И не важно, к кому он обращался, это ничуть его не меняло. Вечная ненависть во взгляде стальных, окаменелых, как и его сердце, глаз. Отвращение ко всему, что хоть малость не нравится, выражение лица, будто он съел какую-то гадость, которую срочно нужно выплюнуть, а желательно кому-нибудь в лицо. — Драко, пора перестать на это злиться и обижаться. Прошло много лет, мне казалось, мы наладили общение. Ты же не твоя мать... — тихо шипя, словно змея, ответил на это заявление Люциус и ещё крепче сжал тяжелую чёрную трость с орнаментом.       Яблочко от яблони. Эти двое — типичное воплощение зла. Просто не могут даже общаться между собой, чтобы не обидеть, не причинить боль. Потому что такие люди только на подобные поступки и способны. Они были созданы только для того, чтобы на их фоне было лучше видно добро. — Не смей трогать мою мать, — в таком же резком тоне ответил Драко и развернулся на отполированных до блеска каблуках в сторону двери.       Чёрный костюм, подчеркивающий идеальную осанку, белые зализанные волосы в тон бледной коже... Не всё то золото, что блестит, — вот идеальная пословица, описывающая Драко Малфоя. — Если ты всё ещё намерен обсудить контракт с Южной Америкой... — парень медленным движением открыл массивную дверь, так и не закончив предложение.       Люциус ничего не ответил сыну, но зашёл в кабинет, напоследок оглянувшись, проверяя, — не слышал ли их кто.       Гермиона выждала минуту или две, чтобы быть уверенной, что никто не выйдет из помещения и не застанет её, а потом рванула вперёд. Казалось, она преодолела эти десять метров быстрее, чем за долю секунды, и остановилась перед дверью.       Она ужаснулась от увиденного, её глаза отказывались верить в происходящее. Чтобы убедиться в том, что это не мираж, Грейнджер протянула руку вперёд и дотронулась до таблички с красивой резьбой. Завитушки на каждой букве мешали с первого раза прочитать слова, но уже спустя несколько секунд взору предстала идеально сделанная, вычурная надпись: «Драко Люциус Малфой, генеральный директор Pharmagic».       Получается, все её старания пошли на то, чтобы стать подчиненной Драко Малфоя. Осознание того, что она работала на человека, который портил ей и её лучшим друзьям школьную жизнь и морально убивал её своими оскорблениями, пришло слишком резко.       Захотелось упасть прямо на мягкий ковёр и впиться в него ногтями от разочарования и почти детской досады. Сорвать эту табличку и сломать её, как она сама только что сломала представления Гермионы о своей работе.       Нет, она не станет работать на Малфоя. Не будет повышать репутацию его компании, больше и пальцем не пошевелит ради его проектов. Нет, нет, нет. Прямо завтра с утра она явится в кабинет Кристины, всё ей объяснит и отдаст на подпись заявление об увольнении.       Но сейчас нужно было пойти в зал заседаний и, чисто из вежливости, узнать, кто же будет проводить исследование вместе с Лорой Венделл.

***

— Добрый день, дорогие коллеги, сегодня у меня к вам крайне важное объявление, — магически усиленным голосом сказал приземистый брюнет по имени Эндрю. — За время моего отсутствия вы, под руководством нашего старшего научного сотрудника — Лоры Венделл, создали новую вакцину от драконьей оспы. Её уже протестировали, и я могу сказать, что она готова к продаже. Аплодисменты за ваши старания, — он остановился и похлопал, а потом снова продолжил: — По словам мисс Венделл, ей было невероятно сложно выбрать кого-то одного из вас, ведь вы все очень постарались. И всё же компания приняла решение дать шанс развить свои таланты одной из наших новых сотрудниц...       Казалось, что эта пауза длилась целую вечность. Сердце Гермионы забилось сильнее от волнения, вдруг сейчас назовут её имя? Но ведь она пообещала себе, что завтра напишет заявление об увольнении... — Мисс Гермиона Грейнджер, с завтрашнего дня вы приступите к работе вместе с мисс Лорой Венделл! Аплодисменты, пожалуйста!       И что же теперь делать?