Ты - моё всё

If nothing saves us from death, at least love should save us from life.

***

Драко проснулся в холодном поту. Дрожь охватила все его тело, руки тряслись. Этот сон был таким реальным, что Малфою казалось, что все происходит наяву. «Боже, всего лишь кошмар, всего лишь кошмар!» — пронеслось в его голове. Он заметил, что уснул на груди у Гарри. Не сдержав улыбки, он подумал, что было бы неплохо пройтись, но тут же приметил одну не предвещающую ничего хорошего деталь, которая была в его сне: у Гарри был жар. — Твою мать! — не раздумывая, он вылетел из лазарета и направился в комнату лекарши. Парень кратко объяснил всю ситуацию. Недовольная женщина подскочила, обула бежевые тапочки и маленькими, но быстрыми шажками, помчалась в лазарет. Подойдя к койке Гарри, она взяла с тумбочки фиолетовый пузырек и, приоткрыв рот брюнета, влила содержимое. Драко, как и во сне, застыл в проходе. Он молча следил за всеми действиями лекарши. Через минуту женщина отошла от койки и повернулась к Драко. Он внимательно смотрел на нее. — Все хорошо, мальчик мой. Такое бывает. Я дала Гарри специальное лекарство. — лекарша перевела взгляд на тело Поттера. — Если у него снова начнется жар, то не медли, и сразу влей это лекарство ему в рот. — она указала на флакончик с фиолетовой жидкостью. — Все, я ушла. Женщина развернулась на маленьких пухлых ножках и направилась к выходу. — Спасибо вам большое. — крикнул Драко ей вслед. — Не за что, мальчик мой. Зови меня мадам Поттс. Лекарша вытянула губы в улыбке, а затем удалилась, закрыв за собой огромную дверь лазарета.

***

Всю ночь Драко провел в раздумьях. На утро он решил позвонить Гермионе, и через пару минут она была уже в больнице. — Все хорошо? — девушка сразу же кинулась к кровати, на которой до сих пор лежало такое же неподвижное тело Гарри. — Сегодня ночью ему стало хуже, но мадам Поттс все исправила. — уголки губ Драко медленно поползли наверх. — Мадам Поттс? — брови Гермионы поднялись на лоб, выдавая ее вопросительное удивление. — Ну-у, — протянул блондин, почесывая затылок. — лекарша. — Поняла. Гермиона придвинула стул к постели и взяла Гарри за руку. — Я говорила с Роном. — резко произнесла она. — И что он сказал? — Отрицал все. Я даже на секунду поверила ему, но когда я сказала ему, что Гарри в больнице, он сразу задумался и трансгрессировал куда-то. — Гермиона подняла голову, печально посмотрев на Драко. — Я думаю, он не рассчитывал на то, что Гарри выживет. — Вот ведь мразь! — прорычал слизеринец. — К сожалению, соглашусь. — грустно протянула Грейнджер. Немного обдумав свои мысли, Драко произнес: — Я найду его, и перекрошу все его зубы в кашу, а потом заставлю его давиться собственной кровью. — желваки заходили на бледных скулах, а глаза загорелись огнем. Он сжал кулаки настолько сильно, что на ладонях остались раскрасневшиеся полумесяцы. — Боже, Драко! — вспыхнула Гермиона. — Давай просто сдадим его министерству! Они сами разберутся с ним, я думаю его отправят в Азкабан. Там то уж знают, что делать с такими. — Разумеется, Грейнджер. — ответил блондин на разъяренную речь, а затем, ухмыльнувшись, произнес. — Но перед этим я лично должен познакомить свой кулак с его веснушчатым еблом! — А знаешь, я согласна! Отомсти ему за нашего Гарри! — Нашего? — Малфой удивленно изогнул бровь. — Будешь отрицать? — усмехнулась Гермиона. — И не собирался. Наступило минутное молчание. — Я хочу, чтобы ты была рядом с ним, пока меня не будет. Ты же не собираешься уходить? — Нет-нет, я останусь. Иди. — девушка одобряюще кивнула, а затем уставилась в раскрытую книгу о проклятьях, которую взяла с собой. Драко подошел к неподвижному телу Гарри и взял его руку, заключив ее в своих горячих ладонях. Холодные кисти Поттера моментально вернули былое тепло, приобретая более розоватый оттенок кожи. На секунду Драко показалось, что глаза Гарри дрогнули, но он свалил все на разыгравшееся воображение и желание, чтобы все было хорошо. Какое-то время Малфой не выпускал руку, изучая каждую деталь лица Гарри, и отмечая для себя, что молнии на его лице постепенно бледнели и начинали пропадать. Сначала он вспомнил тот ужасный сон, но мигом отбросил эти мысли. Уходя, он объяснил Гермионе, что делать, если у Гарри снова начнется жар, а затем спросив примерное местонахождение Рона, аппарировал туда.

***

Я был словно в небытие. Душа летала где-то, слыша знакомые голоса. Один из них был настолько близко, что казалось я мог дотянуться до него рукой и ощутить приятное тепло. Но у меня не было рук. Я не имел оформленного тела. Что я есть? И где я есть? Нескончаемые вопросы, на которые я не находил ответа. И рядом не было никого, кто бы мог просвятить меня. Заберите мою душу отсюда, мучительная пытка находиться вдали от манящей близости родного тела. Это терзает. Убивает.

***

Через мгновение Драко был на неизвестной ему площади. «И где этот чертов сукин сын?» — пронеслось у него в голове. Он пошел прямо по улице, пряча руки в карманы. Пару секунд назад он держал Поттера за руку, а сейчас идет разбивать лицо его лучшего друга. Весело жизнь сложилась. Однако Малфою была приятна мысль, что он может отомстить этому рыжему мерзавцу. Драко завернул за угол, где сразу наткнулся на неприятную для его глаз картину: в конце довольно людной улицы около хозяйственного магазинчика стоял младший Уизли, разговаривая с каким-то неизвестным человеком. «Попался, гадёныш!». Еще с минуту они разговаривали, а затем разошлись. Рональд направлялся прямо в сторону Драко, поэтому последний решил встретить его из-за угла. Дождавшись, пока Рон завернет в подворотню, Драко вышел и оттолкнул его к стене, от чего Уизли неожиданно вскрикнул, с глухим стуком ударившись об кирпичное здание. — Какого чер… — хотел начать Уизли, но Малфой прижал его к стене, вцепившись рукой в горло. — Заткнись! — прорычал Драко, сжимая руку на шее рыжего так, что бледнели костяшки. — Сейчас начнешь отрицать, что не ты проклял Гарри, да? — Какое тебе дело до этого идиота? — выдавил Уизли, мгновенно получив удар в челюсть. — Такое! Не твое дело, козел! — Аа, я все понял. — с ухмылкой протянул Рон. — Ты втюрился в нашего героя. А я то думал, чё ты трешься вокруг него! Уизли рассмеялся, временами покашливая из-за руки, которая сдавила его горло словно с новой силой. Увидев недоумевающее лицо Драко, он оттолкнул его и нанес ответный удар, который пришелся прямо в глаз слизеринцу. Блондин повалился на землю и прижал рукой только что раненый глаз. — Теперь не такой смелый, Малфой? — Уизли склонился над ним, уперевшись руками в колени. — Не слышу ответа. Решив не отвечать, Драко со всей силы пнул ногой прямо в пах Рона, отчего тот скрючившись повалился рядом. Не упуская момента, Малфой навалился на болезненно закрывавшего место удара Уизли, и занес кулак над ним. — Перед тем, как я разъебу твое лицо, ответь на один вопрос. За что ты так с лучшим другом?! — запыхавшись произнес блондин. — Никакой он мне не лучший друг! Вернее, он был им, но сначала он променял меня на тебя, а затем кинул мою сестру! Этот мерзкий козел променял тех, кто его любил, на тебя! На тебя, твою мать! — прокричав это, лицо Уизела снова встретилось с покрасневшим от побоев кулаком Малфоя. Этот удар пришелся Рону гораздо больнее, и на этот раз он получил прямо в скулу, тем самым заставляя ее кровоточить. — Любили, говоришь? Поэтому вы со своей мерзкой сестренкой решили отравить его?! — полыхал Драко. Желваки часто заходили на его скулах. — Джинни вообще не при чем! Она была против всего этого! Не смей приплетать ее сюда, противный хорёк! Драко снова занес кулак для мощного удара, но не успел он долететь до веснушчатого лица, как встретился с асфальтом. На месте, где секунду назад лежал Уизли, было пусто. Малфой схватился за свою руку, и заметив сильно кровоточащие избитые костяшки, пыхтя, отполз к стене, прижавшись к ней спиной. — Трансгрессировал, гадёныш. — прошипел Драко, подняв голову наверх. Темные облака пасмурно расположились на светлом небе. Немного потупившись, он принял решение вернуться в больницу. Как только он очутился в лазарете, Гермиона оторвалась от книги, с вскинутой бровью оглядев Драко с головы до ног. — Тебе, видимо, тоже досталось. — пролепетала она. — Как видишь. — ответил Малфой, подходя к койке. — Но не переживай, ему попало не меньше. — он перевел взгляд с Гермионы на Гарри. — Как он? — Пару раз пришлось звать мадам Поттс, ему как будто становилось хуже. — девушка поникла. — Но она сказала, что все нормально и такое может случаться. Почему-то я не особо ей верю. Кстати говоря, очень сложно осознавать, что это проклятие наложил именно Рон. Он никогда не был силен в зельеварении, а это настолько сильное зелье, что в книгах о нем нет информации. Конечно, оно есть в ней, и находится оно в разделе «Опасные зелья» в главе про зелья-проклятья. Ничего, кроме «смертельно опасно» там не сказано. Я думаю его готовил не Рон, или тот, кто был с вами на встрече, Роном не являлся. Как думаешь? Драко пропустил все мимо ушей. Он сидел на стуле рядом с кроватью, сильно сжимая руку Гарри в своей, и наблюдая, как то бледнеют, то будто огнем вспыхивают молнии на его лице. Он уже видел подобное поведение проклятья, когда уходя, держал его за руку. «Скорее поправляйся, Гарри. Мне без тебя совсем плохо.» — пронеслось в голове Драко. — Эй, приём! — воскликнула Гермиона. — А? — О чем задумался? — Да так… — взгляд Малфоя снова упал на Поттера. — Все ясно. — усмехнулась Грейнджер. — Мне пора, уже вечереет. Завтра я снова навещу его. Пока! — Давай. Девушка сложила все книги в сумку, окинула взглядом на прощанье ребят, и скрылась за дверью. Драко, не отрываясь от рассмотра гриффиндорца, мягко опустился ему на грудь, и через какое-то время уснул. Он очутился в каком-то непонятном месте. Оглянувшись по сторонам, он услышал плач. Немного пройдя за угол, он увидел Гарри, который истекал кровью и молил о помощи. — Драко, отпусти меня… — Гарри, о чем ты? Малфой кинулся к нему, но когда он пытался приблизиться, он отдалялся все дальше и дальше от Гарри, беспомощно тянувшего к нему руку. — Какого черта? — произнес запыхавшийся слизеринец. — Драко… Малфой резко подскочил."Опять сон.» — подумал он. Уже светало. Лучи солнца пробирались через огромные витражные окна, заставляя весь лазарет заливаться солнечным светом. Драко взглянул на Гарри и остолбенел. От молний и следа не осталось. Драко прикоснулся к теплым щекам Гарри своими пальцами: по его щеке скатилась непрошенная слеза, которую он тут же смахнул рукавом своего худи. Глаза гриффиндорца немного сожмурились, а затем слегка приоткрылись, оценивая обстановку вокруг. Счастью Драко не было предела. — Боже, Гарри! Гарри, ты очнулся! — он наклонился к брюнету и поцеловал его в лоб, продолжая прижиматься ладонями к его щекам. — Ччто?.. — произнес гриффиндорец, еле шевеля губами. — О, Мерлин, я так рад! — продолжал восклицать Драко. Гарри уже почти пришел в чувство, и смог полным взглядом обвести все вокруг, задержав его на блондине. — Малфой? А ты что тут делаешь? — неожиданно возмутился брюнет. Драко с недоумением посмотрел на него, явно не ожидая таких первых слов. — В смысле? Я все время был с тобой, Гарри! — Фу, Малфой, заняться что-ли нечем? И что за «Гарри»? — фыркнул Поттер, сведя брови к переносице. — Ччего?.. Гарри с пренебрежительной улыбкой убрал руки Драко со своего лица, поднимаясь с кровати. — Че уставился, Малфой? — резко выдавил Поттер, заметив, как тот с недоумением смотрит на него. — Ты кстати не в курсе, Джинни приходила? Может она записку какую оставила, а то скучаю по ней, пиздец. Драко не верил своим ушам. Джинни? Он скучает по Джинни? Какого черта?! — Ты еще тут, Малфой? Не мозоль мне глаза своим присутствием, пожалуйста. — произнес Гарри, язвительно выделяя последнее слово. — Тебя я сейчас хочу видеть в последнюю очередь.