Неправильная слизеринка

      Утро девушка начала не с кофе, а с беготни по комнате в поисках мантии. Обычно всегда пунктуальная и собранная Эрнеста проспала. Так еще и урок у Снейпа. Можно было представить, какую взбучку он ей устроит, так ещё и её внешний вид сегодня оставлял желать лучшего: темные круги под глазами выдавали последствия ужасной ночи, мятая рубашка и взлохмаченные волосы. Такой её не видел ещё никто. – Простите, профессор, можно войти? - она ворвалась в кабинет, как снег на голову. Блейз шумно вздохнул, готовясь раздавать свои нравоучения направо и налево. – Вы опоздали, мисс Моретти, - холодно бросил зельевар. – Такое поведение неподобающе для старосты. Сегодня отработка в восемь вечера. И будьте добры, на сей раз не опаздывать.       Девушка поджала губы и уселась с Тео, который рисовал что-то на полях своей тетради. Гриффиндорцы тихо посмеивались над удачной возможностью застать слизеринцев в неловком положении. Блейз злобно зыркнул на них, после чего обернулся к подруге. – Если ты продолжишь так себя вести, то ты лишишься значка старосты, а ты слишком долго стремилась к этому, если помнишь. – Не нуди, Забини, и слушай преподавателя, - огрызнулась девушка. Ей сейчас совершенно не хотелось участвовать в этом разговоре.       День прошел просто отвратительно: голова дико раскалывалась, да и отработка у Снейпа мало привлекала. Драко весь день подкалывал девушку, но настроение у того было ничуть не лучше. Он объяснил это волнением за семью, видимо обстановка в его поместье с каждым днем становилась всё хуже. Но спрашивать при других такое было просто напросто неприличным.       После ужина девушке волей-неволей пришлось идти в любимые подземелья, правда сегодня они мало могли ее порадовать. Северус смерил её недовольным взглядом, кратко объясняя, в чём заключается её работа. Конечно, раскладывать по алфавиту зелья мало привлекало, но это было куда лучше, чем драить эти чёртовы кубки до посинения.       Сам же профессор сидел за собственным столом, проверяя работы пятого курса. И если судить по лицу, то приятного там мало. – Простите, профессор, не могли бы вы сказать мою оценку за сочинение, - девушка уверенно подошла к столу, убирая руки за спину.       Зельевар же нарочито медленно поднял голову, всматриваясь в ученицу. Лицо не выражало никаких эмоций, отчего по спине пробежал табун мурашек. – Превосходно. Пожалуй, лучше вашей работы, будет только работа мисс Грейнджер. Думаю, вам есть над чем поработать. А теперь, - профессор обратил взгляд на свитки пергамента у себя на столе. – Вернитесь к вашим обязанностям, если не хотите придти в мой кабинет ещё и завтра. «Опять эта грязнокровная выскочка обошла меня в любимом предмете»,- подумала слизеринка. Однако она знала, что декан никогда в жизни не признает при всех, что гриффиндорка в чём-то лучше учеников его факультета, так что радовалась, что эта заучка хотя бы не станет зазнаваться.       Пальцы быстро, скорее, даже на автомате, перебирали колбочки, а мысли были где-то далеко от кабинета. Этот учебный год ещё не успел толком начаться, а мелкие и не очень проблемы сыпались на неё градом. Папина новая жена ждала ребёнка, сама Эрнеста заработала двух врагов в лице самых несносных учеников Хогвартса, а Снейп уже успел ей напомнить о том, что в любую минуту ее значок старосты может оказаться на груди у другого сокурсника. Причем с последним разобраться было проще простого. Не нарушать правила мисс Моретти умела и могла с лёгкостью. Не считая, конечно, походов в библиотеку по ночам, но слизеринка давно перестала считать это чем-то выходящим за грани.       Но девушка постаралась зациклиться на чём-то другом. Например, на новой преподавательнице Хогвартса. Амбридж уже с первых минут пребывания в школе дала понять ребятам, что нормального обучения у них не будет. Следовательно, знаний тоже. Эрнеста была из-за этого очень недовольна, но, в отличие от шумных гриффиндорцев, сохраняла внешнее спокойствие и безразличие к происходящему. Всё же, каким бы учителем Амбридж не была, она знает, как будет лучше. Да и повторить судьбу Поттера не хотелось, тем более девушка стала старостой, а подвергать своё назначение сомнениям не собиралась. – Мисс Моретти, вы можете быть свободны, - Снейп вырвал ученицу из пелены собственных мыслей. – Надеюсь, впредь вы не будете просыпать мои уроки. – Конечно, профессор.       Возле входа в кабинет девушку ждал Блейз. Его вид говорил о том, что просидел он тут прилично. – Разве я говорила, что нуждаюсь в сопровождении? Или ты решил устроить мне очередную череду лекций о моем поведении? Прошу, я слишком устала от этих занудств. - она потёрла переносицу.       Парень проигнорировал колкость, подхватывая локоть подруги, повел её в совершенно противоположную сторону от гостиной Слизерина. Первые несколько минут ребята шли молча, но любопытство в конечном итоге победило. – Забини, что происходит? Куда мы идём? - слизеринка резко остановилась, вытягивая свою руку из хватки друга. – Это сюрприз.       Мулат оглянулся, внимательно наблюдая за спящими портретами. Коридоры в такое время были наполнены лишь их легким сопением или, в редком случае, храпом. Иногда Филч вместе со своей старой кошкой проверял школу на наличие нарушителей.       На последующие вопросы Забини отказывался отвечать, а Эрнесте ничего не оставалось, как следовать за ним. Парень медленно поднимался по ступеням, ведущим на самую высокую башню Хогвартса - Астрономическую. Легкий ночной ветер опалил лицо удивлённой старосты, развевая волосы, выбивая отдельные пряди из хвоста. Посредине лежала корзинка, которая была забита доверху, явно чем-то съестным. – Что на счет пикника? - усмехнулся слизеринец, присаживаясь на расстеленный плед. – Ну что ты так уставилась на меня? Садись, говорю. – Пикник на Астрономической башне? Это немного странно, не находишь? – Зато у тебя в жизни такого никогда не было. Будет, что вспомнить. – Есть какой-то особый повод? - поинтересовалась она, садясь на пол, хватаясь за подставленную руку друга. – Может быть.       В корзине оказалось множество вкусностей, многие, конечно, были явно заимствованы у домовиков с кухни, но тут были даже маггловские любимые девушкой сладости: сахарная вата, яблоки в карамели, белый шоколад, пончики. От такого разнообразия разбегались глаза, всё же только лучший друг знал о таких маленьких слабостях. – Я так давно не ела ничего вкусного и сладкого. Ты чудо, Блейз, - в порыве благодарности Эрнеста обняла мулата, что вызвало облегчённый вздох у последнего. – Я рад, что тебе понравилось. Вообще, как ты могла понять, я тебя не просто так пригласил, - парень взял ладони девушки в свои. – Я слушаю. Ты меня знатно заинтриговал. –Я очень долго думал над этим, размышлял о правильности моих чувств, после чего пришел к выводу, что ты мне очень давно нравишься, Эри, и подумал, почему бы нам не начать встречаться? Я считаю, что мы гармонично вместе смотрелись бы, да и понимаем друг друга чуть ли не с полуслова.       Он говорил так уверенно, что сама девушка опешила. Да, Забини был надёжным и заботливым, но она не была уверена, что чувствует к нему хоть что-то похожее на любовь. Честно говоря, она вообще не знает, какого это чувствовать себя влюблённым. В дешёвых бульварных романах, которые часто читала мачеха, постоянно говорится о бабочках в животе, стаде мурашек от одного прикосновения или глупой улыбочке от его взгляда. В такое она не верила, да и не хотела бы оказаться в подобной ситуации. Но если подумать, разве не из лучших друзей, отлично понимающих друг друга, может получиться замечательная пара? Но что, если она просто не сможет дать должной поддержки и заботы? Вряд ли они смогут продолжить так же непринуждённо общаться, если из их отношений не выйдет ничего положительного, а терять такого родного человека - не хотелось. – Ты можешь не давать ответ так сразу, если сомневаешься, - парень начинал нервничать, видимо, по его задумкам все должно было быть совершенно иначе. Он теребил в руках свою рубашку, застегивал и расстегивал манжеты, отчего такое состояние передавалось и ей.       Юная слизеринка просто не знала, как нужно действовать в такой ситуации. Если она не согласиться, Блейз постоянно будет чувствовать себя неловко, избегая ее, общаясь с другими людьми; но если она даст положительный ответ ничего плохого ведь не случится? Между ними не должно что-либо измениться? Наоборот, они станут духовно ближе. Однако утверждать Эрнеста не могла, отношений у неё не было, объектов симпатий тоже. Может, всё что ни делается, так или иначе к лучшему? «Конечно, к лучшему, идиотка. Как ты можешь сомневаться? Это же твой родной и всегда понимающий Блейз Забини», - твердил внутренний голос.       В такие ситуации нужно полагаться на сердце, ведь оно обычно выдает твои тайные желания, но тогда почему оно сейчас так предательски молчит?       Подняв глаза на друга, она ободряюще улыбнулась, легонько сжимая большие ладони парня. – Мне кажется, что мы могли бы попробовать.       Забини радостно улыбнулся, заключая уже бывшую подругу в объятья. Затем он медленно наклонился к ее лицу, легонько прикасаясь своими губами к ее. В этот момент девушка запаниковала, ведь сама никогда не целовалась и не знала, что нужно было делать: куда деть руки? нужно ли закрывать глаза? как правильно двигать губами? что если прямо сейчас она испортит то, что ещё даже и не началось? Но Блейз все решил сам, тут же отстраняясь от Моретти.       Следующие два часа прошли весело и непринуждённо, не считая, конечно, неожиданных прикосновений или поцелуев, к которым пятикурсница ещё не привыкла. Все же сложно по щелчку пальца перестать видеть в человеке лучшего друга. Благо, он все понимал, как всегда, и не делал это настойчиво или слишком часто.       Когда ветер стал подниматься все сильнее и сильнее, а сладости в корзине закончились, пара собрала все вещи, покидая Астрономическую башню. Филча со своей кошкой не наблюдалось, что позволило ребятам медленно, держась за руки, пройтись до собственной гостиной. В голове к старосте пришла мысль о том, как бы отреагировали друзья и не только на их внезапное решение встречаться.       Гостиная оказалась пуста, что было неудивительно, камин давно погас, пара зелёных подушек валялась на полу, чьи-то тетрадки в хаотичном порядке лежали на столе, а ребята просто молча стояли. Блейз завороженно смотрел на девушку, а та в свою очередь размышляла над сегодняшним днём. Она действительно утомилась, причём не только физически, но и морально. – Что ж...Сладких снов, Блейз, - Моретти устало улыбнулась и уже собралась уходить в свою спальню, но её рука была нагло перехвачена. – Сладких снов, Эри, - мулат оставил легкий поцелуй сначала на губах, а потом на макушке, после чего со счастливой улыбкой на губах отпустил.       Падая в кровать, Эрнеста подумала о том, что этот год будет гораздо тяжелее, чем она могла себе представить.       Проснулась она из-за слишком громкого шума со стороны соседок по комнате, взглянув на часы, староста с облегчением осознала, что не опаздывает. – Позвольте узнать, что вызвало такую бурную реакцию у вас с утра пораньше? - недовольно прошипела девушка.       Астория и Миллисента резко замолкли. Дафна гордо выпятила грудь, всем своим видом показывая, что этот разговор был явно не для её ушей, но позже взгляд смягчился, и старшая Гринграсс уселась на край кровати своей сожительницы. – Тяжёлые времена начинаются. – Поэтому вы решили создать эти тёмные времена ещё и мне? Благодаря вашим утренним визгам, я потеряла минимум полчаса сна. – Ты не понимаешь! Все чистокровные семьи проверяет Министерство на наличие тёмной магии, а если что-то найдут, то не отвертишься потом, - вскричала Милли. – Уничтожьте их. Неужели это такая проблема? – Это огромные деньги, между прочим! Отец говорил, что даже если ты не причастен к Тому-Кого-Нельзя-Называть, от Азкабана за подобные вещицы ты не убежишь, - продолжила Дафна.       В дальнейшие разглагольствования слизеринка вступать не стала. Её семья была далека от этого. Собравшись, она вышла из комнаты, присела на кресло, решив подождать Блейза и Драко, которые в большинстве случаев выходили из своих спален очень рано. Парни не заставили себя долго ждать, Драко поправлял свой галстук, а второй встретил свою девушку поцелуем в щеку, что вызвало удивление со стороны хорька и некоторых сокурсников. – Ты сегодня рано проснулась, - произнес парень, обхватывая ее талию. – Всегда знал, что вы вместе будете. - самодовольно проговорил Малфой, наконец покончив с этим злополучным галстуком, который сегодня отказывался слушать хозяина. – Главное, Астории на глаза не попадайтесь. – Почему это? – Только слепой не заметит её взглядов в твою сторону, дружище. – Мне кажется, что Астория больше тебе подходит, Малфой, - вставила своё слово Моретти, которая уже знатно устала от всех этих склок. – О, Мерлин, Моретти, не впутывайте меня в это ближайшие лет десять точно.       Тихонько посмеиваясь троица вышла из слизеринской гостиной прямиком в Большой зал. Было забавно наблюдать за тем, как даже некоторые гриффиндорцы старательно избегают общество святого-Поттера, присаживаясь где-то в конце лавки. Сам же Избранный и его друзья кидали озлобленные взгляды на нового преподавателя ЗОТИ, которая в свою очередь с противной улыбочкой поедала омлет. Ее взгляд метался по столам факультетов, часто задерживаясь на львином, дабы найти какое-то несоответствие правилам. Стоит ли говорить, что стол змей остался нетронутым? В школе появился еще один человек, который давал им фору. Естественно, ведь сама Долорес училась именно на их факультете.       Что удивило девушку, так это отсутствие близнецов Уизли и их вечного соратника во всех проказах - Ли Джордана. Не то чтобы это её очень расстраивало, просто обычно их звонкий смех разносился по всему помещению, а сейчас стояла загробная тишина, что неимоверно раздражало. Отведя взгляд от стола ненавистных гриффиндорцев, она уткнулась в свою тарелку, размышляя, когда снова сможет посетить библиотеку. – Какой факультет сегодня дежурит по расписанию? - поинтересовалась она у сидящего рядом Драко. – Пуффендуй и Когтевран, завтра мы и Гриффиндор, а что? - парень явно понял, что хотела однокурсница, но зная отношение мулата ко всему этому, лишь утвердительно кивнул. – Отец прислал мне пару книг, отдам позже. – Кажется, эта сова направляется к тебе, Эри, - произнес Блейз, ловя конверт, который мог упасть в кашу.       Распечатав конверт, она увидела письмо от отца и прикрепленное фото после УЗИ. Мистер Моретти писал о том, что он счастлив, что ребёнок развивается хорошо, и что он ждёт свою дочь на Рождество. Эрнеста скривилась, комкая несчастный пергамент, кидая его куда-то в сторону.       Следующие два месяца прошли достаточно стабильно, Амбридж все также гоняла детей за любую провинность, начала выпускать декреты, вешая их на стену. Моретти тем временем усердно читала книги, любезно отданные другом. Близнецы Уизли создавали все больше и больше вредилок, распространяя их среди младших. А Блейз старательно оберегал свою девушку, обвивая заботой и нежностью. Хотя она сама так и не могла понять чувствует ли хоть что-то к нему, но грела себя мыслью, что вскоре в ней проснётся так называемая любовь, и это просто вопрос времени. Все шло своим чередом, не считая одного единственного дежурства, когда она пожалела о том, что занимает пост старосты.