Может, сбежим?

Перед ребятами открылся жуткий, завораживающий и, по своему, прекрасный вид. За высокими кустами, посреди поля, возвышалось, темно-серое от дождя, двухэтажное здание. Судя по всему, это была незаконченная стройка, о которой забыли уже лет десять назад. Стекла были выбиты, а стены снаружи были разрисованы баллончиками и исписаны всевозможными оскорблениями. Это заброшенное здание находилось совсем недалеко от дороги. Компанию от него отделяли лишь пару метров бега по высокой желтой траве. Подобное зрелище и пугало, и манило одновременно. Энтони не раз бродил по разным стройкам и старым домам вместе с Черри. Но именно эта, будто отличалась от всех предыдущих. Здание выглядело особенно величественно на фоне, синего от туч, неба, прямо посреди бесконечного золотистого поля. Было даже как-то жутко заходить туда, но дождь все усиливался. Вдруг, над ними вспыхнула молния, а затем эхом раздался протяжный гром, который так и подталкивал укрыться от грозы в этом, по своему, чудесном здании. Ребята снова сорвались с места и побежали по мокрой траве. За считанные секунды они забрались на высокое крыльцо и заскочили в широкий дверной проем. Все: гроза, ливень, расположение заброшенной стройки — напоминало заезженный сюжет банального ужастика, которого боялись еще, наверное, в восьмидесятых.

***

В здании было холодно и сыро. Бетонные стены внутри были еще больше покрыты надписями и рисунками, чем снаружи. Там было три просторные комнаты с большими окнами. Половина второго этажа обвалилась, а упавшие кирпичи, видимо, давно унесли. — Есть кто? — настороженно крикнул Хаск и его голос отразился от стен звонким эхом. Ответа не последовало и все с облегчением выдохнули. Ребята разошлись по разным сторонам здания, исследуя каждый сантиметр. А интересного здесь было немало. В принципе, как и на всех заброшках. Много имен, даты, признания в любви. По углам пол был усыпан окурками и осколками бутылок. Так же валялись пакетики, покрытые изнутри белой пылью. Теперь стало ясно, чем тут занимались до их прихода. Если так подумать, то это самое обычное место для отбросов на подобии их компании. Они здесь, явно не первые, пережидают дождь. Эти стены наверняка повидали много грязи, веселья и разврата. — Переночуем здесь! — внезапно заявил Энтони, так, что все подпрыгнули от неожиданности, — Мне здесь нравится! А вам? Я уверен, что Черри тоже влюбилась в это место! — усмехнулся парень. — Ты меня знаешь, — напущено протянула девушка, — Я обожаю такие места! Все согласны остаться? — Я немало бродил по заброшкам, — пробормотал Хаск, всматриваясь в очередной психоделический рисунок на стене, — Мне не привыкать. А вот на счет Чарли сомневаюсь, — брюнет повел взглядом в сторону напуганной блондинки. Девушка стояла на месте и будто боялась шаг в сторону сделать. Меры предосторожности очень важны в подобных местах, но она, казалось бы, дышать перестала, чтобы делать как можно меньше движений. — Чарли, мы все здесь ходим и еще никто никуда не провалился! — Черри рассмеялась и похлопала девушку по плечу, — Не бойся! Как видишь, мы здесь далеко не первые! Переборов свой страх, Чарли сжала кулаки и, все же, согласилась: — Хорошо, — выдохнула блондинка, — Давайте останемся. Все радостно рассмеялись и скинули рюкзаки на грязный бетонный пол. Дождь не планировал заканчиваться. Совсем наоборот — он только усиливался. Гром раздавался почти одновременно с молнией. Ребятам повезло оказаться в самом эпицентре грозы. Было довольно холодно, особенно от сырости. Несмотря на всю суровость и величественность здания, там было уютно. Возможно это из-за того, что на них не попадает дождь, или из-за компании уже почти родных людей. По началу они даже друзьями не были. Что там, они бесили друг друга! Но после такого количества времени проведенного вместе и стольких пережитых трудностей, сложно не назвать этих людей близкими друзьями.

***

Дождь все же начал стихать. Но прохлада и сырость не планировала покидать стены заброшенной стройки. Ребята приняли, наверное, самое логичное решение в подобной ситуации — они собрали доски, валявшиеся на полу после обвала верхнего этажа, и разожгли костер. Все вокруг осветилось оранжевыми бликами игривых языков пламени. Стало еще уютнее и в разы теплее. На землю опустились густые сумерки, а вместе с грозовыми тучами, света становилось еще меньше. Было понятно, что уже вечер, они даже не заметили как быстро пролетел день. Цвет костра казался особенно приятным на фоне синего цвета в воздухе. Удивительно, как огонь разряжает ситуацию. Он всегда, будто отдает часть своей энергии окружающим. А эта энергия сейчас была просто необходима ребятам. После сложной ночи, им всем требовалось поднять настроение. Особенно Чарли, которая по прежнему не разговаривала с Алом. Энтони даже не удивлен, ведь Ал сам напросился. Он был слишком груб по отношению к бедной девушке! Зато блондинка без умолку болтала с другими, особенно с Черри. Судя по всему, они хорошо сдружились. В школе Черри общалась с ней только ради своей же выгоды. Девушка просила ее писать сочинения, помогать на контрольных и делать все остальные школьные хлопоты. Бедняжка Чарли правда думала, что с ней дружат из-за ее личности и характера, а не из-за учебы. Но сейчас все в корне изменилось. Видимо, девушки станут лучшими подружками. Или уже ими стали?

***

Дождь почти полностью стих и облака начали расплываться в разные стороны, открывая звездное небо, но ни капельки не посветлело. Было уже десять вечера, в заброшке ребята просидели пару часов. Они точно решили, что останутся здесь на ночь и расстелили спальники на холодный твердый пол. Все разлеглись как обычно, что очень не понравилось Чарли. Она не хотела спать бок о бок с Аластором. Но не станет же она лежать на грязном полу! И брюнет ей явно не уступит место. Только блондинка хотела залезть в спальный мешок, как вдруг, Хаск раздраженно заявил: — Думаю, сейчас самое время кое-что обсудить! — он стрельнул взглядом в сторону парней. Те сразу поняли, о чем именно пойдет речь. Почему он так внезапно сказал это? Почему именно сейчас? Ал явно напрягся и присел, вылезая из спальника. — Вам не надоело притворяться, что все в порядке? — Хаск продолжал все так же. — Ты о чем? — нервно усмехнулся брюнет. — А я именно о тебе! — парень серьезно уставился на него, — Расскажи сейчас, а не то, я сам сделаю это! Как бы Хаск не боялся Аластора, ему было очень жаль девушек. В особенности Чарли, которая была так безнадежно влюблена в этого кретина. Энтони, конечно, тоже хорош, но его еще можно понять. Под давлением Ала он не мог признаться своей девушке, хотя очень хотел этого. Блондин умоляюще смотрел на Аластора, будто спрашивая, что ему делать. Хаск прожигал брюнета осуждающим взглядом. И девушки непонимающе уставились на него. Все взгляды были прикованы к озадаченному и испуганному Алу. Как же он не хотел раскрывать их с Энтони маленькую тайну! Особенно сейчас! Нужно придумать какую-нибудь отмазку. Блондину тоже было страшно, но сейчас он больше всего хотел, чтобы Ал сказал всю правду. Сделать это будет сложно, но с каждым днем будет все труднее. Они попали в ситуацию, в которой выдать правду будет легче как оторвать пластырь — закрыть глаза и быстро сказать: «Мы с Энтони любим друг друга и с момента побега мы вам изменяли! Извините, но нам придется расстаться!» Сваливать все на Аластора, было бы нехорошо. Парень должен взять себя в руки и помочь брюнету признаться. Он сделал глубокий вдох и хотел уже начать говорить, как вдруг, его перебили: — Я тоже вчера попробовал ЛСД! — нагло, но правдоподобно, соврал Аластор, — Чарли, извини, я знаю, как ты относишься к подобным вещам. Но я очень хотел попробовать! — Зачем? — огорченно спросила блондинка, вглядываясь ему в глаза. — Захотел и попробовал! — снова грубо, ответил Ал, — Я не должен просить у тебя разрешения! — Что?! — в разговор вмешалась сердитая Черри, — Ты же говорил, что будешь следить за Энтони! — Меня не так сильно накрыло как его! — Аластор озадаченно развел руками. Просто супер! Он все испортил! А блондин так надеялся, что вранье сейчас закончится! Но строгие подглядывания Ала не давали Энтони признаться самому. Видимо, придется действовать по проверенному плану — пустить все на самотек и не вмешиваться. Но Хаск не планировал оставлять ситуацию просто так. Он приподнял бровь и многозначительно спросил: — Неужели, это действительно все, что ты хотел сказать? Пойми, чем раньше признаться, тем легче! — Ал, — Чарли умоляюще взяла парня за руку, — Есть что-то еще, что ты мне должен сказать? Эта глупышка, все-таки, начала подозревать. Что же делать Аластору? Все взгляды были прикованы к нему. И взгляды эти были далеко не добрыми. Он совсем не хотел признаваться. Но может, все-таки, стоит? Энтони давно хотел этого и по своей воле, точно сказал бы это сразу. Но брюнет не такой! Может, соврать, что ничего больше не произошло? Или все же признаться? Ал откинул оба варианта и совершил, наверное, один из самых глупых поступков в подобной ситуации — не теряя холода в лице, он просто отвел взгляд и уставился на костер. — Ясно! — отчаянно сказала Чарли, вскакивая со спального мешка. Она быстрым шагом пошла к выходу, шмыгая носом. Она не могла дать точного ответа, что именно сделал Аластор, но это точно было что-то очень неприятное для нее. Девушка никогда не исключала варианта измены, но всегда откидывала эти мысли в дальний ящик. Тогда не было особых причин подозревать, что она не одна у брюнета, но сейчас… На вечеринке было много красивых девушек. А Чарли просто скрылась на всю ночь в дальней комнате, в обнимку с бутылкой вина. Она сама виновата, что не следила за парнем. Судя по всему, доверие в подобные моменты ничего не стоит. — Козел! — Черри злобно посмотрела на Аластора и кинулась за блондинкой. Она обняла девушку и вместе с ней вышла наружу. Ну хотя бы Энтони ни в чем не подозревают и то хорошо. Между парнями зависла неловкая пауза. Слишком неловкая. Хаск надулся и всеми силами старался не встречаться с Аластором взглядом. Как бы он не хотел скрыть волнение, тело показывало обратное — глаза нервно бегали из стороны в сторону, он перебирал пальцами, казалось, хотел сквозь землю провалиться. — И что это было? — сохраняя холодный голос спросил Ал, — Как ты все еще не понял, мы сами разберемся. А девочек в это впутывать точно не нужно! — Вам их не жалко? — Хаск наивно уставился на брюнета. Энтони наблюдал за каждым движением парня. Интересно, что он ответит? И ответит ли вообще? Конечно, не ответит! Аластор как всегда начал просто бездушно смотреть в пустоту, но на этот раз еще и невзначай пожал плечами. Теперь стало интересно, кто для него эти девочки? Неужели, в нем не осталось ни капли человечности? Даже блондину жалко Чарли, хоть она ему, по сути — никто. А перед Черри, вообще ужасно стыдно! Если брюнет так относится к девушкам, то что он испытывает к Энтони? Эта скрытность Аластора, что сначала привлекала и добавляла парню особенной изюминки, сейчас только бесила! Блондин ничего не хотел говорить. То есть, нет, не совсем так. В голове крутилось слишком много мыслей, что просились вырваться наружу, но слова в предложения не складывались! В такие моменты лучше просто молчать. Если он выбрал позицию человека, который плывет по течению, нужно оставаться им до конца. Энтони лениво встал и достал пачку сигарет из рюкзака. Он сверил Хаска взглядом и кинул ему одну. Сейчас, это точно было ему необходимо! Блондин закурил сигарету и вальяжно прошелся до оконного проема, хотя походка такая у него получилась случайно. Недолго думая, Энтони забрался на подоконник и свесил одну ногу наружу. Здесь не пахло строительной пылью как внутри и лицо обдувал приятный свежий ветерок. Намного спокойнее, чем рядом с костром. В сумерках он разглядел силуэты девушек: Черри приобняла блондинку за плечи и шла с ней куда-то вперед по дороге. Иногда очень хочется забыться и закрыть глаза на все произошедшее. Сигареты в этом очень помогали.Облокачиваясь на бетонную стену, он откинул голову назад, . Делал медленные затяжки, будто смакуя горьковатый дым. Энтони даже не замечал, как Аластор пялится на него. Пусть брюнет и мог умело скрывать свои чувства, но внутри него бушевали отчаяние и стыд. Одни из самых ужасных чувств, так в данный момент они еще и происходили одновременно! Сейчас ему хотелось немногого - обнять Энтони и прижаться к нему как к плюшевому мишке. Хоть все проблемы случились именно из-за него, но этот парень действовал на брюнета словно лучший наркотик, вытаскивающий из реальности. С Чарли такого не было. О других девушках на одну ночь и говорить не стоит. Хаска очень угнетала эта давящая атмосфера. Нужно было побыстрее пойти к девочкам, пока те не ушли слишком далеко. Это здание, хоть поначалу и привлекало, но сейчас казалось противным. Наверное, именно из-за людей, что находились рядом с ним. И судя по взгляду Аластора, было необходимо оставить парней наедине. Если они так не хотят признаваться девушкам, то пусть хотя бы наслаждаются друг другом сейчас. Брюнет встал со своего места и стряхнул пыль: — Я пойду к девочкам! — устало заявил тот, — Если повезет, то вдвоем останетесь на всю ночь! Но с одним уговором, — парень понизил голос, — Вы признаетесь им как можно скорее! Веселитесь! — напоследок бросил тот. Ал ничего не ответил, но его взгляд излучал, столь необычную для брюнета, безграничную благодарность. Хаск вышел из дома и догнал девочек, которые, кстати, уже скрылись за высокими кустами. Очень странные ощущения, будто весь мир одновременно и за парней, и против них. Брюнет подошел к Энтони, сидящему в оконном проёме, и ничего не сказав, обнял его. Он положил голову парню на грудь и ненадолго закрыл глаза, сделав это так неожиданно, что блондин от изумления чуть сигарету не выронил. Аластор впервые выглядел так беспомощно! Парень просто не мог заставить себя злиться или обижаться на такого лапочку. Он не удержался и расплылся в улыбке от умиления. Но чудо это не продлилось долго. Брюнет отстранился и уставился на парня, что заставило блондина быстро сделать сделать серьёзное выражение лица. Но Аластор успел заметить эту нежную улыбку и теперь сам расплылся в привычной ухмылке. У него часто получалось надменное выражение лица, хоть и не специально. — Как давно вы с Чарли вместе? — пытаясь всеми силами удержать холод в голосе, спросил Энтони. — Это неважно! — брюнет закатил глаза и с усмешкой спросил, — Давай не будем тратить время на, неприятные для нас обоих, разговоры? Энтони уставился Аластору в глаза и нагло выдохнул сизый дым ему прямо в лицо. Он знал как сильно бесят такие выходки, но сейчас блондин настолько хотел сделать подобную гадость, что не смог удержаться! Брюнет не растерялся и выхватил почти выкуренную сигарету у парня из рук. Отбросив ее куда подальше, Ал впился в его губы. Он обхватил парня за талию, бесстыдно залезая под одежду. Все произошло так стремительно, что Энтони и опомниться не успел. Возможно, это к лучшему. В подобные моменты лучше отключить мозг, чтобы не становилось неловко или даже страшно. Он повернулся телом к Аластору и обхватил его ногами. В фильмах часто садили кого-то во время поцелуя на стол или еще куда-то, но блондин и подумать не мог, что это настолько удобно! Ал, чуть ли не по хамски, притянул парня к себе за бедра. Как бы Энтони сейчас не хотел строить из себя обиженку-недотрогу, в такие моменты он просто отдавался воле брюнета. Ему это чертовски нравилось! Блондину не нужно было ни о чем думать. Он ощущал необычайную легкость, несмотря на то, как крепко Аластор его сейчас обнимал. У Энтони сильно закружилась голова. То ли от близости брюнета, то ли от недостатка воздуха, ведь они почти не делали паузы между поцелуями, чтобы вдохнуть, а возможно это просто флэшбеки после ЛСД. Сейчас это было неважно. Блондин выпал из реальности, еще больше позволяя Аластору делать с ним все, что он захочет. Брюнет снял Энтони с окна и стянул с него худи. Тот тоже не отставал и скинул свитер парня в сторону. Может и вовсе из окна выкинул, но сейчас это не важно. Сейчас ничего не важно, кроме того, чем они занимаются. Брюнет снял с парня футболку и его поцелуи перешли на ключицу. Потом снова на горячие бархатные губы. Аластор никогда не любил сигаретный запах, но сейчас все казалось идеальным, даже это. Все движения были ненасытными, требовательными и в этот раз с обоих сторон. Дыхание Энтони ускорялось с каждой секундой. А по телу пробегали сотни мурашек. Особенно приятно было внизу живота. Как и каждый раз, когда Аластор был непозволительно близко. Вдруг, брюнет немного отстранился и серьезно сказал: — На шее следов не оставляем! — Только на шее? — игриво приподняв бровь, уточнил Энтони. — Везде, но не на шее! — усмехнулся Ал и потянулся за очередным поцелуем. Блондин начал расстегивать рубашку на парне, но тот не дождался и просто снял ее через голову. Теперь поцелуи и движения стали еще горячее и чувственней. Аластор потянул парня ближе к спальнику и вместе с блондином сел на него. Энтони даже не заметил, как ловко его уложили на спину. Брюнет навис над ним и по всему телу пробежала очередная волна мурашек. Они будто были одни во всем мире. Никаких звуков помимо их шумного дыхания, тихих отрывистых стонов и сердцебиения. Никаких запахов помимо них самих. А главное никакие посторонние ощущения не мешали. Даже твердый холодный пол не напоминал о себе. Энтони сейчас казался еще более красивым чем обычно. То как он прикусывал губу, закрывал глаза, изгибался в спине — все заводило Аластора. Блондин казался необычайно хрупким. Тонкая талия, узкие плечи и изящные руки — фигура как у стройной девушки. При свете костра в сумерках, тени приобретали больший контраст от синего к оранжевому, делая тем самым ключицу парня более выразительной. Светлая кожа Энтони казалась слишком элегантной для того, что Ал вскоре собирался сделать с ним. Брюнет целовал щеки парня, за ушами, ключицу, а в голове, словно шарманка, повторялась одна и та же мысль: «Только не шею». Аластор так старался над каждым движением, что это даже рассмешило Энтони. Но сейчас точно не стоит смущать парня. Вдруг в животе все снова защекотало мурашками, когда брюнет поставил колено прямо между ног Энтони. Сердце заколотилось еще быстрее, хотя уже до этого казалось, что оно скоро выпрыгнет из груди. Руки блондина спустились по спине парня вниз и ловко расстегнули ремень, а затем и ширинку брюк. Одна рука сразу же скользнула под штаны. Энтони добился желаемого — брюнет откинул голову и из него выбился рваный шумный выдох. Ему явно нравилось то, что делает блондин. Вдруг, Аластор немного спустился и прошелся дорожкой поцелуев по груди и впалому животу парня. Энтони закрыл глаза и наслаждался каждым поцелуем. Горячее дыхание брюнета обжигало его нежную кожу. Но просто на поцелуях Ал не остановился: он медленно расстегнул ширинку джинс и полностью оголил ноги парня. Он начал целовать места под коленями, поднимаясь все выше. Для Энтони это казалось слишком приятным и в то же время — недостаточным! Когда Аластор собрался снимать последний элемент одежды с него, сознание вдруг вернулось. Совсем неподходящий момент, чтобы снова начать нервничать! Блондин резко приподнялся и схватил парня за плечи: — Вдруг нас кто-то увидит? — обеспокоенно спросил тот, — Вдруг девочки придут? — Ты не доверяешь Хаску? — брюнет с ухмылкой поправил растрепанные блондинистые волосы, — Я уверен, он, так же как и мы, не хочет, чтобы девочки поймали нас в такой момент. — Если честно, не очень доверяю, — Энтони нахмурил брови. — Ну, а мне ты доверяешь? — завораживающе спросил тот. Блондин, недолго думая, закивал головой. Но потом снова растерялся и смущенно улыбнулся: — Давай, хотя бы, в спальник залезем? Аластор ничего не ответил. Он сразу выполнил просьбу парня и открыл спальный мешок. Они вдвоем туда залезли и брюнет, как и прежде, навис над Энтони. Теперь он не мог видеть тела блондина, что очень его огорчало. Они сами не заметили, как быстро остались совсем без одежды. Они прижимались друг к другу, ласково гладили, обнимали. Казалось, эти прекрасные ощущения никогда не закончатся. Энтони обхватил брюнета ногами, пытаясь полностью к нему прижаться. Он целовал скулы Аластора, надеясь, что хоть там не останется засосов. Хотя, уже без разницы, останутся или нет. Ему не хотелось останавливаться. Так хорошо блондину еще никогда не было. Если до этого он сомневался, что ему могут нравится и девочки, и мальчики, то эта ситуация точно дала понять, что девушки Энтони никогда не нравились. Аластору хотелось большего. Но тут была одна небольшая проблема — с девушками все намного легче. В теории он понимал что, куда и как, но на практике все оказалось затруднительней. Только он хотел начать действовать, как вдруг Энтони повис у него на шее и, с улыбкой, прошептал: — Это мой первый раз. Все стало еще сложнее! Ал понимал, что у блондина еще ничего не было, но надежда умирает последней. А Аластор очень надеялся, что он не первый у Энтони! — Я постараюсь быть нежнее, — заверил брюнет. Парень кратко кивнул и снова впился в сладкий поцелуй. Вдруг, резкий толчок и внутри Энтони все заболело. Он зажмурился и впился пальцами в спину Аластора. Как-то не так он представлял себе все это. Он ожидал красиво романтичное место, мягкую кровать, да и не был точно уверен, что это будет именно с парнем. Снова толчок и стало еще больнее. На глазах выступили непроизвольные слезы. Нет, он не может это терпеть! — Ай! — вырвалось из него, — Ал, хватит! — Тебе больно? — брюнет озабоченно всмотрелся, в сверкающие от слез, глаза. — Да, немного, — тот смущенно посмеялся, — Но не волнуйся, все нормально! — Ладно, — Аластор шумно выдохнул и сел рядом, — Мы не знаем, как это делать. — Это точно! — прыснул смехом Энтони, — Давай представим, что ничего неловкого не произошло? — Я только за, — брюнет слабо посмеялся и прилег на бок, — Иди сюда, — он протянул руки к парню, приглашая в объятия. Энтони нежно улыбнулся и прижался к Алу. В теле была такая приятная усталость и легкость. Он почувствовал как руки парня сомкнулись у него на спине, заключая в столь теплые и бережные объятия. По телу опять пробежали мурашки, но на этот раз именно из-за душевности ситуации. Пусть совсем недавно парни совокуплялись и тогда физически они были ближе всего, то сейчас по ощущениям они были одним целым. Как минимум, Энтони чувствовал именно это. Аластор очень быстро заснул, не отпуская блондина. Тот же, старался лежать с открытыми глазами как можно дольше. Даже как-то смешно, что все произошло именно так. На утро, он точно пожалеет о свершившимся, но хотя бы сейчас ощущал себя просто прекрасно. Если когда они проснутся, Ал обнимет парня, то стыд и смущение должны будут быстро уйти. Очевидно, что утром его обнимут. Как после такого можно долго не обниматься? Неподходящее место, для первого раза, да и время тоже не очень. Зато с любимым человеком. Энтони уверен, если это было бы с кем-то другим, то ему точно было бы неудобно и страшно. К примеру, как с Черри. Пока есть время, блондин будет по максимуму наслаждаться происходящим. Спокойное дыхание Аластора, его тепло, грели не только тело, но и душу Энтони. Он повернул голову в бок и уставился на потолок. Крыша была слишком высоко и большинство надписей было не разглядеть. Или это из-за темноты? Оказывается, костер давно потух, а парни даже не заметили этого. Из окон падал синий цвет, делая помещение еще более величественным. А они, как короли, лежали прямо посреди просторного помещения. Но одна надпись на потолке, все-таки, зацепила внимание парня:

«Каждый видит то, что хочет видеть»

Забавно. Настолько нелепо и забавно, что это даже вызвало улыбку у блондина. Если не всматриваться в буквы, то покажется, что это обычная подростковая цитата под каким-нибудь слезливым постом в инстаграме. Но шрифт, фиолетовый цвет баллончика, величина букв. Как будто все имело свой особенный смысл. Эта надпись была корявой, неровной и очень большой. Было понятно, что писали ее в отчаянье, наверное, после какой-то ссоры. Казалось, что в это короткое предложение можно было вложить все, что происходило с ребятами после побега. Ведь каждый и в правду видел именно то, что хотел сам: девочки не замечали измены; Хаску казалось, что он спасает их отношения; ну, а Энтони думал… Нет! Нужно выкинуть все противные мысли из головы! Он понимал, что для Аластора он, возможно, просто небольшой эксперимент. Он, правда, не исключал этого варианта. Но все же, верил в лучшее. Верил в какую-то почти невозможную любовь. Верил, что Ал любит блондина так же сильно, как и он его. Сейчас все прекрасно. Хотя бы сейчас. Ну, а завтра Энтони признается Черри. Но это еще неточно. Он будет надеется, что ему хватит смелости сделать это. Он уже ничего не знает наверняка. Это и интересно. Парень сладко зевнул и уткнулся Аластору в грудь. Хотелось скрыться от той надписи на потолке. Но она уже не вылетала из головы.