Зеркала Судьбы

— Так. Давай ещё раз, — Ичиго потёр виски. — Айзен про вот это знал. — Да, — Гин сидел с другой стороны стола и невозмутимо ел вяленую хурму, которую достал из глубин рукава, когда засидевшимся за разговором капитанам принесли чай. — И ничего не предпринял?.. — задал в этот раз вопрос немного иначе парень, не веря, что Соуске прошёл мимо такой возможности усиления… и не важно: себя или других. — Для его целей обладание подобной зверушкой было скорее помехой, нежели чем-то полезным, — чуть пожал плечами Ичимару и добавил, сделав неопределённый жест рукой, — Ну там опасность стать слабее, ограничения подобного оружия из-за необходимости кормить своей энергией, в том числе жизненной, и тому подобное. — Поэтому он заинтересовался, изучил, а потом просто забил, никак не использовав? — скептически спросил Ичиго, прислушиваясь, не собирается ли ещё кто-то зайти в кабинет: барьер от прослушки работал прекрасно, но для влетающих в кабинет личностей был слишком хрупок. — Ну, почему же никак, — Гин взял в руки чашку. — Некоторые моменты он успешно применил, создавая аранкара, способного запечатать пламя Рюджинджакки. — Нда… — парень опустил взгляд на принесённые капитаном третьего бумаги, — Чёрт, теперь ещё с этим разбираться. Как будто мало мне нашего внутреннего расследования… — Ммм… — утопил ухмылку в чашке Ичимару, а потом тоном змея-искусителя поинтересовался, — А знаешь, что самое интересное? — Что? — Ичиго было откровенно не до игр Гина в интригу, но тот был бесценным источников крайне труднодоступной информации, так что можно было и потерпеть. — Один из баккото был передан кое-кому не из Касумиодзи, — ещё сильнее довольно прищурился капитан третьего и добавил, — И ты знаешь, кому. — Даже если и знаю, то сейчас совершенно без понятия, — проворчал Куросаки, устало прикрывая глаза: голова уже не варила, хотя время ещё не перевалило за полдень. — Дам маленькую подсказку, — фыркнул Ичимару, — во всём Сейрейтее, если не считать нескольких обладателей парных клинков, именно два занпакто есть только у тебя и капитана десятого. Баккото за занпакто считаться не может. — То есть!.. — Ичиго встрепенулся, мгновенно сопоставив всё. — Не буду спрашивать, откуда ты берёшь информацию, к тому же настолько вовремя, но… Доказательства есть? — Увы, тогда нам было не с руки связываться с разведывательным подразделением, а после у меня была незабываемая командировка в измерении вечной ночи, — легко ответил капитан третьего и встал. — Так что дальше сам. — Спасибо, — кивнул парень и не удержался от вопроса, — Но зачем тебе постоянно помогать мне? — Считай это моим способом развеять скуку, — тонко усмехнулся Гин и вышел, осыпав барьер едва слышно звенящими осколками, — Пока-пока! Куросаки на это мог только фыркнуть и покачать головой. Ичимару оставался всё таким же и с огромным удовольствием бесил до бессильного зубовного скрежета большую часть Готея… хотя может и вовсе всего Сейрейтея. До бессильного потому, что сделать с ним никто особо ничего не мог, зная любовь капитана к сбору информации и небезосновательно подозревая наличие у него папочки с компроматом едва ли не на каждого. А большую часть… по крайней мере, к Куросаки и Хицугае у Гина было особое отношение, в чём-то даже несколько бережное. Про Мацумото можно было и не говорить. И в случае с Ичиго это выливалось в периодическую помощь вот таким вот образом: обронить намёк там, навести на мысль тут, а то и вовсе просто притащить папку с нужной информацией. Парень перевернул лист, вновь пробегаясь взглядом по тексту. Что же, теперь у него была очень хорошая основа для того, чтобы во всём разобраться. Хотя времени оставалось и маловато… С ладони слетела бабочка, устремившись в отряд друга.

***

В рабочее время в кабинете всегда царила тишина, и Ренджи обычно старался её не нарушать. Бьякуя сам установил такой порядок, чтобы никто не действовал на нервы, пока он разбирает документы. И так голова начинала ощутимо гудеть к концу рабочего дня, а от некоторых выходок подчинённых хотелось дать волю Сенбонзакуре. Но было нельзя — статус не позволял вести себя подобным образом. Абарай порой поглядывал на капитана, но продолжал сидеть тише воды, ниже травы. Впрочем, Бьякуя знал — будет надо, скажет. Ну или и вовсе заявит с неискоренимой руконской наглостью, дополнительно отшлифованной в одиннадцатом. Но всё же своё место Ренджи занимал не просто так и головой работал прекрасно, так что и в рамках себя держал, пока обстоятельства не вынуждали действовать иначе. — Бьякуя! Привет, занят? — до неприличия бодрый и совсем не замученный работой голос рыжего бедствия раздался неожиданно: реацу сверкнула уже во время наглого открывания двери после формального стука. — Именно так, — сохраняя спокойствие, кивнул Бьякуя. — Ну ничего, я много твоего времени не займу, а вопрос важный, — Ичиго прошёл к столу и сел напротив Кучики. — Почему вопрос именно ко мне? — Бьякуя почувствовал, как чуть дёрнулась бровь, и пожалел, что не может использовать против наглеца шикай: проверял, бесполезно. — Потому что касается аристократии, а ты скажешь так, как есть, без выгораживания сторон, — хмыкнул парень. — Спрашивай уже, — тяжело вздохнул капитан и метнул на Ренджи предупреждающий взгляд, так как тот закашлялся как-то очень подозрительно напоминающе попытку скрыть смех. — Что ты можешь рассказать о клане Касумиодзи? — как-то подозрительно легко спросил Ичиго… вдвойне подозрительно было то, что с его пальцев примерно в это же время сорвалось плетение барьера, не дающего подслушивать. — Этот клан не подчиняется Совету, довольно закрыт, хотя и стоит на уровне четырёх великих. Также они связаны как-то с королевской семьёй… по крайней мере, были раньше. Что тебя связывает с ними? — нахмурился Бьякуя. — Ну… лично пока ничего. А так их принцесса сейчас у меня дома в измерении живых, потому что на неё напал убийца как раз неподалёку, и вмешался мой отец. И, судя по его описанию, у него было запретное оружие, называющееся баккото, — Ичиго стал очень серьёзным, — И ко мне попала информация, что баккото — это дело рук самих Касумиодзи, причем один такой клинок по какой-то причине уплыл на сторону… и сейчас принадлежит некому Сюсуке Амагаю. Который, что примечательно, вчера был одним из двух кандидатов на пост капитана пятого. Как-то всё слишком вокруг этого клана крутится, не находишь? — Ты доверяешь этому источнику информации? — Бьякуя был почти уверен, что это Ичимару, но в таком деле лучше было лишний раз не называть имён. — Да, — уверенно кивнул Куросаки. — Что же, это было скрыто, но некоторое время назад Совет Сорока шести запретил Готею вести расследования в отношении клана Касумиодзи, — рассказал капитан то немногое, что и сам совсем недавно узнал, пересматривая клановые бумаги: представитель от Кучики тоже состоял в Совете и краткие записи о том решении для клана оставил. — Без веских доказательств, указывающих на как минимум готовящийся переворот, к нему будет не подступиться. — Хммм… — Ичиго задумался. — Ты не можешь вломиться на территорию Касумиодзи и добыть доказательства, — вырвалось у Бьякуи, когда тот заметил не предвещающее ничего хорошего выражение в глазах Куросаки. — Да знаю я, — насупившись, буркнул тот и проворчал, — Между прочим, прекрасно понимаю, что всё, что я делаю, так или иначе отражается на отряде. Был бы всё ещё временным синигами, мог бы и вломиться. — И поставил бы на уши весь Сейрейтей, — отметил Бьякуя. — Ну, не без этого, — вынужден был согласиться Ичиго. — Кажется, тебя уже ищут, — Кучики проводил взглядом бабочку, беспрепятственно пролетевшую сквозь барьер и севшую на палец парня. — Да, мне пора, — кивнул Куросаки, вставая и развеивая посланницу. — Спасибо за ответы. — Постарайся не влипнуть, — напоследок посоветовал ему Бьякуя и перевёл взгляд на молча слушающего Ренджи, — Сегодня наш отряд ответственен за патруль. Необходимо усилить группы, и пусть обо всех происшествиях в районе территории клана Касумиодзи сообщают сразу мне. — Слушаюсь, капитан, — лейтенант тут же направился к дверям. — Абарай, — окликнул его Бьякуя, мысленно поморщившись, что слишком много общался с Куросаки и чуть не перешёл на совсем неформальные обращения. — Знаю, капитан, — усмехнулся Ренджи, обернувшись, — Я ничего не слышал, а то, что обсуждали капитаны, меня не касалось, в отличие от горы отчётов.

***

— Так, теперь все в сборе, — вместо нормального приветствия сказала Шихоин, когда парень зашёл в кабинет друга. — И тебе привет, — отреагировал Ичиго, вопросительно глядя на Тоширо, но тот только рукой махнул, мол, сам поймёшь. — С капитаном восьмого я уже поговорила и уровень его осведомлённости повысила, но вам, насколько понимаю, рассказывать придётся гораздо меньше, — Йоруичи стояла, оперевшись спиной на стену и скрестив руки. — О баккото и их связи с Касумиодзи вы в курсе. — Вполне. Непонятно лишь, каким образом с ними оказался связан Амагай, — Хицугая слегка хмурился. — В Архивах нет нужной информации. — В общедоступных нет, — согласилась Шихоин, — но в закрытых найти можно. К тому же кое-что было явно подчищено, причём возможно, что самим Амагаем. — И ты пришла поделиться с нами информацией? — поторопил её Ичиго. — Меня попросил Киске, которому не улыбается отвлекаться от работы из-за лезущих в измерение живых убийц клана Касумиодзи, — фыркнула Йоруичи. — Я поискала кое-где и выяснила, что личность Сюсуке Амагая не настоящая, он её сам создал, чтобы попасть в Готей и не быть связанным со своим отцом, который был офицером первого отряда и погиб от рук главнокомандующего. — Да откуда вы все берёте информацию, — проворчал Куросаки, чувствуя себя котёнком, тыкающимся в невидимые стенки, тогда как другие спокойно обходят их и бывают в самых потайных уголках. — Ну… я проникла к Касумиодзи и лично убедилась, что они намереваются захватить власть, — призналась бывшая капитан второго отряда и добавила, — К тому же тот, кто неофициально заправляет этим в клане, связывался с Амагаем. По всей видимости, они в сговоре. И у Сюсуке большие планы на будущее… Скорее всего он хочет отомстить за смерть отца и использовать для этого творение Касумиодзи. По крайней мере, не вижу иного логичного объяснения всех этих сложностей. — Проникать к ним было рискованно, — отметил Хицугая, обдумывающий услышанное. — То, что вы рассказали, многое объясняет. Но без доказательств нам это никак не использовать. — Доказательства можно получить, — у Ичиго родился план, который, правда, был несколько… нагл и рискован. — Если собираешься провоцировать Амагая, придумай план получше, — покачал головой Тоширо. — Не совсем, — Куросаки усмехнулся, понимая, что в выражении «разделяй и властвуй» действительно что-то есть.

***

— Юкото, Нода, Такеда, — на тренировочную площадку заглянул один из офицеров, — Вас вызывает к себе капитан. — Известно, по какой причине? — Рафу был абсолютно уверен, что с момента перевода вёл себя совершенно неприметно, чтобы не привлекать лишнее внимание к специфическим навыкам. — Нет, на месте узнаете, — отмахнулся синигами и поспешил по своим делам, бросив напоследок, — Не задерживайтесь. Трое бойцов, до этого особо между собой не общавшихся, прервали тренировку и направились к капитанскому домику. Юкото хмурился, не понимая, что такого успел сделать, чтобы его вызвали к капитану. Особенно с учётом особенностей остальных двоих — про эпичное начало службы в отряде Такеды в половине других отрядов слышали, что уж про девятый говорить, а Нода отличился участием в жутком инциденте в измерении живых, когда капитану пришлось вмешиваться лично, чтобы спасти группу. С этой стороны Рафу должен был выглядеть насквозь обычным двадцатым — одним из трёх — офицером, что недавно перевёлся из второго отряда и старается освоиться в новом месте. Тихий, вежливый, дружелюбный и старательный — именно такое впечатление о себе Юкото методично создавал у окружающих. Впрочем, остальные двое тоже были в недоумении, зачем их вызывают. Рафу ещё раз перебрал в голове последние события и был вынужден признать, что понятия не имеет, чего ожидать. Оставалось только глубоко вдохнуть, выдохнуть и узнать всё уже у капитана, не ожидая ничего, но будучи внутренне готовым ко всему. Примерно так же он раньше приходил на семейные встречи, которые носили обязательный характер. И то, порой происходящее всё же выбивало из колеи… По пути им встретился лейтенант, слушающий сообщение сидящей на пальце бабочки, но только кивнул и чуть поторопил. Становилось всё непонятнее и напряжённее. Так что, когда Такеда, как приведённый в отряд лично капитаном, а значит и явно имеющий чуть больший кредит доверия от него, стучался в дверь кабинета, Рафу был внутри на взводе. Он не хотел, чтобы только начавшая налаживаться жизнь резко полетела в Дзигоку. — Заходите, — раздался спокойный голос капитана. — Ичиго, это безумие!.. — донёсся ещё один, крайне знакомый голос, но Юкото понадеялся, что ему послышалось. Они вошли в кабинет, прикрыли за собой дверь и замерли посреди него, встав в одну линию. В конце концов, вряд ли капитан позвал их просто так: либо они успели что-то натворить, не зная об этом, либо к ним какое-то поручение. И Рафу совершенно не хотел знать, какое и почему именно им. Вот только в кабинете глава отряда был не один. С задержкой в несколько секунд Юкото опознал в беловолосом синигами в хаори капитана десятого отряда и невольно задался вопросом, что он здесь делает. Хотя… о дружбе глав девятого и десятого отрядов не знал в Готее только глухой, так что этот вопрос можно было считать закрытым. Куда важнее было то, что капитан Хицугая выглядел откровенно мрачно, а в его сдерживаемой реацу всё же вполне отчётливо ощущались ледяные проблески. Юкото покосился на двоих сослуживцев… Ну, или только для него отчётливо. — Да ладно… — и всё-таки Рафу не показалось, чей он голос слышал… — Я всё ещё считаю это безумием, но теперь понимаю, почему ты так уверен в успехе этой авантюры. — Безумием это было бы, не будь у нас достаточной информации, — не согласился с Шихоин-доно капитан девятого. — Да-да, информации и бойцов с необычными и крайне необходимыми для подобного способностями, — фыркнула бывшая капитан второго отряда, после чего протянула со скрытым восхищением, — И как только тебе удаётся собирать вокруг себя такие кадры? — Не поверишь, оно само, — отмахнулся капитан Куросаки и внимательно посмотрел на бойцов. — У меня для вас есть одно поручение. Оно довольно опасное и должно храниться в секрете, но выполнить его можете только вы. — В паре моментов вам помогу я, но остальное будет в ваших руках, — добавила Шихоин-доно, глядя исключительно на Юкото. «Она меня узнала», — в голове у Рафу крутилась только одна мысль. Осознание этого поселилось в горле неприятным комком. Юкото встречался — правда всего пару раз, да и мимолётно — с Шихоин-доно ещё до того, как она покинула пост капитана. И по ряду причин не мог рассчитывать на то, что та его не запомнила. А теперь… Судя по увиденному, капитан Куросаки в хороших отношениях с Шихоин-доно, так что та наверняка не упустит возможность поделиться с ним тем, кто именно перевёлся в его отряд двадцатым офицером… Из мрачных мыслей Рафу выдернула фраза, которая начисто обрубила все сторонние размышления, оставив только одну короткую мысль «Что?!» в голове и целое море ошарашенного недоумения. — Простите, капитан, я не ослышался и нам действительно предстоит разыграть подобное представление так, чтобы поверили все, но и с девятым отрядом было не связать?.. — не выдержал Юкото и всё-таки переспросил. — Верно. Не касайся дело всего Готея в ближайшей перспективе, вас бы не привлекли к подобному, — со вздохом ответил Куросаки. — К слову, нас при любом раскладе поддержит ещё как минимум капитан восьмого. — И второго. Пчёлку я возьму на себя, — добавила Шихоин-доно, усмехнувшись. — После вылазки промежуточным этапом будет мой отряд, — вступил в диалог капитан десятого, — Мы будем вас ждать на закрытом полигоне и при необходимости скорректируем план дальнейших действий. — Ещё вопросы есть? — подвёл черту объяснениям капитан Куросаки. — Нет, — переглянувшись, ответил за всех Юкото. — Тогда приступайте прямо сейчас, — распорядился их капитан. К заданию у Рафу было много вопросов, но они совершенно не касались того, как и что надо было сделать. Это скорее было искреннее удивление в целом — пробраться на территорию клана с высоким положением, утащить их секретную разработку, оставить улики, указывающие на конкретную личность… и при этом не попасться! И ладно ещё то, что пробираться и утаскивать будет бывшая капитан второго отряда, а они так, на подхвате. Собственно, их задача в основном состояла в том, чтобы оставить говорящие следы даже не на самой территории клана, а рядом и немного по улицам «затирая» их. Юкото прекрасно понимал, что это значит — капитану было необходимо кого-то подставить. Это вызывало глухую тоску и разочарование, но… отчего-то ни бывшая капитан второго, ни капитан десятого, ни даже Такеда с Нодой не спешили разочаровываться. Словно были убеждены, что всё правильно. Как младший офицер девятого отряда Рафу был обязан подчиняться приказам капитана. Как синигами, ушедший из второго отряда потому, что отказывался исполнять приказы, противоречащие всем возможным понятиям о чести и правильности, не хотел подписываться на нечто сомнительное и сейчас. Вот только убеждённость окружающих в верности действий Куросаки-тайчо склоняла чашу весов к добросовестному участию в этой странной операции. Мысленно вздохнув, Юкото решил, что стоит после задания внимательно понаблюдать за тем, что происходит. В любом случае, если это просто очередная закулисная игра с целью уничтожения задевшего оппонента, Рафу всегда сможет раскрыть истинное положение вещей.

***

— Как прошло? — поинтересовался Ичиго у Йоруичи вечером после исполнения всей этой авантюры. — Близко к идеальному, — довольно мурлыкнула та. — Твоя тройка отлично сработала. А уж какую марионетку пустили для ложного следа… будь я сейчас капитаном второго, всех троих определила бы в спецгруппу. Впрочем, для Юкото это было бы незначительным и логичным повышением. — Да? А поподробнее? — отвлёкся парень от задумчивого ожидания результатов. — Так ты не знал, когда включал его в тройку? — удивилась Шихоин и, получив кивок, присвистнула, — Тогда у тебя отменное чутьё на подходящие кандидатуры, Клубничка. Просто Рафу так-то изначально готовили, чтобы он мог возглавить один из спецотрядов. Ну или как минимум по необходимости принимать командование над ним вместо назначенного главы. Тайные операции, в том числе слежка, незаметное проникновение, добыча информации и ликвидация — Юкото был действительно хорош в этом. Помню, даже уже прикидывала, на каком бы месте лучше применить его таланты, да только не успела: случилась вся та история с пустофикацией. Потом уже узнала, что он рассорился с семьёй и в итоге застрял на месте одного из двадцатых офицеров. Так что к тебе в руки принесло течением даже не алмаз, а бриллиант. Вот я и удивляюсь, как так выходит, что ты вокруг себя собираешь крайне одарённых личностей. — Неожиданно… — протянул Куросаки, в этот раз, честно говоря, положившись на интуицию. — А как с доставкой? — Думаю, ты сейчас и сам сможешь оценить, — ехидно усмехнулась Йоруичи, взглядом проводив влетевшую через окно бабочку. «Внимание всем капитанам! Будьте готовы оказать помощь второму отряду в устранении очага заговора в клане Касумиодзи. Следуйте указаниям, полученным через бабочек.» — Да, похоже этого оказалось достаточно, чтобы развязать Готею руки, — хмыкнул Куросаки. — Главнокомандующий на самом деле давно ждал повод объявить их вне закона, — отметила Йоруичи и проявила любопытство, — А как с вашей стороны дела? — Амагай сейчас должен быть уверен, что видел, как Кумой пытается вывернуться из ситуации, сделав его крайним, — Ичиго не сомневался, что осечек не будет. — В конце концов, способности Мурамасы всё равно, чьё восприятие обманывать. Хоть вчерашнего школьника, хоть синигами уровня капитана: эффект один. — И всё же, я несколько удивлена, что ты так быстро придумал столь стройный план, — прищурилась Шихоин. — Ну, мне немного помогли занпакто, — парень не стал упоминать, что Тенса предложил сразу пяток вариантов, один кардинальнее другого, так что оставалось только доработать до более гуманного. — Но по идее Амагай теперь должен сам себя раскрыть. — Хм? Ты не упоминал, как, кстати, — заинтересовалась бывшая капитан второго. — И, к слову, обещал ещё кое-что рассказать. — Примерно вот так, — игнорируя вторую часть, усмехнулся Ичиго, когда по полу разошлись светло-зелёные волны. — В первую очередь ведь стоит разобраться не с тем, кто слил информацию, а с тем, кому слили… Ичиго специально попросил Тоширо с Мурамасой, чтобы те внушили Амагаю, что информация о его причастности просочилась именно к нему и вот-вот попадёт к Генрюсаю. Слово капитана имеет достаточный вес, чтобы воспринять его доказательством, так что последствия Сюсуке должен был представлять. Потому и использовал способность, наверняка ещё и приманку какую-то сделав, чтобы выманить Ичиго в безлюдную местность. Куросаки вышел из домика и понял, что его предположения подтверждаются, потому что к нему тут же подошли в сюмпо несколько офицеров. Впрочем, с дисциплиной всё было в порядке, так что заговорил только четвёртый. — Тайчо, только что на отряд было совершено нападение неизвестным с применением артефакта, не позволившего использовать шикай. Он оглушил и забрал Ивату, оставив это, — боец протянул клочок бумаги и закончил, — След не отслеживается. Других пострадавших нет, не считая лёгкой дезориентации. — Ясно. Повысьте бдительность, и пусть Ханатаро проверит, нет ли иных последствий. С остальным я разберусь, — распорядился Ичиго, понимая, что всё идёт по плану, но всё равно пребывая не в восторге от того, что седьмой офицер его отряда подвергся опасности. — В вопросе с Касумиодзи я тебя если что подменю, — кивнула понимающе Йоруичи. Ичиго глянул, какое место указано на бумажке, и спалил её короткой вспышкой кидо, тут же уйдя в стремительное сюмпо. Он собирался разобраться с этим сам, больше никого не привлекая. В конце концов, всё же существовала возможность, что Амагай на самом деле тоже жертва амбициозных планов Кумоя. Ведь можно поймать мечтой, целью на крючок, да так, что потом и не сорвёшься… Ну а если всё не так, то план действий был придуман с учётом разных вероятностей. Ичиго нахмурился, не принимая пока категоричных решений. Сначала стоило поговорить… и скорее всего сразиться — в бою невозможно лгать. Если ты не мастер иллюзий, конечно, но здесь была совершенно иная ситуация. А с огнём уж справиться куда проще. — Вы быстро пришли, капитан Куросаки, — отметил Амагай. — Не ответите сразу на один вопрос? — Смотря какой, — остановился на некотором расстоянии, — И только когда удостоверюсь, что моему офицеру ничего не угрожает. — Мне смерти непричастных ни к чему, — кивнул Сюсуке в сторону края поляны. — Это радует, — пробурчал себе под нос Ичиго, оказываясь рядом с Иватой и проверяя его состояние, после чего накинул барьер и вернулся на прежнее место. — Что же, я слушаю. — Чем же вы надавили на Кумоя так, что он решился меня сдать? — в глазах Сюсуке сверкнул недобрый огонёк. — Так выходит, не он главный, — отметил Куросаки любопытно построенную фразу. — А я уж было подумал, что вы, Амагай-сан тоже пострадавшая сторона, как и принцесса Луричиё. — Эта девчонка должна исчезнуть вместе со всем кланом, — скривился тот. — Они все умрут. Как и Генрюсай. — Значит, действительно всё это ради мести, — вздохнул Ичиго, понимая, что Йоруичи была права. — Но ведь она даже не знала, что делает Кумой. — Не важно. Она часть Касумиодзи, — упрямо набычился Сюсуке, — и должна умереть. И вы, капитан, раз уж влезли, тоже. С этой поляны вы не уйдёте. — Не соглашусь, — покачал головой Куросаки, спуская с ладони за спину бабочку с записанным диалогом. — И теперь моя очередь задавать вопрос. Почему вам так необходима смерть главнокомандующего? — Он убил моего отца, — резко ответил и выхватил из ножен меч, — хотя тот был его подчинённым! — Видимо, мне придётся сделать так, — катана покинула ножны, и Ичиго ограничился краткой формой фразы-активатора, зная, что этого будет достаточно, — Снизойди, Хёринмару. — Это бесполезно, — второй рукой Амагай достал из-за пояса оружие в форме камертона, то засияло зелёным и, мгновенно преобразившись в чёрную перчатку, закрывающую и плечо, выпустило из подобия пасти узкое светящее лезвие, которое противник вонзил в землю, — Мой баккото позволяет блокировать связь синигами с их занпакто. Ваши силы бесполезны, капитан. — Я бы не был так уверен в этом, — хмыкнул Ичиго и выпустил с клинка Гекори, хотя и отметил, что атака вышла слабее, чем обычно. — Но как? Впрочем, не так важно, — Сюсуке нахмурился и поднял клинок, — Банкай. Райка Гоэн Каку! — Сразу банкай? — Куросаки понаблюдал за тем, как смертоносный ледяной поток испарился от посланной навстречу ему волны огня, и задал вопрос, шагая в сюмпо ближе и атакуя. — Боюсь, мне нельзя недооценивать капитана с двумя занпакто, — Амагай явно не ожидал приличной скорости от парня, но удар отразил, тут же отскочив и метнув с крюка клинка огненный шар. — К тому же… видимо слухи не врут, Куросаки Ичиго. — Не уверен, что хочу знать, какие именно, — хмыкнул, отправляя навстречу пламени ледяного дракона и заодно проверяя теорию, — Но вернусь к своему прошлому вопросу. Я знаю, что Кисараги Шиньецу пал от клинка главнокомандующего. Хотите сказать, что у него не было веской причины для этого? — Была. Мой отец узнал о баккото и принёс доказательства Ямамото, — тяжёлое оружие ударило в землю, и из-под поросшей травой почвы в Ичиго устремились тонкие струи огня, — а он убил его. Потому что был заодно с Касумиодзи и прикрывал их делишки! — Насколько мне известно, всё было несколько не так, — начал понимать ситуацию Ичиго, прикидывая, сколько времени понадобится бабочке, чтобы долететь до адресата, и нейтрализуя атаку столбами льда. — Да что может знать не так давно назначенный капитан? — зло скривился Амагай, выпуская целый огненный шторм. — Банкай. Дайгурен Хёринмару, — парню пришлось использовать вторую ступень высвобождения ледяного клинка, потому что здесь и сейчас его техники были нужнее, чем скорость и Гецуги. — Верно. Сам я мало что смог бы найти, но у меня есть хорошие знакомые, которые смогли достать информацию из закрытых архивов. К тому же прямой участник тех событий уж явно знает, что произошло. — Что ты хочешь этим сказать? — нахмурился Амагай, даже перейдя на неформальное обращение. — Только то, что не мне одному разбираться с ситуацией, — остановился на некотором расстоянии от него Куросаки, — Ведь так? — Верно, — на поляну из сюмпо вышел Ямамото, а за ним большинство капитанов и часть лейтенантов: видимо второй отряд пока что прекрасно справлялся и сам. — Амагай Сюсуке, я сожалею о том, что произошло тогда… «Ого, а этот дед оказывается умеет извиняться!» — фыркнул во внутреннем мире Хичиго, прислушиваясь к рассказываемой истории. «Как сильно может исказить жизнь возникшее из-за недостатка информации заблуждение…» — задумчиво отметил Хёринмару. «О, это знакомая тема, да, Тенса?» — тут же переключился на собрата внутренний пустой. «Ещё слово, и будешь учиться изображать гусеницу», — предупредил тот. — То есть… я всё это время… всё это было зря? Ошибкой? — услышав растерянный голос Амагая, Ичиго понял, что, отвлёкшись на перепалку во внутреннем мире, едва не пропустил всё. — Ну, непоправимого ты ещё не успел ничего сделать, ведь так? — влез Ичиго, решив не возвращаться к «выканью». — Сговор с Касумиодзи, — просто ответил Амагай, приподняв руку, затянутую перчаткой-баккото… и по земле вокруг его ног стало кольцом закручиваться пламя. — Так! Погоди-ка, — влез Куросаки, обращая огонь льдом и только после этого отпустив банкай, — мы ещё не договорили! — Не о чем больше говорить, Куросаки Ичиго, — тяжело вздохнул Сюсуке. — Но я благодарен, что не успел совершить больше. Жаль лишь, что Кумой… — Сейчас проводится операция по устранению зачатков мятежа. Все, кто в Касумиодзи оказывают сопротивление, ликвидируются, — ответила вместо парня Йоруичи. — Кумой Гёкаку получит то, что заслужил. В своей жадности виноват лишь он сам. — И сегодня днём ты слышал то, чего на самом деле не было, — обтекаемо добавил Ичиго негромко, не собираясь ляпать при почти полном составе капитанов прямолинейное «мы заморочили тебе голову с помощью иллюзий Мурамасы, чтобы вывести на чистую воду», хотя всё равно получил внимательные взгляды от окружающих. — В любом случае, ошибки ещё пока можно исправить, не так ли? — Куросаки Ичиго, здесь не тебе принимать решение, — отреагировал на его вопрос Ямамото. — Тогда всё, что мог, я сделал, — не стал вступать в противостояние парень. — Мне необходимо вернуться в отряд и доставить своего офицера медику. — Иди, — коротко обронил Ямамото, глядя на Амагая. Ичиго не стал задерживаться, а, похвалив себя в мыслях за предусмотрительность, снял спокойно выдержавший ведущийся рядом бой барьер и, несколько растормошив и успокоив уже приходящего в себя офицера, утянул его в собственное сюмпо к территории девятого отряда. Поверхностная диагностика, на которую парень был способен, не выявила никаких травм, но сдать на нормальную проверку состояния в руки Ханатаро стоило. Может и перестраховка, но Куросаки так было спокойнее. А дальнейшая судьба Амагая… тут уж Ичиго действительно ничего не мог сделать. Да, конечно, можно было упереться, в очередной раз поставить вопрос ребром и вступить в конфронтацию с Ямамото. Но… зачем? Куросаки, скрепя сердце, сам перед собой признавал, что былое стремление спасать всех, кто попадается на пути, преобразовалось в более направленное и… узкое, так сказать. Нет, конечно, если он будет где-то и увидит, что кому-то требуется помощь, то поможет. Но спасать всех, а в особенности тех, кто резко против этого? Нет, спасибо. Парню за глаза хватило Уэко Мундо. А сейчас стоило действительно вернуться в отряд, сдать Ивату под присмотр Ханатаро, а самому проверить как дела в измерении живых. В конце концов, даже будучи по уши занят в делах Общества Душ, свою семью и друзей Куросаки без подстраховки не оставил.

***

— Не бойтесь, принцесса, мы защитим вас! — Кенрю встал перед Луричиё, готовясь высвободить шикай. — Главное, за пределы дома ни ногой, — строго напомнил Иссин и покосился на «бравую команду», — Не лезли бы вы в это. — Мы не можем стоять в стороне, — привычным жестом поправил очки Исида. — Верно, — решительно сжала кулаки Орихимэ, а Чад ограничился кивком. — Вот ты и останешься приглядывать за девочками, — нашёл вескую причину для Иноуэ Иссин. — Хорошо, — не смогла на это ничего возразить та. — Вас двоих это тоже касается. Эти четверо не ваш уровень, — ожёг взглядом охранников принцессы. — Как скажете, Шиба-доно, — склонили головы те, упорно называя Иссина старой фамилией. — Тогда брысь внутрь, и чтобы за порогом я вас не видел, — повёл плечами бывший капитан, ускоряя в теле ток силы и заново привыкая к ощущениям от неё. — А мне как раз двоих хватит размяться. — Не слишком ли ты самоуверен? — нахмурился глава пришедших по душу Луричиё убийц. — Гецуга Теншё, — взмахнул мечом, посылая белый серп атаки во врага и тут же отражая атаку косы, — Представиться не хотите? — Джиннай, это мой противник. Уничтожь пока барьер на доме, — глава убийц явно не хотел делиться боем. — Моё имя Нукуи Ханза. — Куросаки Иссин, — соблюл этикет битвы бывший капитан. — Предлагаю закончить поскорее, а то детишкам скоро спать, а они на бои смотрят. — Твоя самоуверенность будет стоить тебе жизни, — отметил Ханза… и активировал баккото, как назвал его Ичиго в переданной информации. — Сомнительно, — Иссин ещё в прошлый раз понял, как работает этот меч, и снова попадаться был не намерен, поэтому ускорился и ударил прямо по зеркалу, разбивая то на сотни мелких осколков. — Если ты думал, что это оружие осталось прежним и достаточно просто разбить его, — Ханза усмехнулся, а осколки засияли ослепительно белым, — то очень сильно ошибся! Вспышка силы и мгновенно отозвавшийся на фразу активации шикай не сделали ровным счётом ничего. Свечение усилилось, сияющие точки осколков соединились яркой паутинкой лучей и белый свет закрыл всё пространство вокруг. Ещё одна вспышка… и белый сменился радужными разводами, а по ним, как по волнам неспешной реки, поплыли картины-осколки прошлого. Детство, юность, хорошие друзья, дружный клан… резкие перемены и пост капитана. Иссин словно смотрел киноленту своей жизни, а горло перехватывало горечью — всё это осталось в прошлом, почти все важные ему люди давно и бесповоротно мертвы. Друзья ушли на перерождение, от клана осталось четверо, если посчитать и самого бывшего Шибу, а отряд прекрасно живёт и без него. А потом из памяти всплыл самый болезненный осколок… Прошло почти девять лет, но потеря ощущалась всё так же остро. В обычной жизни удавалось забыться в делах и семье, но сейчас подлая способность баккото заставляла вновь переживать всё так, будто оно случилось только что. И, словно только этого и ожидая, реальность вокруг дрогнула, сменяясь поздним вечером. С тёмного неба лил дождь, упругими струями хлестая по лицу и плечам. Иссин почувствовал, как мгновенно промокла одежда, но почти не обратил на это внимания, потому что впереди, за серой пеленой дождя стояла она. Масаки, какой он её запомнил в тот злополучный день. Умом Иссин понимал, что это всё иллюзия, порождённая баккото, что ничего хорошего от неё ждать нельзя, но… Просто стоял, смотрел и не мог насмотреться. Только сейчас, под ледяными струями ливня, Иссин действительно понимал, насколько сильно он скучал по ней все эти годы… Сверкнул в падающей с неба воде синий лук, но бывший капитан не пошевелился. Он знал, что будет дальше, и был к этому готов. Пусть стреляет. В конце концов, всё происходящее находится в его сознании, а себе Иссин никогда не лгал — знал, что только его вина в том, что Масаки вообще оказалась во всё это втянута. Не приди она тогда ему на помощь, не подставься под удар пустого, вполне возможно, что была бы ещё жива. Пусть не с ним, но древняя кровь уберегла бы её от потери сил и гибели. Иссин никогда не жалел о сделанном им выборе, о прожитых вместе годах, о троих детях… жалел лишь о том, что в самый нужный момент был бессилен помочь и не мог спасти. Какие бы моменты ни вытаскивала на поверхность чужая способность, она не могла причинить боли сильнее, чем бывший капитан причинял себе сам мыслями и чётким пониманием своей роли в этом всём. Иссин прикрыл глаза, слушая дождь и невесомые шаги… но удара, как можно было предположить от вражеской техники, так и не последовало. А в следующую секунду на щёку легла тёплая ладонь, заставив открыть глаза, и встретиться с мягким, понимающим… любящим взглядом карамельных глаз. Мир вокруг буквально разбился, разлетелся осколками, обрушился с оглушительной тишиной. Что-то в технике врага определённо пошло не так, но… Самым главным сейчас для Иссина было то, что таким странным образом ему была подарена ещё одна бесценная встреча. Он накрыл ладонь Масаки своей, вглядываясь в родные черты. Иссин старался задавить, приглушить это, но всё равно все восемь с лишним лет скучал, безумно тосковал… Масаки тепло улыбнулась ему, словно радуясь встрече, желая приободрить и… Иссин тихо выдохнул, ощущая, как рушится чужая техника. Несколько мгновений, и образ растаял, а пространство осыпалось битой крошкой. Только щека словно бы ещё хранила тёплое прикосновение. Сколько бы ни проходило времени, Иссин всё ещё любил Масаки. — Как?.. — начал выражать недоумение Ханза… но тут в него прилетел его изрядно обросший лезвиями напарник. — Ну наконец-то. А то я уже думала вмешаться, — чуть в стороне на воздухе стояла Адалинда, невозмутимо глядя на Иссина. — И поэтому использовала вот его как шар для боулинга? — ещё по посещению Уэко Мундо бывший Шиба убедился, что его жене было в кого пойти авантюрным характером. — Просто удачно попал под удар, — девушка прищурилась, внимательно отслеживая движения ругающегося врага. — Не возражаете, если я возьму его на себя? — На здоровье, — отреагировал тот, ощущая, как отпускает глухая тоска. * Враг попался Чаду сильный, впрочем, слабых там и не было. Зато это был хороший шанс проверить, какой эффект принесли все его усиленные тренировки в попытки хоть немножко угнаться за всё сильнее отдаляющимся другом. Впрочем, Садо не питал иллюзий и понимал, что Ичиго уже шагнул на ту ступень, что обычно живым неподвластна — сказывалось происхождение. Помимо этого, Ясутора в принципе понимал, и почему тот отдалился. Желание друга не подвергать Садо опасности с одной стороны было естественно, понятно и логично, но, с другой… Внутри неприятно скреблось нечто непонятное. Не обида, но ощущение некоторой… бесполезности усилий?.. И сейчас Ясутора мог лично убедиться в том, принесли ли его старания какие-то результаты или всё было действительно бесполезно. Враг постепенно вытаскивал тузы из рукавов, но Садо пока что справлялся силой одной руки и общей крепостью. Хотя, если уж говорить честно, после использования второй руки у Ясуторы просто не останется сил — эта способность хоть и была невероятно разрушительной, но ему всё ещё не хватало контроля, чтобы отмерять количество потребляемой ею энергии. Впрочем, даже так Садо постепенно выматывался и пропускал всё больше ударов, оставляющих неглубокие порезы. Однако и врагу бой давался непросто, отнимая немалое количество сил. По всему выходило, что у них постепенно устанавливался паритет, решаемый обычно одним последним ударом. Что же, Ясутора не был против такого исхода. Вопрос был лишь в том, кто после атаки на пределе сил останется стоять, а кто рухнет, истратив всю энергию до последней крохи и потеряв жизнь. Садо определённо собирался остаться на ногах, а потому, когда они оба пришли к пониманию, что сил хватит лишь на одну — последнюю и решающую — атаку, достал свой козырь. Рука Дьявола всё ещё была несколько непривычна и приносила необычные, отчасти неприятные ощущения скользящего по коже холода. Урахара-сан объяснял это схожестью сил Ясуторы в своей основе со способностями пустых, что тот понял и сам во время боёв в Уэко Мундо. А всем известно, что тепла в белой пустыне не найти, кроме как от испепеляющего серо. В любом случае, сейчас атака подчинялась воле гораздо больше, нежели раньше. Теперь уже после удара не темнело в глазах, и Садо мог спокойно увидеть и осознать последствия использования своей способности. Впрочем, свои силы он всё же переоценил — мелькнула мысль, когда второй же сделанный шаг завершился потерей равновесия, а тело отказалось слушаться. — Отлично справился. Молодец, — упасть ему не дал незнакомец в тёмном плаще с капюшоном, который соскользнул от резкого движения, когда тот помогал Садо найти равновесие, — Победой над подобным врагом стоит гордиться. — Ичиго?.. — вырвалось у Ясуторы, когда он увидел крайне знакомые черты лица, но в следующий миг взгляд зацепился за массу отличающихся деталей. — Простите, обознался. — Ничего страшного, я сам удивился, когда мы оказались вдвоём у зеркала, — усмехнулся знакомый незнакомец, а потом чуть разжал пальцы, увидев, как против воли поморщился Садо от чересчур крепкой хватки, — Извини, мне бывает сложно приноровиться. — Ничего, — Ясутора в принципе был немногословен, изменяя привычке разве что иногда в бою, а здесь и вовсе вымотался и на беседы сил не имел. — Хм… Бой ведёт ещё только твой друг-квинси, остальные уже закончили, — отметил столь похожий на Ичиго человек с совершенно неощущаемой силой. — Думаю, подлечиться тебе не помешает. А, кстати, чуть не забыл. Меня зовут Шиба Кайен. — Кучики Рукия рассказывала, что вы умерли, — нахмурился Садо. — Было дело. Объяснять долго и сложно, но, если вкратце, то я смог отделиться от пустого, — убедившись, что Ясутора стоит ровно, Шиба отошёл поднять оставшийся от врага меч и вернулся с улыбкой, — Ичиго рассказывал о том, что здесь у него хорошие друзья. На самом деле он попросил меня и ещё пару знакомых подстраховать вас. В конце концов, вы привыкли сражаться с пустыми или синигами, имеющими понятие о чести и правилах, а не с подобными личностями. — Но вы не вмешались, — указал на главное Садо. — Я видел, что ты и сам справляешься, — чуть пожал плечами Кайен, и от движения на плаще сверкнула алым застёжка, но парень не успел её рассмотреть, поскольку Шиба подошёл, осторожно сжал предплечье и утянул в сонидо, предупредив, правда, — Идём. Так будет быстрее. * Обмен любезностями перед боем завершился выпущенной стрелой с небольшим эффектом самонаведения и буквально взрывом реацу врага. Отразив атаку и активировав способности своего баккото, Кузу Рюу, как звали этого человека, в прямом смысле «слился в туман». Вернее, слился с туманом. Исида заслуженно гордился скоростью своей реакции и меткостью, но в этой ситуации с неприятным удивлением понял, что не успевает и не может попасть. И даже тренировки от родни, спокойно — хотя уже не очень, напряжённое ожидание хорошо чувствовалось — живущей в Европе, не слишком помогали. Хорошо хоть позволяли вовремя среагировать, уходя от удара внезапно появившегося клинка. Пострадала только одежда и — немного — гордость последнего действующего японского квинси. Он-то считал себя достаточно быстрым, чтобы избежать атаки вовсе. Смех врага, идущий будто со всех сторон, действовал на нервы, заставляя дёргаться. Урюу усилием воли не позволил себе этого, тихо выдохнул… и ушёл от нового удара. Туман вокруг был похож на непроницаемую, молочную пелену, на которой кляксами разведённой туши проступали силуэты врага, являющиеся лишь иллюзией, чтобы дезориентировать и заставить тратить силы, пуская впустую стрелы. В который раз Исида поблагодарил Ками за то, что квинси используют в основном внешнюю энергию, практически не задействуя внутренние резервы. Отстреливаться от противника можно было долго… Но от нового удара, рассёкшего белую ткань на предплечье и оставившего глубокий порез, уйти не удалось. Враг не ощущался в этом тумане, и предугадать направление его атаки было практически нереально. «Где он?» — Исида внимательно оглядывал и ощупывал чувствительностью окружающее пространство, — «Должен же быть в этом тумане он настоящий» — Искать меня по реацу бесполезно, — голос снова шёл со всех сторон. — Ты никогда меня не найдёшь. «Странно. Площадь поражения не должна быть такой большой», — Урюу старался мыслить рационально, но ничего путного в голову не приходило, а стрелы вязли в тумане, не находя цель. — «Возможно он как-то влияет на моё восприятие. А может…» — Что?.. — Исида не был уверен, сказал это он или так же удивившийся враг, когда новый удар клинка, направленный в спину, был неожиданно отражён чужой катаной. — Тебе же сказали, очкарик, — усмехнулся из-под капюшона, увы, знакомый голос… с обладателем которого Урюу, к счастью, в бою не сталкивался, — на реацу ориентироваться бесполезно. — Ты!.. — от удивления рука сорвалась, лук дрогнул, делая выстрел. — Сдурел что ли? — огрызнулся Гримджоу, легко и… словно привычно отклоняя катаной стрелу в сторону, после чего рубанул туман совсем близко; вновь раздался звон столкнувшихся клинков. — Меня послали помочь тебе, придурок. — Я и сам могу справиться, — выпустил иголки Исида, для которого ситуация мгновенно перешла в разряд абсурдной. — Оно и видно, — фыркнул, выразительно посмотрев на прорехи в одежде и напитавшийся кровью рукав. — Как… как ты понял, откуда будет нанесён удар? — враг отошёл от удивления. — Моя сила полностью скрыта! — На кой чёрт мне чувствовать твою силу? — поднял брови Джагерджак, а потом опасно усмехнулся, под конец фразы и вовсе расплывшись в оскале, — Хищники охотятся, повинуясь инстинктам, знаешь ли… Попался. Короткое, сжатое, практически точечное серо ударило в ничем не выделяющийся участок тумана, буквально выжигая его клубы. Раздалось сдавленное шипение, словно попытка скрыть вскрик от боли. Исиду невольно передёрнуло от воспоминаний о боях с аранкарами. Туман тем временем вновь сомкнулся, но больше теней-иллюзий не появлялось, а голос не звучал. Затишье могло значить только одно — атака достигла цели, и враг приходит в себя, готовясь атаковать уже сам. Урюу сосредоточился, сильнее полагаясь на интуицию, но и одновременно с этим всё же пытаясь просчитать, откуда будет нанесён удар. Возможно, виной тому было серо, но в этот раз атака была медленнее, и Исида успел не только чётко увидеть её, но и спокойно отреагировать, отражая подобием меча. — Необычный клинок, — отметил враг, всё ещё прячась в тумане… или!.. — Это Зееле Шнайдер. Единственное оружие квинси, похожее на меч, — ответил, прикидывая, в какие точки необходимо расставить Шнайдеры, но… — Ахахах, — смех аранкара вызвал новый ступор, причём, похоже, не только у Исиды, но постарался взять себя в руки, — Кхм, не обращайте внимания. Просто… не удержался. — Без тебя здесь было бы проще, — пробормотал Исида, подавляя желание закрыть лицо ладонью. — Как знать, — хмыкнул аранкар и покосился на Урюу, — Ты ведь понял, в чём смысл техники? — Он слился с туманом, — поджал губы Исида, почему-то ощутив себя отвечающим на экзамене. — Верно. И это значит, — Гримджоу широко усмехнулся, — что достаточно просто уничтожить этот туман. Ты ведь умеешь вытягивать рейши из окружающего пространства и чужих техник? — Но не в таких же!.. — начал возмущаться Исида, а потом вспомнил одну технику, которой научился у родни «на всякий случай», и с подозрением посмотрел на аранкара, впрочем, тому неоткуда было о ней узнать, — Допустим, могу. — Ну так действуй, чего замер, — фыркнул Секста, периодически запуская уже даже не серо, а просто бала в туман, чем явно не давал врагу вновь атаковать. — Если тебя зацепит, сам виноват, — предупредил Урюу, сосредотачиваясь.

***

— Я поражена тем, как вовремя ты научился уходить, — поморщилась Йоруичи. — Как есть, — чуть пожал плечами Ичиго, как раз закончив со всеми делами и отметив, что по связи с пустыми не идёт сигналов типа «всё плохо, срочно нужна помощь», что означало, что в измерении живых всё прошло относительно гладко. — Ты в курсе, что теперь тебе необходимо сопроводить химе Касумиодзи из измерения живых в Сейрейтей? — поинтересовалась Шихоин. — Теперь в курсе. И как-то даже не удивлён, — вздохнул парень. — Но я всё равно собирался сейчас домой. — Вот прямо сейчас? — прищурилась бывшая капитан второго, — И даже не спросишь, что в итоге решили с Амагаем? — Ну, ты, уверен, всё равно собиралась рассказать. Затем и пришла, — улыбнулся Куросаки. — Ну, в целом да. Но не только, — Йоруичи помолчала, а потом попросила, — Не отпускай Юкото в другой отряд. Здесь ему будет лучше. — Почему ты так решила? — нахмурился Ичиго. — Потому что знаю, на что он способен, как и то, что Сой Фон не подписала бы согласие на перевод, не понимай она, что ему тут будет лучше, — Шихоин хитро сверкнула глазами, — В конце концов, ты уже должен был понять, что Юкото — не настоящая фамилия. Имя он, кстати, тоже другое взял. — Да понял я, откуда он такой взялся, — парень действительно заметил внешнее сходство, но только что получил этому косвенное подтверждение. — Посмотрим. Насильно гнать из отряда, конечно же, не буду, а там как сложится. — И на том спасибо, — Йоруичи направилась на выход. — Погоди, — окликнул её Ичиго. — Так что там с Амагаем? — Ты очень плохо влияешь на окружающих, — усмехнулась та и вышла буквально за секунду до появления бабочки с приказом о сопровождении Луричиё…