2D-3D

Энджел, как обычно, сидел в два часа ночи в отеле перед ноутбуком, рисуя персонажа своего комикса, самого могущественного и сексуального демона Ада. Перфекционист в сотый раз осматривал рисунок помутившимся час тому назад взглядом, пытаясь найти ошибки в анатомии, которых и так не было, и придираясь к деталям. Ужасно хотелось есть, но желание рисовать брало верх. Голова слегка кружилась, но это не мешало Дасту продолжать рисовать своего обожаемого персонажа, которого он любил всем своим сердцем и, если бы Аластор существовал в реальном мире, паучок готов был бы тысячу раз продаться кому угодно, лишь бы встречаться с этим демоном. Аластор, смотревший с экрана, вдруг подмигнул, и Энджел вздрогнул, раскрыв от удивления рот. - Что-то я совсем зарисовался, - произнёс юный дизайнер и прикрыл глаза, поёжившись. Парень потёр виски руками и снова открыл глаза. Изображение оставалось таким же неподвижным, и паучок шумно выдохнул, медленно моргнув и откинувшись на спинку стула. Энджел снова открыл глаза, продолжая дорисовывать намотанный на руку персонажа галстук и, улыбнувшись, с удовольствием начал вырисовывать линии, которые стали более чёткими для парня после полминутного отдыха. Эндж доделал тени на расстёгнутой рубашке Аластора и ещё раз осмотрел линию его шеи, закусив при этом губу. Как же он хорош! Какой горячий. Такой манящий.Такой красивый. Жаль только, что он не настоящий, а нарисованный. - И нахрена я нарисовал его, - вслух раздосадованно произнёс паучок. - Вот, если бы у меня в реальности был такой парень, эхх. Энджел ещё раз осмотрел картину в целом, и ухмылка Аластора на экране стала постепенно расплываться и превращаться в оскал. Дизайнер чётко это увидел, и его сердце вдруг пропустило удар, в груди что-то неприятно защекотало, и по плечам прошлось холодящее ощущение не пойми откуда взявшегося страха. Парень начал громко дышать, в ушах у него зашумело,а губы задрожали. Глаза продолжили следить за тем, как лицо 2D персонажа медленно оживало. Чёрт! Стрёмно... И, как назло, в отеле сегодня никого не было. Девочки укатили на источники, а кот, как обычно, валялся под столом без сознания, ожидая прихода белочки, так что его можно было не считать. Хотя, кажется, белочка обозналась, и, вместо него, пришла к юному художнику с и так довольно расшатанными нервишками. Хотя, парень уже неделю сидел на безалкогольной диете по предложению, а, скорее, ультиматуму Чарли. "Не перестанешь пить - съедешь отсюда!" - прямо так и сказала добродушная трезвенница и хозяйка отеля, из-за чего Даст поморщился, ухмыльнувшись. Но, увидев огонёк в глазах начинающей злиться девушки, опомнился, состроил милую мордашку щеночка и надул губки, пытаясь подействовать этим выражением на демонессу, так как это работало в тех случаях, когда Чарли не была ещё слишком разъярённой. Так что девушка убрала рожки и даже перед уходом послала парню воздушный поцелуйчик. Энджела передёрнуло, и он тут же вскочил на ноги, заставляя стул отъехать назад по кафелю. Парень склонился над столом, опершись на него руками, прикрыв глаза и пытаясь успокоиться. Демон громко выдохнул и посмотрел в сторону кота в надежде, что тот, возможно, проснулся. Как говорится, надежда умирает последней. Но ничто не предвещало пробуждения пьяницы, застрявшего в царстве Морфея на ближайшие двенадцать часов. Так что надежда оставалась только на самого паучка, который сейчас должен был приложить максимальные усилия и попытаться не довести себя до очередной панической атаки, после которой обычно парень разделял тяжёлую долю алкоголика, как и котище. Голова кружилась после четырёхчасового рисования на графическом планшете перед ярким экраном, руки начинали дрожать, на виски давило, и всё тело пронизывало ощущение чего-то страшного и неизведанного. Тишина заглушалась шумом в ушах, и Даст отвернулся, усевшись на край стола и немного согнувшись. - Нет, нет, нет, только не сейчас. Не хочу опять, - отчаянно зашептал парень и захныкал, зажмуриваясь, сгибаясь сильнее и сжимая пальцами край стола до скрипа ногтей о его поверхность. На глазах у паучка выступили слёзки. Панические атаки - вещь ужасная и невыносимая. Люди, которые хоть раз их испытывали, понимают, что это такое и охотно соглашаются с данным высказыванием. С ними сложно справиться в одиночку, пока вконец не искусаешь губы или не вопьёшься до крови ногтями в ладони, стиснув зубы и пытаясь заставить себя сделать хоть одно движение. Обычно Чарли была рядом и вполне могла привести юношу в чувства в такой ситуации. Но в этот раз её в отеле не оказалось. Энджел, узнав новость о трёхдневном отъезде девушки, весьма сильно расстроился и даже испугался, но не подал виду, дабы показать, что у него всё хорошо и ни в чьей помощи он не нуждается. Поэтому подруга с надеждой, что эти мучительные приступы у парня, наконец, закончились, и, конечно, приписав эту заслугу безалкогольной диете, со спокойной душой уехала отдыхать с Вегги. Однако ничего не закончилось, и Энджел уже пару раз оставался один на один с панической атакой и жалел, что не может спасти себя от этого алкоголем. Спиртное придавало ощущение сонливости и туманности, заставляло ощущения притупляться, так что парень просто мог развалиться в кресле или прямо на белом пушистом ковре в своей комнате и спокойно находиться в таком положении, успокаиваясь и уже не ёрзая и не скручиваясь в калачик. Энджел отчаянно пытался выровнять дыхание, вдыхая глубоко и шумно и медленно выпуская воздух из лёгких. Но это не мешало демону скулить и пускать слёзы, падавшие на белые короткие носки на красивых стопах Даста. Парню явно нужна была чья-то помощь. Да уже кого угодно, хоть самого Люца, лишь бы прекратить эту пытку. Дизайнер уже прокусил губу, но это его не особо волновало. Ощущения полностью оторвали его от внешнего мира и всей дичи, происходящей в нём прямо сейчас. А именно она на данный момент и происходила. Экран ноутбука позади парня стал подозрительно мигать, как и свет во всём отеле, от устройства стали исходить подозрительные звуки, похожие на помехи радио, ночное небо покрыли тучи, в которых проблёскивали бело-сиреневые стрелы молний, и окна яростно распахнулись, ударившись о бетонные углы рядом и впустив порыв холодного ночного воздуха. Белые занавески воздымались под порывами ветра, и поток воздуха стал красиво развевать лёгкие мягкие волосы паучка на чёлке. Прохлада как-то положительно подействовала на юношу, слегка облегчив его состояние и заставляя белоснежную кожу рук покрыться мурашками. Вдруг что-то мягкое и тёплое прикоснулось сзади к спине Энджела, и что-то сильное с двух сторон обхватило его хрупкое тело, когда парень уже был готов упасть на колени от бессилия. Хорошо, что дизайнер стоял спиной к этой картине и не увидел, как под раскат грома из чёрного дыма, исходящего прямо из экрана ноутбука, вылезают две руки с когтями и рога, а затем и голова с красными и тёмно-каштановыми волосами. Настоящий кадр из фильма ужасов. Энджел замирает, раскрыв глаза и поверхностно задышав. Что-то очень мягкое прижимается к его спине, плечам, лопаткам. Что-то тёплое касается его затылка. Что-то сильное сжимает его рёбра, заключив парня в плотный обруч. Это заставляет Даста неожиданно забыть про паническую атаку и сглотнуть. Паучок медленно опускает взгляд вниз, чувствуя горячий поток воздуха на изгибе шеи, где она переходит в плечо, и видит две руки в перчатках, с гигантскими чёрными когтями, на своём животе. Энджел вскрикивает и едва не теряет сознание, смутно понимая, что он-таки съехал с катушек. Но вдруг что-то сухое, тёплое и мягкое прижимается к его плечу, и светловолосый от неожиданности вжимается в неопознанный объект сзади, снова начиная хныкать. Руки нежно обвивают паучка и приподнимают парня, заставляя того встать на ноги. Блондин прикрывает глаза, пустив слезу и осознавая, что мучения в аду-это норма, ничего другого ожидать и не стоило. - Ну, не плачь, малыш. Я здесь. Ты же меня так ждал, - звучит низкий, слегка хрипящий, но очень красивый голос за спиной паучка вперемешку с тихими радиопомехами, и неизвестный проходится дорожкой поцелуев по всему плечу Энджела. - Нет, ну это невозможно, я ещё слишком молод, - отчаянно простанывает Даст, думая, что он уже сошёл с ума и разговаривает со своим глюком. - Очень даже возможно, - продолжает рогатый, и большая рука сжимает промежность парня через джинсы. Ноги паучка начинают дрожать, и он пытается открыть глаза, смотря вперёд расфокусированным взглядом. Чей-то нос проходится по шее юноши и его нежному ушку, и Энджел опускает затылок на плечо парня-глюка, сдавшись и позволяя ему делать то, что он захочет. Рука мягко поглаживает пах и бедро парня, оглаживая орган студента через ткань, и светловолосый тихо постанывает, прижимаясь задом к телу неизвестного и наклоняя шею направо, давая больший простор для действий страстного незнакомца. Кожу на шее нежно прикусывают, и руки перестают держать Энджела, который уже ожил и теперь может неплохо справиться с задачей удержаться в вертикальном положении самостоятельно. Сильная рука перехватывает запястья блондина, и когтистая ладонь приподнимает подбородок дизайнера. Горячий длинный язык проходится по всей шее паучьего тела, заставляя его простонать и выгнуться грудью вперёд. Рука поворачивает голову Даста, и мягкие губы прикасаются к приоткрытому ротику белокурого. Они обхватывают нижнюю губу Энджела, и по животу парня проходится тёплая волна. Горячий язык облизывает слизистую внутри, полностью погружается в податливый рот и начинает поглаживать нежный язычок дизайнера. Поцелуй постепенно переходит из медленного и чувственного в страстный и жадный. Даст притирается к паху незнакомца, а тот, задрав кофту парня, блуждает рукой по его прессу и пьёт его стоны, не разрывая поцелуй. Другой рукой он продолжает обводить головку уже очень чувствительного и истекающего смазкой члена юноши. Вдруг Энджела резко разворачивают и толкают спиной на кровать. После приземления парень приоткрывает глаза и замирает в шоке от того, что видит перед собой: над ним склонился сексуальный Аластор с расширенными зрачками красных глаз, в расстёгнутой белой рубашке, строгих чёрных брюках и с висящим на шее, почти снятым чёрным шёлковым галстуком. Ал немного даёт собой полюбоваться, усаживается перед Энджелом и, хитро смотря прямо ему в глаза, начинает медленно снимать галстук. В такой же манере рогатый зубами стягивает с себя перчатки и наклоняется к оторопевшему и ничего не понимающему парню. - Аластор? - произносит полухриплым голоском паучок, смотря снизу-вверх на своего ожившего персонажа. - Да, малыш, это Ты меня так назвал. Зови меня папочкой, - звучит ответ, и красноволосый демон нежно обкручивает ткань галстука вокруг запястий Энджела, а затем, обмотав ещё раз, нежно, но надёжно завязывает. Даст выгибается от приятной прохлады и гладкости материала, но продолжает смотреть прямо в глаза демону. Аластор обхватывает ладони парня рукой и касается губами ключицы блондина. - Но..., - хочет сказать демон, однако его тут же затыкают поцелуем. Снова нежным и осторожным. Аластор не теряет времени: он расстёгивает джинсы Энджела, избавляет его от них вместе с трусами, а паучок помогает ему в этом, инстинктивно подняв бёдра. Одежда летит куда-то в сторону, догоняемая парой белых носочков, а взгляд рогатого демона изучает юношу: его стройные бёдра, безволосая промежность и аккуратный небольшой член, рельефный пресс, над которым парень работает каждый день, маленький пупочек, нежная грудь, задранная наверх розовая кофта просто сводят с ума. Тонкие манящие ключицы, нежная шея, сладкие покрасневшие и слегка распухшие от поцелуев губы, растрёпанные светлые волосы, глаза со слёзками в уголках и изящные тонкие запястья, на которых поблёскивает чёрная ткань. Как же этот паучок манит! И уже невозможно сопротивляться. А Аластор, собственно говоря, и не пытается. Он склоняется над шеей Даста и, нежно посасывая кожу и слегка покусывая её, раздвигает ноги парня в стороны и, прижавшись к его промежности бедром, расстёгивает свои брюки. Возвращает своё внимание губам Энджела и начинает медленно и томно целовать их, в противоположность этому в один миг избавляясь от нижней части своего лука. Аластор подхватывает бёдра паучка, а тот обвивает демона руками и ногами, всё ещё не веря в то, что это реальность, а не игры его воспалённого мозга. - Это реальность малыш. Иначе ты не сможешь сегодня кончить и почувствовать всего меня, - как будто прочитав мысли, говорит Радиодемон своим офигенным голосом, вперемешку с помехами. И рогатый медленно поднимает их обоих в вертикальное положение. Красноволосый с силой вжимает парня в свою грудь и обводит языком покрасневшее нежное ушко. По щелчку пальцев в руках актива появляются все самые необходимые атрибуты для жаркой ночи. Энджел прижимается пахом к оголённой промежности демона и тянет наверх пальцами край рубашки демона. В ответ на это Аластор одним движением вверх избавляет белобрысого от кофты-топа, которую парень сегодня надел очень кстати. Иначе разгорячённый актив просто-напросто не вытерпел бы долгого раздевания и просто разорвал бы одежду на возлюбленном - его создателе. Рогатый так же молниеносно избавился от своей рубашки и теперь был готов приступить к главному занятию. Пока Энджел ставил демону засос, парень убрал когти, нанёс на пальцы смазку и уже успел согреть её. Аластор поднёс бутылочку к члену юноши, открыл её и тонкой струйкой стал лить прямо на нежную головку органа пассива. Парень простонал и выгнулся в спине, раздвинув ноги шире и прижимаясь низом живота к телу рогатого. Указательным пальцем левой руки Радиодемон стал делать круговые движения прямо по центру головки разгорячённого органа, на что паучок отвечал дрожью и сладкими нескрываемыми стонами. Скользкий палец коснулся погорячевшего от возбуждения колечка мышц. - Расслабься, малыш, сейчас я войду, - прозвучало над ушком, и палец легко проскользнул в горячий мягкий проход, тут же выйдя и толкнувшись обратно. Левая рука неожиданно схватила оба члена парней и сделала резкое движение вниз-вверх, отчего Энджел подавился воздухом. Движения стали чаще, а стоны пассива - громче. Аластор добавил второй палец и стал вталкивать его под нужным углом и до конца, в темп движений спереди, так что дизайнер полностью прогнулся назад, потеряв равновесие и раскрыв рот от интенсивного и острого удовольствия спереди и сзади. Только связанные запястья за затылком Радиодемона удерживали Даста на месте. Юноша дёргался, сжимался, вскрикивал, насаживался и застывал, ощущая волны удовольствия, проходящие по всей нижней части его тела. Аластор нашёл губы паучка и просунул во влажный ротик весь свой длинный язык, стал нежно посасывать его кончик, а затем языки парней сплелись, а Энжел совсем ослабел. Так что Ал медленно уложил его на мягкую прохладную кровать. Радиодемон закусывал губы и тоже постанывал в такт движениям спереди. Энджел извивался на кровати, и его вскрики и стоны были всё равно намного громче, так как его член был короче, и рука рогатого с каждым движением вниз сильно проходилась прямо по чувствительной головке, а затем и по всей длине. После пары резких и длинных движений по прижатым друг к другу членам, Аластор резко убрал руку. Но продолжил растягивать поскуливающего под собой Даста и убрал с его вспотевшего лба прилипшую прядь волос. Ладонь красноволосого коснулась щеки маленького демона, и паучок тут же прижался к ней, гладясь о руку своим покрасневшим личиком. Радиодемон добавил третий палец, и Даст выгнулся до хруста позвонков от сильного резкого движения по простате. - Ах, Ааластор! - вскрикнул парень, и демон провёл ладонью по груди паука, спускаясь ниже, к прессу. - Да, малыш, не сдерживайся, - произнёс красавчик, обведя языком кубик пресса, и медленно прочертил влажную дорожку по низу живота парня. Пальцы стали проникать глубже в проход демона, задевая с каждым движением возбуждённую простату. Удовольствие стало почти невыносимым, и блондин захныкал, извиваясь на кровати и насаживаясь на горячие пальцы, а после заскулил. Аластор спустился ниже и устроил свою голову между разведёнными в стороны ногами паучка. Мягкие волосы, спадавшие вниз, щекотали нежную кожу бёдер, так что Энджел дёрнулся и уже начал плакать от переполняющих его эмоций и интенсивных ласк. Рогатый осторожно взял ладонью руки дрожащий член светловолосого, на котором заметно пульсировала венка, и закусил губу. Аластор наклонился и, встретившись с взглядом сходящего с ума от ощущений паучка, зрачки которого были сильно расширены, коснулся кончиком языка дырочки в члене парня. Энджел провёл ногтями ног по спине демона, пытаясь не закричать на весь отель от удовольствия, и откинулся назад, прикрыв глаза. Радиодемон, в ответ на это, медленно обвёл языком головку члена парня и вобрал его в рот, проходясь языком по пульсирующей венке. - Аластор! Аах! - только и мог произнести пассив. - Пожалуйста, я больше не могу. Аластор снизу-вверх посмотрел на парня и продолжил самозабвенно нализывать нежный и гладкий орган, фанатично вталкивая внутрь длинные развратные пальцы и делая вид, что не слышит парня. - Аластор, ммм, я больше не могу. Прошу! - выдохнул парень, сильно вздрогнув. Красноволосый втянул щёки, поднялся вверх ртом и снова опустился вниз, посмотрев на выгнувшегося и стиснувшего зубы белокурого, и нежно обвёл орган у самого основания. Парень нехотя выпустил член изо рта, чтобы произнести: - Неправильно. Ты знаешь, как меня назвать. Энджел покраснел и немного поёрзал, ощущая, что толчки стали резче, сильнее и настойчивее, и стал отвечать стонами на каждое движение демона. - Ммм, папочка, пожалуйста! - Вскрикнул в нетерпении парень, и пальцы резко вышли из отверстия. - Правильный ответ! - довольно промурчал демон и, улыбнувшись, потянулся за бутылочкой со смазкой. Он не пожалел жидкости, чему Даст был очень благодарен, так как то, что должно было сейчас уместиться в парня, было очень огромным. Фантазии у Энджела было хоть отбавляй, так что юноша не поскупился, рисуя размер органа своего персонажа. А теперь он был живым и собирался хорошенько отыметь каждый миллиметр прохода паука. Головка вжалась в дырочку, и Аластор, едва сдерживаясь, чтобы не толкнуться сразу и до конца, медленно вставил её внутрь мягкого разгорячённого прохода. Энджел раскрыл ротик, жадно глотая воздух, и Радиодемон, весь дрожа от мучительных попыток сдержаться, толкнулся на пол длины члена, обняв паучка и прижав его к себе. Парень трепетал в руках актива, громко и часто дышал, поскуливал и вцеплялся ногтями в свои ладони. Конечно же, Ал это заметил. Ему почему-то стало больно от вида того, как паучок вредит себе, царапая нежную кожу ладошек. - Нет, так не пойдёт, сладкий, - произнёс недовольно рогатый демон и одним движением разрезал ткань, которая ещё секунду назад связывала руки паучка. Аластор сплёл ладони обеих своих рук с маленькими ладошками дизайнера и резко толкнулся на всю длину. Пассив выгнулся, запрокидывая голову, и красноволосый, перестав себя контролировать, укусил парня за шею, набирая быстрый темп. Энджел застонал от того, как гигантский горячий член заполнял его и буквально сжимал чувствительную простату. Ноги Даста сами по себе раздвинулись ещё шире, и рогатый схватил юношу за булочки, раздвигая их и усердно, будто это дело всей его жизни, стал вталкиваться внутрь максимально глубоко, желая вы..ахать каждый миллиметр попки паучка. Энджел ворочался в кровати, поворачивая голову то направо, то налево, двигался навстречу толчкам и сжимался, когда орган полностью вталкивался внутрь, пускал слюнки, задыхался от криков и сильнее прижимался к красноволосому. - Аалатор, Ал..! Ммм, папочка, ещё, - умолял Энджел, а рогатый тем временем подхватил блондина под бёдра, пару раз сильно толкнувшись внутрь и взял ножки Даста за щиколотки, прижимая их к телу паренька. Радиодемон резко навалился на юношу сверху так, что бёдра паука были прижаты к его тельцу, а под его коленями были плечи сильного демона. Актив вынул полностью член и неожиданно ворвался в проход парня, втолкнувшись по самое некуда, сведя с ума нежные стенки и дырочку. Энджел затрясся, как в лихорадке, задёргался, прогибаясь и громко дыша, сжимая ладони Аластора. Ещё три сильных быстрых толчка - и Энджел с криком кончает, выгибаясь мостиком и впиваясь ногтями в тыльную сторону ладоней любовника. Даст так сильно сжал жопкой ствол парня, что обоим стало больно. Паучок открыл глазки, испуганно уставившись на любовника и ища помощи, так как боль прошлась по всему проходу, и попка не расслаблялась. - Тише, тише, малыш. Всё хорошо, - произнёс Аластор, высвободив из цепкой паучьей хватки одну свою руку. Рогатый слегка приподнял парня, так что он под весом всего тела сел на член Ала и вскрикнул, а красноволосый и сам едва не кончил. Актив прижал личико Даста к своей груди и стал нежно поглаживать юношу по голове, наслаждаясь мягкостью его пушистых прядей. Энджел дышал парню в шею, уткнувшись в неё носиком и упираясь макушкой ему в подбородок, осторожно выпустил руку Ала и коснулся ладонью бока любовника. Даст медленно и легонько стал поглаживать бок и спину Радиодемона, как, если бы это было мягкое одеялко или пушистый коврик, находясь будто в тумане, успокаиваясь и полностью доверившись демону. Ребята посидели так ещё около пяти минут, а затем красноволосый вынул свой член на пару сантиметров из дырочки парня и вставил обратно. Энджел слегка не понял, но ничего не ответил. Через пару секунд движение повторилось ещё несколько раз, и покрасневший паучок вскинул голову, вопросительно глядя на Ала. В его глазах уже были слёзки, а ножки сами по себе медленно разошлись в стороны, хотя парень думал, что они уже закончили. - Что..., - не успел спросить паучок, так как Аластор коснулся указательным пальцем нежных губ Даста и не позволил договорить. - Тшш, мы ещё не закончили, - прошептал красноволосый, сексуально облизнувшись, и поцеловал Энджела в висок, снова коротким движением толкнувшись внутрь. - Ммм, - прозвучало в ответ на это, и пассив положил подбородок на плечо демону, а тот пристроил свои руки на ягодицах паренька и начал покрывать шею своего мальчика нежными лёгкими поцелуями. - Подвигайся для папочки, - произнёс шёпотом Аластор, погладив немного булочки, и слегка прикусил ушко Энджела, который тут же подчинился и опустил попку. Дальше парни двигались и стонали в униссон, как единое целое, наслаждаясь медленными размеренными движениями, нежно целуясь и поглаживая дуг друга. Одна рука Аластора, как приклеенная, лежала на булочке паучка, а вторая нежно гладила торс малыша и зарывалась в мягкий пушок на груди. Энджел водил руками по изгибу шеи и плечам демона, трогал его поясницу, обнимал горячее лицо, прижимаясь к губам и отдаваясь сладким поцелуям. Постепенно паучок стал активнее и требовательнее насаживаться на член, а толчки стали чаще и резче. Аластор начал сильнее вгонять член внутрь своего мальчика короткими толчками, от которых пассив сходил с ума не меньше, чем актив. Ствол перемещался внутри именно так, как надо. Он находился глубоко, и почти полностью был внутри. Выходил лишь немного, и с каждым движением тёрся о простату. Даст всхлипывал и прижимался к телу демона, а Радиодемон всё сильнее сжимал нежную булочку и набрал бешенный темп. Его язык блуждал в ротике пассива, а большой палец стал наглаживать скользкую от смазки и горячую от приближающейся разрядки головку члена маленького любовника. Ребята, не сдерживаясь застонали, кусая губы друг друга, яростно и жадно двигаясь навстречу, член входил по самые яйца, сталкиваясь с колечком мышц и заставляя Энджела сильно вздрагивать от каждого движения. Когда толчки совсем стали напоминать по силе вколачивание сваи в землю, Аластор с рыком сжал головку члена паучка и вдавил его поясницу в свой живот другой рукой. Энджел вскрикнул, и схватился за плечи парня, не зная,куда себя деть и пытаясь уже вскарабкаться вверх по телу демона. Но Аластор не позволил. Он схватил за бёдра снимавшего со ствола паучка и резко, с силой отбойного молотка насадил белобрысого на свой член, параллельно двинув своими бёдрами вверх. Паучок вскрикнул, сорвав голос, а демон простонал в плечо маленькому любовнику, прижимаясь губами к его коже и стараясь заглушить таким образом свои пошлые звуки. Бёдра обоих парней застыли, поддерживая стыковку, и только рука Аластора оттягивала волосы Энджела, а Даст, сходя с ума от острого и самого долгого и сильного в его жизни оргазма, отстранялся и снова с силой вжимался низом живота в тело Радиодемона. Красноволосый стал медленно и горячо облизывать шею паучка, проходясь по подбородку, спускаясь ниже, обводя горячим языком кадык. Аластор оставлял лёгкие красноватые засосы и поглаживал затылок парня пальцами, как бы извиняясь за грубость. Из маленького нежного члена продолжала стекать ароматная смазка, а горячая сперма полностью заполняла паучка изнутри, заставляя кайфовать от всего этого и в исступлении произносить имя рогатого. Через десять минут ласк парни улеглись на мягкую кроватку, всё ещё оставаясь одним целым. Аластор окутал пассива мягким пушистым одеялком, подоткнув его под спинку паучка и его ножки, и полностью закрыл Энджела от внешнего мира краем одеяла, как воротником. Даст прижался к тёплой груди демона, обхватил его руками и закинул на тело любовника ногу, тут же ощущая перемещение члена в дырочке и сладко простонав. Аластор полностью вжал член в тело юноши, не желая выходить из него, и нежно взял Даста за бедро, приобняв его другой рукой за талию. - Спи, - прошептал нежно красноволосый демон посапывающему и прижавшемуся к нему паучку. Энджел тут же отключился, и Аластор, улыбнувшись, поцеловал пушистого в макушку. ... Даст почувствовал возвращение в реальность и сладко зевнул во весь его паучий ротик. Так не хотелось просыпаться. Солнце уже нещадно светило, и от этого сонные глазки совсем не хотелось открывать. - Эах, - зевнул парень, - Какой был прекрасный сон! Аластор... - озвучил демон, чуть ли не начиная плакать от обиды, думая, что прошлая страстная ночь была лишь сном. - Да? И что же тебе снилось? Я? - игриво спросил до боли знакомый голос с радиопомехами. Тут же Энджел ощутил, как чьи-то пальцы поглаживают по кругу его влажную дырочку, уже заполненную членом до упора. Парень раскрыл глаза, приоткрыв ротик, и увидел лучезарно улыбающегося напротив него Аластора. Настоящего и абсолютно реального. В горле у Даста появился комок, и рыдания счастья уже готовы были вырваться наружу, но красноволосый тут же припал губами к ротику парня, поглаживая язычок паучка и успокаивая малыша. - Раз ты всё ещё думаешь, что это сон, тогда, позволь-ка я тебе напомню, - промурчал Радиодемон, взяв парня под бедро, укладывая его на спину и нависая сверху. - Да, папочка! - ответил Энджел, протянув ручки вверх, счастливо улыбаясь, и обнял за шею любовника, зарывшись носом в ушко Аластора, держащего его в своих сильных руках, как самое драгоценное сокровище.