Наташа

Легкий ночной ветерок приятно охлаждал кожу. Я сидел на балконе моей палаты в больнице и разглядывал ночное небо, наслаждаясь прохладой после жаркого летнего дня. Мне было безумно грустно, как в принципе и в другие дни. Но сегодня особенно сильно. 13 июля. Мой день рожденья. Не было ни одного человека, который бы поздравил меня. Я перевел взгляд на наручные часы. Еще 2 часа и 15 минут и закончится. Закончится самый длинный день. С тех пор, как меня положили в больницу со смертельным диагнозом сердца, меня ни разу не навещали, ни разу ни звонили, ни родители, ни друзья. От медсестры я узнал, что отец оплачивает мое пребывание здесь. Где я, в общем-то, нахожусь? В отделении больницы для обреченных людей. Я обвел глазами сад перед больницей. Красиво обстриженные деревья и кустарники, ровно выложенные дорожки. Я прищурился, стараясь рассмотреть лавочки, оформленные в старинном стиле, стоящие вдоль дорожек. Но в темноте были видны только их неяркие силуэты. Сад сейчас пустовал, хотя обычно там гуляют больные и суетятся медсестры. Я прикрыл глаза и откинулся на спинку стула, переключая песню. Мои 16, хотя уже 17 лет, пролетели так быстро. Когда-то я был обычным подростком, наслаждавшимся жизнью. Отец мой- богатый бизнесмен, так что проблем с деньгами я не знал. В школе я учился хорошо, но без каких-либо стараний и рвений. Любой предмет давался мне легко. Когда мне исполнилось 14, я заимел большое количество поклонниц. Жил я спокойно, просто плывя по течению, никогда ни о чем не задумывался. И когда, казалось бы, все было хорошо, я попал в больницу. Врачи прогнозировали не больше месяца. И то если не будет никаких волнений и переживаний. Мой доктор говорил, что у меня сердце слабое, при больших переживаниях может не выдержать. В принципе я мог бы прожить этот месяц лучше, чем все годы моей жизни, но за эти 10 дней, что я нахожусь в отделении для смертельно больных, никто и не вспомнил обо мне, когда-то живущем рядом. Дмитрий Горлачев. Все словно вычеркнули меня из своего существования. Куда же делись все, с кем я дружил? Теперь в этом, забытом всеми уголке, у меня создавалось впечатление, словно бы меня никогда и не было. Раньше, в суете, я и не думал об этом. Но сейчас… Жил ли я все эти 17 лет? Ходил, ел, пил, дышал – значит жил? Существовал, наверное. Сейчас я еще живу, но все уже забыли. То когда я умру, вспомнит ли кто-нибудь меня. Неужели все, что от меня останется это могила и надпись на ней «Дмитрий Горлачев 1994-2011»? Слезы потекли по моим щекам. Такие теплые. Тело била легкая дрожь. Боль переполняла меня. Мне хотелось кричать. Но вряд ли кто-нибудь услышит, вряд ли кому-нибудь будет до меня дело. Сердце резко заболело. Мое дыхание участилось. Я прижал левую руку к груди, а правой достал лекарство из кармана. Я всегда носил его с собой, чтобы хоть как-то продлить мою жизнь. Смысла в этом не было. Просто так надо. Я встал со стула и вошел в палату. Яркий свет луны заливал комнату. Свет я решил не включать. Обойдя большую кровать, я подошел к зеркалу, висевшему над тумбочкой. Свет луны освещал мои волосы и лицо. В свете луны мои волосы отливали серебром. Обычно зеленые глаза, сейчас казались черными. Залитое слезами, мое лицо вызывало у меня жалость. Жалость к самому себе. Тыльной стороной руки я стер слезы с лица. Во мне закипела ненавистью к этому красивому лицу. Какой был толк в этом? Каким бы красивым я не был, меня никто не любил. И умирать я буду в одиночестве. Есть ли смысл в этой красоте? Даже с истощенным от болезни лицом я был красивым. Я отвернулся от зеркала. Слезы продолжали течь, оставляя влажные дорожки. - Почему ты плачешь?- тихий мягкий голос вырвал меня из грустных мыслей, которые старались завести меня в безвылазную депрессию. Сердце бешено заколотилось. Я метнулся к выключателю. Вспыхнул свет. На моей кровати сидела девушка. Длинные кучерявые волосы спадали на плечи. Хрупкое тело в белой рубашке; большие черные глаза; тонкие губы - девушка была не красивой. Но притягивала этим еще больше. - Ты кто? – мой голос сел и стал более грубым. - Наташа.- девушка улыбнулась и подошла ко мне, вглядываясь мне в лицо своими черными глазами. - Дима!- я был поражен. Наташа казалась мне ангелом. Она говорила тихо, улыбалась кротко. Была дружелюбной – А что ты здесь делаешь?- я старался говорить добрее, потому что не хотел, чтобы Наташа уходила. Сейчас у меня появилась перспектива провести оставшиеся 20 дней не в одиночестве. - Меня положили в соседнюю палату. Одной скучно. Давай дружить?- ее ясные глаза разглядывали меня в упор. Я вымучено кивнул. До меня только сейчас дошло, что у нее тоже смертельный диагноз. Я закусил нижнюю губу. Я присел на край кровати, наблюдая за Наташей. Она осматривала мою палату. Она подошла к тумбочке и начала рассматривать стоящий календарь. - А почему обведены 2 даты? 13 июля и 2 августа? - Мой день рождения. А 3 июля, спрогнозированная врачами, дата моей смерти. Я вглядывался в лицо Наташи. Она помрачнела. Ее губы задрожали, а брови сошлись на переносице. Она подбежала ко мне и взяла мои руки в свои, и заглянула в глаза. - Давай проживем оставшиеся нам дни вместе. Мы будем много-много смеяться и веселиться. Я улыбнулся в ответ на ее улыбку. Она отошла от меня и о чем-то задумалась. – Так у тебя сегодня день рождения?- ее глаза радостно засветились. Моя улыбка сползла с лица. Снова вернулись невеселые мысли. – Жди меня здесь,- девушка вылетела из моей палаты, даже не закрыв за собой дверь. Я изумленно застыл. Не прошло и двух минут, как Наташа вернулась ко мне с тарелкой в руках. На тарелке был небольшой шоколадный кекс. - Happy birthday to you!- запела девушка. На моих глазах выступили слезы. Фигура девушки стала расплываться. Все застилали слезы. - Спасибо.- выдохнул я. Губы еле шевелились. Девушка поставила тарелку на стол возле балкона и обняла меня. Крепко-крепко. Тепло Наташи согревало меня изнутри. Всю ночь я был с Наташей. Мы очень много разговаривали. Девушка рассказывала мне о своей жизни, а я о своей. Хоть судьба девушки была тяжелой, она была очень веселой: много шутила и смеялась. Когда нам захотелось спать, мы не стали расходиться по разным палатам, просто уснули, крепко обнявшись.