Беллис, залечи моё сердце!

День был ясным. Я с Бетти давно не ходил на свидания. В коем-то веке я решил позвать её на ужин. На свидание, инициатор которого был я. На меня не похоже, поэтому она удивилась. Оделся я как обычно. Старая толстовка, кожаная куртка и мои любимые потёртые "вансы". Шапку я решил не одевать, чем я ещё больше удивил Купер. Взявшись за руки, мы пошли в бар "La Bonne Nui", в котором нас ждала Вероника. Она была подавлена, но всё равно одарила нас радушной улыбкой и посадила за лучший столик в заведении. Бетти была в красивом серебряном платье, которое открывало её плечи. Вероника принесла мне лучший бифштекс в моей жизни с такой же грустноватой и натянутой, словно маска, улыбкой. Бетти же она принесла фуагра, гусиная печень. Бетт разрешила мне её попробовать и она была настолько божественной, что после огромной порции мяса, я решил заказать печень и себе. Я рассказал Купер о том, как Фог однажды застрял ногой в яме бухим в зюзю и заснул там же, на парковке. Бетти смеётся. Её смех бесподобен. — А как там твой отец? – спрашивает она и моя улыбка моментально гаснет. — Беттс, не говори со мной больше о родителях, – говорю я, проглатывая кусок гуся. — Почему? Ты же всегда нормально относился к разговорам о семье! – восклицает Купер и я ударяю кулаком по столу. — Я сказал не говорить со мной об отце! – кричу я и на нас оборачиваются соседние столики. — Извините, – тихо говорит Бетти другим людям и потом опускает глаза, замолкнув. — Ты же не обижаешься? – спрашиваю я уже спокойнее. — Нет, Джагхед, обижаюсь! Ты накричал на меня из-за вопроса об отце, от него ни слуху ни духу уже кучу времени! – кричит она. — Мой отец чуть не покончил с собой, пойдя бухим на стрелку с Упырями! – кричу я в ответ, встав и оперевшись на стол руками. — Какого хрена ты мне не сказал об этом?! Я могла бы... – говорит Бетт. — Помочь? Помочь?! Ты постоянно лезешь не в своё дело! Может, хватит? – кричу я. — Может, хватит мной поучать?! Я взрослый человек, который сам в праве решать, что делать! – кричит она, размахивая руками. Я оглядываюсь, Вероника стоит в шоке, смотря на это шоу. Осталось дать ей в руки миску попкорна и 3Д очки. Я усмехаюсь. — Бетти! Очнись! Раскрой глаза! Если ты думала, что у нас всё всерьёз и надолго, то вспомни, что я говорил три года назад. Долго мы не протянем... – вижу, что её глаза наполняются слезами. Щёки просто горят. Беру свою куртку и швырнув в Веронику сотней баксов, выхожу из ресторана. Натягиваю куртку и на лоб сразу капает дождь. Бегу к Саутсайду, мне нужен бар, алкоголь, возможно те дорогие сиги, которые всегда приносит Свит. Забегаю в Белого Змея и удивляюсь, что в нём почти никого нет. Беру с полки Беллис и наливаю себе в рюмку. Затем ещё одна, потом стакан, а после и вовсе из горла. Проходит около часа в обнимку с бутылкой Беллиса, я пьян не настолько, чтобы не мог стоять на ногах, но всё же пьян. В бар заходит девушка. Прямо-таки рыжеволосая Кровавая Мэри Ривердейла. Алая помада чуть размазана. Огненно-рыжие волосы спутались в объёмные кудри. Её красное платье прилипло к бёдрам ещё больше. Она садится рядом со мной. — А я думала, что такие горячие парни, как ты не будут пить посреди столь дождливого дня, – говорит она сладким голосом, я ухмыляюсь. — Да уж. Такие горячие парни, как я не пили бы, если не поссорились с девушкой из-за фигни, – говорю я, делая неизвестное мне число глотка второй бутылки Беллиса. — Будь добр, налей мне тоже в стаканчик, у меня такая же проблема, – говорит она и я подаю ей стакан с молочной смесью. — С парнем поссорилась? – спрашиваю я, наливая и себе. — Да, с таким мудаком попробуй не поссорься, – бормочет она, болтая стакан по кругу. – Шерил Блоссом, – она глядит на меня и улыбается. — Джагхед Джонс. Ну, за знакомство и против ссор в отношениях из-за фигни! – говорю я громко, поворачиваясь к девушке и поднимая стакан с алкоголем. Мы чокаемся и выпиваем. Дальше всё, как в тумане. Мы смеёмся, я помню, как провожаю Шерил домой и мы договариваемся потом пообщаться. Я киваю ей и сказав "пока", иду к себе в трейлер. Засыпаю почти сразу, как только моя голова касается подушки, но я нахожу в себе силы снять с себя всё, кроме боксёров и кинув телефон на журнальный столик, плюхнуться на диван, погрузившись во сны о рыжеволосых дамах и ссорах с блондинками.