Единственный враг

      Пожалуй, отныне Сефирот не жалел о всех тех смертях, что ему довелось встретить. Все они до одной стоили того, чтобы в одном из циклов увидеть своего врага в платье. К тому же танцующего. Клауд каждый цикл переживал это занимательнее событие? Тогда Сефирот жалеет лишь о том, что раньше не обращал внимания на своего необычного врага. Пожалуй, тот шестнадцатилетний юноша еще хоть как-то смотрелся бы в юбке, но этот возмужалый и закаленный боями мужчина… Надо отдать должное Андре, он совершил чудо. Сефирот бы вытер слезы от смеха, если бы они у него были. Рядом с Айрис он ненадолго почувствовал себя снова человеком, как в былые времена проводящий время с друзьями, запасаясь воспоминаниями, которые можно будет вспомнить потом. Но теперь у него нет друзей, они все мертвы, а он сам бестелесный призрак. Все что у него осталось: единственный враг, мать и весь этот мир, который он принесет к ее ногам.       Когда смущенный Клауд спешно отошел от подруги в сторону, желая побыть один, Сефирот не удержался, чтобы не последовать за ним. Он встал перед переодетым мужчиной, с улыбкой на губах рассматривая результат старания мастеров. Надо признать, сейчас бы он сам не сказал точно, какого пола человек перед ним. Макияж был нанесен профессионально и выглядел естественно, подчеркивая и без того привлекательные черты молодого человека, которые даже с годами выглядели молодо.       - Не стоит стесняться, Клауд, - улыбнулся Сефирот, прекрасно зная, что его не слышат, - я не буду использовать эту информацию против тебя в бою, - улыбка бывшего солдата первого класса стала шире, он почувствовал будто совершил шалость, и это ощущение ему нравилось.       Кто бы мог подумать, что наблюдение за единственным врагом поможет ему хоть ненадолго вернуться в былые времена. Тосковал ли он по ним? Нет. Эти связь раз и навсегда разорваны. Даже в лайфстриме с ним была лишь Дженова.       А потом Клауд нашел свою подругу, ради которой ему и пришлось облачится в женское платье, но прежде чем уйти, компания решила провести расследование. Сефирот был не против, происходящее его забавляло, а он так долго скучал в лайфстриме. И в очередной раз не пожалел, когда Корнео выбрал Клауда. Разве что где-то на задворках выжженного сознания что-то было недовольно подобным исходом. Но разве это не забавно? Почему Сефирот чувствует легкий гнев? Или это ненадолго пробудилась Дженова? Ведь чувство просто исчезло, когда сцена в спальне не оправдала ожиданий Сефирота, а все закончилось обычным допросом. И его результат не обрадовал компанию. Клауд не знал корпорацию так хорошо, как Сефирот. Он не видел войны в Вутаи, не знал, как Шинра стала единственной корпорацией. Лишь отдалено помнит о трех солдатах, что были кумирами многих, а на деле оказались монстрами.       Монстр?       Сефирот осек себя. Он единственный наследник этой планеты. Сын ее хозяйки. Почему он монстр? Когда начал думать о себе в подобном ключе? Кажется менялся не Клауд, которого он хотел переманить на свою сторону, а сам Сефирот. Пока это влияние не стало слишком сильно, бывший генерал решил уйти, чтобы вернуться позже.              

***

      - Анджил не монстр! – настойчиво произнес Зак.       Сефирот и сам это чувствовал, но что он мог сказать? У людей не должно быть крыльев и клонов. В один год оба его лучших друга стали дезертирами, а то, какими он их обнаружил, было еще большим кошмаром чем дезертирство. Генезис умирал. Он хотел, чтобы Сефирот помог ему, но что он мог сделать для друга? Он просто солдат. Да, первого класса, да, знаменитый мечник, но сражаться – это все что он умел. Он родился и вырос под наблюдением ученых, чтобы стать живым оружием Шинра, и не знал иного пути.       - Когда я его найду, тогда…- старался говорить ровно Сефирот.       - Тогда что?! – а вот Зак не мог сдержать эмоций и принять того, что наставник теперь стал врагом Шинра Билдинг.       - Он уйдет, - ответил Сефирот.       - Правда? – даже через телефон генерал слышал радостный тон щенка.       - Правда, - Сефирот не смог сдержать улыбки. Зак мог заставить улыбаться кого угодно, даже своего сурового наставника.       - Отлично! – воскликнул Зак, - то есть, Проблема! – исправился он, вспомнив, что его могут слышать.       Сефирот мог лишь улыбаться. Глупый щенок. Для тебя так важен твой наставник, но разве для Сефирота его друг менее важен?              

***

      - Сефирот, - тот, кто звал его, казалось стоит рядом, но генерал не мог его почувствовать.       - Проснись, - голос почти пропал, когда эти слова достигли острого слуха генерала.       Вот только он и не спал, а стоял около тех самых цветов в храме. Воспоминания нахлынули волной, заставив на какое-то время потерять связь с реальность. В конце, это тоже были воспоминания? Конечно, чем еще это может быть у монстра?       Шумиха, происходящая в седьмом секторе, была слышна даже в старой разрушенной церкви. Сефиорт в прошлой жизни был занят другими делами, и ему не было дела до войны Шинра с Лавиной. Он слышал, что произошло что-то крупномасштабное, но для него это было лишь мгновение, которое ничего не значило. Но оказывается, его единственный враг был частью сей заварушки, так почему бы Сефироту не посмотреть, что же там произошло?       Страйф держал на руках умирающую Джесси. Девушку придавило завалами, спасти ее не могла даже исцеляющая материя. Так вот что произошло для самого Клауда. Он только подружился с этими людьми, и вот злой рок вновь настиг его единственного врага. Страйф снова терял новообретенных друзей. И снова виной тому не Сефирот. Забавно, Клауд возненавидел всей душой его, но именно Шинра отдала приказ убить Зака, сломать колонну и подвергла вечным мучениям Винсента. А Сефирот? Точно, он выжег целую деревню и убил мать Старайфа. А затем Айрис. Этого достаточно, чтобы Клауд ненавидел лишь его? Ах да, потом Сефирот уничтожил целый город. Но были ли в нем друзья Страйфа. Такова участь героев, ненавидеть злодеев от лица ничтожного мира.       Отсчет закончился. Платформа неизбежно обрушится на трущобы. Это так же необратимо, как деградация Генезиса и Анджила, как гибель Нибельхейма. Сефирот планировал просто уйти. Он увидел достаточно, за чем тут наблюдать дальше? Но прежде почувствовал жизнь. Она угасая еще сохранялась где-то поблизости. И тогда Сефирот увидел того, кто практически отправился в лайфстрим.       «Разве это не друг Клауда?»       Парень с повязкой на голове из Лавины. Как его звали? Сефирот не нашел необходимым это запоминать. Он все еще боролся за жизнь, но какой смысл? Плита сейчас оборвет эту последнюю нить. Сефирот же все равно продолжал стоять. Может он разок предотвратит злой рок Страйфа?              

***

      Клауд с друзьями возвращался в пятый сектор. Сефирот подумал о том, что за этот день бывал там слишком часто. В очередной раз, он идет за Страйфом, что превратилось в странную необходимость. Сначала ему было достаточно видеть единственного врага пару часов в день, чтобы проанализировать его жизнь, и вот он теперь покидал его всего на пару часов, жадно поглощая жизнь Клауда, проживая ее вместе с ним. Но в разговоре Страйф остановился, новый приступ, очевидно, воспоминаний. Сефирот не мог видеть, что тот вспомнил, мог только предполагать, что это как-то связано с разговором, ведь триггером могло стать все что угодно. Но сразу после воспоминаний Страйф воззрился на Сефирота. Потребовалась секунда, чтобы генерал понял, что Клауд его видит. На губах сама собой появилась улыбка, от которой у Страйфа наверняка холодела кровь. Такая редкая возможность пообщаться. Генерал ее не упустит, ему так много есть что сказать.       - Я вижу, ты опять провалился.       Клауд не отвечал, лишь в ужасе перед ожившим кошмаром сделал несколько шагов назад. Он не осознает, что Сефирот реален, лишь чувствует это, а потому реагирует. Но это заставило улыбке сойти с лица генерала. Был ли он разочарован этим? Ему хотелось поговорить, но определенно не с этим перепуганным чокобо. Сефирот направился к Страйфу.       - Но через боль ты станешь сильнее, - продолжил свой вынужденный монолог злодей. Он все равно воспользуется этим шансом, сказать все, о чем он думал.       Сефирот положил свою руку на плечо Клауду. Хотел ли он его подбодрить или напугать? А может так он пытался донести свои слова.       - Ты разве не этого хочешь? – Сефирот усмехнулся своим воспоминаниям. Маленький Клауд мечтал стать героем, но не знал, что героем становится тот, кто все потерял. Злодеями же, герой, который потерял и самого себя.       Клауд очнулся слишком поздно. Сефирот решил уйти.