Зеркала Судьбы

— Ты слишком взбудоражен, — проницательно отметил старший Куросаки, перехватывая нервно нарезающего круги по залу родственника. — Что-то всё же пошло не так? — Нет… То есть да… — Ичиго остановился, пытаясь обуздать смятение: это при разговоре с недавним врагом он был собран и контролировал себя, временно отодвинув на задний план остальное, а вот сейчас… — Я не знаю. Не понимаю. — Расскажи, что тебя так встревожило, — предложил Бернхард. — Понимаешь, я ведь тогда сначала у вас спрашивал про вашу связь с Императором, а потом у Тенсы консультировался, — парень остановился и тихо добавил, — И меня дёрнуло спросить, есть ли у меня такая и можно ли как-то её перекрыть. — Что же тебе ответил клановый дух? — спросил квинси. — Ха, клановый дух, как же… — буркнул Ичиго, зная, что ему всё равно придётся посмотреть правде в глаза. — Почему вы его так называете? — Скажем так, у древнейших кланов квинси действительно со временем образовались духи, периодически проявляющие себя через силу отпрысков главной ветви. И могу заверить, к Императору они имели отношение сильно опосредованное, — серовато-голубые глаза смотрели спокойно, каким-то образом не давая окончательно свалиться в эмоции. — И твой дух более чем подходил под описания, сделанные одним из наших предков. Присутствующая же в каждом квинси с рождения искра слишком мала, проявляясь лишь наличием связи. — Ясно. Но сейчас всё же важно не это… — Ичиго вновь прислушался ко внутреннему миру, но там было тихо. — Если кратко, на мой вопрос мне было отвечено, что возможность есть, но для этого мне нужно полноценно принять своё наследие… что я и сделал. С неожиданным результатом. Ичиго замолчал, вспоминая, как вообще решился на это и с чем столкнулся, совершенно не ожидая…

***

После озвучивания вопроса Тенсе, его ответа и некоторого спора… — То, что ты хочешь сделать, возможно, но очень сложно, — отметил Тенса. — Я в курсе, — хмыкнул Ичиго, слыша это уже не в первый раз. — Тебе придётся пройти испытание самому. Тут я помочь практически не смогу… и, как бы ни было тяжело, ты должен будешь идти вперёд, не останавливаться и не оглядываться на прошлое… Пути назад не будет, — предупредил дух квинси, пребывая не в восторге от затеи… но не отговаривая. — Хорошо, — серьёзно кивнул парень, прекрасно понимая, что шутки кончились давным-давно. — Тогда… тебе туда. И надеюсь, что ты вернёшься, оставшись собой, — чуть грустно улыбнулся Тенса, открывая неприметную дверь. Густая темнота доверия не внушала, но не верить Тенсе было глупо. Ичиго сделал глубокий вдох и шагнул вперёд, в темноту. А потом ещё раз, не видя ничего вокруг… За спиной с едва слышным щелчком закрылась дверь, но желание оглянуться парень успешно подавил, помня слова Тенсы. Ичиго шёл, поглядывая по сторонам, но чернильный мрак клубился везде, не давая понять, сколько было пройдено. В какой-то момент Куросаки опустил взгляд вниз и понял, что там просто ничего нет. Мгновение на осознание, и нахлынуло ощущение свободного падения в бесконечную бездну. Самым странным была полная тишина, будто бы все звуки вовсе исчезли. Ичиго даже собственного дыхания не слышал и падал, падал, падал… Неожиданно в голове молнией сверкнула мысль, что до этого же он шёл как-то. Попытка сконцентрировать силу в ногах и привычно использовать мгновенный шаг успехом не увенчалась. Однако паниковать себе Ичиго не собирался позволять. Но только спустя несколько минут падения по субъективному времени парень осознал, что привычно задействовал силы синигами и пустого или общую, представляющую собой дикую смесь. А ведь пришёл сюда он за наследием квинси… Перестроиться полностью на прохладную, чуть металлически колкую силу оказалось довольно непросто — слишком непривычна она была в почти чистом виде. Ощущение свободного падения стало плавно уходить. Через некоторое время Ичиго вновь мог предположить, что стоит на некой поверхности… Как минимум, он мог по ней идти, что и делал. Вокруг неизменно клубилась непроглядная тьма. Куросаки шёл, стараясь сохранять спокойствие, но внутреннее напряжение от неизвестности нарастало. Вот только в какой-то момент что-то изменилось в пространстве этой тёмной бездны… Ичиго остановился как вкопанный, не веря собственным глазам: из клубов тьмы ему навстречу шагнул… он сам! Вот только его копия выглядела на пару лет младше, бо́льшим мальчишкой и… светлее. Не было той едва заметной тяжести в глубине глаз, а на привычно хмуром лице читалась бо́льшая открытость. Ичиго неожиданно понял — это он сам, только те самые два года назад, когда ещё даже подумать не мог, что должность временного синигами и периодические приключения выльются во всё вот это… Когда ему ещё не приходилось взваливать на себя ответственность за отряд и целое измерение. Когда ему ещё не приходилось осознанно убивать… И, словно желая подтвердить догадки Ичиго, его младшая копия кивнула. Потом неожиданный шаг навстречу… Парень несколько мгновений с некоторым сомнением смотрел на протянутую для рукопожатия руку, но в итоге протянул свою. И чуть было не вздрогнул, увидев, что к запястью спускаются, обвивая предплечье, завитки тёмных теней. Впрочем, подумать об этом времени не было, поскольку в сознание резко ворвался калейдоскоп картин прошлого, всех ярких, переломных моментов его жизни. И Куросаки, глядя со стороны, неожиданно чётко понимал: с каждым таким событием он всё сильнее менялся, с каждой победой и поражением… и победой после поражения. За каких-то два года парень словно повзрослел лет на десять… и удивительным образом умудрился сочетать в себе черты мальчишки и одного из сильнейших существ во всём мире. Вот только… зачем ему это было показано? Чтобы он понял, что уже не тот, каким был гоняя под руководством Рукии пустых? Или для чего? Понять, что все изменения довольно легко воспринимались, приживались, а новое впитывалось словно губкой, порой вопреки возможному?.. Видения схлынули неожиданно. Его копия серьёзно кивнула… и улыбнулась, медленно истаивая в клубах тьмы. Рефлекторно желая уцепиться за свой исчезающий двойник, Ичиго сделал шаг вперёд и наткнулся вытянутой рукой на гладкую поверхность. Вглядевшись в пространство впереди, парень неожиданно понял, что смотрит в зеркало. И оно отражало более чем странное… Всю фигуру Куросаки окутали завитки чёрных теней, а рыжина неожиданно длинных волос стремительно наливалась антрацитом. И чем больше Ичиго вглядывался в зеркальную поверхность, тем больше видел странное сходство с самым главным врагом. Последней каплей стала заклубившаяся в зрачках тьма, мгновением позже выплеснувшаяся в радужку и затопившая тёплую карамель тяжёлым багрянцем. Отшатнуться от показанного образа вышло совершенно непроизвольно. Один неосознанный шаг назад… и тьма поднялась, захлёстывая, стирая зеркало и лишая возможности что-то увидеть, ощущения, где верх, где низ. Темнота вновь была теперь неизменной: ни звука, ни проблеска света. Ичиго завис в этой пустоте, не понимая, что ему делать дальше. Идти не получалось, падения больше не было… В какой-то момент парню даже стало казаться, будто мягкое, словно вата, тёмное ничего начинает сжиматься, постепенно сдавливая со всех сторон. Вбирая в себя, растворяя… Ичиго заполошно дёрнулся, понял, что даже не может сказать, точно ли совершил какие-то движения, и почувствовал, как его начинает накрывать страх. Осознание, что на полном серьёзе может потерять себя, своё «Я», резануло острой паникой, тем самым глубинным страхом, который невозможно взять под контроль, загнать в рамки твёрдой волей. Единственным способом найти хоть какую-то точку опоры оказалось прикосновение к самому себе — осязание работало пока что исправно. Но… Ичиго опускал — точно опускал, без иных вариантов — взгляд вниз и не видел себя. Лишь непроглядную тьму. Видимо, не зря Тенса говорил, что пути назад не будет. Вот только и вперёд его тоже не было. Паника потихоньку стихала, сглаживалась окружающим ничто, буквально поглощалась тьмой. Резко в памяти огнём вспыхнули родные и едва не подзабытые слова… Отбрось свой страх. И вот уже ни паники, ни страха нет. Выпиты бездонной пустотой полностью, до последней капли. Смотри вперёд. Тьма под пристальным, уверенным взглядом заклубилась, стала меняться. Теперь Ичиго видел, что с ней что-то происходит. Она словно чуть выцветала и расступалась… Иди вперёд. И — о чудо! — под ногами появилось ощущение твёрдой поверхности. Парень шагнул ещё раз, потом ещё и ещё, постепенно ускоряясь. Промедли — и ты состаришься. И в голову Ичиго невольно закралось понимание: он не знает, сколько здесь находится. Минуты? Часы? Дни?.. Тьма не позволяла хоть как-то отследить течение времени, так что пребывание тут могло оказаться как мгновениями, так и вечностью. Вот только вечности у Ичиго не было. Поэтому он сорвался на бег, прорываясь сквозь ватные клубы тьмы. Что-то внутри твердило, что так правильно, а парень привык доверять своим ощущениям. Остановись — и ты умрёшь. И, словно вразрез со словами в памяти, перед Ичиго на некотором расстоянии из тьмы проступили контуры огромных врат и ещё одних чуть поменьше. Несколько шагов ближе, и очертания налились объёмом и цветом. Гигантские врата сияли светлым серебром, но от них шпарило невыносимым холодом, обжигающим даже на расстоянии. Вторые, более скромных размеров, переливались жидкой ртутью, то шли цветными разводами, то вновь казались стальным зеркалом. И Ичиго, понимая, что именно здесь ему придётся делать некий выбор, остановился. Тьма вокруг предупреждающе дрогнула, что могло значить лишь одно — времени на раздумья практически не было. С одной стороны, безумный холод серебряных врат очень напоминал отголоски, ощущаемые от реацу квинси. Да и металл как бы намекал… Так что наиболее логично было выбрать именно эти врата, ведь пришёл сюда парень именно за наследием квинси. Только вот… интуиция тихо шептала, что эта дверь пока что не та, что нужна. И тянула смутным ощущением родства и правильности ко второй, текучей и непонятной. Пространство вокруг дрогнуло ещё раз, уже куда сильнее, и Ичиго, решив вновь довериться своему чутью, быстро пошёл к малым вратам. Ноги словно чуть липли к поверхности, замедляя и заставляя прикладывать больше усилий. Но Ичиго упрямо добрался до свой цели и решительно толкнул створки. Врата резко распахнулись, и парень, сделав по инерции шаг вперёд, рухнул в странно плотную жидкость стального оттенка. В голову навязчиво лезло сравнение с ртутью. Жидкость, словно живая, вытолкнула его из себя, текуче двинулась вдаль, потоками складываясь в букву… И будто взорвалась изнутри, окатывая брызгами. Ичиго показалось, что его на миг ошпарило кипятком. А потом он открыл глаза у основания небоскрёба, через который и отправился на испытание. Дверь вновь была закрыта и наглухо заперта. Внутри что-то гулко ныло, как после ожога. Ичиго просто лежал, смотрел в небо, стараясь не обращать внимание на таящие рядом завитки теней, и думал. Слова активации шикая внезапно оказались способны провести его сквозь испытание освоения наследия квинси. Невольно рождался вопрос, принадлежала ли эта фраза действительно настоящему Зангецу… или была изначально для сил квинси? Ведь не Хичиго их ему сказал когда-то, а именно Тенса. И, чтоб его, это имело смысл! Стоило чуть позже прояснить этот вопрос с занпакто и, если предположения верны, вытрясти из Хичиго настоящую фразу активации. На лицо упала тень. — Ты справился, Ичиго, — Тенса вновь выглядел чуть старше парня. — А теперь смотри внимательно. Видишь нити? — Наверное? — что-то смутно сверкало на границе восприятия, словно бы не во внутреннем мире, а во внешнем… Но тянущиеся куда-то серебряные лески он действительно мог различить. — Потянись к ним, пожелай перерезать и ухватить, — велел Тенса с интонациями, с какими раньше говорил встать и продолжить сражаться, так что выполнить указания вышло больше инстинктивно. — Ух, — парень невольно поморщился, когда рассечённые нити остро коснулись того самого, саднящего; неприятные ощущения стали отступать. — Теперь всё. Ни твоих родных, ни штернриттера, ни тебя самого больше не отследят. Связи нет, — кратко высказался и добавил, — Тебе пора возвращаться. Скоро очнётся гость, а ты вроде сам собирался разъяснить ему что да как.

***

Настоящий момент. И вот теперь, ещё раз прокрутив в голове совсем свежие воспоминания и странно чётко ощущая как ожидающего продолжения Бернхарда, так и остальных Куросаки, да и Цан Ду впридачу, парень даже не знал, что сказать. В голове крутились смутные подозрения, постепенно становящиеся вполне обоснованными предположениями. И чем дальше, тем яснее Ичиго понимал, что Тенса, похоже, неспроста не пожелал посвящать его в детали, да и в целом был не сильно за. Но останавливать не стал. И нити… перерезав связь, ведь нужно чем-то её стабилизировать, чтобы не навредить подобным вмешательством. — Я, похоже, разорвал вашу связь с Яхве и каким-то образом замкнул её на себя, — озвучил Ичиго вывод, не зная, как на это отреагирует старший Куросаки. — Так вот, что это было за ощущение, — острым взглядом словно резануло… а потом Бернхард усмехнулся в усы. — Пусть я не представляю, что нужно, чтобы провернуть подобное, но нам определённо теперь стоит поблагодарить тебя. — Вы не… ну, недовольны там, не сердитесь? Я ведь не спросил вас, — парень не хотел портить отношения с семьёй. — Нет. Более того, все будут рады, — отметил квинси и пояснил, — Наше выживание и так не предполагалось ещё тогда, пять веков назад, а сейчас и вовсе приходилось жить с опасением, что нам грозит аусвелен вплоть до последней капли реацу. И избежать его с учётом шрифта Яхве возможным не представлялось. — А теперь вы для него будете словно погибшими, — осознал Ичиго, а потом не удержал любопытство, — Мне казалось после рассказа Кирсы, что шрифты есть лишь у штернриттеров. — Потому что им их дал сам Яхве. А свой пробудил самостоятельно, гораздо раньше, — пояснил, не видя смысла скрывать. — Мне никогда было не понять стремления держаться именно в рамках латинского алфавита, но видимо Император выбрал это в подобие своему. У него ведь литера «А», «The Almighty». И она ни у кого больше не повторялась. — Ясно, — кивнул Ичиго, сдерживая желание ругнуться, и, наверное, решился бы на ещё один вопрос, если бы не почувствовал, как в специально выделенном зале открывается переход из Дзигоку. — Похоже, к нам в гости соседи пожаловали. Я пойду. — Мне всё равно надо сообщить остальным, — понимающе отметил Бернхард и ушёл первым. Ичиго же направился в сонидо к залу, теряясь в догадках, что могло произойти, чтобы к ним пожаловал кто-то из Дзигоку. Да и кто конкретно наведался, тоже было пока загадкой. Однако когда парень ступил в помещение уже в сопровождении тоже ощутившего подобие гарганты Улькиоры, сквозь багровый переход, окаймлённый синим, просачивалась вполне знакомая реацу. И эмоции в ней радости не вызывали. Почему-то всплыл в голове разговор про наблюдения и невозможность вмешаться. Улькиора, ощущая настороженность Ичиго, и сам подобрался. Наконец синий ореол чуть вспыхнул и потух, выпуская наружу чем-то очень озадаченную и недовольную Судьбу. Хотя парень, честно говоря, был до этого уверен, что её из Дзигоку не вытащить и на привязи. По крайней мере, Смерть что-то такое упоминала… — Так. Это уже ни в какие ворота, знаешь ли! — сходу выдала девушка с гневным прищуром. — Тебе титула Владыки мало?! — Погоди, — прервал её парень, буквально кожей ощущая от стоящего чуть позади Улькиоры подобное своему удивление. — Ты вообще о чём? — Хочешь сказать, что ты не бросал совсем недавно Вызов Императору? — подозрительно осведомилась у него Судьба. — Ну, — и Ичиго, сначала собиравшийся сказать, что вообще-то с ним сражался, запнулся. — В каком смысле «вызов»? — Кажется, и правда не понимаешь… — уже спокойнее изучила его внимательным взглядом девушка. — Значит, пойдём иным путём. Делал в последнее время что-нибудь, что могло посягнуть на область влияния Императора? — Допустим, было немного, — осторожно отозвался: перехватил же нити… и совсем недавно. — Немного, — передразнила его Судьба. — Что же, поздравляю: ты, сам того не понимая, обеспечил себе весёлую жизнь. Глубину веселья обозначу без лишних ушей. — Улькиора, выйди, пожалуйста, — парень видел, что та не шутит и дело серьёзное, так что мягко отослал. — Как скажете, — склонил голову и покинул помещение, а там уже его очень быстро нашли дела. — Ну а теперь слушай внимательно и не смей перебивать, — интонации Судьбы потяжелели. — Ты вляпался по самые уши. И никак уклониться не сможешь даже при всём своём феноменальном везении на невозможное. Я знаю про Вызов только потому, что всегда была в ближнем кругу Эммы, а он этот вопрос после становления Царём подробно изучил. Древний как мир ритуал, позволяющий заполучить титул одного из четырёх правителей. Вызов может бросить только тот, кому по силам принять всю полноту последствий в случае успеха. И, как и все древние ритуалы, этот весьма категоричен. Теперь ты вынужден биться с Императором за его титул до смерти одного из вас. Без права отказаться, отступить или свести всё к ничьей. Победишь ты — возьмёшь титул Императора со всем прилагающимся. Победит он… останется при своём и ещё и твой титул заберёт. Со всеми вытекающими последствиями для Уэко Мундо. — И что мне с этим делать? — ставки выросли настолько серьёзно, что Ичиго был попросту растерян. — Готовиться, — отрезала демон, а потом всё же смягчилась, — Раз у тебя получилось бросить Вызов совершенно неосознанно, значит, ваши шансы на победу у обоих схожи. Уверена, что ты сможешь правильно разыграть имеющиеся у тебя в наличии козыри. Но времени у тебя в обрез. И бой обязан быть один на один. — Да понял я уже, — тяжело вздохнул, взлохматив волосы на затылке. — Рассказать-то об этом кому-то можно? — Препятствий нет, — качнула головой, потом подумала немного и решила, — Тот артефакт, о котором мы тогда договаривались. Я сделаю его более мощным и способным работать на энергиях разных свойств. Что-то мне подсказывает, что тебе это понадобится… И не смей проигрывать. С этими словами Судьба махнула рукой и скрылась в распахнувшемся переходе. Ичиго невольно захотелось просто взять и сбежать куда-нибудь на край мира, где он не станет в очередной раз какой-нибудь козырной картой для победы или того хуже — единственной переменной, от которой будут зависеть чужие судьбы. Нетрудно было догадаться, что станется с измерением пустых, попади оно под контроль родоначальника всех квинси — перед глазами так и вставал горящий голубым пламенем и напитанный кровью песок. Нет, определённо единственным вариантом было победить. Но никогда ещё возможность поражения не давила на плечи сотнями тысяч жизней… Если не миллионами. В конце концов, точной численности собирающихся со всего измерения живых пустых Ичиго не знал. «Я не знал, что это будет иметь подобные последствия, — тихо отозвался на мысли Тенса. — Но это был единственный способ осуществить задуманное тобой без вреда для твоих родных. И прекрасная возможность сделать тебя ещё сильнее, чтобы в следующий раз печать на части сил не стала помехой». «Что уж теперь, сделанного всё равно не воротишь, — парню нужно было взять себя в руки и прикинуть, что возможно сделать, — Но теперь, так понимаю, осваивать наследие квинси придётся в ускоренном темпе». «Не думаю, что это займёт у тебя слишком много времени, — немного непонятно отметил Тенса. — В любом случае, сначала разберись с подготовкой как синигами, так и пустых, а потом уже можно будет заняться освоением». Тихо хмыкнув на явный оптимизм по отношению к быстроте выполнения обрисованных задач, Ичиго направился к Тоширо, который ещё не покинул измерение. Вернутся вдвоём, заодно парень спросит совета у друга по щитам, способным выдержать полную мощь Хёринмару. Ну и, само собой, Ичиго рассчитывал, что Мурамаса, которого Хицугая должен был привести в норму, сможет подсказать, отчего лицо воспитателя Яхве показалось в видении таким знакомым.