Флёр любви

      Стив замер перед безликой дверью номера отеля, никак не решаясь постучать. Он совсем не был уверен, что Наташа хочет его видеть. Вот только мысль, что он позволит ей справляться со всем свалившимся на них в одиночку, отзывалась в груди глухой болью.       Стив глубоко вздохнул. Его личные чувства сейчас не имеют никакого значения. Но Наташе нужен кто-то близкий рядом. Пусть даже просто друг. Всем им нужен сейчас кто-то. Стив сделал ещё один вздох и решительно постучал.       Дверь распахнулась мгновенно, будто Наташа стояла под дверью и ждала его прихода. Стив попытался улыбнуться, но судя по вскинутой брови Наташи, попытка оказалась провальной. Мозг подсказывал, что надо что-то сказать, но слов неожиданно не находилось.       Наташа только повела плечом, посмотрела почему-то обречённым, но понимающим взглядом, посторонилась и жестом предложила ему войти. Стив кивнул, чуть замешкался, но всё-таки прошёл внутрь и прикрыл за собой дверь.       Тусклый свет единственного ночника не освещал комнату достаточно, и Стив моргнул несколько раз, давая глазам привыкнуть. Сцепил пальцы в замок и с досадой мысленно напомнил себе, что надо всё-таки что-то говорить.        — Хочешь? — Наташа неожиданно нарушила тишину первой и кивнула на открытую бутылку вина. — Не коллекционное, конечно, но…        — Нет, — мягко прервал Стив и неосознанно сделал шаг вперёд, сокращая между ними расстояние. — Нат, я… Не хотел оставлять тебя одну, а теперь не знаю, что сказать. Глупо.        — Я большая девочка, Стив, — Наташа чуть нахмурилась. — И если ты думаешь, что мне нужны утешения, то ошибаешься. Лучше направь своё благородство на Ванду. Ей сейчас тяжелее всех.        — С ней Сэм. Они поладили, и я бы их беседу, скорее всего, только испортил, — Стив чуть пожал плечами, а потом улыбнулся. — А если я пришёл потому, что утешения нужны мне? Прогонишь?        — Нет. Но ты не по адресу, Стив, — Наташа повела плечом, отпила вина из бокала, который чуть судорожно сжимала в пальцах, и отвела взгляд. — Я умею убивать и добывать информацию, но не поддерживать людей.        — Это неправда, — Стив покачал головой. — И мы оба сейчас знаем, что ты старательно изображаешь спокойствие, но на самом деле, его не чувствуешь. Нат, тебе пришлось хуже всех…        — Не надо, — резко перебила Наташа, на мгновение сжала бокал слишком сильно, а потом порывисто поставила его на тумбочку. — Душевные разговоры — это то, в чём я сейчас нуждаюсь меньше всего.        — Ладно, — покладисто кивнул Стив, по опыту зная, что когда Наташа говорит таким тоном, диалог лучше не продолжать. — Тогда просто иди сюда, — Стив решительно потянул её к кровати, которая виделась единственной удобной мебелью в комнате, усадил и уверенно обнял. — Вот так. Я рядом, да? И знаю кое-что важное, и хочу, чтобы это знала и ты. Мы вместе, Нат. Всегда. И мы справимся с чем угодно.        — Вместе, — как-то машинально, словно бы эхом повторила Наташа, которая уткнулась носом куда-то в район ключицы Стива и даже не пыталась сопротивляться объятиям. Внезапно она подняла голову, оказавшись слишком близко, и почему-то испытывающе заглянула ему в глаза. Казалось, засомневалась в чём-то понятном только ей на мгновение, а потом тихо добавила: — Не уходи, Стив.        — Не смог, даже если бы хотел, — почему-то тоже понизил голос Стив, сглотнул, понимая, что контроль над собой летит в неизвестность с пугающей скоростью. — Но я не хочу. И никогда не хотел, чтобы уходила ты, — едва слышно добавил он и, отпустив любые сомнения и здравый смысл, накрыл губы Наташи поцелуем.       Мелькнула мысль, что так пользоваться ситуацией не совсем честно и правильно, но Наташа ответила, ловко выпрямилась, обняла его одной рукой за шею, а второй скользнула по спине и притянула его ближе. Реальность дрогнула, а потом разлетелась множеством разноцветных осколков калейдоскопа. Стиву казалось, что его голова кружится вместе с этой каруселью.       В один момент перестало иметь значение всё, кроме стройного тела в его объятиях. Запреты, проблемы, ограничения, волнения, да и мир в целом, — всё это безнадёжно терялось в абстрактной цветной карусели, пока Наташа была так близко и с ним.       Всё было чуть забыто, но так знакомо и в тоже время абсолютно ново. Прикосновения обжигали как никогда, а желание раскалялось с каждой секундой и заставляло плыть землю под ногами в неизвестном направлении.       Стив даже не отдавал себе отчёта, что начал жадно и лихорадочно покрывать поцелуями такое знакомое и родное лицо, спускаясь на шею, где нежная кожа так и манила прикусить. Наташа слабо застонала и попыталась толкнуть его в горизонтальное положение, но Стив только, мысленно улыбаясь, перехватил её руки и тут же поцеловал ладони.        — Не так быстро, Нат, — прошептал он, ловко уложил её на спину, прижал запястья к кровати по обе стороны от головы и склонился к губам, которые хотелось целовать до бесконечности. — Просто расслабься.       Память упрямо подсказывала Стиву, что Наташа не любит долгие прелюдии, но ему хотелось оттенить испепеляющую страсть нежностью. Хотелось растянуть удовольствие до бесконечности, не давая себе и на секунду вспомнить, что потом всё равно наступит.       Хотелось сводить с ума только невинными ласками и ощущением тел друг друга. Доводить до грани ожиданием и накалом эмоций, чтобы выдохнуть и начать всё сначала. Хотелось дышать не воздухом, а дыханием любимого человека, и навсегда забыть, что это лишь украденная у реальности ночь.       Стив целовал, дразнил и удерживал руки Наташи до тех пор, пока она не начала извиваться и пытаться вырваться, уже не сдерживая стонов.        — Чёртова одежда. Стив, пусти…        — Терпение — не твоя сильная сторона, — тихо рассмеялся Стив, но хрупкие запястья отпустил и ловко стянул с Наташи кофту.       Несильно прикусил сосок через чёрное кружево и получил очередной стон в ответ. Наташа потянула его футболку вверх и почти с угрозой прошептала:        — Если ты не прекратишь издеваться, я за себя не отвечаю.        — Мне пора звать на помощь? — усмехнулся Стив, помог ей снять с себя футболку и проложил быструю дорожку поцелуев от её шеи до живота.        — Просто прекрати болтать и…       Стив не оставил ей возможности закончить фразу, закрыв рот поцелуем. Нежность уступила, всё-таки сдаваясь страсти, но оставила только ей доступное послевкусие. Прикосновения стали сильнее, ярче, но не грубее. И сейчас это было единственным правильным. Они дружно запутались, пытаясь вместе стянуть со Стива джинсы, и так же дружно рассмеялись.       Стив застыл на мгновение, любуясь Наташей, которую такой не видел никто, он просто это знал. Открытой, свободной, мягкой, родной, — такой она бывала только с ним в их редкие ночи. Он поймал её смех губами, желая запечатлеть момент в памяти навсегда и растянуть его на мгновение, равное вечности.       Они дразнили друг друга слишком долго, и поцелуй вышел куда более жарким, чем Стив предполагал. Но мыслей в голове больше не осталось. Теперь жили души, робко раскрываясь и наполняя тела особой энергией, а бал правили чувства. Стив прижал Наташу обратно к кровати, давая понять, что сегодня не уступит и не позволит ей командовать.       Но она и не пыталась сопротивляться, лишь чуть судорожно вдыхала и выгибалась навстречу его губам, которые скользили, казалось, по всему безупречному телу одномоментно. Желание раскалялось, превращалось в открытое пламя, готовое испепелить в любой момент.        — Моя, — уже не контролируя себя, хрипло прошептал Стив, лишь краем сознания помня, что говорить о любви нельзя. Но чувства накрывали с головой, переполняли, и всё-таки с губ сорвалось: — Единственная.        — Стив, — полустон-полумольба, когда он ловко снял раздражающее сейчас бельё и начал ласкать грудь. — Чёрт тебя возьми, ты можешь просто… — слова звучали отрывисто, голос казался сорванным, а фраза осталась незаконченной, когда Стив в секунды закинул её ноги себе на плечи и резко вошёл одним движением до упора.       Пламя мгновенно вспыхнуло ярче, поглощая, но и наполняя собой. Слитный стон и мелкая дрожь, охватившая обоих одновременно. Древний как мир танец тел, в котором словно сплетались души. Стиву казалось, что они летят в пропасть без страховки, но только затем, чтобы неизбежно воспарить в небеса.       Движения давно стали резкими, на этот раз действительно на грани грубости, но почти безумный огонь в глазах Наташи и её поощряющие стоны уже не позволяли остановиться.       Стив окончательно потерял контроль, когда Наташа дотянулась до его плеча и чувствительно укусила. Прижал её запястья обратно к кровати, не заботясь, останутся ли синяки, зная, что сейчас она хочет именно проявления силы.       И эта власть, которую ему добровольно предлагали, отключала остатки здравого смысла, оставляя что-то первобытное, но неподдельное, настоящее.       Поцелуй получился жестким и требовательным, но Наташа только укусила его за губу в ответ и впилась пальцами в его ягодицы, побуждая двигаться быстрее.       Рваное дыхание смешалось, сорванные стоны проникали куда-то внутрь друг друга, а воздух наэлектризовался и, казалось, бил по разгорячённой коже слабыми разрядами тока. Кислорода катастрофически не хватало, а руки будто жили своей жизнью, исследуя тела хаотичными грубыми ласками.       Стив уже не мог остановиться, только наращивая темп, и когда Наташа вздрогнула и прокусила собственную губу, пытаясь хоть немного приглушить стон, он сорвался следом в мир, расцвеченный витражом разноцветных звёзд, едва слышно шепча:        — Люблю.       Наташа не услышала, Стив был в этом уверен. Сейчас она едва бы услышала даже что-то сказанное полноценно вслух. Где-то это отдалось сожалением, но быстро стёрлось, перекрытое эйфорией, которая сейчас наполняла вены вместо крови и пробиралась в каждую клеточку тела.       Пытаясь хоть немного восстановить сорванное дыхание, Стив поймал скользящую по краю сознания мысль, что такой фейерверк ощущений и эмоций он испытывал только с Наташей. И на фоне этого блёкло всё, что было когда-то, и не хотелось ничего другого больше никогда. Потому что не так.       Часы лениво тикали где-то почти под ухом, будто упрямо хотели вернуть в реальность. Стив прикрыл глаза, позволяя себе ещё хоть на несколько минут не думать ни о чём, а просто остаться в мгновении, которое стоило чего угодно и дарило счастье.       И вздрогнул, когда почувствовал, как на его грудь легла изящная рука. Стив резко открыл глаза и тут же наткнулся на взгляд Наташи, в котором было что-то, чего он никогда не видел раньше. Сердце пропустило удар, когда Наташа чуть улыбнулась, прижалась к нему вплотную и тихо сказала:        — И сейчас не уходи.