Темные Близнецы

Утро выдалось пасмурным и мрачным. К тому же ей снова приснились ее родители и брат. Где же он сейчас? Что с ним произошло? Она, к сожалению, не знала, лишь помнила как мама, рыжеволосая женщина, отдавала ее маленькую в руки темноволосой женщине, прося, позаботится о ней. Мама тогда говорила ей совсем маленькой, как никак годик был, что все будет в порядке, что бы она не переживала и они скоро снова увидятся. Но этого не произошло. Мама так и не пришла. Женщина что забрала ее вскоре умерла, ее убили при ограблении банка вместе с ее мужем. А малышку отдали в ближайший приют Св. Девы Софии в Ливерпуле. Нянечки, получившие ребенка, так и называли ее Герой, правда, так как они не имели представления об ее фамилии, дали придуманную, Стим. К несчастью малышка не могла в то время ничего с этим поделать, ведь в таком возрасте она только и могла говорить мама и папа. Когда ей стукнуло пять лет, то она смогла поговорить с директрисой приюта и сказать свое настоящее имя и фамилию. Директриса была очень сильно удивлена. У малышки была фотографическая память и она помнила все что с ней происходило в младенчестве. Такие дети были очень редким явлением, потому как большинство других детей ничего не помнили о своем раннем детстве. С того момента даже идиот в приюте знал, что ее полное имя – Гермера Лилит Поттер, и не пытались это оспорить, смысла просто не было. В возрасте пяти лет у нее начались стихийные выбросы, и первый такой выброс произошел в церкви. Тогда был какой-то праздник и всех приютских детей привели в это место. Она не верила в бога и во всю эту ерунду про него. Гера прекрасно помнила, что она волшебница, а у волшебников – совершенно другая религия. Но вернемся к церкви. Стоя среди таких же детей в помещении у нее затекли ноги в одном положение, развернуться и повернутся просто, не было, ни сил, ни возможности, все стояли впритык друг к другу. Становилось невыносимо душно и было тяжело ей дышать, голова раскалывалась и в тот момент, когда батюшка запел ее состояние ухудшилось, и нервы наконец-то сдали, и в тот же момент порыв сильного холодного ветра, которого в закрытом помещении быть не должно, сдул все свечи в церкве. Крики и паника послышались со всех сторон, и крики от старушек про дьявола, так же были слышны из разных закутков помещения. В тот день праздник был сорван, а Гера поняла, что это она сделала, точнее ее магия. Сопоставить факты для нее было не сложно. Никто так и не узнал, что это было ее рук дело. Второй выброс произошел, когда старшие дети из ее приюта решили поглумиться над ней: они ее не понимали, ни ее манеру речи в повседневной жизни, ни ее поведения такого утонченного и холодного, какого-то отстраненного не от мира сего, замкнутого, ни ее таланта к рисованию, а так же ни ее удивительной памяти, которой она умудрялась запоминать даже самые незначительные детали. И поэтому они считали ее ненормальной и чокнутой. Пытались отобрать ее личные вещи, в частности ее блокнот, в котором были ее рисунки. И не простые. Чтобы ни забыть – она рисовала в них все: от воспоминаний с малого детства - о родителях и своем брате, до природы и каких нибудь удивительных мест, иногда животных и очень редко чужих людей. В тот день была ясная, солнечная погода. Как обычно Гера присела в тени большого дуба, что рос не далеко от входа в приют и рисовала своего брата, как она помнила его звали Гарольдом, но дома по домашнему его называли просто Гарри, на листе в блокноте ее брат весело смеясь, летал на детской метле, а вокруг стояли родители и улыбались ему, помниться метлу подарил Гарри его крестный отец Сириус, но их отец Джеймс всегда называл его Бродягой, а тот в отметку его звал Сохатым. Этот момент она и запечатлела. Настроение у нее было неплохое, но оно быстро омрачилось, стоило ей завидеть идущую в ее сторону компанию Слоута и Тимерсона ведущую за собой свою шайку хулиганов. Им было по десять лет, и они были старше ее на четыре года. И эта развеселая компашка направлялась в ее сторону, явно задумав, что-то нехорошее по отношению к ней. Гера их не любила, да и они ее тоже. Ник Тимерсон подошел к дереву и навис над девочкой, угрожающе скалясь. - Поттер, ты все так же рисуешь? – нагло поинтересовался он. Девочка проигнорировала его выпад, дальше рисуя. - Не хочешь говорить? Ладно. Тогда давай мы тоже посмотрим на твои каракули, а? Нам ведь тоже интересно, правда, парни? За его спинами послышался гогот. - Тимерсон, такому индивиду как ты, я не собираюсь ничего показывать, даже не надейся, и дружкам, что пародируют лошадей за твоей спиной так и передай. И будь те любезны, не засоряйте чистый воздух пространства своими скудными речами и идиотизмом. – выдав такую речь, она снова обратила свое внимание, в блокнот, игнорируя ловящих воздух от такого словесного изложения мальчишек и пытающихся прийти в себя. Тимерсон, наконец смогший быстрее других прийти в себя, разозлился не на шутку и выхватив из рук не успевшей среагировать девочки блокнот, поспешно отскочил в сторону. - Отдай не медленно! – подскочив на ноги, выкрикнула девочка. - Щаз, разбежалась. Попробуй, отбери, ненормальная – оскалился в ответ тот. Гера не могла поверить, что ее драгоценный блокнот находился в чужих руках, так еще и у этого уродца Тимерсона. Пытаясь сдерживать слезы, которые так и норовили пойти из глаз, она протянула руку вперед. - Будь любезен и верни вещь, которая принадлежит мне, немедленно! – сказала она четко и ясно. - Так ты еще и приказывать смеешь, Поттер! Вот уж дудки я ее тебе отдам. А может, парни, мы его просто порвем, и делов то? - Было бы не плохо, я бы посмотрел, как эта чокнутая, ревела бы над разорванным блокнотом, – поддержал его Дастиан Слоут. - Вы не посмеете! – услышав слова об уничтожении ее собственности, вскрикнула девочка. – Или я... - Или что? Ударишь? Заплачешь? Что? Ты же ничего не можешь, Поттер! Так что же ты нам сделаешь? Правильно. Ничего, – усмехнулся довольный своей провернутой выходке Тимерсон, хватаясь за концы блокнота и потянув их в разные стороны, начав отрывать. Увидев это, Гера впала в отчаянье, у нее потемнело перед глазами, а сердце сжалось от боли и в эту же самую секунду, на мальчика из ни откуда набросились большая стая черных ворон. Крики затопили дворик приюта. Компания хулиганов бросилась прочь от извивающегося от боли мальчика, которого клевали вороны и девочки, которая выхватила блокнот, что выпал из ослабевших рук Тимерсона и, прижав его к своей груди, наблюдала эту самую сцены. Тогда выбежал персонал приюта и, увидев картину, что предстала перед их глазами, ужаснулись и, разогнав птиц, немедленно вызвали скорую. Мальчик после того случая стал калекой, а Поттер с того дня стали боятся и избегать как взрослые так и другие дети приюта, считая что она сама дьявол. Сейчас же девочка собирала свои вещи в небольшой рюкзак. Их группа сегодня уезжала в Шотландию, в город Глазго на экскурсию. Директриса приюта решила, что маленькие дети должны увидеть это место. Раз есть возможность, она решила дать ее детям, хотя коллеги говорили, что лучше бы она потратила эти деньги на путевки для себя и съездила бы в отпуск со своей семьей сама. Но так, как, она сама была, когда то воспитана в приюте, она и решила сделать по-своему. И теперь дети из двадцати шести человек в возрасте от 7-10 лет отправляются в Глазго, что находится на территории Шотландии. И Гера чувствовала, ее интуиция подсказывала, что должно, что-то произойти, и это что-то должно быть хорошим. Поэтому собрав вещи и выйдя из комнаты, она направилась к автобусу, что стоял у приюта, который выделили для них, полностью игнорируя детей, что при виде нее шарахались в стороны или крестились, запрыгнула на ближайшее свободное место возле окна с мыслю, что сегодня на удивление замечательная погода.