Лабиринт

В обеденное время ученики со всех классов сбегались в столовую – было не протолкнуться. Каждый хотел отхватить себе лучшее кушанье из лежащих на прилавке. Иногда дело доходило до драки, и учителям приходилось разнимать студентов – благо такое происходило редко. После парочки публичных наказаний от учителя Круэла провинившиеся были тише воды ниже травы. Единственное, чего тебе хотелось после утомительного урока алхимии, – набрать еды и наконец-то расслабиться. Шведский стол колледжа поражал своим выбором. В нем было множество различных видов овощей, мяса, рыбы, хлебобулочных изделий, сладостей. Там даже можно было найти редкие и дорогие деликатесы, манившие своим видом и запахом. Грех было всё это не попробовать – чем, собственно, ты и занималась. Некоторые яства ты видела впервые. Это доказывало, насколько мир Twisted Wonderland был богат и разнообразен на еду, но прикасаться к ней пока не очень-то хотелось: однажды Эйс посоветовал съесть очень вкусно выглядящий мясной рулет, каждый день его нахваливал, что вынудило тебя решиться. И этот мерзкий вкус ты не забудешь никогда! Под дикий хохот Эйса и Дьюса ты выплевывала остатки кушанья, еле сдерживая рвотный позыв. Позже узнав от Джамиля состав этого блюда, ты не общалась со своими друзьями несколько дней, и после того прикола приходилось постоянно узнавать ингредиенты и способы приготовления неизвестных блюд прежде, чем их попробовать. Набрав полный поднос, идешь к столу, где тебя уже дожидались твои друзья. Грим прыгал по столешнице в ожидании своей порции, Дьюс сидел рядом с Джеком – они разговаривали, – а Эйс махал рукой, чтобы привлечь твое внимание. Наконец-то усевшись, вы приступили к трапезе. Ребята были очень голодны после занятий: мальчикам надо особенно много есть, чтобы восстановить силы, – но при этом они все равно сидели и ждали тебя: у них не принято браться за еду, пока все не будут на месте. Такой жест тебя очень радовал, поскольку в общежитии ужинать приходилось в одиночестве. Рис с морепродуктами приготовлен был отлично, и, увлеченно наслаждаясь каждой ложкой, ты не замечаешь, что шум вокруг начал усиливаться. Только когда вся твоя компания обернулась назад, до ушей донесся чей-то громкий спор. «Наверное, опять кто-то ссорится из-за еды», – проскользнуло у тебя в мыслях, но слова Дьюса все-таки заставили оторваться от еды и посмотреть в сторону непонятной шумихи. – Джек, разве это не твой одноклассник? – удивленным тоном произнес Дьюс. – Да, это он. Похоже, опять вляпался в передрягу... – Его спокойный голос вдруг стал очень взволнованным. – А спорит он с… Из-за роста друзей тебе ничего не было видно. Осмотревшись вокруг, замечаешь, что взгляды всех присутствующих были прикованы к источнику шума. Пришлось приподняться, чтобы увидеть, в чем все-таки дело. Почти в самом конце столовой друг напротив друга стояли двое парней из общежития Помфиор. Один из них, высокий блондин, был старостой этого общежития, а второй, поменьше ростом и с сиреневыми короткими волосами, – Эпель. Тебе приходилось несколько раз с ним пересекаться. Лицо Вила выражало спокойствие, но слегка красноватый цвет его и вздувшиеся на висках венки выдавали бурлившую в нем злость, которую он пытался контролировать. Эпель напротив не пытался скрывать свои эмоции, по его лицу читались презрение и гнев. Он тяжело дышал, будто словесная перепалка отняла у него много сил. Внезапно его взгляд перекинулся на тебя, застав врасплох. Кинув очередной озлобленный взор на своего старосту, он быстрым шагом направился в твою сторону. – Староста заброшенного общежития! – крикнул он. – Пожалуйста, позвольте мне перевестись к Вам! – Приблизившись, юноша склонил голову. От удивления тебе пришлось присесть обратно. Не сводя удивленного взгляда с Эпеля, замечаешь, как из его глаз начинают течь слезы, которые он тут же пытается скрыть. Капли спадали на каменный пол и разбивались на множество маленьких капелек. Тебе стало его очень жаль, и ты уже была готова протянуть к нему руки, чтобы утешить, но услышала приближающийся стук каблуков. Силуэт Вила закрыл свет, который падал на тебя. Этот человек смотрел сверху вниз своим презрительным, оценивающим взглядом, что очень раздражало. Обернувшись, он обратился к склонившему голову студенту. – Как ты смеешь говорить такое. Хочешь унизить Помфиор, сбежав в полуразваливающееся и непригодное для жизни общежитие? Ладно бы ещё Саванаклоу, но… но… Я не позволю тебе уйти в это заброшенное место и опозорить меня как старосту. Убежать к тому, кто даже не может владеть… – Он резко прервался. – Вообще-то оно не заброшено! Мы там живем! – Вскрикнул Грим, воспользовавшись заминкой говорящего, но после уничтожающего взгляда, брошенного главой Помфиор, он испуганно пискнул и кинулся за спину Эйса. – Это уже не Вам решать, Вил-сэмпай. Я сегодня же начну собирать все нужные документы для перевода. Я считаю общежитие Т.И. прекрасным местом: мне будет намного лучше там, где нет Вас, Вил-сэмпай! Я устал от всего, от всех Ваших поручений и правил. Раз не Саванаколу, то хотя бы туда, где мне будет спокойней жить! – Повернувшись к тебе, Эпель добавил: – Мне нужно лишь твое разрешение, Т.И. Молча наблюдая за происходящим, ты ничего не могла сказать: слова не шли, но внутри зарождалось странное чувство. Злость? Обида? Не понятно. Было ясно одно: тебе хотелось, чтобы всё побыстрее закончилось. Все взгляды были устремлены на тебя, отчего становилось не по себе. – Довольно шоу. – Устало потерев переносицу, властным тоном произнес Вил. Он почему-то больше не смотрел на тебя и вообще пытался избегать пересечения ваших взглядов. Схватив своего подопечного за локоть, он потянул его прочь из столовой. – Вижу, Рук не справляется с обязанностью присматривать за тобой. Значит, я лично возьмусь за твое воспитание. Смотря на вырывающегося из железной хватки Эпеля, ты почувствовала, как обрывается последняя ниточка твоего терпения: ноги сами приблизили тебя к ученикам – и вот ты уже стоишь между ними. Ловким движением перехватываешь руку Эпеля, другой рукой – держишь запястье Вила. Удивленный твоим действием Вил случайно выпустил руку товарища, тем самым дав тебе шанс отстранить того и спрятать за своей спиной. Вил замер на несколько секунд. Когда твоя рука схватила уже его, он осмотрел ее странным, мечтательным взглядом, а ты смогла прочувствовать, насколько рука парня была сильнее твоей. В голове пронеслась мысль, что он с легкостью может сломать ее, если захочет. И вот быстро придя в себя, Вил отшвырнул ее прочь от себя. – Не смей ко мне прикасаться, – прорычал он. – Кто тебе давал право вмешиваться чужие дела? – Я просто не могу смотреть, как ты издеваешься над ним. Видно, что ты заставляешь его делать все против воли. Так к людям нельзя относиться, ты ведёшь себя как настоящий тиран. И это вы втянули меня в свой конфликт, поэтому имею полное право, – злобно произносишь ты. – Что-о?! Тиран? – Он очень сильно нахмурился, а глаза выражали грусть и разочарование. – Вот значит какого ты обо мне мнения. – Последние слова он произнёс тихо, поэтому они донеслись до тебя обрывками. – Нельзя запугивать людей до такой степени, что они хотят бежать от тебя. – Я запугиваю его? Как ты смеешь такое говорить! Ты ничего не знаешь! Немедленно замолчи! – Грубым голосом приказал он, что еще больше разозлило тебя. – Повторяю: я не собираюсь бросать человека в беде, когда он просит у меня помощи! – Пожалуйста, остановитесь оба! – Откуда-то со стороны раздался голос Джека, но вас двоих уже было не остановить: вы продолжили спорить. Наблюдая за твоей с Вилом ссорой, Эпель понял, какую ошибку совершил. Он пытался успокоить вас, говоря что-то тихим, испуганным голосом, при этом норовя оттянуть тебя подальше, однако это не помогало. Позади Вила уже появился нахмуренный Рук: он явно понимал, что ничем хорошим это не закончится. Все присутствующие перешёптывались. Некоторые усмехались, явно довольные устроенным шоу, кто-то раздраженно смотрел на спорщиков, – были и те, кого пугало происходящее. Тебе вовсе не хотелось ругаться с Вилом. Ты всегда уважала его за взгляды на жизнь, стремление добиваться всего самостоятельно и, как и все, восхищалась его красотой. У вас совпадало много интересов, поэтому было желание и сблизиться с ним, но кто ж знал, что все так обернется. В какой-то момент Вил замолкает и начинает смотреть на тебя жутким пустым взглядом. Дальше все было как в замедленном действии: рука парня поднялась над твоей головой – он замахнулся, чтобы дать тебе пощечину. Злоба тут же куда-то пропала, а на душе появилась обида от того, что он собрался сделать. Ты могла отойти или перехватить его руку, но внутри все застыло. В глубине душе тебе хотелось, чтобы он сделал это: тогда этот поступок будет на его совести. – Вил, остановись! – вскрикнул Рук. Он намеривался оставить своего старосту, но произошло то, чего никто не ожидал: Эпель успел прикрыть тебя собой. Он нес ответственность за происходящее и, как настоящий мужчина, решил принять удар на себя. Но то ли из-за своей неосторожности, то ли из-за неуклюжести он споткнулся и врезался тебе в спину, тем самым пихнув прямо на своего главу. Вил успел сообразить и среагировать так, чтобы вы оба не получили серьёзные травмы: одной рукой он прижал тебя к себе, а другой пытался найти опору, чтобы устоять. Под руку ему попался деревянный стол, на котором кто-то недавно обедал: ему удалось подвинуть его под вас, и вы оба упали на его поверхность. Резкий запах лаванды и кремов ударил тебе в нос. Через школьную форму можно было почувствовать, какое у него сильное спортивное тело. Но важнее, насколько мягкими оказались его губы. Когда ты наконец отстранилась, перед тобой нарисовалась такая картина: длинные волосы парня раскинуты по поверхности стола, на его губах красовалась размазанная помада, а глаза с изумлённым взглядом смотрели прямо на тебя. Поражённая случившимся, ты даже не замечаешь, в какой позе вы застыли. Медленно разворачиваешься назад и смотришь на виновника: Эпель стоит весь бледный, прикрыв открытый от удивления рот. Этот инцидент запомнится всем учащимся надолго: пойдут слухи, за которыми последуют проблемы, что ни тебе, ни Вилу было не нужно, но обернуть время вспять уже невозможно. От мыслей тебя оторвало что-то твёрдое между ног – им оказалось колено парня: оно упиралось прямиком в тебя, ещё и потеревшись прямо о твою промежность из-за неосознанных ёрзаний. Почувствовав это, быстро кидаешь испуганный взгляд на Вила, а в голове крутится только одна мысль: «Пожалуйста, хоть бы он ничего не заметил!» Естественно, тот сразу все почувствовал: его лицо слегка покраснело, и, переведя взор со своего колена на тебя, он тоже шокировано уставился в ответ. Звук от шлепка по щеке эхом разошёлся по всей столовой. Большое красное пятно теперь красовалось на лице Шенхайта. – Не смейте больше втягивать меня в разборки вашего общежития! – сквозь зубы процедила ты. Оттолкнув от себя Вила и не смотря на других, быстрым шагом и с высоко поднятой головой выходишь в коридор. Голова была задрана вовсе не из-за гордости, а чтобы слезы, которые подступали к глазам, не покатились по щекам. Шокирующие лица всех присутствующих в тот день запомнятся теперь надолго.

***

Весь оставшийся день тебе не хотелось ни с кем говорить по поводу случившегося. Эйс и Дьюс всячески пытались тебя развеселить и отвлечь, Грим иногда украдкой посматривал на тебя, Джек же все время ходил как в воду опущенный. Его можно было понять, ведь его друг поссорился с человеком, которого он уважал и также считал другом. Ты замечала, как Вил неоднократно пытался подойти к тебе, но, видимо, вспоминая случившееся, так и не решался. Вернувшись обратно в общежитие, ты сразу отправилась спать, потому что день был слишком тяжелым эмоционально. На следующее утро настроение было получше, но и Вил тоже стал вести себя активнее: он упорно искал встречи с тобой, намереваясь поговорить. Всю свою напористость он проявлял именно сегодня, видимо, потому что вчера намеренно дал тебе время отойти от произошедшего. Сейчас на него можно было напороться в любой части колледжа: перед кабинетом до уроков и после, во время обеда, в библиотеке и даже в коридорах, – но при виде его ты сразу уходила противоположную сторону или же твои друзья специально отводили тебя подальше, чтобы опять ничего не приключилось. В конечном итоге множество попыток Вила заговорить с тобой увенчались провалом, от чего ты только ликовала: желание разговаривать с ним у тебя пока не появилось, ты еще злилась, но только непонятно на что. Под конец дня для тебя, измученной уроками и уставшей от различных преследований, самым прекрасным было вернуться домой. Солнце уже заходило за горизонт, начинало смеркаться. Посматривая на спящего Грима, который уютненько расположился в твоих руках, ты тоже хотела поскорее лечь в кровать и уснуть, но дома тебя ожидало еще домашнее задание, а на пороге общежития – сюрприз, который перечеркнул дальнейшие планы. Вил стоял со скрещенными на груди руками, облокотившись на фасадную стену здания. В руках у него был небольшой подарочный пакет с маленьким бантиком. Заметив тебя, парень выпрямился во весь свой рост и перегородил собой дорогу. – Ну, и долго прикажешь мне гоняться за тобой? – В его голосе звучали нотки злости и раздражения, которые он явно пытался скрыть. – Выловил все-таки, – бубнишь себе под нос. Ничего не ответив парню, ты пытаешься пройти мимо него. Его рука быстро проносится у тебя перед носом, преграждая путь. – Прекрати вести себя как обиженный ребенок. Я хочу поговорить с тобой как со взрослым человеком. – Его слова тебя слегка задели: можно было еще поспорить, кто из вас двоих плохо себя ведет. – Вил-сэмпай, если Вы от меня не отстанете, я посажу ядовитые цветы возле грядки с растениями для Вашей косметики. От этой фразы его глаз слегка дернулся: он явно был раздражен, но все равно не сдвинулся с места. Ситуация начала накаляться: Вил смотрел на тебя странным, задумчивым взглядом, будто собирался с мыслями и решался что-то сказать. Но ты не стала дожидаться его тирады и начала первой. – Не хотите по-хорошему, будет по-плохому. – Ты демонстративно провела рукой по спине спящего Грима, отчего на твоих руках осталось немного серой шерсти. Было забавно наблюдать за скривившейся физиономией Вила, который догадался, что ты собираешься сделать. Он ведь так ненавидит шерсть. – Честное слово, что за детский сад. – Тяжело вздохнув, он протягивает тебе пакет с розовым блестящим бантиком. – Я хотел извиниться за вчерашнее. Я был зол и не контролировал свои слова, за что приношу свои извинения. По нему было видно, что эти слова даются ему нелегко. Интересно, ему раньше приходилось так извиняться перед кем-то? Его слова и действия застали врасплох, и, забыв обо всех заготовленных фразах, ты просто удивленно уставилась на парня. Тот в свою очередь просто отвел взгляд в сторону, избегая зрительного контакта. Вы минуту простояли молча, пока один из вас не нарушил тишину. – Неужели сам Вил Шенхайт решил извиниться перед кем-то вроде меня. – Ты и не думала злить его или издеваться над ним – тебе лишь хотелось удостовериться в правдивости его слов, хоть прозвучало это совсем иначе. Он уставился на тебя печальным взглядом, а рука с подарком опустилась. Ему показалось, что ты издеваешься в то время, как он от всего сердца сожалеет о случившемся и о том, что ему довелось случайно узнать. Его рука потянулась к твоей, в которой была шерсть Грима. Аккуратно взяв и потянув к себе, он вложил в неё пакет и нежно сжал твои пальцы. – Я обещаю сохранить твой секрет, поэтому можешь не переживать. Я уже давно подозревал, что ты не парень: вчера я окончательно убедился в этом. К сожалению, не очень приличным способом. За такую оплошность с моей стороны я тоже прошу прощения. Отпустив тебя, он принялся снимать с перчатки серые ворсинки, прилипшие к ней. По его лицу нельзя было что-либо понять, но в глазах читалась печаль. Взглянув на тебя последний раз, он собрался уйти прочь, но, не успев отойти, почувствовал, как твоя рука вцепилась в его пиджак, обернулся и уставился на тебя. – Извини, я думала, ты извинялся неискренне. Я тоже приношу извинения, что была резка с тобой и тоже наговорила глупостей. Просто ты начал говорить неприятные вещи, и это меня разозлило. Впредь, пожалуйста, не будь так строг ко всем. Это задевает чужие чувства. Не только мои, но и твоих знакомых. – Хорошо. – Было непонятно, согласился ли он с тобой лишь для того, чтобы побыстрее закрыть тему, или он действительно принял твою критику и был готов измениться. На его лице появилась нежная улыбка, заставив и тебя улыбнуться ему в ответ. Вы посмотрели друг на друга несколько секунд, пока ваши взгляды не устремились на твою руку, державшую полу пиджака. Улыбка тут же спала, и твой рот открылся от удивления, а глаза Вила расширились от увиденного. Оказалось, ты вцепилась за него рукой, которая все еще была в шерсти: Грим очень хорошо линял в это время года. Тяжело выдохнув, Вил начал тереть глаза, пытаясь успокоить свое раздражение и не вспылить снова, ведь сейчас было не до этого. – Вил-семпай… Мне так жаль… – Ты начала мельтешить, не зная, что делать: у вас все только начало налаживаться, а из-за твоей невнимательности он теперь может снова разозлиться. Хитрое лицо Вила застало тебя врасплох: наигранным бархатным голосом он тихо произнес: "Возьми на себя ответственность за то, что сделала". И на нем засветилась злобная ухмылка. – Хорошо, только не злитесь снова, я сейчас все исправлю. – Коснувшись пальцами подбородка, ты начинаешь думать, в то время как Вил смотрит на тебя с довольным видом. – А, точно! У меня в общежитии есть специальная щетка для одежды, она убирает шерсть. Пройдемте со мной, я почищу Ваш пиджак. – Я приму твое предложения, но не отказался б еще от чая. – Его слова дали понять, что он не собирается уходить так быстро. Взяв тебя под руку, Вил потащил тебя в дом. Его лицо сияло, но было непонятно, от чего, ведь только что ты сделала неприемлемую для него вещь. Однако, счастливая от того, что ваши отношения начали улучшаться, ты просто поддалась его настойчивости. – А что внутри пакета? – с любопытством спрашиваешь его. – Открой и узнаешь, на то это и сюрприз, – смеясь, произносит Вил. Под последние лучи заходящего солнца вы направляетесь в ветхое общежитие, не замечая стоящего у ворот человека. Гость прятался во тьме, солнце уже не освещало его фигуру, а вокруг темного силуэта порхали зеленые светлячки. После того, как двое молодых людей скрылись в старом здании, неизвестный исчез, не оставив после себя никаких признаков присутствия.