В Заключении

К сожалению, поздний разговор Бретта и Эдди не заставил их чувствовать себя лучше. Близость в те моменты теперь ставила их в странное положение тоски по друг другу, хоть они и боялись вновь входить в контакт. Весь гнев и чувство обиды на Эдди ушли после объяснения его действий. Низкий юноша каждый день желал вернуться в тот офис, забраться под одеяло и разговаривать с надзирателем часами напролет. Они любили разговаривать друг с другом, признают они это или нет. На следующее утро все, в отделении Бретта, выглядели более разговорчивыми, чем обычно. Не с ним, конечно, но друг с другом. Он услышал слова о ситуации прошлой ночи, а кто-то сказал, что надзиратель был в гневе. Он знал о драке, но не знал деталей. Детали, такие как те двое, которых Эдди пытался задержать, буквально постарались втянуть и его в драку. Бретт услышал от заключенного, что те двое сейчас в плохом состоянии после попытки противостояния авторитету Эдди. Было бы забавно, если бы он не услышал, что Эдди так же в не самом лучшем состоянии. Его нос был сломан из-за направленного удара, и это застало его врасплох. Новости о травме погрузили Бретта в грусть. Он хотел прийти в офис Эдди и выяснить точные детали произошедшего, но он чувствовал что, во-первых, Эдди не в настроении для гостей, во-вторых, Бретт все равно ничего сделать не сможет. Максимум, что он может для надзирателя - эмоциональная поддержка. Эмоциональная поддержка была весьма ценной в тюрьме, но это было бы весьма непристойным, будь она между заключенным и надзирателем, и ввела бы их обоих в серьезные неприятности. Бретт думал об этом все время, направлясь в библиотеку. Рабочий день был медленным, как обычно. Чтение не было чем-то таким, что другие заключенные ставили бы это в приоритеты. Но Бретт любил это. Он тратил весь день уткнувшись носом в книгу. Это было отличным отвлечением от беспокойства за Эдди и осознания своей беспомощности. Спустя лишь десять минут после окончания рабочего дня Бретта дверь в библиотеку с грохотом открылась. Бретт нахмурился и увидел разъяренного на вид Эдди, что идет к нему. Площадь вокруг его носа была покрыта пятнами синего с пурпурным, продолжаясь до глаз. Он прошел к переду угла стола, за которым сидел Бретт, и ударил руками стол. "Я знаю, кто ранил тебя," сказал он низким голосом. Бретт с неудобством поерзал на стуле и слегка отодвинулся. "Ладно?" Усмехнулся он, стараясь показывать себя нейтральным. Он не был уверен, злится он или боится. Он просто рад, что они одни в помещении. "Мне нужно сделать кое-что, Бретт. Я не могу оставить это. Не только из-за наших... что бы это ни было". "Да, ну и что же это? Зачем ты пришел и сказал мне это?" "Подумал, что ты должен знать," ответил Эдди, щюрясь в сторону Бретта. Он не понимал такого ненавистного отношения к нему с его стороны, когда они почти держались за руки тем утром. Но он полагал, что жар и холод, это то, с чем они имеют дело. В любой удобный момент, один из них мог стать тупиком для другого. Такова их природа. "Спасибо," промямлил Бретт. Эдди сжал свои губы. "Что с тобой не так?" Высокий парень спросил. Бретт пожал плечами и вернулся к чтению книги. "Знаешь," Эдди вздохнул, "Ты не должен быть таким неуважительным по отношению ко мне". Бретт вновь усмехнулся и с силой отложил книгу в сторону. "И что же ты сделаешь?" Эдди не привык к таким вызовам, и он ненавидел это. Конечно жар и холод - вещи понятные. Им с этим придется сталкиваться еще долго. Но оно уже начинало сводить его с ума. Его эго уже было покрыто синяками с прошлой ночи, и он злился. Бретт совершал ошибку. "Ты проживаешь в мягкую жизнь в этой чертовой тюрьме, Янг. Но я не хочу, чтобы ты забывал, где ты находишься и какой на самом деле мизерной силой ты обладаешь, особенно по отношению ко мне. Ты не можешь разговаривать со мной таким тоном и думать, что будешь все время выходить сухим из воды каждый раз". "Это угроза?" метнул искру Бретт. Он окаменел, но старался максимально сдерживать свой страх к высокому человеку. Слабость не вариант. "Это предупреждение". Эти двое еще долгое время смотрели друг другу в глаза. Грудь Эдди была тяжелой, а кулаки продолжали сжиматься из-за долгой игры в гляделки, что кипятила ярость в нем, заставляя брать верх. Эта злость не была вызвана из-за их ссоры. Как раз таки наоборот. Эти оба были озадачены их странными отношениями, и в ярости, из-за неспособности продолжать это путем, который они хотели. Касание руки Эдди было спасительным светом для ужасного времени Бретта в тюрьме, и все, чего он хотел, так это взяться за его руку снова и не отпускать. Да, ему нравился Эдди, но скажи об этом прямо и станет еще хуже. Были промахи, что помогали расти очевидности безрассудной страсти Бретта к надзирателю, но он старался избегать их. И, очевидно, Бретт не единственный, у которого глубокие чувства. Эдди и не собирался интересоваться этим мелким парнем, но он был им заинтригован с того дня, как тот впервые вступил на порог его офиса. Малость Бретта и очевидность его нервов были забавными для Эдди с того дня. Но после того, как он обнаружил почему Бретта насильно затащили в это место, эмпатия и слепое увлечение начали расти. Короче говоря, это беспорядок. Никто из них не мог найти идеального баланса между дружелюбием и сдержанным поведением, а это только ухудшало их положение. Они думали об этом, на долгое время закрывая глаза, в этот неловкий период. Плотная тишина наполняла черствый воздух. "Ладно, - наконец произнес Бретт. - Мне жаль, сэр". Эдди ожидал почувствовать триумф, но нет. Вместо этого, он почувствовал вину и почти грусть. Он прочистил горло и развернулся, покидая комнату и захлопывая дверь за собой.