The Voice of Unbridled Attachment

1

      Дверь открыла удивлённая Кагеяма-сан. Тобио вошёл в дом весь мокрый до ниточки и с коробкой в руках; вслед за ним вошла и Хидэ. Она виновато закусила губу и опустила голову, боясь посмотреть в глаза матери парня, словно сейчас она будет истошно кричать, громко топать ногами и ругаться на неё, чего, собственно, не произошло. Женщина даже немного просияла, заметив их вместе. — Рада, что вы наконец вернулись, — она ярко улыбнулась и даже подойдя к ним, вместо того, чтобы в первую очередь забрать с них верхнюю мокрую одежду, приподняла зонтик с коробки и посмотрела туда, — Ками-сама, Тобио, ты принёс домой котов!             Парень угрюмо кивнул, едва покраснев, словно ему было жутко стыдно за это действие, но он старался сохранять всю напыщенную угрюмость. Может это ему и помогало с окружением из одноклассников и других поверхностно знакомых, но с семьей едва ли прокатывало. По крайней мере точно не с матерью. Она ухмыльнулась и тихо хмыкнув, ловко забрала у него эту коробку, которая издала сдавленное шипение (точнее это сделало то, что сидело там) и понесла в гостинную. — Вы пока переодевайтесь. Тобио, дай Хасимото свою одежду до тех пор, пока её не высохнет. И пусть она первой идёт в душ, — крикнула оттуда Кагеяма, после чего раздались восторженные восклицания.       Парень постоял пару секунд на месте, слегка покачиваясь, после чего снял кроссовки и пошёл наверх. Хидэ тоже сняла ботинки, все испачканные в лесной грязи, поспешила за ним. Тобио уже вытаскивал из шкафа кое-какие вещи, когда девушка остановилась в проходе двери. — Я думаю, что все мои вещи будут тебе очень велики, поэтому я нашёл свои старые вещи со средней школы. Надеюсь, они не будут тебе так велики, — Кагеяма протянул ей стопку вещей, которая едва не развалилась по слоям, когда та её брала. — Ванная комната следующая по коридору направо.       Хасимото всё молча выслушала, кивая головой. Внезапно она поняла, что всё это время рассматривает проступающий сквозь мокрую футболку пресс парня. Поймав вопрос " — Всё в порядке?», девушка едва поклонившись, поспешила сбежать в ванную, чтобы даже такой недалёкий Кагеяма не видел её ало пылающих щёк. А может оно и к лучшему.       Таро ей уже говорил, что из редких слухов в классе от девчонок слышал, что он носит прозвище «Король площадки». Доверия не внушает, да, но смотря с каким подтекстом и смыслом смотреть: может он величественно играет, его все слушаются беспрекословно, выглядит возвышенным над другими? И фиг знает, но стоит помнить, что у монеты есть вторая сторона, которая может много, а может немного, отличается от лицевой. Зачастую она противная и скверная; люди не хотят её принимать наравне с прекрасной картинкой, что не удивительно.       И как показывает практика, такие люди как Кагеяма не имеют друзей. Оно как позорное клеймо висит на его спине, раскачиваясь на ветру и угрожающе шелестя страницами. И Хиде это помнит и знает. Таро умнее, ведь он старше, хоть всего на пару минут и выглядит таковым, и опытнее. Он лучше знает.       Хасимото убрала сменные вещи на небольшой столик рядом с ванной и перевела взгляд на небольшое зеркало на стене. Обычное лицо девушки, растрёпанные мокрые песочные волосы, которые стали теперь тёмно-русыми, проступающие синяки под глазами и висящая мокрая одежда, как на кукле или манекене.       Ужас, подумала она и стянула с себя свитер, оказавшись в одной белой футболке, которая неприятно липла к телу и немного хлюпала. Не без отвращения, девушка повесила одежду на батарею, вот только жутко смущающим было оставлять нижнее бельё — а вдруг кто-то увидит? Но всё же стянув с себя топик, который заменял ей нижнее бельё, Хидэ зашла в душ.       Вода тёплыми струями обдала её тело и вскоре Хасимото схватила первый попавшийся в руки гель и нанесла на тело. В нос ударил сильный томный мятный аромат, жгучий и едкий, разъедающий носовую полость и неприятно щипающий. (» — Вроде Кагеяма-кун так пахнет, разве нет?» — пронеслось в голове.) Щёки ярко запылали румянцем, а Хидэ замерла, вдыхая запах чёртового геля для душа. — Очнись, Таро сказал, что лучше с ним не заводить знакомство дальше репетиторства, — Хасимото ударила себя по щекам, после чего едва пискнула, ибо по неосторожности приоткрыла глаза и мыло попало в глаза. — Чёрт, как щиплется!       Она усиленно стала их тереть под струей воды, вымывая, после чего поспешила вылезти из душа, как бы ещё чего не натворив. Оно дело правильное, ведь как потом смотреть в глаза Кагеяме-сан? — Бельё немного подсохло, — девушка придирчиво взглянула на одежду, после чего снова надела на себя.       Осталась лишь одежда Тобио, которая, на удивление, не так уж и мешковато на ней смотрелась за счёт высокого роста. Оно и к лучшему, но из-за худых ног, за которые её ещё со средней школы прозвали обидным прозвищем «Палочник», было жутко неудобно и стыдно.       Она осторожно вышла из ванной и прошмыгнула в комнату Кагеямы, где уже стояла его мама с подносом чая. — Хасимото-чан, проходи пожалуйста. Я налила вам горячий чай, чтобы вы не простудились, — она нежно улыбнулась, а сам парень как-то смущённо на неё скосился, после чего ушёл в душ, по видимому, хлопнув слегка дверью. — Ащ, он опять злится, Ками-сама, что за ребёнок. — Может быть он устал, — ободряюще кивнула головой Хидэ, забирая свою кружку чай из её рук. — В конце концов у него сегодня была тренировка, дополнительные занятия со мной и он ещё и в дождь попал из-за меня. — Глупости, — Кагеяма отмахнулась, придирчиво морща нос, — Так выглядит его обычный день. С чего ему устать. — Он такой занятой, — задумчиво протянула девушка, отпивая глоток и глядя в стену. — Ему бы заниматься чем угодно, только не учёбой, — отмахнулась она. — Что вы, тётушка, Кагеяма-кун очень старательный и он правда пытается понять то, что я ему объясняю, — внезапно для самой себя встала на его защиту Хасимото, после чего округлила глаза и суетливо заёрзала. — То есть я хочу сказать что хороший. Но я его плохо знаю, просто он производит такое впечатление. — Тебе нравится Тобио, я права? — Кагеяма слегка прищурилась, застав простоватую Хидэ врасплох. Она тут же смущённо опустила глаза и покрылась румянцем. — Что вы, просто он мой… Знакомый. Да, я просто его репетитор, ничего большего, — сбивчиво ответила та. — Ох, да ладно тебе, я ему не скажу, — женщина расхохоталась, слегка наклоняясь и тыкая пальцем в локоть Хасимото. — Я наоборот была бы рада, если бы у Тобио появился такой хороший друг. Ты мне не кажешься с плохими намерениями или плохими мыслями. Ты очень милая и искренняя — как раз то, что не хватает ему. Вы бы хорошо смотрелись вместе. — Тётушка, о чём вы, — промямлила Хидэ, пряча глаза и начиная быстро пить чай, обжигая язык. — Мы правда просто общаемся из-за репетиторства. Я уверенна, что мы больше даже не поздороваемся после того, как Кагеяма-кун сдаст экзамены и уедет в лагерь.       От всего сказанного ей даже стало немного грустно и тоскливо. Но всё же это чистая правда, изложенная хлыстом по телу провинившегося раба. Ты знала, на что идешь, Хидэ, поэтому не смей сейчас жаловаться матери Тобио, если сама всего этого ожидаешь. Это всего лишь репетиторство и он даже добровольно на него не пошёл — его попросту отправил директор, потому что выбора не было. Скажи потом спасибо, что он поблагодарит тебя потом за всё и, возможно, не забудет хотя бы лица. Такие люди, как Кагеяма Тобио, мало зацикливаются на насущном и мимолётном, как впрочем, и многие, поэтому, если ты не тренер национального уровня или хотя бы не хороший игрок в волейбол. (можно было шуткануть про йогурт или молоко, но я не буду.) — Мам, хватит нагружать Хасимото, — в комнату вошёл уже переодевшийся Тобио, ероша рукой мокрые волосы. — Нам ещё работать нужно. — Да ладно тебе, мы просто болтали, да, Хасимото-чан? — женщина прищурилась и посмотрела на девушку, которая только испуганно дёрнулась, но отвела взгляд. — Хорошо хорошо, я уже ухожу. Хорошо позанимайтесь, только недолго, ведь скоро будет очень поздно.       А время и вправду близилось к шести. Стрелка часов лениво тянулась не в их пользу, а это значило, что предстоит с ней посоперничать и как можно быстрее закрепить хотя бы ещё один предмет. Иначе день впустую, ведь Кагеяма едва ли сейчас вспомнит формулу дискриминанта и решение квадратных уравнений. Поэтому теперь будем бить по геометрии. — Кагеяма-кун, а как у тебя дела с геометрией? — спросила Хидэ, доставая учебник и пару секунд рассматривая обложку. — Не знаю, — рассеянно покачал головой парень, как к его носу упала толстая тетрадь. Даже несмотря на то, что листов там было всего сорок восемь, она выглядела на все восемьдесят: из-за сильного нажима ручкой бумага стала объёмной, частого растирания корешка, чтобы страницы не перелистывались, она могла вот-вот сама открыться, да и вообще сама по себе казалась очень потёртой и мятой. — Это мои конспекты, — гордо произнесла девушка, разглядывая тетрадь. — Я их вела ещё со средней школы. Там есть все формулы, теоремы, доказательства и решение задач с объяснением. Я её веду для брата, потому что у него проблемы с техническими предметами. — У него есть с чем-то проблемы? — искренне удивился Тобио, по-детски немного округлив глаза и глядя на Хидэ. — Конечно. Но Таро правда умный и старательный, хотя и похож часто на самоуверенного дурака, — тихо хихикнула светловолосая, проводя рукой по голове. — Я думаю, что он внушает уважения и умный, — как ни странно честно, признался брюнет, хотя на взгляд девушки всё, что он говорит — правда, иначе зачем ему врать. — Я тоже так думаю. А теперь давай позанимаемся.

***

— Хасимото-чан, дождь всё ещё идёт, тебе будет не сложно добраться домой? — с заботой спросила Кагеяма, приложив руку к щеке, наблюдая, как девушка обувается. — Твоя одежда ещё не до конца высохла. Ты могла бы переночевать у нас. — Тётушка, всё хорошо, — Хидэ поспешила уверить женщину, — Я просто вызову такси, а про одежду брату скажу, что просто чутка под дождём намокла. Да и мне завтра в школу надо, так что я не могу у вас остаться. — Ох, ладно, напиши хотя бы Тобио как доберешься до дома, — всё же дала указ мать, а парень чутка недовольно поморщился. — А теперь иди и проводи Хасимото-чан.       Брюнет кивнул и накинув легкую ветровку, взял зонт и вышел вслед за Хидэ. Девушка испуганно дёрнулась при громком раскрытии зонта, но после успокоилась и стала ждать машину. Дождь уныло мелкими каплями барабанил по прозрачной плёнке, а тёмная мгла вступала в свои обязанности. Именно поэтому включили фонари.       В реальной жизни это ещё более жутко, чем в фильмах, почему-то пронеслось в голове. Но эта пауза, которая в принципе не была неловкой, но почему-то страшно мучила Хасимото. Но о чём говорить? Чёрт его знает. — Твоя мама оказалась такой милой, — выдохнула девушка, что на ум первое пришло. — Почему оказалась? — удивился Тобио, глядя на неё сверху вниз, отчего у той аж голова заболела. — Ну, — замялась Хидэ, понимая, что ляпнула фигню, — Ты кажешься таким замкнутым, отстранённым и грубым, а дети обычно идут в родителей. Если честно, я боялась, что ей не понравлюсь. — Ясно, — кивнул головой парень, но после чего повернул к ней голову и как-то по детски удивлённо спросил, — Я правда таким кажусь? Ками-сама, что я наделала, я же его обидела наверное, мысленно дала себе пощёчину Хидэ. — Прости, если обидела. Но иногда ты вправду кажешься таким холодным, — опустила голову Хасимото, виновато бурча извинения. — Но я уверенна, что ты на самом деле хороший очень.       Наконец машина подъехала и девушка была даже очень рада такому исходу. Она уже изрядно чувствовала себя виноватой перед ним. А ещё бы пару минут, то ещё хуже. Чем дальше в лес, как говорится.       Она махнула ему рукой, кивнув головой, едва улыбнулась. Кагеяма молча провожал её взглядом, кивнув так же головой. Это заставляло её чувствовать неудобство ещё больше.

2

— Почему так долго? — Таро раздражённо закрыл дверь за вошедшей сестрой и обернулся, сурового глядя на неё из подо лба и сложив руки на груди. — Ты чего? — Хидэ удивлённо подняла брови, оглядывая с ног до головы брата. — Сама знаешь. Я уже говорил, что репутация этого парня оставляет желать лучшего. Тебе не стоит с ним связываться, иначе нахватаешь плохого, — в его голосе мелькали ревнивые нотки, острым уколом поддевающие беспокойство Хасимото младшей и она заметно напряглась. — Я думаю, что ты ошибаешься, — девушка хмурится и быстро спешит к лестнице. Да и вообще мы сегодня встречались только для того, чтобы позаниматься математикой. Ты опять придумываешь всякую чушь, апотом себя накручиваешь. — Чего? — Таро, не ожидавший такой реакции сестры, спешит за ней и хватает за запястье. — Хидэ, ты что, тебе нравится этот высокомерный эгоистичный ублюдок?! — Он не такой! — поперхнулась от возмущения она. Ноги слегка дрожали от того, что она впервые что-то сказала против брата, что возразила ему, совсем как взрослая, не как раньше. — Попробуй поговорить с человеком, прежде чем говорить о нём, а не верить тупым слухам.       Пульс вольной жизни и возможность выбирать — буквально то, что Хидэ не могла для себя взять, будучи под вечным контролем то родителей, то брата, который заручился поддержкой тётушки как самый старший. Будучи от природы довольно слабохарактерной, она подчинялась всему, что говорили и хотели от неё родственники. Даже профессию для неё выбрали родители, не считаясь с Хасимото младшей.       Желание дать для девочки всё самое хорошее, постепенно переросло в помыкание в личных целях, ловко и красиво завуалированное под благим намерением. Но ведь это попросту бесполезные попытки вмешательства в непреложные законы природы. Их начало — глупое тщеславие, но конец непременно приведёт к нулю. До поры до времени они будут приносить свои роскошные плоды, элегантно уложив их на золотом блюде, но все это — бесплодные чувства, которые имеют известную привлекательность для слабовольных.       Задней частью где-то внутри себя Хидэ всё понимала и осознавала, но что делать с этим? Всё чётко предрешено, грани расставлены, осталось только делать шажки по проложенному маршруту навстречу светлому будущему. Только в этом и была её роль, но хорошо сшитое полотно с вышитыми золотыми яблонями, где вместо плодов висели драгоценные камни, начало расходиться не по краям, а прямо по середине. Но этого не осознавал ещё никто, даже сама Хидэ, которая всё ещё свято шла по выбранному кем-то пути, даже не представляла, что вскоре тщательно сотканное полотно распадётся на ниточки и маленькие лоскутья, что золотая пряжа для деревьев окажется подделкой, а драгоценные камни — обыкновенными стекляшками. — Прости, но мне кажется, что ты ошибаешься, — девушка обиженно поджала губа и вырвала руку. — Кагеяма не такой плохой, каким ты его описываешь. — Надо же, ты его уже без суффикса называешь, — усмехнулся Таро, потирая тыльную сторону кисти. — Скоро ты назовёшь его по имени, а потом что? Что, Хидэ? Ты ещё не знаешь толком, как построен этот мир, так что будь добра — заткнись и не делай лишнего. Это тебе не нужно, а уж Кагеяма и подавно. — Да что ты к нему прицепился, — спокойствие и обычное уравновешенное состоянии девушки рухнуло так же, как и карточный ног от пролетевшего в него волейбольного мяча. — Я просто тебе говорю, что он не так плох, как ты думаешь о нём. Отстань от меня.       Хасимото, впервые повысив голос, быстро вбежала по лестнице наверх и закрылась в комнате. Странное, совсем не привычное состояние гнева и злости заставляло тело трусить мелкой дрожью, всё внутри выворачивалось наизнанку, а желание хорошенько по чему-нибудь ударить не только неимоверно возрастало, но и навязчиво нашёптывало совершить это. Хидэ глубоко вздохнула и едва дойдя до кровати, упала туда лицом на подушку, застонала. — Ками-сама, за что мне всё это, — провыла она, всхлипывая, — Как я вообще в этом оказалась?       Она перевернулась на спину и уставилась в потолок. Нащупав рукой где-то за кроватью плюшевую игрушку-подушку, Хидэ прижала её к груди и снова тяжело вздохнула. Пролежав так ещё пару минут, она медленно села на край и уставилась в другую точку. — Как же это сложно — контролировать эмоции, когда они вот так на тебя накатывают, — задумчиво протянула Хасимото и вздохнула.       Телефон в сумке настойчиво зазвонил, но девушка это неосознанно проигнорировала, продолжая находиться в прострации. В какой-то момент она всё же моргнула и мотнула головой, приходя в себя. Хидэ вновь вздохнула и встав, подошла к сумке и достала оттуда телефон.

«2 пропущенных» Кагеяма Тобио.

— А, ну да, — Хасимото провела рукой по лбу и собралась уже перезвонить, как телефон снова разразился пиликаньем. — Алло? — Ты дома? — раздался уставший голос Кагеямы. — О, да. Вот только пришла, — кивнула незримому собеседнику Хидэ, пугаясь своему охрипшему голосу. — Хорошо. Ты. уже покушала? — неуверенно начал парень, чем ввёл её в ступор. — Н-нет ещё, а ты? — Да. Тогда обязательно поужинай. Матушка беспокоится, что ты будешь голодной, поэтому обязательно поешь. Спокойной ночи, — выдохнул Тобио и повисла пауза. — Хорошо. Спокойной ночи, Кагеяма-кун, — заулыбалась девушка, прижав ладонь ко рту, чтобы не выдать смех.       Послышались длинные гудки, оповещающие о том, что вызов завершён. Хасимото продолжила стоять на месте, слегка покачиваясь на стопах и задумчиво глядя в пол. Глупая улыбка не сползала с лица, хотя Хидэ не была против. Было безумно приятно, что кто-то звонит тебе, беспокоится.

3

      В классе как обычно едва раздавались чьи-то переговоры, но в основном все сидели над книгами и зубрили, что было не удивительно. Хидэ точно так же и делала, перелистывая уже затёртые конспекты со времён средней школы. Затёртая тетрадь в клеточку изнывала от пятен и исправлений, новых записей и вечного таскания в сумке. Но продолжать углублённое изучение высшей математики ей не дал президент студсовета, который ворвался в класс, подобно урагану, подскочил к девушке и вырвав тетрадь из рук, умоляюще взглянул на неё. — П-президент? — Хасимото удивлённо подпрыгнула, но тут же осеклась и втянула голову в плечи. — Вы что-то хотели? — Да-да, мне нужно, чтобы ты поработала с учениками на втором году обучения и составила список развлечений их от каждого класса на фестиваль. Времени не очень много — полторы недели, но постарайся пожалуйста всё сделать побыстрее. Надеюсь на тебя. Сегодня на совете всё обговорим, — он быстро выдал эту информацию и пробормотав что-то ещё под нос, не очень важное, выбежал из класса, вновь выкрикивая чьё-то имя.       Хидэ сидела за партой и не отойдя от удивлённого состояния, смотрела на дверь, где пару секунд назад скрылся президент. Таро на задней парте тихо прыснул. Впрочем, он был единственным, кто обратил на это внимание и Хасимото была рада, поэтому вновь возвратилась к повторению.