no homo

Карантин коснулся всех и шведскую семью так же не обошёл. Вопреки не усидчивости Славы, и любви к движению Гриши, им пришлось постоянно быть дома из-за боязни Егора заразиться. Он с детства всегда болел первый, если ветрянка, то конечно же он, все пандемии начинались с него и он боялся заразить своих любимых, но не сидеть же ему одному дома, верно? К тому же вместе веселей, правда? Но все обернулось не совсем так красочно, как представлял себе Егор. Первые месяцы они играли в приставку, иногда на заднем дворе устраивали шашлыки и вечеринки. Они пытались разнообразить будни по разному, но итог один. Даже разнообразные вещества не помогали выбраться из рутины. Если начать употреблять что-нибудь тяжелее обычных косяков или экстази - зависимость, ломки, большие траты и брать на себя ответственность за двое жизней, приходилось довольствоваться малым. В конце концов рутина победила и тое любящих людей превратились в ... каждому нужно было развеяться, но никто из них не хотел подводить Егора и они просто дали рутине взять вверх. — Слава, блять, почему здесь так засрано? Ты раньше убирался, разве тебе нравится жить так? — восклицал Гриша, который кажется вступил в какую-то субстанцию на полу. Да, они сильно засрались, но никто не убирался из-за лени или ожидал, что это сделает кто-то другой. — Я тебе не уборщица! Между прочим это твоя недоедания пицца! — мальчик орет и уходит наверх. Он сам не знает обиделся он на Гришу ли или просто ушел, чтобы со стороны казалось, что он обижен. — Блять, Слава, я... — он решил не продолжать.

𝐭𝐡𝐫𝐨𝐮𝐠𝐡 𝐭𝐢𝐦𝐞

С того момента прошло около недели. Квартиру убрали Егор с Гришей, Славу не принуждали, они оба решили, что тому стоило отдохнуть, да и они давно сами не убирались. Обычно это делал Морти и это для них вошло в привычку, что чистота и порядок - на Славе. Кстати, говоря о нем, он тем же вечером залез на сайт и заказал костюм горничной. В его голове давно была такая мысль, разнообразить секс. Он никогда не жаловался на секс, но из-за карантина он стал другим, обычным, не хватало чего-то нового. Он хотел, чтобы его вновь брали грубо на кухонном столе, тройничек на ковре в гостиной. Их близость была похожа на прошлую и так уже несколько месяцев. Не хватало разнообразия. Правда, иногда начинает Гриша, а кончает Егор и наоборот, это было всегда по разному, но в основном все идентично и одинаково. Все те же поцелуи, успокаивающие слова. А когда на него наорали в его голове появилась фантазия которую хотелось осуществить, как можно скорее.

𝐭𝐡𝐫𝐨𝐮𝐠𝐡 𝐭𝐢𝐦𝐞

Слава услышал звонок в дверь и поспешил забрать свой заказ, но когда он попрощался с курьером, то по близости оказался Егор, который с презрением смотрел на посылку. — Продезинфицируй. И это было куплено с моей карты. Надеюсь, дилдо ты выбрал самое лучшее. — Что? Какие ещё дилдо? — Мне пришло уведомление о покупке в секс-шопе. Вряд ли ты покупал что-то иное, да и цена говорит о том, что игрушка явно неплохая. — Я... эм, мне вернуть тебе деньги? — Нет, мы это уже обсуждали. Ты разве не специально с моей карты оплатил? У тебя есть своя, на которую мы закидуем деньги. — У нас цифры похожие, случайно спутал. — Ладно, иди, но если тебе не хватает ласки, то скажи мне я постараюсь дать тебе её. Нас двое, но ты выбрал резинку, -- он хмыкает уходя. Слава вздыхает с облегчением и поднимается к себе в комнату. Он подходит к компьютеру и проверяет карточки, да, действительно он спутал, но это уже не столь важно, главное дождаться вечера. Трое ленивых парней могут засрать квартиру и за три дня, и с учётом того что они заказывают еду, а мусор выносят иногда за дверь, то ещё быстрее. Хотя, они пытались убираться, но быстро сдались и теперь мусор снова накапливается, что теперь очень даже на руку, теперь он мог совместить приятное с полезным. Убратся и получить охуительный секс за это, но чтобы действительно его получить - убираться нужно вечером, когда ребята будут играть в приставку и это будет выглядеть менее подозрительно, а ещё Славе интересно кто быстрее обратит внимание на его образ и их реакция в целом. Время шло ужасно медленно, он никак не мог дождался девяти и уже даже успел переодеться и сидел в кровати в одном костюмчике залипая в телефон. Ближе к девяти он выходит из комнаты. В его левой руке была пушистая деточка двухцветная. Синий - любимый цвет Егора, оранжевый - Гриши. Вряд ли кто-то из них обратит на это должное внимание, но он постарается акцентрировать внимание на нём. Мальчик спускается вниз и вздыхает с облегчением наблюдая, как ребята играют. Ему нравилось то, что он мог предугадать то, что парни будут делать в то или иное время. Он отвлекается от своих мыслей задумываясь о том где начать. Кухня оказалась оптимальным вариантом потому что вряд ли он сегодня до нее дойдёт после зала. Юноша убирает коробки опускаясь на пол он тихо стонет, белье было на пару размеров меньше и сжимало его полу вставший член. Добравшись до нужной бумажки из под стола, он поднимается и достает из шкафа большой пакет, в который складывает коробки из под пиццы, суши. Когда с кухней было покончено он отправляется в гостиную. Слава достает пипи и протирает пыль полочки в шкафу, который находился рядом с телевизором. Они должны заметить, хотя, если это фортнайт, то все внимание приковано к игре. Протерев все полочки от пыли он переходить к телевизору, не загораживая экран, он протирает зад плазмы и позади слышит тихий свист, и кажется чей-то мат. Заметили? Проиграли и такая реакция? Слава заканчивает с телевизором и отходит к другим шкафчикам, пыли однако насобиралось много. Гриша же включает повтор игры и поворачивается к Егору и тихо шепчет ему на ухо: — ты тоже это видишь? — Да, я думаю он это специально. Разберешься с ним? Гриша кивает и поднимается с дивана, он подходит к Славе когда тот убирал стол, он прижимается к нему сзади и тереться бедрами о чужую задницу. Тело под ним протяжно стонет и полностью ложится на стол, а задницу выгибает. Гриша крепко обнимает за талию, стараясь как можно ближе прижать к себе, — На тебе же есть бельё? Усмехается Гриша, скользнув рукой под юбку. На лице расплывается коварная улыбка, когда парень убеждается в том, что Слава все-таки его надел и не просто обычное из ткани, а как любит Егор - кружевное. У Гриши голова уже плавится от того как их мальчик подготовился ради них. Он учел не только то, что любит он, но и Егор. Это вызывало восхищение. — Ты очарователен в этом костюмчике, так бы и взял здесь и сейчас, но крайне эгоистично не поделиться с Егором, согласен? Он берёт его за руки и ведёт к дивану он садится на диван, а Слава на его колени. Егор смотрит на славу с завороженно, его зрачки начали расширяться. Признаться честно, Егор редко когда смотрел на него вот таким хищным взглядом, обычно лишь Гриша. — Это то, что ты заказал? — Да, зачем мне резиновый, если у меня есть два настоящих? — смущаясь он смотрел ему просто в глаза. Гриша кладёт ладонь на шею и целует грубо, властно, не давая опомниться мальчишке. Егор прильнул к ним и приподнял юбку, Где-то снизу послышался мат, видимо и он не ожидал увидеть такое бельё. — Блять, блять, Слава, что ты сделал... Гриша усмехнулся в поцелуе, но его не прекратил. Он прекрасно знает, что Егор обожает кружевное бельё и то, что у него возникает желание принести, как можно больше ласки человеку в таким бельё, а если этот человек - Слава, которого он любит, то он выложиться на полную. Юбку он поднимет выше и оттягивает резинку белья открывая себе вид на уже вставший член, и понимание этого возбуждает уже Егора, отдаётся горячей тяжестью в паху. Он обхватывает свой член ладонью в тот самый момент, когда прикасается кончиком языка к покрасневшей головке, слизывая терпкую каплю смазки, когда Слава уже без стеснения громко стонет и зарывается пальцами в его волосы — грубо и дерзко. Властный, неудержимый Слава, который давит ладонью ему на затылок и толкается ему в рот — Егор готов кончить уже только от одного такого Славы. Гриша разрывает влажный поцелуй и смотрит на парочку, Слава жадно глотает воздух и лёгкими движениями толкается в чужой рот. Он решает не оставаться в стороне и оттягивает бельё вместе с шортами в сторону доставая свой член, он берёт свободную ладонь Славы и накрывает ею свой орган. Егор заглатывает торопливо, но старательно, трётся кончиком языка о горячую головку, неаккуратно лижет — струйка слюны медленно ползёт к подбородку. Слава смотрит то на Гришу то на Егора не зная на кого смотреть, но решая уделить внимание более интересному зрелищу смотрит на Егора. Он уже не стонет — хрипло дышит, повторяет его имя, и Егора это сильнее заводит. Парень водит по своему члену в таком же беспорядочном темпе, и когда в горло выплёскивается горячая сперма, сжимает его особенно крепко, через секунду и сам кончая. Слава ослабляет хватку и ведёт пальцами по его скулам — мягко и осторожно. Егор чуть отстраняется и снова прижимается щекой к его бедру. Приятная опустошающая усталость накатывает волной и давит на плечи. Слава молчит, но кончики его пальцев подрагивают, и Егор, немного повернув голову, поднимает на него взгляд. Раскрасневшийся и очень смущённый Слава, похоже, не знающий, куда себя деть и что сказать. — Ты серьёзно кончил прямо в шорты не прикасаясь? — Не совсем. Я прикасался. Знаешь же — Знаю, — он улыбается. Слава смотрит на парня и активнее двигает рукой, но его ладонь убирают и вновь целуют. Он разрывает поцелуй и шепчет в губы: -- Ты думаешь, что так просто отделаешься? О, нет. Малыш, это только начало. Гриша поднимает Славу на руки и относит в спальню где опускает его на кровать. Гриша отходит к тумбе и открывает самый первый ящик, но ничего из него не достаёт и лишь когда в комнате проходит Егор, то он достаёт чёрный кейс и вопросительно смотрит на него. — Ты уверен? — Почему нет? — Гриш, я бы хотел... для разнообразия без всего этого... можно? — Да, конечно малыш, можно и без этого. С одной стороны Славу обхватил Гриша, медленно целуя щёки, лицо и шею, а с уже другой Егор, вовсю уже хозяйничая в ногах парня, он стал медленно снимать топ проходясь длинными горячими пальцами по выпирающим рёбрам и плоской груди парня, так же аккуратно снял пышную юбку и стал целовать каждый сантиметр ног Славы. Они оба знали, что их мальчик с ума сходил от нежных поцелуев вперемешку с жаркими и болезненными укусами, и всегда этим пользовались. Гриша аккуратно стал проходиться губами по всей длине шеи возлюбленного, изредка оставляя на ней мимолётные поцелуи. Егор же быстро поднялся к бёдрам и, не церемонясь, стянул с него белье, оставляя мальчика лишь в кружевных чулках. Гриша же аккуратно поцеловал тыльную сторону ладони, а потом резко укусил, оставив след от зубов, Слава тут же взвизгнул, вздёрнулся и попытался отстранить от себя — Без меток. Через два дня мне в больницу надо, — хныкнул Слава, вертя головой и надеясь на то, что они действительно прислушаются к нему, но его слова побудили совершенно к обратным действиям. Гриша стал ещё больше кусать и оставлять засосы на бедрах парня, а Егор переместился на ключицы, аккуратно покусывая выпирающие косточки. — Ничего страшного не произойдет, если ты придёшь с засосами или укусами, врачам не должно быть до этого дела, — прошептал Гриша, проходясь язычком по маленькому аккуратному ушку. Егор начал шептать нежности, снова исцеловывая чужую шею и рисуя свободной рукой по груди парня, случайно задевая соски, от чего Слава вздрагивал и издавал несдержанные всхлипы и стоны. Продолжал мысли и Егор, поднимаясь рукой по несильно накаченному прессу, оглаживая каждый еле заметный кубик мышц. — Раз ты так постарался ради нас, то думаю можно порадовать и тебя, — с этими словами Егор заглотил член Славы полностью, от чего парень задёргался и громко и сладко застонал, обхватывая его за шею, притягивая к себе для мокрого и грязного поцелуя. Видя, как Морти плавится под умелыми ласками, Гриша быстро достал из пакета тюбик со смазкой и выдавил себе на пальцы, аккуратно проталкивая один. Его Слава почти не почувствовал. Благодаря регулярному и бурному сексу, растяжка для него была обыденным делом, хоть и не всегда приятным. Хотя, когда твоё тело ублажают в четыре руки, любой дискомфорт быстро отступает на второй план. Гриша аккуратно добавил второй палец и несколько раз развёл их в стороны, от чего Слава ещё сильнее застонал, кусая Егора за шею, когда тот удачно смог наклониться, чтобы поцеловать возлюбленного в солнечное сплетение. Ракитин от неожиданности издал какой-то задушенный рык, который ещё сильнее раззадорил Славу, но вдруг около входа он почувствовал что-то странное и немного холодное. Юноша на секунду открыл глаза и привстал на локтях. Увиденное его так испугало, что он заметался и чудом не лягнул Егора пяткой. Гриша пытался вставить в него анальную пробку с хвостом, причём очень даже приличных размеров. — Нет! Мы так не договаривались! — завопил Слава, начиная отползать, но поздно понял, что деваться некуда, так как упёрся в горячую грудь Егора, который резко надавил ему на плечи, прижав к себе. — Не-е-ет! — завертел головой в разные стороны Слава, с опаской посматривая то на Гришу, то на пробку. — Слав, успокойся, это лишь пробка, не более — нежным, бархатным голосом начал Гриша, нежно целуя парня в основание шеи и медленно поднимаясь к красному ушку. — Ты только посмотри, как она входит. Гриша стал медленно вводить пробку, чтобы доставить меньше дискомфорта. — Она… хнм… — замычал Слава, смотря на то, как конец пробки погружается в него, медленно раскрывая. — Смотри, как она входит, — томным голосом зашептал на красное ушко Егор, слегка обводя его языком и придавая больше остроты ощущениям. — Она по ширине как член Гриши, но по длине как мой, — продолжал нашёптывать пошлости парень. — Смотри. Ты почти полностью её принял. — Она… михн… больше, — хныкнул парень, зажмуривая глаза, на которых стали выступать капельки слёз. — Потерпи немного, — продолжал блуждать руками по чужому телу Егор. — Тебе будет очень хорошо. — Слишком… ахм… большая, намного больше... — застонал Слава, полностью облокачиваясь на Егора и напрягаясь всем телом. Чувствуя это напряжение, Ракитин стал ещё больше уделять внимание телу своего парня. — Слава, она полностью в тебе, — промурлыкал как кот Гриша. — Ты такой молодец, — поднявшись на руках, он медленной дорожкой поцелуев прошёлся по животу, груди, плечам и шее возлюбленного, пока не добрался до губ. После чего игриво их облизнув, парень резко спустился вниз, глубоко взяв чужой член в рот. От избытка чувств Слава вскрикнул и застонал, мельтеша руками по простыням в поисках опоры, которую в следующую секунду дал ему Гриша, положив чужие руки на свои плечи. Слава извивался, стонал, всхлипывал и вскрикивал, сильнее цеплялся за чужие широкие плечи, оставляя на коже красные следы от ногтей. — Ты похож на милую маленькую лисичку, — ехидно заметил Гриша, облизывая головку. — Стой! — Слава резко вскрикнул, когда почувствовал, как его парень ухватился за хвост. Нежные стенки медленно выпускали пробку, от чего Слава ещё сильнее хватался за плечи Гришу и поднимал бёдра. — Агх… агрх… не надо, — стонал малыш. — Я сейчас… аххх… — протяжно вскрикнул и простонал он, когда Гриша резко вставил пробку обратно. Он проделал эти манипуляции ещё несколько раз. Назад, держась за хвост и любуясь тем, как покрасневшее колечко мышц выпускает пробку, и резко внутрь, расплываясь в хитрой улыбке и наблюдая за тем, как мечется по постели в экстазе Слава. — Я сейчас… не надо… хнгмм… я… кончаю… — простонал громко юноша, запрокидывая голову назад и изливаясь, попадая каплями на лицо Грише и простыни. После резкого оргазма тело Славы обмякло, и он будто бы растёкся по кровати. Оно будто бы налилось свинцом. Ничего не хотелось делать. Вдруг Морти почувствовал, как впереди и сзади послышалось какое-то шуршание. Он настолько расслаблен, что даже не мог открыть глаза. Неожиданно Слава ощутил что-то липкое около своего прохода. Он лениво открыл один глаз, а потом резко поднял голову, давясь вздохом возмущения. — Тихо, — возбуждённо прошептал Гриша, поднимая своего парня за талию, чтобы снова помочь ему опереться на себя. Слава спиной почувствовал, как что-то большое и длинное упиралось в него. Ему хватило и двух секунд, чтобы понять, что это. Гриша тем временем уже хорошо смазал свой член и аккуратно приставил его к растянутому проходу. Слава же молча наблюдал и застонал громко, когда Гриша мгновенно вошёл на всю длину. Проникновение было грубым, но безболезненным и даже приятным. Морти заскреб ногтями по простыням, закатывая глаза. — Иди сюда, лисёнок мой, — слащаво произнёс Егор, стремительно опрокидывая Славу на себя и укладывая на своей груди. Теперь член стал входить под другим углом, упираясь точно в простату, от чего Слава захныкал и заёрзал. Хотелось ещё раз почувствовать это приятное возбуждение, разносящееся по всему телу со скоростью света. — Егор, твоя очередь, — нежно поцеловал в висок своего парня Гриша, испытывающе смотря на него. Эту фазу подготовки можно доверить только ему. Он был более сдержанным. Если бы на его месте оказался Гриша, то задница Славы действительно бы была в опасности. Егор слишком хорошо владел собой и своим эмоциями, но сейчас даже у него сдавали тормоза. Только представив всевозможные ощущения, которые они должны испытать, у Гриши просто голова шла кругом. Хотелось резко схватить эту аппетитную задницу и войти в неё со всей силы, а потом втрахивать и втрахивать её хозяина в кровать до громких стонов и криков, сорванного голоса и звёзд перед глазами. Он хотел слышать и видеть, как отзывается тело его возлюбленного. Хотел испытывать наслаждение не только от горячего и тесного нутра, но и от громких стонов и всхлипов Славы. Егор обильно выдавил смазку себе на руку и размазал её по всей длине члена, после чего выдавил ещё на пальцы и аккуратно ввёл один в заполненное колечко. Слава заёрзал и захныкал, цепляясь руками за плечи Гриши. — Потерпи немного, малыш, — тихо произнёс Тейп, целуя выступающие позвонки на взмокшей и содрогающейся спине возлюбленного. — Расслабься, лисёнок, — зашептал в маленькое ушко Гриша. Слава сначала замотал головой и попытался что-то сказать, но уже в следующее мгновение засопел, уткнувшись в шею Гриши и резко выдыхая. Пользуясь моментом, Егор аккуратно добавил ещё один палец. Маленькое колечко снова поддалось, а Морти тяжелее задышал. — Хва… хва… тит… — застонал Слава, сильнее сжимая плечи Гриши и подрагивая всем телом. Понимая, что возлюбленный никак не может расслабиться, Буда нежно обхватил его член и стал надрачивать, выбивая из чужих лёгких стоны и тихие всхлипы. Гриша контролировал чужое возбуждение, глазами показывая Егору, что всё идет по плану. Тот вставил ещё один палец, от чего мальчик выгнулся и снова захныкал, цепляясь руками то за плечи, то за предплечья Гриши. — Потерпи немного, Слав, — вытащив из растянутого отверстия пальцы, успокаивающе зашептал Егор. — Ненавижу вас настолько же насколько люблю, — хныкал Морти, закусывая нижнюю губу. — Слав, посмотри на меня, — обратил на себя внимание Гриша. — Иди сюда, — с этими словами он поцеловал мальчика в губы, давая понять Егору, что можно продолжать. Тейп аккуратно приставил член сзади, погружая головку. Слава тут же напрягся и замычал в губы Гриши, отстранившись. — Неприятно... — взвизгнул он, падая на грудь Егора и начиная подрагивать. — Больно… — хныкал парень, резко впиваясь зубами в плечо Гриши. Тот резко вздрогнул, но не издал ни звука. Егор, в свою очередь, продолжал проникновение, добавляя ещё смазки. — Много… ахрах… слишком… — хныкал Слава. По его щекам уже потекли слёзы. Гриша, понимая, что дело идёт тяжело, аккуратно убрал руки с аппетитных полушарий и одной рукой стал водить по полуопущенному члену своего парня, а второй нежно вытирал слёзы. Вскоре Слава снова расслабился от нехитрых манипуляций руками. Почувствовав расслабление во всём теле партнера, Егор тяжело выдохнул и резко вошёл до конца, удерживая Славу за плечи, чтобы тот не дёргался. Он тут же громко вскрикнул, запрокинул голову назад, закатил глаза и, казалось, что на секунду потерял сознание, но всё обошлось. Юноша мелко задрожал и тихо заскулил, боясь открыть глаза. — В-всё? — проскулил Морти, всхлипывая и сдерживая лёгкую дрожь во всём теле. — Ты слишком узкий, — горячо выдохнул Гриша, аккуратно опрокидывая возлюбленного на себя. Слава тихо вскрикнул, но не почувствовал яркой боли. Скорее это был сильный дискомфорт. Два члена очень сильно распирали его. Казалось, он был настолько заполнен, что больше некуда. Вдруг Егор сделал пробный толчок. Слава ошарашенно открыл глаза и рот. Это что-то невероятное. Он снова ощутил те странные и одновременно приятные ощущения, что были при другом таком разе. Ему казалось, что именно такое он и должен был испытывать всегда. Абсолютную заполненность. Заполненность благодаря двум его любимым людям. — Ты такой узкий, малыш, — тяжело дышал Егор, медленно толкаясь в растянутом колечке мышц. Два члена тёрлись друг о друга, задевали простату и растягивали Славу до предела. От переизбытка чувств он не знал, куда себя деть. Он стонал, выгибался, кричал, вздыхал, хватался руками за чьи-то плечи, царапал чью-то грудь. Он уже совсем перестал соображать. Непередаваемые, сильные эмоции поглотили его целиком. Казалось, что он просто сходит с ума. Нельзя чувствовать себя так хорошо. Все было слишком: слишком жаркая атмосфера, слишком заполнено всё внутри, слишком горячо, слишком приятно, слишком хорошо, слишком… — Ахг… агхм… — стонал неразборчиво Слава, закидывая голову и выгибаясь всем телом, чтобы принять в себя больше, чтобы получить всё наслаждение, которое ему причиталось. — Я… агх… сейчас… — Слава не успел договорить, громко вскрикивая и изливаясь себе и Грише на живот. Егора хватило ещё пару толчков, чтобы довести себя и брата до кульминации. Оба кончили глубоко внутрь мальчика. Тот же, в свою очередь, после оргазма сразу же отключился. Видимо, для него это было действительно слишком, как и в прошлый раз. Гриша аккуратно поднял Славу и уложил рядом на кровать. — Надо, наверное, почаще устраивать такое, может он привыкнет к такому. — Я всегда был за такое, но это же ты конечный бдсм любитель. — Ой, как-будто тебе не нравились наши игры. — Я этого не говорил. — Ладно, давай помоем его и сами в душ сходим.

𝐭𝐡𝐫𝐨𝐮𝐠𝐡 𝐭𝐢𝐦𝐞

Гриша аккуратно режет пиццу и перекладывает кусочки в тарелки пока Слава всем заваривает кофе. — Кстати, Слав, нам надо обсудить кое-что. Тебе же вчерашнее понравилось? Юноша оборачивается помешивая ложечкой кофе и устремляет взгляд на Гришу. — Ну, да, а что такое? — Мне его игры тоже порядком надоели, это все к тому что ты не против, если иногда будет такое разнообразие? — встрял в разговор Егор. — О, нет, я только за.

𝐞𝐧𝐝 𝐨𝐟 𝐬𝐭𝐨𝐫𝐲