Крик пустых пятиэтажек

      Рыхлый снег под ногами почти растаял, ему на замену с неба полетел новый. Только-только сформировавшиеся снежинки медленно плыли по бледному, будто больному, совершенно однотонному небу. Подгоняемые свежим ветром, неброские облака кучковались грязной ватой и плыли куда-то вдаль, растворяясь на линии горизонта. Грязь, вперемешку с листвой и снегом выглядела не очень приятно, с улицы пахло холодом и изредка проскакивающими капельками дождя. Видимо, это был последний дождь в этом году. Уже к вечеру наступит сильное похолодание, реки и озера начнут замерзать, и осенняя хандра Жени ступит на новый уровень. Еще с детства он ненавидел осень. Впрочем, не было бы того времени года, которое он любил. Или он просто всегда молчал об этом? Но в любом случае, такого явного ненавистника осени нужно еще поискать. "Холод, вечная грязь, эти тупые холодные лужи... Еще и болею вечно, мерзость." — отзывался брюнет. Чего не скажешь об Андрее, который находил всю эту снежно-грязевую кучу очень атмосферной. Нет, конечно он не любил мочить ноги в откуда-то взявшихся под снегом лужах, или месить ногами мерзлую грязь, конечно нет. Под своей любовью к осени, он, вероятно, имел в виду запах сырости, серое небо, тишину... Ему нравилось сидеть дома в одиночестве, слушая музыку на своем стареньком красном телефоне, купленным на первую зарплату, пить чай с лимоном, или рассасывать дольку ароматного апельсина, отдававшего прохладой, или на худой конец леденцы от горла, со вкусом какой-то химозной мяты. —И все таки, тебе реально нравится эта.. — Женя пнул ногой замерзший кусок грязи, смешавшегося с листвой, попутно фыркнув —...эта — он все еще старался подобрать нужное слово. —Да — без раздумий ответил веснушчатый — мне очень нравится такая погода. Хочешь, покажу тебе ее прелести после школы? —Хочешь погулять? Знаешь же, я всегда за, не надо искать для этого глупый предлог. — вздохнул курильщик и закатил уставшие глаза, услышав в ответ лишь наивный смешок Андрея.       Школьные годы у всех проходят по-разному, кто-то спокойно живет, у кого-то много друзей, у кого-то мало, кто-то наслаждается временем, проведенным в школе, а кто-то каждый день страдает. Отличники, двоечники, прогульщики, зубрилы, дети учителей, задиры... Как много разных людей учатся в школе. У каждого из нас при слове "школа" будут свои, иные ощущения. Все мы вспомним разных людей и ощутим разные эмоции. Так о чем же через несколько лет будут вспоминать Женя с Андреем? —Блин.. — протянул Андрей, зарывшись лицом в колючий рукав своего свитера, параллельно ложась на столик в столовой. — сегодня опять этот ужасный компот —Дома свой чай попьешь, тут тебе не ресторан. Ешь что дают. — вздохнув, ответил Женя, который тоже ненавидел эту желтую настойку из гнилых абрикосов, от которой несло чем-то не самым вкусным. Запах компота перебила груша. Женя обернулся. —Привет, Евгений. — поздоровалась Вика, поправляя свои белые волосы, осветленные дешево и отдававшие желтизной. —Ну.. Привет, наверное. Тебе что-то нужно? — недоумевающе поинтересовался тот. Женя был немного удивлен тем, что ее еще не выгнали со школы. —Можно тебя на минутку? Только тебя. — спросила она, и не дождавшись ответа, постепенно удалилась.       Проводив ее взглядом, Женя извинился перед другом, и встав со скрипящего стула, слегка царапая без того потрепанный кафельный пол, направился за ней. —В их школе было одно тихое место, возле неработающего туалета. Располагалось оно на первом этаже здания, темный коридор без кабинетов заворачивал налево, и в конце была старая дверь, со значком мужского туалета, на которой черным маркером было криво написано: "на ремонте". —Слушай, — начала девушка с небольшим отвращением, — ты не мог бы... —Нет, не мог бы. Я не собираюсь передавать твои любовные послания. —Что? Как ты..? Ладно, не важно. Я не об этом хотела попросить. — начала оттягивать Вика, все сильнее накручивая на палец свои длинные белые пакли. — не мог бы ты оставить нас с Андреем... Я хочу с ним поговорить, а ты все время не подпускаешь меня. Как я не подойду, ты вечное куда-то уводишь его. Хватит думать, что он твоя собственность! — повышала голос разозлившаяся блондинка.       В ответ брюнет лишь вздохнул. Женя не понимал, как ему поступить. Что нужно сказать дальше? Что делать? Лучшим ответом на все его вопросы было молчание. — Молчишь, сволочь. — будто бы озвучивая мысли вслух, обратилась к нему грушевая.       Ответа, как и ожидалось, не последовало. Еще с раннего детства Женю учили во всем слушаться, наказывали за любой проступок. На его спине до сих пор красуется длинные полосы, напоминающие змей, полученные из-за того, что в 10 лет он повысил голос на отца, пытаясь защитить от побоев свою сестру. "Молчи. Так нужно. Соглашайся со всем или будешь наказан". — именно это ему твердили всегда. Он вырос, но все еще не понимает, стоит ответить, или лучше проглотить все, избегая конфликта. —Почему ты всегда мешаешь мне? — навернулись слезы на глазах Вики. — Почему?!       Прозвенел звонок. Он хорошо заглушил громкий удар пощечины, которую Вика со всего размаху дала курильщику. На лице брюнета остался красный след, жар от удара растекся куда-то внутрь, отдаваясь в руках, ногах, даже где-то глубоко в душе. —Что ты дел.. — Не успел спросить Женя, как получил еще один удар, но в этот раз кулаком по носу. —Да хватит уже! — крикнул он и оттолкнул девушку. Не смей распускать руки.       Оступившись, Вика упала и ударилась о стену. Послышался тихий женский плач. Видимо, было больно. —Извини, но нужно было думать. — прошипел Женя и оставил ее, уйдя в класс.       —...Да, а потом она меня ударила, представляешь? Тварь. Мне пришлось оттолкнуть ее, а она как-то неудачно оступилась. Надо было помягче, наверное. — с комом в горле рассказывал Андрею Женя.       Мальчики уже шли вдоль берега маленькой речки своего города. Холодный песок набивался в обувь, но это не имело значения, ведь они грели друг друга. Грели своим присутствием и разговорами. —Да нет, я бы так же поступил. Кстати, рана на твоем носу, она как? — поинтересовался рыжик, поправляя серенькую шапку с помпоном. —Да. как-то... Ничего вроде, как обычно. — Женя потянулся рукой к лицу, и случайно задел ее. — Ай! — теплая кровь снова потекла, капая на одежду. —Слушай, — начал Андрей, шаря рукой в кармане — О, нашел... Во! — он достал немного помятый пластырь. — Надо? —Само пройдет. — Отвел взгляд брюнет —Точно не надо? — стал заглядывать в глаза Жене Андрей —Ну... Надо. — смущенно ответил тот —Сразу бы так — сказал рыжик, уже державший во рту защитную оболочку пластыря — давай сюда лицо — пробормотал он, с полным ртом бумаги       Женя пододвинулся к нему. —Оп! — криво приклеив пластырь на нос другу, Андрей выплюнул бумажки себе на руку и взглядом стал искать мусорку. —Спасибо — улыбнулся Женя, попутно чихнув —Замерз? — поинтересовался Андрей, высунув теплую руку из кармана, чтобы лучше почувствовать температуру на улице. —Ага. — сухо ответил курильщик, потирая нос —Держи — Андрей стянул со своих огненных кудрей теплую вязанную шапку и набок нацепил на Женю. —А ты? — спросил Женя —Да мне не холодно, — ответил Андрей.