По ту сторону Кремено.

Сцена происходит в 7 - 8 главах истории "Помолись за нас..." Ссылка на историю: https://ficbook.net/readfic/2928817 POV КАЙ Приятная усталость наполняла тело, расслабившиеся мышцы немного ныли, однако это приносило скорее наслаждение, нежели дискомфорт. Конечно же, я пришел раньше, усевшись на скамейку и подняв глаза к небу, поежился, солнечные лучи все еще немного неприятно пощипывали кожу, забавно, когда-то я любил солнце, мог сутками проводить на нем, а сейчас…? Кожа мертвеца... Сколько бы лет не прошло, я больше никогда не смогу ощутить то сносящее крышу тепло. Как ее звали? Неважно… Очередная девочка на ночь, так не хотелось видеть ее глаза, надутые пухлые губы, синяки от засосов на груди и шеи, глупая…жалкая… Сколько таких было в моей жизни? Странно, сбился со счету…. Как она выглядела? Блондинка? Брюнетка? Не важно. Кажется от нее пахло цветами, ромашки? Лютики? Бред. Прикрываю глаза, вдыхая запах свежих трав, все, что мне от нее нужно было - это секс и кровь, получил и исчез. Навсегда. Но так часто в глазах сияет надежда, так искренне и чисты порой их мысли. Хрень. Не важно. Сквозь аромат листвы пробился еще один, сладкий, дурманящий, кажется, это была ваниль?Да, наверное она… Внутри все скрутилось, меня вымораживали ее духи, они туманили рассудок, не давали мыслить так спокойно, как я привык. Ее легкая поступь гулом разнеслась по вискам, она замирает, а в голове мысли, снова вразнобой, снова непонятные, но удается уловить «Напоминает прекрасного принца». Дура. -А я думала вампиры боятся солнца. – её голос лезвием скользит по ушам, хотелось дернуться и проверить не пошла ли кровь, не сдерживаю ухмылку, зверюшка изволит язвить. Нарочно, как можно медленнее приоткрываю глаза, яркий луч солнца ослепляет на несколько мгновений, не подаю виду. Это не важно. -Нет, это всего лишь сказки, мы придумали их, чтобы запутать людей, – поднимаюсь со скамейке, разминаю плечи, - хотя, неофиты зачастую засыпают на ходу, в прямом смысле слова, от первых же лучей солнца, но, со временем, они привыкают и перестают быть такими чувствительными. - Неофиты? – голос дрожит, глаза прикованы ко мне. Сколько раз я видел подобный взгляд? Скольких убил после этого? Как звали последнюю девушку, чье горло я разорвал? Кажется она была забавной, кажется… -Именно, пушистик, -ухмыляюсь, замечаю, как она смущается, это было бы мило, если бы так не бесило, если бы от запаха ванили не хотелось блевать, – новички, недавно обращенные вампиры, их считают таковыми до тех пор, пока они не способны бороться с силами солнца. -Судя по всему, ты уже не новичок. - фиолетовые глаза испуганно бегают, происхождение Александрии… Лишь раз я видел человека с подобным заболеванием, ему не повезло, помимо необычного цвета глаз, он получил весьма неприятную внешность. Как он умер? Сердечный приступ или жертва голодного вампира? Бред. Прошлое, а значит не важно. -Пять баллов за наблюдательность! –лихорадочные спутанные мысли атакуют мозг, хочется схватить ее за руку и вырубить нахрен, лишь бы она заткнулась, лишь бы снова была тишина. – Я являюсь мастером. Вампир, который заслужил признание своего сира и обрел особую способность. -И какая же у тебя способность? Снова нерешительный взгляд и сквозь хаотичный проток проскальзывает «Боже, и почему плохиши всегда такие красавчики? Если бы он был уродцем или среднестатистическим мужчиной все было бы гораздо проще.» «Красавчик?» - губы сами собой складываются в улыбку, но она наверняка кажется жестокой, искренность…Как давно это было? Куда девались все прежние чувства? -Чтение человеческих мыслей. - произнес медленно, нарочно растягивая слова, с ненормальным удовольствием замечая секундную вспышку замешательства, девчонка отпрыгивает от меня, яркие фиолетовые глаза кажутся еще больше. Такой знакомый цвет, до боли знакомый, от куда-то из прошлого, из слишком далекого прошлого… «Все это время он знал о чем я думала?! Гребенной ад!» Ты и представить не можешь насколько, лисенок. Хитрая, маленькая зверюшка, красивая, но глупая, иначе бы не украшала так часто воротники непонятно что возомнивших о себе дам. Да, пожалуй, смертная, стаявшая передо мной была именно такой, маленькая, неродимая лисица со своими скелетами в шкафу. -Не совсем, –зарываюсь пальцами в волосы, зачесываю челку назад, пытаясь объяснить девчонке происходящее, но, Боже, ее глаза следят за моими движениями, от чего на секунду становиться неловко. Хрень. Прекрати. -Намек на то, что я псих и место мне в психушке? – ухмыляется, пытается веселиться, а внутри нее холод, и неожиданно рождается интерес, что же она пережила такого? Глаза вновь возвращаются к небу, голубому, красивому, свободному. Одна из них, тех, что на одну ночь, говорила, что у меня красивые глаза, до тех пор, пока они не стали зелеными и я не вцепился в ее шею. Я ненавидел использовать гипноз, мне нравился страх в их глазах, паника, осознание, попытки сбежать, смешно, глупо, но от этого меня переполняло темным удовольствием. Как бы она отреагировала на подобное? Испугалась бы? Или боролась? -Ты позвал меня сюда за этим? – нервничает, смотрит под ноги, уверенность медленно растворяется, но нет, нет страха, будоражащего душу, нет паники, сводящей с ума. Сомнение в ее голове подобны змеям, склизкие, неторопливые. -Ты огорчаешь меня, –слова выскользнули сами собой, быть может не зря меня считают безумным, - уже не первый раз… Что я должен сделать, чтобы ты поверила? Показать тебе клыки? Выпить твою кровь? Отступает назад, но в фиолетовых глазах все так же нет страха: -Только попробуй и я… -Прострелишь мне голову? – становиться смешно, до дикости смешно, быть убитым этой глупенькой зверюшкой, вот это была бы истинная ирония судьбы. – Это глупости, лисенок, больно, но не смертельно. -Зачем ты позвал меня, и что вообще происходит? – повторяет вопрос, прожигает меня взглядом, а в голове нелепая мысль, цветы, да, это точно были цветы, и почему я не мог вспомнить их названия? Может потому, что они всегда так раздражали? Она любила сад, та…Она знала название каждого цветка, ненужная, глупая информация. -Ты ухитрилась развязать некое подобие гражданской войны у вампиров, признаюсь, это достойно уважения. – бросаю как бы невзначай, а мысли все еще в прошлом, долбанные цветы, она так часто поправляла меня, так часто называла их… -Я?! В смысле?! – ее голос срывается, выводит из раздумий. -Генрих, – вздыхаю, а ее мысли все так же беспорядочны, - один из очень уважаемых вампиров, он был очень стар и обладал одним из самых больших кланов, по слухам, его возраст составлял около двух тысяч пятьсот лет, я, лично, слышал о том, что он жил ещё при Древней Греции. «Ну охринеть теперь, кажется я убила музейный экспонат.» Ее мысли смешат и действительно хочется рассмеяться, но выходит лишь кривая усмешка, нужно быстрей это заканчивать и валить от сюда, подальше от глаз цвета этого долбанного цветка и от чертового запаха ванили. -А выглядел он не плохо для своих лет. -Вампиры замирают в том возрасте, в котором были обращены. – поясняю спокойно, словно учу маленького ребенка, с чего вообще я трачу на нее свое время? – Так вот, один из детей, в смысле, обращенных им вампиров, решил, что он слишком стар и ему пора на покой. -Он связался с нами, мы выполнили его задание, все ништяк, в чем проблема? - она выпрямилась, словно струна арфы, руки в бока, взгляд серьезный, внимательный и снова не грамма страха. Да что с ней не так?! -Ты оставила огромное количество вампиров без сира! Ты хоть понимаешь, чем это чревато? Каждый из них мечтает увидеть тебя с разорванной глоткой! Твое очаровательное тельце пустят по кругу и каждый вампир, прежде, чем хорошенько тебя отыметь, будет пить из тебя до тех пор, пока не насытится. Вот оно! Желаемое! Испуг, скованное тело! Но где оно? Где это удовольствие? Почему я не наслаждаюсь этим? Ведь так было всегда, ведь это то, что нужно, так почему же по телу расползается ужасный холод? А ее мысли все так же потоком скользят сквозь мое сознание «Все что он говорит - это ложь! Он пытается меня напугать! Вампиров не существует…» И она, вроде, успокаивается… -Тогда зачем ты тут? Хочешь быть первым? Шафран*! В голове вмиг начинает все гудеть, и дикая жажда практически сводит с ума, клыки начинают ныть, с чего бы это? Ведь я питался несколько часов назад. Быть первым? Не приглашение ли это, зверюшка? -Нет, - в ее глазах отражаются мои, зеленые, ненавистные и хочется вырвать их, найти этого ублюдка и швырнуть ему в лицо, – это не входит в мои планы на данный момент. -Знаешь, что? Я не верю ни единому твоему слову! Ты чокнутый придурок, пересмотревший "Сумерки" и "Дракулу" и мне нахрен твоя помощь не нужна! Вновь эти искры в глазах цвета шафрана, теперь я был уверен, именно эти цветы так часто встречались в том саду, именно они меня так раздражали, изменилось ли что-то с тех пор? Пожалуй, да…сада давно нет….и ее тоже… Смертная фыркнула, видимо пытаясь показать свое недовольство, Боже, дай мне сил и терпение, раньше я и за меньшее убивал, разворачивается, упрямая, гордая, спина ровная, рыжие волосы…И почему я раньше не замечал удивительную игру света? Лучи запутывались в непослушных локонах и отражались от них, странно, кажется я никогда раньше не видел столь притягательного и в тоже время отталкивающего оттенка. Перенесся, возник прямо перед ней, наблюдая как глаза расширяются, не в испуге, в удивлении, закусываю губу, прячу выпирающие клыки. Зачем? Привычка… -Глупая зверюшка! - хватаю ее за плечи, такие тонкие и хрупкие, с трудом верится, что она способна на убийство, но, увы, испытал на собственной шкуре, у глупышки были свои демоны, и кто знает насколько они были сильны. – Вампир, предавший Генриха, решил выпендриться и якобы отомстить за смерть отца, он связался со мной и отослал сюда, сказав, что ты охотница на вампиров! -Но это бред! – пытается оттолкнуть мои руки, бесполезно, глупо, дура... – Я не верю в вампиров! И ты, кстати, был заказан! -В этом то и дело. – начинаю раздражаться, и этого уже не скрыть, как можно так тупить? И почему этот недочеловек Матиас так вступался за нее?! – Предатель поздно узнал о моем даре, далеко не все вампиры способны читать мысли, он понял, что я могу узнать правду из твоей тупенькой головушки и сообщить об этом всему клану, поэтому, и решил попытаться избавиться от меня. -Ты узнал и что дальше? Что мешает тебе сдать его? – в глазах скользит отчаянье, едва заметное, но уже назревавшее и вновь никакой реакции, никакого привычного наслаждения, от чего выхожу из себя еще сильнее.4 -Дело чести, сволочуга бросил мне вызов, а я поднял перчатку, – она поднимает на меня глаза, и я невольно вздрагиваю, глупые, бесполезные цветы и глаза у нее такие же! Она практически упирается носом в мою грудь, маленькая, смешная, наклоняюсь, расплываясь в улыбке, – и ты, мой дорогой пушистик, козырь в нашей с ним игре. -Я не собираюсь тебе помогать! Да кто тебя спрашивает? Жалкая. Глупая. Смертная. -Лисенок? Ау! – легонько стукнул ее по затылку, от чего зрачки девчушки резко расширились, вызывая очередную усмешку. – Ты меня слушаешь вообще? Если я выйграю, то смогу убедить клан в том, что Генрих хотел умереть, он был слишком стар и слишком устал от жизни. Это выгодно не только мне, но и тебе. -Ты думаешь, я не смогу выжить? Ты плохо знаешь меня, Кай! – отпрыгивает в сторону и глубоко вздыхает, упорно пытается противоречить собственным мысля, я прикрываю глаза «Просто успокойся, это временно, это неважно, очередная жалкая зверюшка ни больше ни меньше». -Отлично, думаешь сможешь бороться с вампирами? – голос звучит устало, она действительно выводила меня из себя. -Вампиров не существует!- упирает руки в бока и самодовольно ухмыляется, но в глазах цвета шафрана едва заметное сомнение. – А придурков, помешанных на кровопийцах, я как нефиг делать уложу! -Прекрасно! – злость сменяется азартом, если она так уверена в себе, самое время это исправить, и губы расползаются в улыбке от одной только идеи сломать ее, унизить, смешать с грязью, посмотреть в испуганное заплаканное лицо, вцепиться в глотку, заставить ее забыть о счастливом будущем. - Тогда я предлагаю тебе маленькое пари. -Пари? – выпрямилась, удивленно моргнула, ее мысли снова путались и болью отзывались в моей голове. - В смысле? -Ты считаешь, что сможешь справится с вампиром, я предлагаю тебе бой, если победа будет за мной, ты заткнешься, спрячешь свою внутреннюю сучку и будешь слушаться меня. – не спускаю глаз, уже полностью поглощённый еще не начавшейся игрой, так кстати солнце почти опустилось за горизонт, и нет занудного покалывания, все тело в предвкушении, самое время поставить смертную на ее законное место. -А если выиграю я? – едва удерживаюсь, чтобы не заржать в слух, неужели она серьезно намерена победить? Вот эта смешная, жалкая девчушка с глазами оттенка проклятых цветов?! -Я отстану от тебя или, - спокойно вытаскиваю серебряный клинок и, замечая ее изумление, протягиваю, – ты сможешь убить меня, ты ведь этого хочешь, я прав? И вновь беспорядочный, непонятный поток мыслей и чертов запах ванили, еще немного и мне понадобится прищепка, чтоб заткнуть нос, а фиолетовые глаза щурятся и словно смотрят куда-то глубоко-глубоко в душу. Придурошная, глупо пытаться высмотреть то, чего нет. -Ты позволишь мне убить себя? С чего вдруг? И разве вампиров не осиновым колом убивают? На секунду замираю, забыв о чем думал, смотря на нее, пытаясь понять, точно ли передо мной так расхваленная приемная дочь Матиаса? Чертыхнулся, кажется, у нее было смешное имя. Плевать, не важно, через пару минут вряд ли от нее что-то останется, разве что запуганная, пустая оболочка. А ее мысли все еще об осиновом коле, не сдерживаюсь и заливаюсь смехом, Бог ты мой, как давно я искренне не смеялся? -О, Господи, ты серьезно? Лисенок, ты же уже прикончила одного вампира! Осина замедляет процесс регенерации, после нее восстановиться сложнее, но убить нас можно только повернув серебряный, освещенный кинжал в сердце или же отрубив голову! Опускает глаза в землю и забавно краснеет, я а все еще ржу как полный идиот, черт, это может оказаться даже забавным. -Итак? – стараюсь успокоиться, помахал кинжалом перед ее лицом. -В чем подвох? – решительность, злость, отчаянье, так много чувств, практически целый набор, не хватало только страха… -Нет подвоха, пушистик, я всего – лишь хочу побыстрей решить эту жалкую проблемку. – пожимаю плечами, возвращая себе привычное самообладание. Не верит, пытается найти оправдание, неужели она не может понять и смириться с тем фактом, что я значительно сильнее ее, что все эти бессмысленные старания коту под хвост? -Ты будешь читать мои мысли, я права? – ухмыляется так, словно обнаружила клад, будто раскусила все мои планы, от чего снова хочется рассмеяться, как же донести до этой смертной, что она для меня подобна насекомому? -Если не будешь постоянно обдумывать свои атаки, я не смогу их прочесть. -Позволь, я уточню, - делает шаг ко мне, заставляет насторожиться, внимательно смотрит в мои глаза, чертов шафран! – Ты предоставишь мне шанс убить тебя? -Да. И как я до сир не сорвался и не устроил тут кровавое месиво? Откуда во мне столько самообладания? Когда в последний раз кому-то удавалось так меня выбесить? Ах, да, кажется, это был какой-то самовлюбленный паренек…надеюсь, упырь, которому я скормил труп по достоинству оценил деликатес. Глупышка прищурилась, внимательно рассматривает меня, Господи, да сколько же можно? -В чем дело, пушистик, трусишь? – уже не пытаюсь скрыть раздражение, маленькая рыжая бестия зло фыркнула и, вырвав клинок, отскочила от меня. Свершилась чудо, да неужели. -И не мечтай, я всажу эту побрякушку тебе в сердце и буду поворачивать медленно, наслаждаясь твоими предсмертными криками. Зря она это сказала, ох, зря, глаза тот час наливаются зеленью, нет, я не убью ее сразу, я буду пить медленно, наслаждаясь каждой капелькой крови, сначала из запястья, потом из шеи, а после спущусь к бедрам, чтобы она визжала как резанная, чтобы сопротивлялась, чтобы подавилась собственным отчаянием и беспомощностью. -Ох, лисенок, ты знала, что подобные фразы из твоих уст звучат слишком эротично? – в ее мыслях проскальзывает что-то странное, едва уловимое, но такое ледяное и всепоглощающее, всего секунда и это исчезает, теряется в чёртовом беспорядке, так и оставшись неопознанным. Наивная самоуверенность прожигает каждый нерв под ее кожей, спина прямая, ни намека на напряжение. Спокойно отходит на несколько шагов и поворачивается, ее губы замирают в едва уловимой улыбке, неужели она правда думает, что победит? -Я дам тебе фору, - сдерживаю приступ смеха, – нападай. Она не стала зря терять времени и тут же ринулась на меня, достаточно быстро для человека, но медленно для вампира. Выпад! Удар! Без особых проблем уворачиваюсь от клинка, блокирую ее атаку, и, подставив подножку, отправляю в свободное падение. Маленькая рыжая бестия спотыкается, в голове чёрте что, невозможно предугадать ее следующее действие, в глазах ярость, резко разворачивается и вновь атакует, губы складываются в ухмылку, что не говори, а она может оказаться достойным противник, жаль, не для меня. Прежде чем ее следующий удар достиг меня, я слегка подался вперед, перехватывая руку и с легкостью ее выворачиваю. Мысли девчонки сосредоточены на жуткой боли, но на глазах нет слез, она все еще борется и ухитряется вырваться из хватки, от чего я, пошатнувшись, сделал шаг назад. Она не собиралась сдаваться, серьезно намеревалась победить, действительно хотела убить меня, надо же…В моей жизни уже была женщина, которая до последнего пыталась бороться. Чем это закончилось для нее? Мучительной смертью…Всепоглощающей болью, осознанием того, что ее предали. Мне всегда было интересно, о чем она думала тогда, о чем жалела, печалил факт, что я никогда не смогу узнать этого, все, что осталось это ненавистные цветы шафрана, которые она так любила и, за которые так часто меня отчитывала. Отвлекся, упустил момент, когда девчушка снова ринулась в бой, держа клинок в левой(?) руке, вот и он, ее гарантированный проигрыш, неужели она думала, что я куплюсь? Дура, я не вчера родился, это могло сработать с каким-нибудь джентльменом, который никогда не ударит в спину, но не со мной, не с тем, кого так часто называли Неистовым. Попалась в собственную ловушку, глупая, маленькая лисица. Нарочно создаю вид, что готов отразить удар от левой руки, в ее глазах триумф, как же я буду наслаждаться, когда она осознает, что проиграла, в последний момент, со скоростью, подвластной лишь кременианцу, меняю позицию и перехватываю ее правое запястье, выворачиваю, ухмыляясь такому привычному звуку ломающихся костей. Добро пожаловать в мой мир, лисенок! Разворачиваю смертную к себе лицом «Давай же! Бойся! Кричи!» Но нет, нет страха! Нажимаю на место перелома, снова меняю позицию, ударяя коленом в живот, фиолетовые глаза с ужасом распахнулись, но это было не все, нет…так просто я ее не отпущу, локоть опустился на статную спину, я буквально ощутил, как задрожали хрупкие позвонки. Как и думал, ничего особенного, просто жалкая через чур самоуверенная смертная, не представляющая никакого интереса, хватаю ее за копну рыжих волос и отшвыриваю от себя, словно зверюшку, намереваясь выбить из стройного тельца все мысли о неповиновении. Я стану ее страхом, уничтожу все мечты, буду наслаждаться ее слезами, намеренно причиняя боль, снова и снова показывая насколько она ничтожна. Ее громкое дыхание заглушает все звуки в старом парке, тело подрагивает, запах крови начинает давить на рассудок, клыки пульсируют и ноют, мечтая оказать в ее шеи, глубже в мягкую кожу, чтобы запах ванили окутал с головой, чтобы стройное тело выгнулась навстречу, чтобы идиотка задыхалась от собственных стонов и ужасной боли. Отшатываюсь, зарываюсь рукой в волосы. «Хватит! Прекрати это!» И словно солью на рану ее мысли «Неужели это конец? Я что, вот так вот, жалко проиграю этому извращенному ублюдку?» Она пошевелилась, и тут же приковала к себе внимание, рыжие волосы перемешались с грязью, она подбирает под себя колени и пытается уверить себя в том, что не сдастся. Откуда такая сила воли? Она же девушка, она должна быть слабой и легко ломающейся. Сплёвывает кровь протягивает руку, ощупывает землю, наталкивается на клинок. Длинные тонкие пальчики крепко обхватывают рукоятку, словно он все еще сможет ей помочь. «Я не могу так позорно проиграть!» Встает на карачки, вопреки боли, наплевав на то, что мышцы наверняка немеют, и невольно где-то в уголках моего разума рождается уважение, пусть она глупая смертная, но она сильная, действительно сильная… Встает на колени, сжимает челюсть, проглатывая крики и слезы, поднимает голову, в глазах цвета шафрана ненависть, чистая, уничтожающая все эмоции, притягивающая, сводящая с ума и ни грамма страха, и невольно осознаю «мне ее не сломать». «Я всажу ему клинок в сердце, даже если это будет последним, что я сделаю в этой жизни!» И она встает! Несмотря на все переломы, наплевав на боль, она поднимается на ноги, крепко сжимая кинжал, я замираю, внимательно наблюдая за ее действиями, не веря, что столь жалкое создание способна на подобное. И удивляясь собственным мыслям, вопреки всему, впервые готов согласиться со словами Матиаса, эта девочка действительно особенная, она сильнее многих из нас, остается один вопрос «Что сделало ее такой?». А она тем временем делает шаг, еще один и еще, пальцы побелили, сильнее сжимая рукоять кинжала, но ведь это уже бесполезно, в таком состоянии она не то что вампира, она и черепаху прибить не сможет. Душащая ненависть, как часто я видел ее в глазах прежде чем убить? Сотни раз? Тысячи? Не важно, бред. Почему она борется? Прочему вопреки всему идет? Ей не победить, она слишком слабая, слишком жалкая, она всего - лишь смертная. И что-то вдруг заставляет меня отвернуться, спрятать глаза, не смотреть на ее мучения, словно давно сдохшая совесть впервые за много лет подала признаки жизни, делаю глубокий вздох и мысленно приказываю: «Сдайся!» Не реагирует, продолжает бороться, но все тщетно, клинок со звоном падает наземь, на глазах застывают слезы, она падает и тут же сжимается в клубочек, подпирая под себя ноги, каким-то не понятным образом все еще не потеряв сознания. «Проиграла, снова проиграла!» Приподнимает голову и смотрит на меня, все так же нет страха, лишь ненависть и презрение, отголоски беспомощности, а мысли уже пусты, судорожно вздохнув, она, наконец, теряет сознание. Почему я все еще стою и смотрю на нее? Откуда появилось чувство уважения? Подхожу ближе, приседаю, убираю грязный рыжий локон с лица, провожу пальцем по скуле, если подумать она была красивая, наглая, самоуверенная, но красивая. И что теперь делать? Оставить ее тут? Осторожно переворачиваю ее на спину, пытаясь осмотреть насколько серьезны раны, дааа….кажется, я переборщил. Потираю резко занывшие виски, она будет лечиться несколько месяцев, если не сдохнет по дороге до больницы, но ее сила воли, ее настырность и эти глаза…Долбанные цветы! Как же я ненавидел их! Не найдя иного выхода, я прокусил запястье и, открыв ей рот, влил несколько капель кровь, бестия нахмурилась, что-то пробубнила и снова отправилась в небытие. Невольно ухмыльнувшись, я взял стройное побитое тело на руки, она оказалась намного легче, чем я думал, голова тут же устроилась на моем плече, так доверчиво и так глупо… Мне придется отпаивать ее своей кровью, эта перспектива не радовала, последней, с кем я делился кровью была та странная вампирша с замашками мазохистки, кажется, она пыталась использовать нашу связь против меня. Ах, как изящно ее голова скатывалась со стройных девичьих плеч, какое наслаждение принесли те мерцающее зеленью глаза, в которых навечно поселился ужас и осознание того, что все кончилось, очередная наивная шлюха. Девушка на моих руках шевельнулась, с ее губ сорвался крик. -Тише, успокойся. – сам удивился тому, как нежно звучал голос, нужно перенести ее в квартиру, благо я уже бывал там пару раз, когда пытался выяснить, кто мой противник. На мгновение стало сложно дышать, весь мир замер, перед глазами потемнело, поборол приступ тошноты, эти побочные эффекты от перемещений всегда выбешивали, маленькая бестия снова шевельнулась и вскрикнула. -Подожди ещё немного, осталось чуть-чуть. И она послушалась, продолжая прижиматься к моему плечу, так дико напоминая крохотного, потерявшегося лисенка. Как можно осторожнее я уложил ее на диван, прекрасно понимая, что каждое движение приносило агонию, но она ведь сама напросилась, я не привык оставлять своих противников в живых. Нужно было отмыть ее от крови и грязи, иначе есть возможность получить заражение, а после уже приводить ее в себя. Перенесся в ванную, включил воду, убедился, что она подходящей температуры, вернулся обратно. Нужно было раздеть ее, но если начну снимать одежду, она сдохнет от боли. Прикрыл глаза, обреченно вздохнув, достал кинжал и осторожно разрезал одежу. У нее было красивое тело, стройное и все на месте, длинные ноги, небольшая грудь, чуть выше которой красовалась татуировка, плавно переходящая на спину, похожий узор был на руке и ноге, а также на боку, изящные линии сползали ниже и очерчивали бедра. Человек, создавший это тату, явно убил на него не один день. Рука сама собой скользнула к шеи, на создание моей татуировки ушло немного времени, клеймо безумца, но так и должно было быть, это было правильно, я ведь сам был в этом виноват, это было заслужено. Осторожно взял девчушку на руки, она снова вскрикнула, удивительно мягкая кожа обжигала руки, становилось не по себе, клыки снова запульсировали, в конце концов это глупо и жалко хотеть девушку, вот в таком состоянии. Бережно уложил измученное тело в ванную, наполненную водой, фиолетовые глаза с ужасом распахнулись, рука вцепилась в мою, крик пронзил тишину квартиры. -Тише, тише. – успокаивал, словно маленького ребенка, облокотив на край ванны, глаза сами собой снова замерли на татуировке, как бы хотелось провести по ней пальцами, а лучше языком, услышать ее тихий шепот над ухом, проткнуть клыками немного смугловатую кожу и пить…пить из нее… Хрень! Нашел губку, намылил и стал осторожно вытирать временами вздрагивающее тело, нужно закончить это как можно быстрей, как назло ее раздражающие крики больно резали барабанные перепонки и впервые пришлось проклясть совершенный вампирский слух.

***

Я открыл глаза и сонно потянулся, забавно, я никогда раньше не оставался у девушки больше, чем на ночь, а тут второй день… Маленькая рыжая бестия лежала, свернувшись комочком, уткнувшись носом в мое плечо и тихонько посапывала. В который раз я пожалел о том, что не сдержался и довел ее до такого состояния, мне совсем не хотелось находиться тут, ощущать долбанный запах ванили, боже, на сколько ж стойкими были ее духи? Однако, после произошедшего, я уже не сомневался в том, что она сможет очаровать любого вампира, даже если будет отбиваться и язвить, любого, но не меня… Прикрыл глаза, попытался расслабиться, но это было сложно, нужно было уйти, найти себе пропитание, выпить какого-нибудь незадачливого прохожего, но что-то останавливало, заставляло остаться в этой квартирке… Наконец нашел в себе силы встать и одеться, выпил стакан воды, чертыхнулся, этого было мало, не достаточно…нужна была кровь…свежая…чистая…дурманящая… В спальне что-то шевельнулось, она опять пришла в себя и все ее мыли разом атаковали уставший мозг, ей все еще было больно, но давать ей больше крови было опасно, я не хотел создавать связь…мне не нужно это, не сейчас… Осторожно сев на кровать, бережно положил ее голову себе на колени, она что-то пробормотала, между бровями залегла морщинка. -Уже лучше? – старался говорить, как можно мягче, я это умел, для меня никогда не было проблемой очаровать девушку, даже смешно, как быстро они поддавались и признавали мое превосходство, но она была не такой… Прокусив запястье, я поднес руку к ней, алые капли замерли на ее губах, девушка вздрогнула и прошлась языком по крохотным проколам, слегка потягиваю кожу, пытаясь вытянуть побольше крови и это картина была бы до охринения эротичной, будь на ее месте кто-нибудь другой. Глаза налились зеленью, кожа стала чувствительнее, она продолжала пить, немного приподняв голову и издавая забавные урчащие звуки, вряд ли это было осознано, но, о, Боже, дай мне сил. Поднял глаза к потолку, тихонько проклиная, что подписался на это, клыки заныли и врезались в губы, зло слизал выступившую кровь, как же бесило… -Поспи, - провел рукой по ярко-рыжим локонам, фиолетовые глаза тут же замерли на мне, осторожно убираю запястье, зализываю рану, от привкуса крови жажда бьет с новой силой и становится даже страшно, - тебе не нужно этого видеть. И впервые она подчинилась, сонно прикрыла глаза и свернулась на моих коленях, несколько секунд не мог пошевелиться, и как я вообще скатился до такого? Небрежно сдвинул размякшее тело и резко встав, направился в душ, быстро скидывая с себя одежду, подставляя тело ледяному потоку. Руки, сжатые в кулаки, врезаются в стену, прислоняюсь лбом к холодной поверхность, а струйки воды, подобно иглам, пронзают кожу, но это кажется не важным и далеким, есть только жажда, дикая жажда крови, ее крови. Приди в себя, Неистовый, эта девчонка просто одноразовая вещь, как и всегда, как и все, использовать и выбросить, ничего сложного. Если бы только не долбанный шафран…как же я ненавидел эти цветы.