I want you.

Хотеть игрушку, какую-то сладость, воплотить мечту - это одно, но хотеть человека - совершенно другое. Это чувство странное и до боли приятное, когда ты видишь своего возлюбленного и за долю секунды в штанах становится тесно, а в голове лишь "хочу его". Это и случилось с Чимином, правда в очень неподходящий момент. Очередной концерт и как всегда парни выкладываются на все сто процентов, заряжая фанатов своей энергией и весёлым настроением, но вот почему-то сегодня будто особенное выступление, потому что слишком много похоти в каждом движении макнэ, слишком сексуальный чертёнок. Вот тут то старший и понял, что попал: наблюдая, как Чонгук делает дерзкие движения бедрами, будто имитирует толчки, как по-блядски проезжается своим языком по губам, как смотрит на всех пошлым и хищным взглядом, Чимин понимает, что в штанах слишком тесно, член начинает болезненно пульсировать и пути назад нет - он хочет, не по-детски. Возбуждение бьёт Чимина сильнее, когда в его голову непроизвольно проникают воспоминания о младшем и о том, как он втрахивал его в кровать прошлой ночью, заставляя срывать голос. Пак будто утопает в этих мыслях и не хочет выплывать, но как бы он не хотел сильнее проникнуть в омут своих грязных сцен в голове, его дёргают за руку, тем самым возвращая в реальность. – Чимин, что с тобой? - обеспокоено спрашивает Тэхен, но старший не теряется, лишь отвечает с широкой улыбкой, что все хорошо и волноваться не стоит. Не за чем другу знать о проблеме в виде возбуждения, да и что он сделает? Правильно, ничего, – тогда соберись, ты уже второй раз пропускаешь свою партию. И Тэхен уходит, будто и не подходил вовсе. Чимин действительно приходит в себя, вновь отдаёт себя полностью концерту, забывая напрочь про свою "маленькую проблему", но стоит под конец концерта Чонгуку подойти к старшему и будто случайно пройтись рукой по забытому стояку Пака, как тот чувствует, что снова плывет, и на этот раз сильнее. Чон видит огромное желание в глазах Чимина, чувствует, настолько хён твердый и самовлюблённо усмехается, лишь одними губами говоря "терпи". Как только парни ушли со сцены под крики фанатов, Чонгук грубо хватает старшего за запястье и ведёт в пустую гримёрку, подальше от заинтересованных глаз мемберов, не убирая никак со своего лица довольную ухмылку, а может это вовсе и недовольная. Пак слабо перебирает ватными ногами и понимает, что сейчас получит сполна, ведь он чуть не сорвал концерт. Закрыв за собой дверь, младший медленно подходит к Чимину, начиная ненужный на данный момент диалог, а скорее монолог. – И о чем же ты думал все это время, малыш? - макнэ говорит строгим и недовольным голосом и чёрт, Чимина всего передёргивает от этого тона, он готов сейчас же отдаться Чону, но всё же держится, – Ты же понимаешь, что за свои грязные фантазии ты будешь наказан? Пак лишь кратко кивает на слова младшего, говорить сил вообще нет, хочется поскорее избавиться от давления внизу живота, что уже болью отдается в паху. Гука возбуждает вид хена и он не станет долго издеваться, но проучить хочет. Поэтому младший подходит вплотную, смотря в глаза напротив, в которых так легко прочитать похоть и открыто наслаждается беспомощностью Чимина, а тот в свою очередь желает наконец-то почувствовать чужие губы на своих, но его обламывают. Чонгук надавливает на плечи Пака, тот послушно опускается на колени и смотрит снизу вверх на макнэ, понимая, что от хорошей работы ртом, он получит хорошее поощрение. ‌Старший трясущимися руками растегивает ремень, который никак не хочет поддаваться с первой попытки, но всё же приспускает облегающие джинсы вместе с бельём, рассматривая, как сочится из члена Чона его собственная смазка. Чимин не теряет времени, ведь знает, как Чонгук ненавидит ждать, поэтому сразу проезжается языком по всей длине чужого органа, улавливая слухом тяжёлый вздох сверху и довольно усмехается. Пак знал и знает, как Гук теряет разум от его минетов, а то и понятно, не зря же он сидел и смотрел порно ночами, чтобы с лёгкостью сводить с ума своего любовника одним лишь языком. И он показывает свои умения в следующую секунду: ласкает языком головку, после чего посасывает её с громкими причмоками, давит на уретру, обводит кончиком языка взбухшие от возбуждения венки, а после берёт член в рот на половину, с каждым толчком головы заглатывая всё больше. Младший зарывается пальцами в волосы хена, чтобы хоть как-то удержать равновесие и стонет, сообщая тем самым Чимину, что ему до дрожи в теле приятно, ведь тот делает минет лучше любой дорогой шлюхи. Но как бы сейчас приятно не было, Чон чувствует, что с таким темпом он скоро кончит, да и хочется гораздо большего, поэтому дёргает Пака за пряди, заставляя подняться. Старший готов уже ныть от боли, что распространилась, кажется, по всему его телу, но вот макнэ не обращает на это никакого внимания, он хочет, чтобы Пак просил, умолял и знает, что получит это. Младший прижимает Пака к стене, оставляя багровые засосы на нежной коже шеи и знает, что потом получит от мемберов и менеджера за это, но ему сейчас плевать, ведь хриплые стоны Чимина возбуждают до безумия, что держать контроль над личным разумом становится невозможно. Понимая, что держаться больше нет сил, Чонгук в два счета избавляется от нижних вещей хёна и замечает, насколько старший мокрый, от чего расплывается в довольной усмешке. Немного смочив пальцы слюной, Чонгук без предупреждения вставляет в Чимина два пальца и буквально сразу начинает двигать ими в старшем, не давая возможности привыкнуть. И черт, макнэ внимательно следит за эмоциями Пака: то, как он сначала морщится от дискомфорта и то, как медленно его лицо сменяется на наслаждение, а после Чимин и вовсе начинает насаживаться на пальцы с тихими стонами. Гук вечно бы смотрел на любимое возбужденное лицо, если бы не услышал тихое и такое жалобное: – Чонгукки, пожалуйста, я больше не могу.. И тут Чонгуку башню сносит окончательно. Не медля ни секунды, младший резко разворачивает Пака к стене лицом и тянет чужие бёдра на себя, заставляя хена встать раком, тем самым открывая для себя прекрасный вид. Чон решает отвлечь старшего, тот слишком плохо растянут, поэтому с размаха ударяет чужие ягодицы до покраснения и сразу же входит на половину, слыша болезненный стон в перемешку со всхлипом. Чимин пытается расслабиться, вдыхает полной грудью горячий воздух, что пропитан сексом и, не смотря на жгучую боль в заднице, самостоятельно насаживается на член макнэ, опрокидывая голову назад. Спустя пару пробных толчков, Гук начинает набирать темп, но кроме тихого и жалобного мычания ничего не слышит. Младший меняет угол проникновения и спустя секунду слышит громкий и высокий по тональности стон, что как зелёный свет для паренька. Сжимая в руках упругие ягодицы Пака, понимая, что на утро останутся следы от его пальцев, Чонгук вдалбливается в податливое тело под громкие стоны любовника, что умудряется просить быстрее, и он получает, с каждым толчком двигается резче, быстрее, глубже. Чонгук с ума сходит, когда старший начинает сжимать его орган внутри себя, предупреждая, что скоро кончит, но старается продержаться, получив больше наслаждения, хотя сам Чон тоже находится на грани. Гук делает медленные, но резкие толчки прямо по комочку нерв и Пак больше не в силах держаться, он обильно кончает на стену с блаженным стоном, тем самым срывает голос к чёрту и содрогается от сильного оргазма, а у младшего звёзды перед глазами, ведь старший настолько сильно сжал внутри член, что первый не успевает вытащить его, кончая куда-то глубоко в Пака. Отдышавшись и чуть отойдя от оргазма, парни приводят себя и гримерную в божеский вид, а после ещё очень долго будут целоваться. Оба расслабились после трудного дня, оба получили то, что хотели и сейчас оба получают удовольствие от сладкого тягучего ощущения удовлетворения и обычных поцелуев, что так не хватает, напрочь забывая про мемберов, которые до сих пор ждут этих двух голубков.