Con anima

Никогда ещё в своей жизни Юнхо не чувствовал себя так тупо, как сейчас. Он сидел на краешке стула, изучал взглядом лист с заключением врача и не мог поверить собственным глазам. Стоящий рядом Уен только и мог, что погладить растерянного шатена по голове и тихо, что ему не свойственно, произнести: -Ну чего ты так расстроился, хен? Ну, омега ты, ну и что? Компании все равно, а мы все точно тебя поддержим. Юнхо перевёл остекленевший взгляд с бумажки на Уена и со слезами в голосе спросил: -Правда? —пара слезинок скатилась по щекам, на что Уен взвыл и кинулся обнимать расстроенного омегу. -Ну не плачь ты, хен, у меня сердце разрывается, - причитал Уен, от волнения повышая уровень громкости всего голоса. -У вас тут все в порядке? —в дверной проем просунулась голова Сана, который, быстро оценив увиденное, заскочил в комнату и тоже кинулся обнимать Юнхо. -Я как чувствовал, что будет что-то не то. Юнхо-хен, послушай, пожалуйста, внимательно то, что я тебе сейчас скажу: результаты тестирования имеют значения для будущего планирования нашей деятельности, но не для нашей команды, понимаешь? Мы будем любить тебя в любом случае, так что не смей себя накручивать, хорошо? - Сан внимательно и серьёзно смотрел в заплаканные глаза Юнхо, пытаясь успокоить старшего своим уверенным тоном. - К тому же я догадывался о результатах, задолго до теста. -Как? – брови Юнхо взлетели вверх. Сан по-лисьи улыбнулся. -Ну, мы ведь соседи. А я наблюдательный. Уен перебил Сана. -И что ты мог заметить, наблюдательный ты наш? Если он сам не знал до сегодняшнего дня, что он омега. Сан улыбнулся шире и мечтательнее. -Это трудно объяснить на самом деле. Скорее внутреннее ощущение, интуиция может, я и сам не знаю. Но в твоей природе есть что-то мягкое и нежное, свойственное именно омегам, понимаешь? Думаю, все наши альфы это чувствовали, даже не осознавая. Уен завис на мгновение. -Да? А я ничего такого не замечал... -Ты сам омега, Уен, может поэтому, - предположил Сан. -Да я выше всех в команде, о чем ты вообще? Я даже и подумать не мог, что окажусь омегой! И мои родители были уверены, что я бета, они будут в шоке, когда узнают, - продолжил паниковать Юнхо. Сан взял его за руки и аккуратно погладил их по тыльной стороне. -Поверь мне, твои родители будут в восторге от такой новости. Да и ты сам скоро поймёшь, как тебе повезло. *** Спустя полгода Юнхо вспоминал этот разговор и думал о том, что Сан был пугающие прозорлив. Родители и правда были в восторге от такой новости, его мама даже всплакнула от счастья, а вся их команда приняла его гендерную принадлежность как нечто само собой разумеющееся. Хонджун как альфа стал к нему чуть мягче, с Саном у него и до этого были очень нежные взаимоотношения, кроме того, у Юнхо появилось больше тем для разговоров с Уеном и Минки. Кстати, именно Минки удивил команду сильнее всего, при этом сам не испытывая ни малейшего беспокойства на эту тему, и спокойным басом заявив, что всегда знал, что он омега. Пару шуток Сана на эту тему он небрежно проигнорировал и продолжил быть принцессой, заточенной в теле сурового рэпера. Сонхва предсказуемо оказался бетой, что совершенно не помешало Хонджуну периодически заглядываться на него, не предпринимая пока никаких решительных действий в сторону старшего и будто выжидая чего-то, ну а Есан был бетой и наслаждался собственной жизнью, не зависящей от гормонов. И лишь Чонхо держался словно чуть поодаль, соблюдая дистанцию, будто невидимый барьер разной гендерной принадлежности разделял их. Тем не менее, его взгляды и улыбки оставались такими же милыми и тёплыми, и Юнхо расслабился окончательно. И стал позволять себе чуть больше, чем позволял, будучи уверенным в том, что он бета. Он будто отпустил себя, позволил себе наслаждаться милыми мелочами вроде тёплой ванной с капелькой масла. Наконец-то он позволил себе быть собой, таким чувственным, каким он и был в общем-то всегда, скрывая это от посторонних и от себя. *** В тот день курьер принёс заказ чуть позже, чем он рассчитывал, и его с пакетом в руках застали абсолютно все. -Что это, хен? —ожидаемо сунул свой любопытный нос Уен. Внутри Юнхо едва шевельнулось раздражение - он не планировал посвящать команду в детали собственного досуга. Поэтому Уен получил лёгкий щелчок по своему носу и лукавую улыбку. -Ну хеееен, - завыл было тот, но был прерван. -Не приставай к нему, Уен-хен, если бы он хотел - рассказал бы, - было немного неожиданно услышать такое от Чонхо, Юнхо даже слегка повёл бровью, увидев невозмутимо смотрящего на него макне. -Сан, они меня обижают! Все в комнате прыснули со смеху, а Юнхо повернулся к лестнице на второй этаж, бросив через плечо: -Я буду в комнате. Если что - стучитесь. И ушёл, не заметив пристальный взгляд в спину. *** Юнхо недооценил настырность Уена, ведь стоило ему подняться наверх, как тот заскочил в комнату следом. -Ну хеееен, ну пожалуйста, покажи! —проныл он. Юнхо раздражённо выдохнул, признавая поражение. Уен от него просто так не отстаёт. Он присел на кровать и аккуратно достал коробочку из пакета, после чего раскрыл её, рассматривая содержимое. Уен, из-за плеча взглянул и ахнул: -Хен, это же... -Ага. -Ты носишь такое? -Время от времени. Услышав, как Уен подавился воздухом, Юнхо обернулся и, подняв бровь, вкрадчиво спросил: -По-твоему, я не должен? Считаешь это ненормальным? Уен активно замотал головой. -Конечно нет, хен, о чем ты вообще? Это же так красиво! Наоборот, мне не терпится увидеть это на тебе. Юнхо расслабил плечи и фыркнул. -Ещё чего не хватало. Я вообще не хотел свидетелей, ты сам за мной пришёл. -Но это и моя комната тоже! Юнхо улыбнулся. -Позволь мне побыть наедине с собой часик, пожалуйста. Уен скорчил рожицу и грустно вздохнул: -Ладно, так уж и быть, - он направился к двери. - Но я все ещё не теряю надежды увидеть это на тебе, хен! Юнхо рассмеялся. -Иди уже! Как только за Уеном закрылась дверь, Юнхо быстро скинул с себя одежду и принялся неторопливо, наслаждаясь мягкостью атласа и рельефом кружева, надевать обновку, периодически поглядывая в зеркало. Остались лишь чулки, которые шли в комплекте. Юнхо присел на кровать и начал аккуратно натягивать их. Правый чулок был на ноге, и Юнхо завис на мгновение. Это было изысканное зрелище. Он принялся за надевание второго. Послышался скрип двери. Юнхо вскипел мгновенно. "Уен, любопытная ты задница, ну я тебе устрою!" - подумал он, выпрямляясь, чтобы растерять весь свой гневный запал. В дверном проёме, широко раскрыв глаза, стоял Чонхо. -Ты чего здесь делаешь? - рассерженным котом прошипел старший. -Я это, кхм, поговорить хотел, - произнёс макне, не отрывая взгляда от тела Юнхо в атласно-кружевном великолепии. -Перестань пялиться на меня! – возмущенно воскликнул старший. Чонхо закрыл дверь, не отрывая взгляда от старшего. -Это… весьма проблематично сделать, хен. Юнхо постарался прикрыться руками, понимая бесполезность этого мероприятия. -Почему это? —буркнул он возмущённо. -Ты слишком красивый, хен. Когда мне ещё представится такая возможность? Юнхо подскочил с кровати. -А ты часом не офигел, мелкий? —рявкнул он и тут же пожалел о сказанном: он увидел как глаза Чонхо рассерженно прищурились, в по комнате стал распространяться наэлектризованный запах рассерженного альфы. Чонхо сделал шаг к старшему и гневно произнес: -В этом вся проблема, хен, да? В возрасте? Или может быть в росте? - Чонхо придвинулся вплотную. - Ну давай, не стесняйся, хен, скажи, что ещё тебя во мне не устраивает? Юнхо опешил, слегка испугавшись такого напора. -Чонхо... -Объясни мне, хен, почему ты не видишь во мне альфу, я словно пустое место для тебя! —с горьким отчаянием продолжал младший. - Я смотрю на тебя каждый день, каждую свободную минуту, но ты этого не видишь. Я схожу с ума на каждой тренировке, наблюдая, как ты танцуешь. Ты вообще все время сводишь меня с ума! Так скажи мне, почему, почему ты в упор меня не замечаешь? Из глаз Юнхо полились слезы, и весь гнев Чонхо как ветром сдуло. Его феромоны перестали транслировать гнев, и спокойный мускусный запах окутал Юнхо. Чонхо вплотную подошёл к омеге, обнял его за талию, проводя кончиками пальцев по обнаженной коже, и начал целовать его залитое слезами лицо. -Я напугал тебя? Прости. Прости меня, пожалуйста, хен, я не хотел. Я так люблю тебя, хен, я не знаю, какие слова мне ещё подобрать, чтобы ты мне поверил. Ну же, хен, -Чонхо посадил старшего на кровать и встал перед ним на колени. Он продолжал целовать его лицо, вперемешку со сбивчивым шепотом: -Я так люблю тебя, хен, меня просто разрывает от любви. Дай мне всего один шанс, пожалуйста, хен, я докажу тебе, что могу быть достойным альфой, только не гони, не отталкивай меня, пожалуйста, - отчаянно шептал Чонхо, чередуя слова с поцелуями. Юнхо прикрыл глаза, вдыхал запах Чонхо и думал, что никогда ещё не чувствовал себя таким маленьким и хрупким, таким желанным, как сейчас. Шатен поднял с колен Чонхо и завалился на спину, утягивая альфу на себя. Под тяжестью чужого горячего тела ему было неожиданно хорошо, он почувствовал волну возбуждения, спускающегося по позвоночнику вниз. Его природный запах усилился. В глазах Чонхо, казалось, засветились звезды. -Юнхо, - прошептал он. - Спасибо. Спасибо! —и впился поцелуем шатену в губы, проталкивая язык между тонких губ омеги, изучая рот изнутри с невероятным энтузиазмом. Он шарил руками по его телу, будто интуитивно чувствуя, как прикоснуться так, чтобы омега потерял голову. Он медленно спускался поцелуями вниз по телу Юнхо, аккуратно сдвигая тонкое кружево бюстгальтера, чтобы уделить внимание соскам выгибающегося под ним омеги. Чонхо нежно водил руками по животу Юнхо, кружа пальцами вокруг края кружевных трусиков, чтобы затем нырнуть под них пальцами и легонько сжать член омеги, уже порядком возбужденный. Он ненадолго оторвался от кожи Юнхо, чтобы аккуратно снять чулки, параллельно покрывая обнажающиеся участки кожи поцелуями. Юнхо казалось, что он лишился костей. Он не мог говорить, лишь стонать, без слов требуя большего. Чонхо положил одну его ногу себе на плечо и окинул взглядом распластавшегося омегу, восхитительно растрепанного и возбужденного, и сам с трудом подавил стон. -Ты себе даже представить не можешь, какой ты сейчас красивый, Юнхо, - с восхищением произнёс Чонхо и принялся покрывать ногу омеги поцелуями, заставляя его выстанывать нечто нечленораздельное, пробираясь выше, по внутренней стороне бедра, чтобы затем стянуть с него уже намокшие от естественной смазки трусики. Окинув взглядом открывшийся вид, Чонхо прикрыл глаза и мысленно досчитал до пяти, чтобы не сорваться, и накрыл ртом член омеги, который до хруста выгнулся в спине и громко простонал. Аккуратно растягивая увлажнившееся отверстие, альфа думал только об одном: его омега должен получить удовольствие. Плевать, сколько времени это займёт, плевать, что ему уже очень больно от собственного возбуждения. Важен только Юнхо. Ведь второго шанса у него не будет. Когда в Юнхо уже свободно помещались три пальца, альфа решил немного сгладить момент ожидания, и вновь взял член в рот, мягко посасывая его, одновременно с этим пытаясь одной рукой стянуть собственные спортивные штаны, что не без усилий, но удалось. -Юнхо, я уверен, что не продержусь и две минуты, прости, но ты слишком сильно меня возбуждаешь, - хриплым от возбуждения голосом прорычал Чонхо, на что омега приоткрыл глаза, посмотрел на него так, словно он едва понимал, где находится и что происходит и с трудом ответил: -Сделай меня своим, альфа. Толчок Чонхо сопровождали два громких стона. Юнхо слабо соображал. Больно не было, ещё бы, его смазка залила бедра и простынь под ним, и все, на чем он мог сосредоточиться - это чувство заполненности и внезапной эйфории, охватившей его. Он обхватил альфу ногами и руками как осьминог, вынуждая толкаться глубже и быстрее, хаотично водя руками по напряжённому телу альфы, подводящего его к, кажется, самому сильному оргазму в его жизни. Чонхо не соврал, он из последних сил пытался оттянуть момент пика, но это было невозможно, ведь Юнхо, его Юнхо, его безответная любовь, причина бессонниц, сейчас с ним, под ним, вокруг него. Это было уже сверх. Он едва успел выйти, прежде чем кончить со стоном на живот и бедра омеги, краем сознания отмечая, что тот тоже успел получить удовольствие, следы которого теперь смешались со следами альфы. Он рухнул на кровать рядом с омегой, повернул голову к нему и вытянул в длинный, томный, благодарный поцелуй. Юнхо все ещё плавал на волнах пережитого удовольствия, когда услышал тихое: -Юнхо? -Ммм? -Ты будешь моим омегой? - с тихой надеждой в севшем голосе. -Буду, альфа. Буду.