Всё будет хорошо.

      Раздражающее гарканье ворон с улицы вместе с сигналами машин и звуками стройки напротив. Запах сырости и алкашки, что никогда не выветривается из нашего дома. Мятая постель, в которой каждое утро хотелось утонуть, задохнуться и умереть во сне. Луч света просачивается через окно. Будто солнце протягивает мне руку, в попытках разбудить. Я открываю глаза. Свет первее всех неприятно окутывает мне глаза, немного слепя их, но тем самым показывая предметы вокруг меня. Первым делом, я вижу белую подушку и белое одеяло. Прям как в психушке. Но нет, это не психушка, а моя комната. Хотя разницы никакой нет, по сути. Я посмотрел на часы. Время 9:40. Довольно рано для меня, но насрать. После дня, когда папа узнал, что я гей, прошло около 2 недель. Он со мной не разговаривает. Хотя, не то чтобы он и раньше со мной общался. Сейчас он только бьёт меня за то, что я криворуко мою посуду. Если заметить то, что я проснулся не от крика, не от удара или не от ведра холодной воды, то значит папы нет дома. И да, папа один раз разбудил меня ведром воды, что вылилась мне на голову. От этих воспоминаний портится настроение. Надо бы пожрать. Я нехотя встаю с кровати, потягиваюсь и перешагиваю через вещи на полу своей комнаты. Не спеша иду на кухню, попутно думая, чтобы приготовить.

***

      Я иду к Милке домой, чтоб ей приготовить завтрак. Благо она просыпается обычно поздно, так что я успею заскочить в магазин. Одет я в чёрную футболку, большую джинсовку и чёрные штаны с белыми кроссовками. На улице немного прохладно, но свежо. Пахнет бензином и каким-то смоком от заводов неподалёку. Деревья разукрашивают улицу своими зелёными листочками. Детский сад так вообще на фоне всех зданий выглядит как замок куклы барби, где царит любовь и радость.

***

      Я прихожу с пакетами из магазина и кладу Милкин кошелёк на тумбу. Когда я согласился ей готовить, она дала мне копию ключей от её квартиры. В комнатах вроде нет бардака, так что можно сразу начинать готовить. Когда я начал раскладывать продукты по местам, то услышал медленные шаги из коридора. Из него выходит сонная Милена, в голубой пижаме, с мешками под глазами и с недовольным лицом. — О! Привет, Саня, — Мила подошла ко мне и пожала мне руку. — Как делишки? — Тело до сих пор болит от того раза 2 недели назад, — начал я и, заметив, как Милена испугалась, продолжил. — Но не волнуйся, я уже привык. Я серьёзно, не нужно меня опекать вечно. —Хорошо. Только не молчи, когда уж совсем больно будет, ладно?       Я ей кивнул и начал готовить завтрак. Тут внезапно прозвучал стук в дверь. Милка подошла к входной двери и открыла её. Из неё внезапно вышел Лёва с каким-то пакетом. — Салам алейкум, бояре! — Лёва разувается и протягивает мне свой пакет. — Держи пакетик, там какая-то шняга от Тимофея. Он говорил, что там кисточки или чо-то такое.       Я взял пакет и положил его себе в рюкзак.

***

      Через час я уже лежу на полу в зале, играя вместе с Милкой и Лёвой в приставку. На улице начался дождь, из-за этого мы решили остаться дома. Милка сидит на кресле и хилит меня с высунутым языком. Лёва, сидящий возле меня, сражается с монстрами в игре, в тоже время обнимая большую плюшевую акулу Милы в реальной жизни. — Мальчики, а вы помните, что сегодня должно быть? — Милка закинула несколько чипсин себе в рот и посмотрела на нас. — Конечно, Мил, — ответил Лёва и достал свой рюкзак, не отрывая взгляд от телевизора. — В этот день Саша будет самым смущенным человеком за всю мою жизнь, — Лёва с ехидной улыбкой посмотрел на меня и толкнул плечом.       Да. Сегодня важный день для меня. Дело в том, что Милка решила замутить ночёвку. И ладно это, мы много раз устраивали такие ночёвки. Но там будет Тимофей. И я не знаю, что я буду делать. Скорее всего буду его избегать, а крысы Милена и Лёва куда-нибудь смоются и оставят меня с ним. Главное прихватить нормальную пижаму, не хочу чтоб он видел, насколько я дрыщ. Хотя в одежде я всё равно на фоне Лёвы выгляжу, как омега девственница. — Пожалуй не надо было вам рассказывать о моей ориентации. — Не обижайся, пожалуйста, мы же хотим, чтоб вы потом поженились, — Мила улыбнулась и посмотрела на меня. — Хотелось бы... — Не волнуйся, всё будет чики пики.

***

      Дождь за окном даже не думал прекращаться. Мы уже не знаем чем заняться. Я всё ещё лежу на полу и листаю ленту в телефоне. Милка и Лёва смотрят «Поле чудес». Помню, как Милка мечтала о том, чтобы она приносила шкатулки людям и всякие их гостиницы. Мы с Лёвой над ней угарали. Мне стало слишком скучно, и я решаю убраться. Я собрал все подушки на полу и отнёс в комнату Милы. Когда я принялся мыть посуду, то услышал стук в дверь. Я вытер руки и подошёл к двери. Когда я открыл её, то передо мной стоял мокрый с ног до головы Тимофей. Капельки воды стекали с его ресниц, подбородка и волос. Лёва и Милка встали с кресла и подошли ко мне. На их лицах читалось удивление. Тимофей громко и часто дышал, будто бежал сюда из своего дома. — Эм, привет, — Тимофей шагнул и разулся.       Я оторвал взгляд с его лица и посмотрел на тело. Он одет в какое-то длинное пальто. В районе груди что-то торчало и шевелилось. Тимофей быстро расстегнул пальто, и из него высунулась маленькая мордочка с чёрным носиком, а после и всё животное. Это была собака Тимофея. Шпиц. Милка пискнула от умиления и подбежала к Тимофею, чтоб взять на руки его питомца. Я с Лёвой стоял с глазами по 5 рублей. — Какой милашка! — Мила начала чесать животное за ушком и гладить его. Он высунул язык и начал всех нюхать. — Вы же не против, что я принёс с собой собаку? — Тимофей снял свой рюкзак и вытащил из него корм, игрушки и лоток для питомца. — Конечно нет! — Мила, как 5-летний ребёнок начала по пятам ходить за собакой.       Собака остановилась возле меня и посмотрела мне в глаза. Он облокотился своими передними лапками о мои ноги. — Ахах, ты ему нравишься. — А как собаку зовут? — спросил Лёва. — Это мальчик, его зовут Тотошка. — Какой хороший пёсик! — Мила начала теребить животное за щёки. — Смилуйся над бедным псом, Мила, не трогай его пожалуйста, — усмехнулся Лёва. —Иди ты.

***

      Время уже вечернее. Мы сидим в зале, все в пижамах. Я с Милкой постелил на полу некий ковёр из одеял, простынок и подушек. Тотошка бегает около нас и вылизывает каждому лицо. Возле нас лежат миски с попкорном, пачки чипсов и бутылки с газировкой. Мы решили посмотреть сериал «Как избежать наказание за убийство»*. В первой серии присутствует постельная сцена между мужчинами. Моё лицо превратилось в помидор. Краешком глаза я посматриваю на Тимофея и на его реакцию. Покерфейс. Но это ещё не отвращение. Милка уткнулась лицом в подушку и иногда поглядывала на телевизор. Я смотрю в, так сказать, первом ряду. Мне немного неловко, ибо мне нравится. Но я пытаюсь это скрывать. Льву, также как и Тимофею, вообще насрать на происходящее. Так. Вроде сцена закончилась. Можно выдохнуть.       И вроде как всё идёт нормально, но Тимофей решает задать внезапный вопрос. — Ребята, а как вы относитесь к геям? — Тимофей посмотрел на всех нас.       Чо за херь. Зачем он это спрашивает? Чтобы подготовить нас к каминг ауту? Или он гомофоб и ищет среди нас людей с таким же мнением? А может, он просто любопытный и на самом деле является натуралом… — Ну, — первым ответить решает Лёва. — У меня есть друг гей.       Если он сейчас спизданёт про меня, я его убью. Я посмотрел на Льва самым злым и серьёзным взглядом, который вообще я мог сделать. Лев немного потупил, а затем продолжил: — Но я с ним давно уже не общался. Он переехал в другую страну. Не помню какую. Вот. — Понятно. А ты Саша?       Я? А почему я? Я обычно отвечаю последним на его вопросы. — Эм, ну, — я начал смотреть по сторонам в поисках ответа. — Я отношусь к геям хорошо. Они же просто люди, так ведь? За что их можно ненавидеть? — Поддерживаю! — Милена немного вскочила со своего места. — Нет ничего плохого в этом, я так думаю. —Я тоже с вами согласен, — сказал Тимофей и улыбнулся самой милой улыбкой.       Пронесло. Он не ненавидит геев. Это уже хорошо. — Ребята! — внезапно крикнула Мила и встала с пола. — Давайте поиграем в «правда или действие»? — Хм. Я не против. — Я тоже, — сказал Лев и хлебнул немного газировки. — Ну, давайте, — ответил я.       Я с Милой образовал из подушек некий круг. Тотошку мы посадили в своё отдельное место и дали ему игрушек. Также Милена взяла бутылку из-под пива, которая осталась на чердаке. Она будет решать, кто из нас будет выполнять задание или же отвечать на вопрос, а кто будет этот вопрос задавать или же придумывать задание. Ещё я выключил основной свет комнаты и развесил гирлянду в виде клубники, которая была у Милки в комнате. Мы все расселись по, так сказать, подушечному кругу и начали играть. — Так, я кручу, — сказала Милка и начала крутить бутылку. — Кстати, горлышко — это ты делаешь задание или отвечаешь на вопрос, а дно — это ты задаёшь вопрос или придумываешь задание.       Милка крутанула бутылку. Даже походу переусердствовала. Она остановилась горлышком на Милку, а дном на Льва. — Правда или действие? — Действие! — ответила Милена и улыбнулась. — Покажи пародию на кого-нибудь из нас. — Так, хм, — Мила встала на ноги и начала пародировать. — Ооо я — 16-летний пацан с низкой самооценкой. Сижу в шкафу 24/7. Моя внешность не нравится моим одноклассникам, но мне насрать. — Это Саша? — спросил Тимофей. — Да! Это было легко, — Милка присела на подушки. — Я совсем не так себя веду. — Да конечно, королева драмы года, — Мила заржала, а я ей показал язык. — Ладно, сейчас крутану, — Мила раскрутила бутылку. Она остановилась горлышком на Лёве, а дном на Тимофея. — Правда или действие? — Правда, мне слишком лень сейчас что-либо делать. — Ладно. С кем бы ты переспал из парней?       Единственное, что я сейчас понял, это то, что Тимофей любит задавать рисковые и неудобные вопросы для меня. Но слава богу отвечаю не я, а Лев. — Из парней? Хм, — Лёва посмотрел в потолок и задумался. — Наверное с Сашкой. Он самый красивый из всех моих друзей. Но сорян Саня, я натурал, — посмеялся Лёва и похлопал меня по плечу. — Ахах, солидарен с тобой.       Если вы не видели настоящую гей панику, то вы должны были увидеть мою панику в тот момент. Всмысле солидарен? Он бы со мной переспал? Что за ебучие намёки, почему нельзя всё сделать без этих полупрозрачных подкатов. С такими несмешными шутками, в один день я умру от инфаркта. И виноват будет в этом Тимофей. В этот момент глаза расширились не у одного меня. Лёва тоже охерел от таких выходок Тимофея. — Ну, то есть, у меня тоже Саша самый красивый среди моих друзей. Я это имел в виду.       От таких выкидов, что дают мне надежду, а затем тут же отбирают её у меня, хочется плакать. — Я кручу, — Лев раскрутил бутылку.       Бутылка крутилась и остановилась на нас с Тимофеем. Горлышко было направлено на меня, а дно на Тимофея. Заебись. — Правда или действие? — Правда. — Когда ты в первый раз поцеловался? — Тимофей пододвинулся ко мне и прищурил глаза. — Эм, первый раз.., — я немного задумался. — Это было летом. С мальчиком, — я посмотрел на Тимофея, а его прищуреные хитрые глаза округлились. — Его звали Артём. Нам было тогда 9 лет что-ли. Я гостил у бабушки в деревне. В общем, мы решили играть в лесу, играли значит играли. Ну, я лежал у дерева и смеялся, а он сидел на моих коленях и как-то странно смотрел на меня. А потом он поцеловал меня. Помню потом его мама позвала кушать. Он ушёл, а когда была ночь я вообще не спал, — я посмотрел на всех и продолжил. — Потом, на следующий день я пришёл к нему домой. Его бабушка сказала, что он с родителями уехал домой рано утром. Мне кажется, тогда была моя первая глобальная истерика. Мне бы хотелось тогда забыть о нём. Ибо я хотел вновь с ним поцеловаться, —закончил я и вновь посмотрел на всех. Все сидели с открытыми ртами, а Тимофей так вообще походу из вселенной выпал. Я закрыл лицо руками. — Не смотрите на меня так.       Боже, как стыдно. Почему вся ёбнутая херь происходит со мной именно летом? Удивительно, как я мог такое вспомнить. Походу я гей ещё с давних лет. — Ахах, ну, довольно душевная история, — Тимофей погладил Тотошку по пузу. — Надеюсь это тебя не корёжит. — Да нет, не особо, — ответил я и посмотрел в окно. — Так! —сказала Милка в попытках как-то перевести тему. — Крутим дальше. Саша, крути ты. —Да кручу я, кручу.

***

      Игра в "правда или действие" уже нам наскучила. Я не знаю сколько времени, но спать мы точно не собирались. Милка с Тимофеем сидят и думают чем заняться, пока я со Львом строю замок из подушек. Я пытался сделать всё максимально охеренно и удобно. Брал самые отборные подушки. Более мягкие и неустойчивые решил закинуть внутрь. Ещё у меня была задумка, повесить одеяло так, чтобы можно было его просто закинуть на потолок и тем самым открыть вид на телевизор. У меня получилось это сделать. Когда я обустроил внешнюю часть, то начал заниматься внутренним пространством. Лев пошёл насыпать в миски новую порцию попкорна. Я, как дизайнер с несуществующим дипломом, расставлял по своему вкусу. Взял самые классные и безопасные гирлянды, развесил их булавками по периметру нашего замка. Взял плюшевые игрушки, еду, и разместил их так, чтобы было место для нас. После своей трудно проделанной работы, я позвал остальных осматривать хату, что я забабахал. Милка с Тимофеем пришли из комнаты девочки, в руках держа какие-то диски. Милка побежала к замку, осматривая его с восхищением. — Боже, Саша! Я всегда мечтала о таком замке! Ты потрясающий! — Мила крепко обняла меня. — Да, Саша, это выглядит прекрасно! — Тимофей подошёл ко мне и потрепал по волосам. От этого я покраснел. — Я просто где-то читал о том, как правильно их делать, — сказал я и открыл вход в замок. — Заходите.       Милка шустро забежала в замок, а следом зашли Тимофей и я. Хоть я и строил замок, но не заходил внутрь готового варианта. И сейчас я зашёл. Потолок и верхняя часть стен украшены гирляндами в виде звёздочек и сердечек. По углам расставлены плюшевые игрушки, из-за которых внутри замка пахнет клубникой. А из-за еды пахнет ещё и карамельным попкорном с колой. Моя бы воля, я бы жил в таком замке. Но к сожалению завтра я уже иду домой, обратно к отцу. Но сейчас я не хочу думать об этом. Пол очень мягкий, но при этом он не как батут. На полу лежат блёстки и наклейки, которые походу Милка потеряла на каких-то подушках. Тимофей запустил к нам Тотошку, а за собакой пришёл и Лёва. Милка и Тимофей положили на пол какие-то диски с играми. — Мне как-то не охота играть на приставке, давайте сериал или фильм какой-нибудь посмотрим, — предложил Лёва, играя с Тотошкой. — Неплохая идея, я согласен, — поддержал Лёву Тимофей. — Мне без разницы, давайте, — я пододвинулся к одеялу, которое было в стороне телевизора, и закинул его на потолок. Потом я тоже лёг среди подушек, не заметив как оказался возле Тимофея. — А какой фильм? — спросила Мила. — Давай "Оно"! Я его до сих пор не смотрел, — предложил Лёва. — Я не люблю хорроры, — сказал я и обнял плюшевую акулу. — Да ну! Там даже страшных моментов толком нет, — начал уговаривать меня Лев. — Как ты можешь это говорить, даже не посмотрев фильм? — спросил Тимофей. — Мне друг рассказывал об этом фильме. — Точно не будет страшно?—спросил я с опаской. — Зуб даю. — Ладно, ребята, включаю, — сказала Милка и щёлкнула пультом.

***

      Это только начало блядского фильма, а я уже ссусь кипятком. Какой-то мальчик в жёлтом дождевике общался с клоуном в канализации. Он протягивает ему руку и—       Дальше я не увидел, ибо закрыл лицо акулой. Мне до усрачки было страшно. Из-за этого момента я вспомнил не самые клёвые воспоминания, связанные с отцом. Тимофей, что сидел рядом со мной, заметил мою истерику и обнял меня, шепча какие-то успокаивающие вещи. От этого я почувствовал себя будто в своей тарелке. Будто так и должно быть. Чтоб Тимофей сидел рядом со мной, обнимал меня и шептал что-то на ухо. Я себя чувствовал так правильно в этот момент. Звуки стихли, а я выглянул из-под акулы. Сначала я посмотрел на телевизор, а затем на Тимофея. Он мило мне улыбнулся и перестал меня обнимать. Но это было так тепло и приятно. Я чувствовал всю нежность, доброту и силу Тимофея. Мои щёки тут же воспылали в красную краску.

***

      Вот идет финальная сцена, а затем и титры. "Оно" мы уже давным-давно посмотрели, после его титров я наорал на Лёву из-за того, что он меня обманул. После этого фильма мы посмотрели какую-то комедию из нулевых, а затем пересмотрели весь 4 сезон "Винкс". На этом сезоне я ревел как сволочь, особенно над 24 серией, а Тимофей снова меня успокаивал. И знаете, я готов пережить 100 нервных срывов, лишь бы меня после них успокаивал Тимофей. После Винкс мы посмотрели диснеевские сериалы и всплакнули от ностальгии. Сейчас идут титры уже хрен знает какой серии "Ханны Монтаны". Мои глаза уже откровенно слипаются, а шея отказывается держать голову нормально. — Может уже на боковую, а то Саша вон бедный, уже смотреть нормально не может, — сказала Милка и указала на меня. — Да, давайте спать, время 5 часов утра, — сказал Тимофей и принялся брать одеяло и подушки. Я решил постелить себе, но он меня остановил. — Саша, полежи, не двигайся. Я вижу, как ты спать хочешь. Давай я нам постелю.       Я бы хотел конечно ему что-то возразить, но я так сука устал, что просто покорно сел рядом.       Тимофей постелил некую кровать, и я тут же лёг у стенки и вырубился, обнимая какую-то игрушку, попавшуюся мне в руки.