Даже не вздумай это делать

      Сейчас поздняя осень, поэтому неудивительно, что на небе сгущаются тёмные тяжёлые тучи, обещающие возможный дождь или даже ранний снегопад. Кончики бледных пальцев щипает предзимный легкий мороз, а худощавое подростковое тело продрогло до самых хрупких костей, обтянутых белой кожей. — «Здесь холодно, — думает парень, стоя посреди какого-то по счету этажа заброшенной стройки. — Здесь очень холодно.»       Стайлз смотрит вперёд, идёт вперёд, но не видит куда. Не видит ничего, потому что глаза снова застилает слой соленой влаги, изредка стекающей крупными каплями по красным от холода и раздражения щекам. Не видит ничего, да и не хочет видеть и чувствовать тоже, но Стайлз чувствует. Чувствует всё!       Чувствует, как по спине проходится ледяной ветерок, заставляющий подростка вздрогнуть и покрыться его тело мурашками. Чувствует, что дурацкая подаренная отцом толстовка нихрена не греет, сколько в неё не кутайся. Чувствует, как воспаленные глаза от непрерывных рыданий продолжают противно щипать слёзы, как те оставляют мокрые дорожки, быстро остывающие от здешнего сквозняка и неприятно стягивающие кожу. Чувствует боль. Невероятно сильную, мерзко липкую и сдавливающую грудную клетку стальным обручем, что не даёт нормально сделать даже маленький вдох или выдох от чего приходится давиться тем, что осталось в легких.       Стилински хватается за перила и издает задушенный всхлип, полный этой самой боли, горя и отчаяния. Но он не хочет этого чувствовать, потому что это чертовски невыносимо. Невыносимо жить с пониманием того, что ты теперь один. Маленький, семнадцатилетний и совсем один в этом чертовски большом, непредсказуемом и несправедливом мире.       Единственное, что хочется сейчас ощутить — пустоту. Она такая глубокая, черная, без всяких эмоций и воспоминаний. Пустота просто распахнет свои невероятно тонкие и по матерински мягкие руки и обнимет, заставляя забыть всё плохое, приласкает Стайлза, словно тот её родной сын. И он хочет. Стилински хочется забыться и ничего не чувствовать, кроме невероятно манящей к себе пустоты. Но чтобы ощутить эту желанную тьму, надо переступить через себя и Стайлз готов это сделать.       Он громко шмыгает носом и крепче перехватывает шаткие перила. Подросток опирается на них и перекидывает ноги одну за другой, оказываясь на самом краю платформы недостроенного здания. — «Один шаг и всё закончится.» — шепчет ласково темнота, разгуливая там внизу среди опасно торчащих из земли штырей и прочей арматуры. Она дружелюбно улыбается, раскидывая приветливо руки в стороны, и ожидает, когда Стайлз сделает последний шаг к ней навстречу. — Даже не вздумай это делать! — доносится из-за спины парня, но он даже не оборачивается на пришедшего. — Это не выход, Стайлз! — Что ты тут делаешь? — хрипло подал голос Стилински и сильнее сжал перила, чувствуя как облупившееся ржавое покрытие на них впивается в его ладони, оставляя мелкие царапины и рыжие разводы. — Ты следил за мной, Дерек? — Да, — фыркнул оборотень и походкой хищника стал ступать к эмоционально нестабильному подростку. — И как я вижу не зря. — Что же меня выдало, раз хмуроволк решил понаблюдать за мной? — истерично спросил Стайлз, опасно дернувшись на краю, чем заставил Хейла замереть на месте. — Ты хотел…хотел как можно скорее решить все дела и возможные проблемы, — неуверенно подал голос Дерек, продолжая осторожно красться к Стилински. — Словно…ты собираешься куда-то уйти, — Стайлз язвительно фыркнул, закатывая воспаленные глаза. — Ты отдавал всё, чтобы прожить сегодняшний день, но ни разу не показал, как собираешься прожить завтрашний.       На данный момент Дерека от Стайлза отделяли жалкие три метра, а Стайлза от желаемой пустоты опасные сантиметры, складывающиеся в один маленький шаг. Дерек внимательно смотрел на подростка, метался взглядом по его заплаканному лицу, встретился с глазами полными одиночества и непонимания: почему же так всё сложилось? — Сначала я думал, что всё образуется, — нервно усмехнулся Стайлз, отводя от Дерека взгляд и шмыгая красным носом. — Думал, что пройдут тяжелые моменты, а потом я попробую вновь собрать себя по кусочкам и жить как жил до этого, — по мальчишечьим щекам вновь потекли крупные обжигающие кожу слезы, а на Хейла уставились глаза, отражающие вселенскую боль и обиду на весь мир за происходящее. — Дерек, его больше нет! — вдруг выкрикивает Стайлз и запрокидывает голову назад, опасно склоняясь над краем. — Моего отца больше нет, понимаешь?! — Понимаю, — громко отвечает Хейл, стараясь отвлечь внимание парня на себя. — Стайлз, я тебя прекрасно понимаю и я помогу тебе. — Чем?! — выкрикивает Стилински, впиваясь яростным взглядом в оборотня. — Что ты сделаешь?! Заберешь мою боль? — Стайлз недовольно цокает языком, осознавая маленький нюанс. — Этого ты сделать не сможешь, ведь это душевная боль! Заменишь отца? — фыркает парень, язвительно скалясь. — Или попросишь Питера сыграть эту роль?! — При чем тут вообще Питер? — непонимающе вскидывая бровь, уточняет Хейл. — Дерек, — вдруг скуляще позвал его Стайлз и мужчина почти физически почувствовал, как ему больно, а не только по исходящему от подростка запаху. — Я не смогу… Я не смогу справиться с этой болью, понимаешь? — спрашивает парень и получает кивок, но вставить слова не даёт. — Если я сделаю это, то всё пройдет… Боль уйдёт, Дерек, а я просто хочу, чтобы она ушла. — Ты можешь поделиться своей болью со мной, Стайлз, — шепчет Хейл, сокращая остатки ненужного расстояния и накрывая холодные и дрожащие ладони подростка своими. — Тебе нужно только поговорить со мной, попросить. — Дерек, мне…понимаешь… — Стайлз срывается на неконтролируемый вой, утыкаясь мужчине в плечо и совершенно не обращая внимания на сильные руки, что сгребли его в охапку и перекинули обратно за перила. — Мне так больно, что я не могу дышать. Я не могу! Не могу справиться с этим, Дерек! — И не должен! Никто не должен, Стайлз, — шепчет оборотень и прижимает к себе дрожащее тело. — Ты не заслуживаешь этого. Разумеется, я тебя понимаю, честно. — Тогда помоги мне, Дерек, — просит Стилински, тыкаясь холодным носом в горячую шею Дерека и пуская по его телу мурашки из-за контраста температур. — Помоги мне справиться с этим. — Я помогу, — соглашается Хейл, прижимаясь губами к пульсирующему виску подростка. — Я буду рядом и помогу тебе справиться со всем, слышишь? — Стайлз кивает и крепче обнимает оборотня, наконец-то чувствуя, что становится чуточку легче.