My love, Eirian

      День проходит незаметно. Почти. Если, конечно, не считать забытое домашнее задание, за отсутствие которого его, разумеется, отчитали, пропуск обеда, ведь кое-кто не взял с собой денег или еды, и, естественно, ветровка Чонгука, которая непривычно висит у него на поясе и прикрывает порванные штаны.       А Тэхен дома в красках рассказывает всё это Чимину, особенно отмечая, что благодарен за все эти сегодняшние приключения своему лучшему другу. А тому хоть бы хны, он ржёт вволю как умирающая лошадь, краснеет как сваренный рак, а потом уходит на балкон болтать со своим парнем (хоть сам Чимин и отрицает) как курочка.       Всё-таки голод сказывается на Тэхене.       Как возвращать отданную напрокат вещь омега не знает. Хочется и лично поблагодарить альфу, но сбежать, конечно — намного сильнее. Передавать через кого-то вариант сразу отпадает — это покажется, наверное, неуважительным, да? Хер его знает, у Тэхена бошка совсем не варит, и он вспоминает мамино «Это всё из-за твоего компьютера!»       Поэтому с горем пополам решив что и как сделать, Тэхен просто ложится спать, перед сном раз пять проверяя заведённый будильник, домашнюю работу в сумке и приготовленную одежду. Горький опыт, и правда, помогает жить дальше.       На следующее утро Чонгук видит на балконе ветровку, повешенную на перила. Он поначалу удивляется, находит это забавным и смеётся, представляя, как же всё выглядело со стороны. А после задаётся множеству вопросов вроде «Он использовал швабру или полагался на удачу?». Но как бы то ни было вещь прибыла к нему в целости и сохранности, и он не находит ничего лучше, чем написать на бумажке коротенькое послание и самолётиком отправить Ким Тэхену. Слава богу между балконами всего два-три метра — самолёт достигает своего пункта остановки.       Тут в дверь кто-то стучит, и Чонгук, туша сигарету, открывает. На пороге стоит Кенсу, по совместительству их дорогой соседушка, что живёт в самой дальней комнате в коридоре. — Надеюсь, вы не забыли, что сегодня ваша очередь убирать в моей комнате? — прямо говорит ему До и затем сразу уходит на кухню, где его ждали ещё несколько парней. И из всех этих альф готовить мог только Кенсу, поэтому он взял на себя ответственность за полные животы всех живущих в этом фойе. А остальные вместо платы за еду договорились поочерёдно убирать в комнате их отважного героя, а то иначе бы все, как выразился сам Кенсу, сдохли голодной смертью.       После уборки Юнги с небывалой радостью в глазах падает в кровать, кутается в одеяло и бормочет что-то вроде «как я устал» и «почему жизнь такая сложная штука». А Чонгук его понимает, тоже ложится и отдыхает, беря в руки заветный телефон и пишет Чимину (Тэхену) обычное «привет, как дела?», крайне надеясь на скорый ответ.       Буквально через пару минут ему уже приходит новое сообщение, которое он мигом читает и нарадоваться не может. Омега пишет, что скучает, предлагает вечерком созвониться и говорит, что всё, что сейчас происходит, должно просто забыться. А Чонгук и соглашается, старается не думать о поцелуе, всё смотрит на фотографию омежки на аватарке и слегка улыбается, отчего-то чувствуя, как сердце обливается кровью. Забыть. Он не уверен, забудется ли всё так просто, осадок останется таиться где-то глубоко ещё надолго, но он надеется, что сможет. Поток его мыслей нещадно прерывает его хён: — Тебе бы здесь нормальную омегу найти, потрахаться и забыть про этот сайт знакомств. — Хён, иди нахуй со своими советами.       Тэхен, вдоволь насладившись общением с Чонгуком, выходит подышать свежим воздухом, молясь, чтобы альфа не вышел к нему. В глаза сразу бросается бумажный самолётик. Ким думает, что, наверное, дети игрались, мало ли что, но всё же любопытство берёт вверх, и он его разворачивает, уже надеясь увидеть нарисованный член или какие-нибудь грязные словечки. Но вместо ожидаемого «иди нахуй» он видит корявое «Спасибо, наверное?» и немного теряется, не зная ему ли это вообще.       От раздумий отвлекает недовольный Чимин с пакетом мусора в руках и жалуется, мол если убираться толком не хочешь, то хотя бы сходи мусор выкини, будь добр. Ну, а Тэхен и согласен, и полы мыть не надо, и жирок свой растрясти можно хотя бы до мусорного контейнера.       И он идёт. В широких шортах до колена грязного зелёного цвета и в белой футболке с каким-то принтом, при этом держа в правой руке чёрный вонючий пакет. И вот сейчас он совсем никого не ожидает увидеть, забывается и просто покачивает головой в такт своим шагам, пока сзади не доносится вопросительное: — Хэй?       Чонгук выкуривает очередную сигару и ругает себя, бьёт по щекам и решает, что нет ничего лучше свежего воздуха, чтобы отвлечься. Бросить эту привычку, и правда, оказывается тяжело, а он в своё время думал: «Пф, чего это они ноют. Вот я, если захочу, без проблем перестану курить». Ага, щас.       Стоит только выйти из грязного подъезда, в глаза бросается чужая спина и его любимые розовые волосы. Он улыбается, идёт за ним вальяжно, а позже видит надпись на футболке «Если педик, скажи хэй». Чонгук ржёт про себя, улыбается только шире, отчего вокруг глаз собираются некрасивые морщинки, а после произносит: — Хэй?       Тэхен упорно игнорирует, скорость набирает и молится всем известным ему богам, неожиданно поверив в сверхъестественное. — Что? Даже не посмотришь на меня? — Вы меня пугаете, сомбэ… — Пугаю? Хм, я, конечно, похож на маньяка и насильника, но точно таким не занимаюсь. Мне просто скучно, и я хочу, возможно, подружиться с тобой?       Тэхен не отвечает, да и в общем-то он любит сбегать от проблем, в прямом смысле сбегать.       Чонгук тогда стоит ещё некоторое время, смотрит на поворот, за которым скрылась спина омеги, и вдруг осознает. А если Чимин отреагирует также на его внешний вид? Разумеется, объемная одежда (а объемной в плечах она была благодаря носившему её Джину) лишь немного его визуально уменьшала, а тональный крем (спизженный у того же Кима) только закрывал пару шрамов на лице и плотным слоем всегда ложился на руки. Неужто он так сильно меняется? Юнги-хён, да и он сам не раз стоял перед зеркалом, отмечая, что в целом лицо остаётся то же, тело у него одно, да и раздвоения личности нет. Это пока. Но отчего-то реакция именно со стороны, а именно омеги, расстроила до глубины души. Он привык, что его все сторонятся и смотрят с отвращением, но со страхом — это ново. Чонгук улыбается от этой мысли, ведь Тэхен толком даже лицом к нему не поворачивался, неужели настолько боится?       Тэхен снова, в который раз, чувствует себя ужасно. Мразью. Он понял — Чонгук на самом деле хороший. Вроде как. Относится к нему доброжелательно, выручил в тот раз, комплемент волосам сделал, а что Тэхен? Сбегал постоянно, прятался, доставляя альфе, наверняка, далеко не самые приятные ощущения. Чонгук не излюбленный «золотой Гукки», но он определённо не хуже его. А Тэхен? Стоит ли Ким Тэхен Ким Чимина? Он не уверен.       Неожиданно для него самого с щек скатываются слёзы, а сам он вымученно улыбается, понимая, что он всё намутил и сгустил все краски, но сдаваться уже… Поздно, что ли? Тэхен придет к Чонгуку с широченной улыбкой на лице и будет кричать ему в лицо, что это его любимый Ким Чимин, пусть забирает к себе, хранит бережно и любит сильно. А Чонгук и обрадуется, обнимет сразу, возможно, поцелует, позабыв о своём обещании, и вскоре они поженятся, сыграют шикарную свадьбу, где будет выступать G-dragon, уедут далеко-далеко и заведут лысую кошку по имени Виктор (ибо у Тэхена аллергия на шерсть).       Да сейчас блять, Чонгук начнёт задавать множество вопросов, на которые у Тэхена не будет ответов, и у них возникнет большое недопонимание, из-за чего их отношения пойдут коту лысому под хвост, и даже обычных «как дела» не будет, не то что свадьбы! — Мама была права, что я паникер, — устало потирая переносицу, произносит спокойно парень, явно почти смирившись. Почти.       Тэхен растворяется в ежедневных делах, пытаясь не думать об этой ситуации и не накручивать себя лишний раз (о да, он это умеет). И у него это почти получается! За зубрежкой уроков он постепенно забывает обо всем, отчаянно стараясь разобраться в сложных и объемных темах.       Выдергивают его из своеобразного купола тоже вполне необычно. За окном кто-то тихо поёт странные серенады, где не разобрать ни слова, а после кричит во всё горло что-то непонятное, больше пугая, чем заинтриговывая. Но Тэхен, как тупой герой всех ужастиков, берет яйца в руки и выходит на излюбленный балкон, чуть выглядывая, чтобы рассмотреть пьяницу. На удивление, им оказывается Чонгук.       Он еле стоит на ногах, в руках всё ещё мирно покоится полупустая бутылка соджу. Несмотря на скорую перспективу где-нибудь залечь у мусорки, он упорно идёт в общежитие, по пути то распевая, то матеря кого-то. Всё вроде как типично, Тэхен бы плюнул. Если бы этим дураком не был Чонгук, конечно же. — Что ты там делаешь? Я позову Юнги-хена! — кричит неожиданно Тэхен, наполовину свесившись вниз и смотря на альфу, который вмиг останавливается и поднимает взгляд затуманенных глаз наверх, чуть отшатываясь назад. — Он сам меня послал нажраться в хлам, — пьяно усмехается Чонгук, вновь делая глоток из бутылки, морщась, — Если так волнуешься, то можешь спуститься. Хотя не-ет, ты же боишься меня! — Чонгук слишком резко повышает голос, по-настоящему пугая омегу, отчего тот вздрагивает и отстраняется от перил, через которую пару минут назад готов был упасть. — Почему? Я не ебу, блять, почему! Он тоже меня боятся будет, да? Я не хочу, не хочу, не хочу, — парень падает на асфальт, швыряя бутылку куда-то в далёкие края, отчего та с треском разбивается на множество кусочков, а сам Чонгук погружается в депрессию, хватаясь за голову и пряча постыдные слёзы.       Тэхен не на шутку волнуется, смотрит на него и мразью себя чувствует, плюёт на всё и бежит на улицу прямо в домашних тапочках. Чонгука он находит в разбитом состоянии, тот не меняет своего положения, но плечи поддтрагивают знатно, выдавая то, как же ему на самом деле хреново. — Чонгук, прости, я не… — Тэхен не находит слов, сам начинает плакать и множество раз извиняться, чем перенимает внимание альфы на себя. — я завидую тому образу, который кое-кто сложил обо мне. Он называет меня «золотой Гукки», но это совсем не то, что я чувствую. так что я должен стараться изо всех сил, чтобы выглядеть именно так, — Чонгук вытирает слёзы, оглядывается странно и, не совладав со своим телом, падает на спину, наоборот расслабляясь, — Я должен стать лучше хотя бы для него.       «Ты и такой намного лучше меня, Чонгук. Я тебе даже в подмётки не гожусь, ведь ты решил измениться ради любимого человека, в то время как я полностью его игнорировал» думает Тэхен, в который раз удостоверяясь в своей ничтожности. Чонгук пьяный, от него несёт сигаретам за несколько метров, но он настоящий. Даже от такого Чонгука, не золотого Гукки, которого он привык видеть, а именно от него сердце начинает биться быстрее, потому что на самом-то деле это один и тот же человек. Просто оболочка разная.       Набравшись смелости, Тэхен решительно поднимает голову, подставляя лицо под тусклый свет от уличной лампы у подъезда, и смотрит на альфу, ожидая его реакции. Тот, вдоволь насмотревшись на звёзды, поворачивает голову в сторону парня и отчего-то спокойно улыбается, проговаривая заплетающимся языком тихое «Чимин». И о, как бы Тэхен хотел, чтобы именно его имя вылетело из уст Чона, но он только кивает, молясь, чтобы когда альфа протрезвеет, эмоции остались теми же. Он с замиранием сердца смотрит, как Чонгук открывает рот что-то сказать, но получает совсем не то, чего хотел. — Меня… Меня тошнит.       Тэхен помогает парню встать, и снова из его рта вылетают ругательства, он кроет всех и вся благим матом, потому что тренироваться он хотел, да, но точно не носить на себе тяжеленную тушу альфы, которого сейчас вот-вот и вырвет, а может быть и прямо на него.       Справляются они с этим делом где-то у мусорного бака. Омега старается держать тело Чонгука так, чтобы тот не замарался при очистке желудка, и вроде как это ему удается. Пусть до подъезда из общежития кажется бесконечным. Мысли настолько перенапрягаются и забиваются, что передвигать их уже трудно. Тэхен стонет, умоляя Чонгука хоть ненадолго придти в себя и помочь ему, но тот, как только справляется с рвотными позывами, успешно засыпает, не желая участвовать в своей дальнейшей участи.       Юнги встречает их с ахуевшим лицом, без вопросов пропуская внутрь и помогая уложить своего тонсена на кровать. — Он слишком много выпил, пожалуйста, позаботьтесь о нём, — несмело просит Тэхен, не решаясь поднять взгляд на пристально смотрящего на него сомбэ. — Ким Чимин? Правда ты? — только отвечает Юнги, всё ещё пытаясь распутать то, что сам Тэхен сделать не в силах уже столько времени. — Ким… Я Ким Тэхен, — бросает и быстро уходит, желая избежать лишних вопросов. Юнги-хён по рассказам не дурак, он должен понять. Хотя как Тэхен может полагаться на незнакомого человека, когда сам в себе настолько разочарован? Но Тэхен пытается.       Пытается, а когда понимает, что его не поймали, благополучно засиживается дома на несколько дней. Почему же? Типичный страх увидеть Чонгука и, вот не дай бог, смотреть ему в глаза. Он мало ел, часто проходил мимо зеркала и пристально разглядывал каждый изъян на своей коже, теле, коря себя за это. Как появится в таком виде перед Чонгуком? А может быть, просто перевестись в другой универ? Ага, скоро его просто исключат и париться не нужно. Сколько он уже не ходил? Больше недели? Чудесно. Осталось завалить экзамены. — Тэхен, ты же понимаешь, что тухнуть дома — не выход, — однажды важно произносит Чимин, явно нахватавшись привычек от Юнги-хена.       А Тэхен — истинный придурок, только на мгновение верит, что Чонгук из-за своего состояния ничего не запомнил, и решает показать себя свету, покрасив ногти в чёрный цвет. Но вот стоит только выйти на улицу, как прежние страхи снова сковывают, мешают дышать полной грудью и вообще мыслить. Двинуться нет сил, стоять — смелости. Поэтому омега, поругавшись под нос, идёт в ближайший магазин, покупая себе шоколадки и напитки на ночь. И сейчас, крепко держа в руке небольшой пакет, он часто оглядывается, чувствуя на себе чей-то взгляд. Тэхен скидывает это на бред — в последнее время ему везде мерещится Чонгук, и выход из берлоги, конечно же, не исключение.       Предстоящий вечер с дорамами и вкусняшками манит, и Тэхен старается быстро добраться до своей родной комнатки, где отлично проведёт время. Он не замечает или старается больше не замечать тот прожигающий спину взгляд, отчаянно ссылаясь на разыгравшуюся фантазию. «У меня просто шиза» успокаивает.       Тэхен громко кричит и сильно вздрагивает, когда его правую руку грубо хватают. Пакет с вкусняшками (которые Тэхену видимо не удастся съесть) падает из рук, и парень крепко накрепко жмурится и освободившейся рукой размахивается, дабы ударить маньяка, который посмел его тронуть.       Но его руку быстро перехватывают, также сильно сжимая, и знакомый голос заставляет распахнуть глаза: — Сколько уже ты будешь бегать от меня?       Тэхен опускает голову, надеясь, что всё это сон и что это не его тело сейчас предательски сжимается и трясётся, и это не по его щекам начинают течь слёзы то ли от страха, то ли от стыда. Он ничего не отвечает, молчит как скала и не знает куда себя деть.       А Чонгук злится. Конкретно так злится. Ведь в последние дни переживал сильно, думал обо всем, хотел встретиться и объясниться, но омега просто заперся у себя и не выходил никуда, прятался и делал очень больно. До Чонгука наконец дошла одна маленькая истина, возможно, очевидная. И его осознание дало ответы на все вопросы. Все, кроме одного. Но Чонгук сам справится, сам его задаст. Что сейчас, собственно, и делает. — Ответь мне, Ким Тэхен. — Чон Чонгук, п-прекрати… — бессиленно тянет Тэхен, стараясь дышать глубже и придти в себя. — Почему ты просишь меня об этом? — Потому что мы… Мы же врали друг другу, есть ли смысл сейчас говорить правду? Что от этого изменится? — А ты думаешь, ничего?       Тэхен очень любит сбегать от проблем. Даже не осознавая, что раз за разом он причиняет ему боль своим поступком. Чонгук и не знает даже, что для него больнее: открывшаяся правда или видеть спину Тэхена (теперь уже ни в коем случае не Чимина). — Ты сам показал мне своё лицо! Почему же ты теперь сбегаешь, Ким Тэхен?! — кричит вдогонку Чонгук, всё так же стоя на месте и не смея двинуться. На асфальте лежит пакет с любимыми шоколадками омеги, и Чонгук, пройдя мимо них, уходит обратно к себе.       Чонгук ещё никогда так много не курил. Большую часть времени меж его пальцев были зажаты сигареты, а сам он жадно вдыхал дым, перечитывая надпись «курение убивает» на пустой коробке. — Хён, у тебя осталось? Дай мне. — Малой, не смей стрелять у меня сигареты. Ты перебарщиваешь. — Последнюю.       Так Чонгук и клянчит их до тех пор, пока у пиздюка-хена они также не заканчиваются, а после идёт подышать свежим воздухом, так сказать, проветрить свои загнивающие лёгкие. Стоит он там долго, буравя взглядом дверь напротив, надеясь, что оттуда кто-нибудь да выйдет. Ну не кто-нибудь, а Тэхен собственной персоной.       Сердце, и правда, замирает, когда дверь открывается, но тут же пропускает удар, выходит никто иной как бойфренд его любимого хёна вешать постиранные вещи.       Чонгук внимательно за ним наблюдает, не замечает косых взглядов в свою сторону, зато его внимание задерживается на красных трусах с рисунком жёлтой клубники. Он слегка улыбается, забывается на мгновение, вспоминает розовые волосы, а их воспоминаний его вырывает недовольный Чимин (не Тэхен, настоящий Пак Чимин) — От тебя за километр воняет. — И что? Я тебя здесь не держу. — Мне-то пофиг, но Тэхену не нравится. — Пусть выйдет и скажет мне об этом лично, — Чонгук смелый, почти всегда, но даже сейчас он осознает, что если Ким на самом деле выйдет, то он пропадет. — Пошёл ты, — Чимин на оскорбления не скуп, видимо, и правда, у пиздюка-хена многому научился.       Чонгук сегодня сигареты в рот больше не берёт. За что все его соседа неимоверно благодарны. Кенсу даже мясную запеканку делает, чтобы отпраздновать и впустить в из комнаты что-то помимо неприятного дыма (хотя для кого как).       Плотно поужинав, Чонгук валится на кровать и, неожиданно осмелев (или же это были двадцать секунд полного безрассудства), пишет Ким Чимину (Тэхену) " — Я не собираюсь тебя осуждать. Мы совершили одинаковую ошибку. Может, встретимся?»       Ответ не заставляет себя долго ждать: " — Я не выйду. Не хочу.» " — Хотя бы на балкон. Так ты будешь чувствовать себя в безопасности?»       Тэхен молчит, выключает телефон и, чуть посоветовавшись с другом, выходит на улицу, стуча в своё окно, чтобы привлечь внимание парня в комнате напротив.       Они долго просто стоят там, не говорят друг другу ни слова, даже не смотрят, но Чонгук решает всё-таки сказать то, ради чего позвал омегу. — Я не золотой Гукки, не отличник, я не спасаю кошек с деревьев и ненавижу читать ничего, кроме комиксов. — Зачем ты мне это говоришь? — Ты спросил меня, имеет ли смысл сейчас говорить правду. Я думаю, что имеет. Мы можем попробовать начать всё с чистого листа. — Я не смогу, — тихо отрезает Тэхен, чуть понурив голову. — Почему? — Мне стыдно, понимаешь? Ты влюбился в меня ненастоящего, с идеальной кожей, фигурой, увлечениями. Неужто тебе понравится и Тэхен? В поношенных широких домашних штанах и растянутой футболке, с бардаком на голове и с большим носом? Ты бы даже не посмотрел на меня, если бы вся эта хрень с сайтом. — Да, ты прав, — быстро отвечает Чонгук, что от его уверенности Тэхен недоуменно поднимает голову и смотрит чуть обиженно на него, — Я бы на тебя не посмотрел. Я бы, наверное, и смеялся над тобой со всеми. Но понимаешь ли ты, что… Пусть мы и притворялись, мы остались собой. Как мы обсуждали фильмы? Просто разговаривали? Я не уверен, что и тут на нас были маски. Я влюбился в Ким Чимина, но теперь в тебя, Ким Тэхен. — Где ты научился так красиво говорить? — Перед зеркалом репетировал. И ещё помогло пособие «как красиво признаться в любви» для чайников, — с улыбкой на лице, но не в голове честно признается ему Чонгук, убирая вспотевшие руки в карманы. — Мм… И что ты теперь предлагаешь? — Начать всё заново? — В смысле? Как? — Тэхен расправляет плечи и опирается на перила, внимательно смотря на альфу.       А Чонгук улыбается, чуть краснеет и, подобрав слова, с радостью говорит ему: — Меня зовут Чон Чонгук. — Что за бред? — смеётся Тэхен, сначала откидывая голову назад, а после сгибаясь почти на две части. — А что не так? Хм, я люблю кататься на мотоцикле и надеюсь, что когда-нибудь ты согласишься покататься со мной. — Меня зовут Ким Тэхен, — повторяет за парнем омега, — У меня аллергия на цветы, не смей дарить мне их, а ещё на шерсть, поэтому нам придётся завести лысую кошку. — О, я сэкономлю на цветах? Классно! — радуется альфа, сразу получая в ответ шквал наигранных негативных эмоций сквозь смех и многочисленное «дурак!», — и ещё один момент. — Какой? Осталось что-то ещё? — Ты должен сейчас спуститься вниз и поцеловать меня.

The End