Любовь зла, полюбишь и... Кисляка!

POV Василиса.

Уже месяц я трясла помпонами, потому что по-другому это занятие никак не назвать. Хотя та же разминка, растяжка, прыжки и поддержки были ещё той нагрузкой. В общем, благодаря этим тренировкам я сбросила то, что считала лишним и теперь пару минут в день залипала перед зеркалом, любуясь своей фигурой. Я не знаю, как нам удавалось не пересекаться с Кисляком, но я была этому безмерно рада! Правда, радоваться оставалось недолго, так как через неделю начинался старт игр, а у нас усиленные тренировки. С Мариной договорились о вылете из команды, вот только Касаткина потребовала от меня выступить на пяти играх и посещать пока все тренировки, а уже потом я могу идти на все четыре стороны. В принципе, это было меньшее из зол, потому что потом могла спокойно посещать институт и вообще не думать о тренировках и Кисляке. Кстати о нём, я не знаю, что сделал мой ангел-хранитель, но за этот месяц мы виделись с ним от силы пару раз, да и то издалека. К тому же из-за начала игр, Андрей пропадал на льду и в институте не появлялся, чему я была несказанно рада. Сегодняшнее утро ничем не отличалось от остальных, я как обычно опаздывала! — Проснись и пой, Василиса! — Пробурчала я, выбираясь из плена одеяла и отключая десятый по счёту будильник. Отточенными движениями, выполнила привычные утренние процедуры и со всех ног помчалась в институт. Вот честно даже не знаю, как я до сих пор учусь на отлично и почему меня ещё не возненавидели все преподаватели, потому что я каждое утро опаздывала! Я не понимаю, что это за суперспособность такая, но факт оставался фактом. Занятие в институте прошли в штатном режиме, я с улыбкой помчалась на тренировку. Всё-таки был в этом небольшой плюс: общение. Не сказать, что я интроверт, но не особо допускаю людей в свою зону комфорта, поэтому то, что я могла спокойно общаться с девчонками-чирлидершами, было мне на руку. — Всем привет! — С улыбкой произнесла я, появляясь на пороге раздевалки. — Привет! — Раздалось отовсюду, и девчонки снова вернулись к бурному обсуждению. — Что вы так бурно обсуждаете? — Спросила я, переодеваясь в форму. — Ну, Кисляка бросила девушка… — начали девчонки, но я перебила. — Вы серьёзно это обсуждаете? Кисляк ещё тот бабник, он в институте со многими переспал, а вы обсуждаете, что его девушка бросила? — Недоуменно произнесла я, рассматривая их. — Ты не понимаешь, — с улыбкой ответила Касаткина, — раньше Кисляк кидал девушек налево и направо, а сейчас Кисляка кинули! Его гордость точно пострадала, потому что девушка ушла от него к товарищу по команде. — Это к Кострову что ли? — Спросила я, собирая волосы в хвост. — Ты откуда это знаешь?! — Прокричали девочки. — Да тише вы! Видела, как Яна гуляла с ним, — пожимая плечами ответила я. — Обалдеть, — протянула Марина, хлопая ресницами, — так, пошли на тренировку, нечего время терять! Десятиминутная разминка, получасовая растяжка и ещё сорок минут на отработку номера. Я с облегчением выдохнула, когда Марина объявила, что тренировка окончена. Трель телефона отвлекла меня от обсуждения планов на вечер. Сняв блокировку, я открыла сообщение, которое гласило: «Сегодня вечером ты моя! Мне нужна психологическая поддержка!». Меня разобрал смех. Ну, Алина как всегда в своём репертуаре, либо она рассталась с парнем, либо она в кого-то безнадежно влюбилась. « С меня мороженое и помощь, а с тебя остальные вкусняшки», — написала я, потому что мне очень не хотелось заходить в магазин по пути домой. «Куплю всё, что пожелаешь! Но с тебя ещё ванильно-сопливый фильм!» — гласило ответное сообщение. Я на это только усмехнулась, значит ещё всё хуже, чем я думаю, либо Алина драматизирует. Пока я писала список того, что хочу, дошла до раздевалки. Открыв дверь, я прошла привычным маршрутом до своего места, всё так же, не отрываясь от экрана телефона. — Миронова, ты так по мне соскучилась? — Раздался надо мной столь нелюбимый голос. — Чёрт, — простонала я, закрывая лицо руками. Да как же так-то?! Вот почему я в мужскую раздевалку вместо женской зашла? И вообще, ангел-хранитель, ты что пост сдал? Куда делся-то? Я месяц его так удачно избегала! — Знаешь, Кисляк, а это уже не твоё дело! — Быстро выпалила я, поднимаясь со скамьи и убирая телефон. — Так ты если так по мне скучаешь, набрала бы вечером, я бы приехал, — с ухмылкой протянул Кисляк. Я уже собралась съязвить, но решила посмотреть на эту самодовольную мордаху. Ой, зря я это сделала! Походу Кисляк только вышел из душа, потому что полотенце было обмотано вокруг бедер, а с волос ещё падали капли воды, разбиваясь о кубики пресса. О мой Бог, вот это фигура! Ну, чисто Аполлон! — Ты в меня так влюблена Я же вижу, мадам (мадам, оу). Что мне говорят твои губы, — Говорят твои глаза Говорят твои глаза*, — неожиданно запел Андрей, наступая на меня. Я в панике окинула взглядом раздевалку и поняла, что мы тут с ним вдвоём. О, чёрт! Как меня угораздило застрять с Кисляком в одной раздевалке? Да ладно с ним, но с полуголым?! Да ещё и с таким прекрасным телом! Твою ж мать, Василиса, ты не о том сейчас думаешь, совершенно не о том! Я с трудом сглотнула и слегка охрипшим голосом произнесла: — Это только в твоих мечтах, Кисляк. — Правда? — В тон мне произнёс двадцать четвёртый, расставляя руки по обе стороны от моей головы. Когда я успела дойти до стены? Блин, а можно не так близко? А то я чувствую аромат мужского геля для душа, а я вообще фанат мужских гелей. У меня даже целая коллекция есть, правда об этом мало кто знает! Чёрт, воздуха что-то перестаёт хватать и Кисляк что-то говорит. Боже, у него такие красивые губы, чуть пухловатые. Нет, нет, нет, нет, только не прикусывай нижнюю губу! «Так, Миронова, возьми себя в руки! Тебе нужно быстрее делать ноги, иначе всё будет только хуже!». Я тряхнула головой, закрыла глаза, быстро выдохнула и резко оттолкнула Кисляка. Он видимо не ожидал такой прыти от меня, потому что пошатнулся и упал, быстро поправляя полотенце. — Да, а с координацией вы не дружите, Андрей Викторович, — буркнула я, отправляясь на выход. — Эй, Миронова, — окликнул меня он. — Ну что ещё? — Недовольно произнесла я, стараясь не глазеть на хоккеиста. — Ты ещё будешь моей, — уже поднявшись и с улыбкой, протянул он.  — Только в мечтах, Кисляк, только в мечтах, — собравшись, ответила я с улыбкой. Я спокойно вышла из раздевалки, а потом как угорелая помчалась в женскую раздевалку. Чёрт, как же горят щёки! Что это вообще было? Какого я так залипла на его пресс и губы? Зачем? Нельзя, Миронова, нельзя! Даже в сторону Кисляка не смотри. Быстро собравшись, я помчалась домой на встречу с Алиной, а в голове набатом звучали слова: «Ты ещё будешь моей».