Чувства, что не дают покоя

      Я лежала на животе, уткнувшись в свою подушечку. Вновь встав слишком рано, я не желала куда-либо торопиться. Моя работа с новобранцами начнется где-то в полдень, после тренировок Айронхайда, поэтому я решила себе позволить немного полениться.       Запах изделия с вышитыми ромашками смаривал меня, навевая воспоминания о моей семье. Матушка сделала эту подушку, когда мне было, примерно, 8 лет, и с тех пор я не могла уснуть, не подложив её под голову. Порой даже казалось, что она спасала меня от кошмаров, которыми я одно время сильно мучилась. Меня передернуло после того, как в памяти всплыли картинки из ночных ведений, в которых мои близкие умирали, а я не могла ничего сделать. От моих мыслей в горле застрял комок — появился стыд за то, что я бессовестно убежала от мамы. Надо ей сегодня обязательно позвонить!       Неожиданно послышалось щелканье кодового замка. Дремота, окутывающая меня, в мгновение исчезла, уступив своё место любопытству и легкой паранойе. Я завела руку за спину, натянув повыше одеяло, закрыла глаза и замерла, прислушиваясь к окружению. Когда дверь с шелестом въехала в стену, впуская в комнату свет из коридора, послышались шаги. Мой гость старался ступать как можно тише, аккуратнее и мягче, но из-за его размеров это получалось сложно. Я уже догадывалась, кем был вошедший, но наступившая звенящая тишина меня смутила, поэтому я, поумерив порыв ехидства, продолжила делать вид а-ля «Я сплю, идите нафиг».       Прошло, наверное, около минуты, но в отсеке, кроме моего дыхания и сердцебиения, ничего не было слышно. Может я не заметила, когда уснула и мне это приснилось? Но мои сомнения развеял шумный вздох, раздавшийся прямо надо мной. Нагретый от работающих систем, воздух нежно обволок меня, немного раскидав мои волосы.       Я, как можно лучше придерживая одеяло, резко перевернулась на спину и бросила свою подушечку вверх. Снаряд угодил прямо в нос автобота и, отрикошетив, упал возле кровати.       Посмеиваясь над изумленным лицом парня, я шутливо сказала, попутно одевая очки:       — Я даже спрашивать не буду, как ты узнал пароль замка! Просто до самого конца в моей памяти ты будешь фигурировать, как «Великий Оптимус Прайм — лидер автоботов и долбанный извращенец-фетишист!"       Оптимус, не отрицая моих слов, немного отошёл от спальной зоны, чтобы не нависать над ней. Несмотря на его повседневный, сдержанный и, порой, равнодушный вид, сейчас он выглядел напряжённым и радостным. Среди множества причин такого поведения я больше склонялась к той, где он бахнул куб сверхзаряженного энергона — кибертронского аналога нашего алкоголя.       — И тебе доброе утро, Ксения. Я думал, что ты ещё в оффлайне. Извини за то, что помешал.       — Нечего страшного! — садясь на кровати, улыбнулась я ему — Я все равно некоторое время так буду просыпаться, пока не привыкну к новому месту. Ты что-то хотел?       — А! Да! — будто очнувшийся из-под гипноза, лидер полез в свои нагрудные пластины, заменяющие роль карманов.       Я с любопытством поддалась вперед, всматриваясь в содержимое пластин, но света из коридора было недостаточно. На своё удивление я заметила, что мой взгляд часто падал на окуляры Прайма, которые сейчас сверкали голубым пламенем. Почувствовав жар в щеках, я стала проклинать свои гормоны, которые часто могли меня доставать из-за неудовлетворенного пубертатного возраста.       Из состояния самобичевания меня вывела пачка денег, появившаяся прямо перед моим носом.       — Во-первых, это плата за моральный ущерб, — я уже хотела возмутиться, но мне не дали это сделать — Не смей отказываться! Я сам отчасти виноват во вчерашнем инциденте, как следует, не подготовив Сайдсвайпа, поэтому хочу, чтобы ты купила себе новые очки. Во-вторых, это на пропитание. При обустройстве отсека мы забыли, что у людей пополнение энергии более трудоемкое и, учитывая нынешнее время, затратное. Я помню о твоих принципах на счет подачек, но, прошу, забудь о них на сегодня.       Я сложила руки на груди и, надувшись, отвернулась от своего большого друга. Ещё лет 7-8 назад, наблюдая, как мой брат, голодая и вкалывая на двух работах, пытался освободиться от кредита и долгов, я поставила себе табу, что уж лучше накоплю денег, чем потом страдать. Прайм уважал мой жизненный опыт, как я его, поэтому его последние слова сыграли ему на руку.       — На твоё счастье, у меня сегодня хорошее настроение и я не хочу ссориться. Но! — на моей мордашке заиграла коварная улыбка — Ты лично будешь меня сопровождать в магазин, пока эти деньги не закончатся!       Каждый мужик, будь тот человек или робот, ненавидел это время провождение. Учитывая мою неприязнь к шопингу, я понимала это чувство, поэтому и решила таким образом отомстить пафосному автоботу.       — Ну и отлично! — радостный и ехидный голос Оптимуса послал мою пакость в задницу — Не буду лишний раз волноваться за твою шкуру! Я только соберу мост, и можем отправляться.       — Сейчас? — растерянно сказала я.       — Да, сейчас! Ты же хочешь успеть выполнить свою работу? — задав риторический вопрос, мех пошёл к выходу из моей обители.       У меня оставался последний вопрос, из-за него мне пришлось вскочить к перилам и, свисая с них, крикнуть:       — А какая снаружи погода?!       — Тепло и солнечно! — донесся смешок Прайма из глубины коридора.       Когда его шаги стихли в дали, я взяла большую подушку и прокричалась в неё о том, какой он железный кретин. И даже это не дало мне толком успокоить свои чувства, поэтому я собиралась под аккомпанемент своих ворчаний.       Обычно я одевалась быстро, но найти одеяние по погоде среди всего закрытого было трудненько. Одевшись в потрепанные шорты и легкую футболку, я решила заглянуть в коробочку из-под конфет, в которой хранились мои украшения. Я немного порылась и выудила крупные золотые серьги-кольца, подаренные бабушкой за хорошую учёбу. Нацепив их и немного накрасившись, я собрала волосы и посмотрелась в зеркало у тумбы.       — Фу, какая мымра, — сказала я себе, скорчив игривую рожицу.       Забежав вновь наверх, я запихала пачку купюр в свой рюкзак и уже хотела уйти, как ладонь пронзила боль. Я прижалась спиной к стенке, чуть не свалившись с лестницы от неожиданности, и схватилась за руку. Боль была другой… Она сильно отличалась от той, к которой я хоть и немного, но успела привыкнуть. Словно какое-то пламя, что-то начало струиться по венам к плечу, а затем и к груди. Сжав покрепче зубы, чтобы не закричать, я развернула свою ладошку — над шрамом по повязке стали расползаться темные кровавые пятна.       — Че-ерт. Только не сейчас! — я стала шарить по своим карманам левой рукой в поисках обезболивающего, как случился нежданчик — Чо за хрень?!       От пятен стали исходить искры и небольшие разряды голубого цвета, одна из таких меня ослепила, погрузив во тьму. Усилившиеся в два раза, волны боли, подобно раскаленной пикам, пронзили мою грудную клетку.        В то же миг передо мной замелькали картинки: пустынный земной ландшафт, огромный космический корабль, группу доисторических людей и двенадцать роботов. Я открывала и закрывала глаза, стараясь избавиться от странного наваждения, но всё было безуспешным. Титаны были больше автоботов и выглядели более сильными, древними, и, несмотря на это, они мирно относились к людям, осторожно рассматривали их и изучали. Неожиданно, будто из воздуха, появился тринадцатый, чьи глаза были раскаленными углями и несли лишь ненависть да смерть… Ксения…        Я завертела головой, с большим усилием прогоняя видение, и заверещала:        — Нет, не хочу! Господи, дай мне спокойно пожить хотя бы два месяца!       Все звуки резко прекратились, пространство наполнил мрак, а боль отступила, словно и не была. Я съехала по стенке вниз, садясь на ступень. Переводя дыхание, я открыла глаза и посмотрела на виновницу произошедшего, но всё было, как прежде: белоснежный свежий бинт и ни одного пятнышка крови.       — Галлюцинации не к добру. Может это от недосыпа и голода? Да, пожалуй…       Поразмыслить над случившимся я решила позже и, не зная, на сколько минут задержалась, поспешила к Оптимусу.       Только что вставшее солнце ярко освещало общий ангар, пробираясь во все щели своими пытливыми лучами. Звенящую тишину ещё спящей базы нарушали звуки моря и наглых чаек, иногда пролетавших над апартаментами трансформеров. Лидер уже закончивший сборку моста и теперь задавал нужные настройки. Кроме него в помещении был также Ретчет, который, как и вчера, возился с каким-то устройством возле датчиков. Они тихо говорили о чём-то, но о чём именно я не понимала. Их необычная речь была мелодичной, даже была похожа на эльфийский диалект, не раз слышимый мной в фильмах и играх, но имела некий отличительный стержень, что, несомненно, меня завораживало. Прислушавшись лучше, мне показалось, что этот язык был схож с тем, что я слышала в видении.       Я потрясла головой: «Это просто глюки. Такое иногда может быть, и о них ни Оптимусу, ни Ретчету не обязательно знать. Сама уж разберусь». Окончательно войдя в ангар, я поприветствовала медика, как можно более спокойным и веселым голосом, но от волнения получилось немного хрипловато:       — Утречка, док!       Бот резко повернулся и вперил в меня пристальный взгляд сощуренных глаз. Мы играли в подобие «гляделок» около минуты, которая длилась, как вечность.       — Молись своему человеческому божеству, чтобы адреналин в тебе был остатком от ночного кошмара, — угрожал военврач, настолько жутко, что меня аж тряхануло — Иначе ты будешь проходить у меня не только физическое обследование, но и психическое!       Шокировано кивнув ему, я побежала к спасительной ноге Оптимуса и спряталась за ней. От нелюдимого и спокойного меха такого взрыва я вообще никак не ожидала, особенно после месяца, когда мы перекидывали друг другу мемы с черным юмором. Я вжалась в серво друга и подняла голову. Наши взгляды пересеклись: один тревожный и отчаянный, другой суровый, но несоразмерно успокаивающий нежный.       — Ты мог бы и помягче сказать, Ретчет, — как всегда, спокойно произнес Прайм.       Автобот, нечего не ответив, обиженно отвернулся и, бьюсь об заклад, тихо пробубнил себе поднос что-то на подобие «Бе-бе-бе». Его, в принципе, можно понять, как ни как волнуется за всех, переживает, как бы мы все тут не передохли. И даже учитывая этот факт, как я понимаю, его всё равно побаиваются из-за изощренных методов лечения. Я окончательно убедилась в этом вчера, наблюдая, как Джаз отнекивался от восстановления ноги, тип: «Да всё чики-пуки! Сама адыбается!», а потом, как баба ей богу, визжал при её вправлении. Поэтому, я хоть и имела хорошие отношения с доком, рисковать не хочу.       Пока я думала о своём, Оптимус закончил вводить что-то. Когда кольцо механизма наполнила светло-зеленная энергия, мех отошёл и трансформировался в тягач, с приглашением открыв дверь на водительское сидение. Я осторожно села внутрь, положив рюкзак во внутреннюю часть грузовика.       — Ты не мог бы закрыть за нами мост, друг? — обратился к Рэтчету мех, пристёгивая на меня ремень безопасности.       — Ага, конечно, всё для вас, — язвил бот — Развлекайтесь, голубки!       Его слова нас обоих смутили, поэтому, проезжая по туннелю моста, мы молчали. Я, прижавшись головой к стеклу, лазила в своём телефоне, пока мой друг переключал радио, ища нужную волну. Когда цель была достигнута, в салоне чарующе запел Фрэнк Синатра, а за ним и остальные певцы 40-х. Выехали мы из моста, когда играла песня «I Won't Dance» и Прайм, неумело подпевая ей, смешил меня.       Расслабившись и забыв о ведении, я некоторое время не могла понять, что меня озадачивало в пространстве, но, когда час истины пробил, я сказала:       — Ой, почему мы оказались за городом, а не в том здание с другим порталом? На это есть веские причины?       — Да, есть. Данная функция моста позволяет перенестись на введенные координаты, но мы её держим в секрете от людей, не учитывая тебя и Сэма. Такую возможность мы используем в тайных вылазках, добыче энергона и… — голос лидера немного дрогнул — на случай экстренной эвакуации, если земляне изменят своё решение о мире и начнут войну…       — Оу… Это рационально, — я немного приуныла от того, что мы вполне можем оказаться по разные баррикады.       Оптимус заметил это, и, приглушив музыку, немного затянул ремень, создав ощущение обьятий.       — Не переживай об этом. Мы оба знаем, что ни ты, ни я с автоботами не разорвем нашу связь. Я лично буду оберегать тебя и твоих родных, — румянец на моих щеках заставил автобота сменить тему — М-м-м-м… Кстати с помощью этой особенности моста ты сможешь без проблем посещать своих друзей и семью.       Я грустно улыбнулась и погладила руль, одетый в кожаный чехол, подаренный мной в международный день дружбы.       — Спасибо тебе. За всё, что ты сделал для меня.       Продолжая смотреть на проносящиеся пейзажи, внутри меня зародилось чувство, что день сегодня будет долгим.