Цель: Стать охотником

До экзамена 3 года и 7 месяцев

       Я уже сбилась со счёта сколько раз я стою вот так. Под холодным душем, потому что на ванную нет сил и времени. С разбитыми коленями и кровавыми мозолями на негнущихся пальцах рук, потому что детский организм не предназначен для трехчасовой тренировки. Плача от боли во всем теле, потому что снова и снова попадаюсь под удары сенсея не успевая ставить блок и потому что душевая прекрасно заглушает детский плач, и бабушка не будет волноваться. Я давно перестала считать сколько раз я уже подала на кровать в своей комнате без сил.       Это тело всегда было больным и слабым. Когда я заняла место Авроры, система вылечила все болезни. Но я все ещё слаба. Слаба даже после двух лет тренировок. Какой мне экзамен, я даже 10 минут против сенсея в драке выстоять не могу. Я Аврора Одзаки, мне 10 лет и, чтоб стать хантером мне ещё нужно, как минимум, столько же. Но проблема в том, что у меня нет этого времени. Мне нужно стать сильнее. Это другой мир, полный загадок и чудес, но в нем стать сильнее можно только упорно тренируясь. Только через пот, кровь и слёзы. Иначе никак, я это давно уяснила. Я не обладаю выдающимся талантом или физическими силами и работать мне приходится в несколько раз усердней. Тренировки были сложными, кажется.        Лёжа в кровати, я думала о том не сломаюсь ли я если попрошу сенсея увеличить нагрузку? Расскажет ли Саманта бабушке, если я попрошу облегчить программу и давать только необходимое? Что лучше: не стать охотником и умереть, или умереть в попытках им стать? В голове, как обычно, много вопросов, но уставший за день мозг отказывается думать. Ничего другого кроме как жить по принципу: «кто не рискует, тот не выполнит предсмертное желание и умрет, так что хватит ныть», мне не оставалось.

До экзамена 4 месяца

      Последнюю неделю мне удалось выспаться, давно не чувствовала себя так бодро. Хотя стоит, наверное, сказать спасибо сенсею, тренировки в последнее время были не такими утомительными. Саманта тоже вдруг снизила нагрузку, на уроках стало меньше материала и голова не так болела от количества конспектов, которые нужно было ещё выучить. А ещё на прошлой недели у меня состоялся разговор с бабушкой. До экзамена всего ничего, и я начала серьезно говорить с ней о подачи заявления, точнее о её письменном согласии на моё участие. Мне не хотелось её тревожить, но так было нужно. Экзамен это вам не шутки. Минимальный возраст — 12 лет и мне хотелось впервые попробовать сдать экзамен именно в 12 лет. Даже если не далеко уйду, это будет прекрасный опыт, который сделает меня сильнее и через год я вернусь на экзамен уже более подготовленная, хотя бы морально. Если так подумать, то у меня будет всего 5 попыток до совершеннолетия и мне бы не хотелось просто так терять год. Тем более я спрашивала у матери и сенсея достаточно ли я сильна, чтоб выжить на экзамене. Мама сказала, что я много работаю и у меня есть все шансы стать отличным охотником. Настоящую Аврору такие слова бы сильно впечатлили, я в этом уверенна, да и сказаны они были от сердца. Сенсей редко меня хвалил, он вообще не любил проявлять эмоции, сказал лишь что если я не доберусь до 1 этапа экзамена, то он больше не мой учитель. Меня тогда его слова впечатлили и напугали одновременно.        Бабушка моя была невероятно мудрой женщиной и была в ней черта, которую я любила больше остальных. Она уважала чужие решения и если я твердо решила, что хочу сдавать экзамен, то бабушка уважала это решение. Она дала мне понять, что считает меня ещё слишком маленькой и долго беседовала с сенсеем за закрытой дверью. Однако к вечеру у меня на руках было согласие и я радостная побежала подавать заявку на участие.        Когда мне было восемь к нам в дом пришёл Ноя-сан. Увидев меня, он рассмеялся, сказал, что теперь моей спокойной жизни пришел конец и с завтрашнего дня он мой учитель. Это был первый и последний раз, когда я увидела сенсея улыбающимся и смеющимся. А ещё он не шутил. Он вообще никогда не шутил. От первой тренировки я ждала чего-то грандиозного… Но из четырех часов которые она длилась, я полтора часа делала, как назвал её сенсей, разминку. А остальное время бегала на выносливость. Это означает просто бег, нужно бежать экономя силы, правильно дышать и самое главное не падать духом. Точно такая же тренировка ждала меня и на следующий день. Сенсей научил меня бегать, правильно ставить стопу, правильно рассчитывать свою скорость и не сбивать дыхание. Через полгода мне дали утяжелители на ноги и руки, и я всю тренировку была в них, сначала вес был не большой, но со временем он увеличивался. Спустя год и несколько месяцев сенсей сказал, что я готова учиться бою и мы начали отрабатывать удары, блоки, выпады, кувырки, подсечки и так далее. Потом меня начали бить. Правда учитель назвал это спаррингом и бил не в полную силу, конечно же. Лучше не пропускать его удары, а то горько пожалеешь… Когда после разминки меня позвали поговорить об оружии, которое мне бы подошло, я уже не была так воодушевлена. Ненавистный бег оказался самым безобидным из этапов тренировки у мастера. Знаете что? Я правда хотела стать мечником. Это ведь так круто. Но когда я заикнулась о мече, то сенсей посмотрел на меня как на дуру. А потом сказал, что мне и за десять лет хорошим мечником не стать. Так что теперь у меня за спиной, в районе поясницы, на кожаном поясе красовался большой охотничий нож, который был теперь моим лучшим другом. Я отработала кучу ударов и выпадов с ним, я с ним спала, ела и порой даже мылась. На бедрах и предплечьях у меня закреплены сумки с легкими и острыми лезвиями для метания. Тренировки на меткость были сучим адом, мне надо было научиться попадать в движении в движущуюся мишень. И это сложнее чем все, что я делала. Сейчас я могу довольно метко метнуть лезвие только если стою либо я, либо противник, в идеале оба варианта, но в реальном бою скорее не будет ни одно из них.        Любимая система помогала увидеть все мои навыки в числах, но помогать решительно отказывалась. Порой, чтобы выпытать у нее простую справку, о чем или о ком-либо приходилось задать тысячу вопросов и ответ все равно был мутным и не точным. Врать система не могла, а вот отвечать общими фразами и не давать конкретики — запросто. По моим характеристикам было трудно сказать сильная я или слабая, сравнить я могла только с учителем и собой в прошлом. И если в первом случае я цыплёнок, то во втором я гордо могла назвать себя взрослой курицей. Главное было не встретить матерого петуха (где-то чихнул Хисока) и не превратиться в куриную отбивную.        Саманта с Ной-саном решили снизить нагрузку. Сенсей сказал, что сейчас мне нужно укрепить дух и подготовиться к экзамену морально, а уже потом думать о физической форме. Я никогда не ставила его слова под сомнения. Система показывала мне реальный уровень человека, не его регалии и напускное на себя величие, так что определить сильного и опытного мне не составляло труда. А уважать сенсея было за что. Так что сомневаться в его словах и решениях не приходилось. Теперь мои будни состояли в основном из лекций Саманты по каким-то не очень сложным темам, география, дипломатия, немного экономики, много биологии человека и прочие предметы, которые давались мне легко. В зале я занималась ускоренной разминкой, слушала про тактику ведения боя и о том, как читать действия противника и просчитывать его и свои движения, о том, как оставаться в бою с холодной головой и не поддаваться панике. В тренировку входил спарринг на отработку быстроты реакции и мышления и мои любимые тренировки на меткость. Звучит сложно, но после бешеного графика и нагрузок в которых я провела эти 4 года, такие тренировки не будут сильно напрягать. Но я послушалась учителя и начала готовить себя к испытаниям морально. Я медитировала и вбивала в свою голову мыслить здраво, как бы страшно и трудно не было.       До экзамена осталось всего 4 месяца. Столько людей в меня верят: бабушка, сенсей, Саманта, мама. Я не могу подвести их и саму себя. Я чертовски хочу сдать этот экзамен, и я ни за что не отступлюсь от своей цели.