Однажды мне сказали

***

Если хочешь быть со мной-беги. Но нет сил некуда бежать. Вокруг нас куда не глянь враги.

      Джонни уже ходил кругами. Всё было тщетно. Стоило ему заглянуть всего лишь в один переулок. Там на корточках сидели эти твари и всё так же насмешливо обсуждали, как отымели омегу Колбая. Как зверски они издевались над ней. Джонни не мог долго слушать эти насмешки и грязь. Он быстро вышел из-за угла и грозным взглядом дал понять, что этим типа крутым парням пора валить. Задиры переглянулись и уже хотели удирать. Джонни по всей классике жанра был одним из самых альф в школе. Ему было легко уложить этих троих. Время практики, упражнения и ты один из сильных, круто же. Они уже встали со своей коронной позы и отходили назад. Колбая не собирался медлить, решил действовать быстро. Ведь дома его ждала принцесса, при чём с продуктами. После всей этой петушатни ему ещё и в магазин надо, так что нужно как то не испачкаться в крови.       Джонни медленно подошёл к первому, взял его за ворот кофты и приподнял в воздух. По взгляду можно было понять его вопрос. "Кто посмел трогать Рому?!". Так то Колбая знал, что все они трогали Рому там, куда он сам ещё не прикасался. Джонни никогда не делал против воли своей омеги, он всегда желал всё самое лучшее. Колбая делал приятные иногда странные вещи, что так часто озаряли лицо Ромашки светлой по истине детской улыбкой. Прогулки по парку, сахарная вата, нелепые шутки, Рома на руках. Всё было прекрасно. Старший добивался этого доверия очень долгое время. Он не мог спустить руку ниже талии, поцеловать против воли. А сейчас твари перед Джонни сломали доверие Ромы к абсолютно любому человеку, немного разрушив те самые отношения между парой, что так усердно строились кирпичик за кирпичиком. Всё сломано.       Колбая сделал несколько мощных ударов по лицу первого попавшего, под его тяжёлую руку. Он ни капельки не сожалел, что делает сейчас с лицами этих парней. Он хотел долго мстить за своё золотце, но время не резиновое и дома его ждут. Сделав пару ударов в живот другого утырка, он приступил к третьему. В лицо патлатого летела нога, он теперь вырублен. Джонни ещё немного оглядел все три тела и решил было уходить, но в его плече прилетает пуля. Альфа скорчился от боли, решив посмотреть какая мразь это сделала, он увидел только двух убегающих подонков, что несут на себе третьего. Догонять не стал, решил скорее вернуться домой.       Джонни шёл достаточно быстро домой, успеть перекрыть кровь. Если ещё немного потеряет, упадёт в отключке. Он чувствовал как плохо. С каждым новым шагом было всё труднее. Колбая не останавливался, вскоре он оказался около квартиры. Он нервно перебирал ключи, глядел в сторону лестницы, надеясь что его никто не увидит. Дверь была успешно открыта, он просто ввалился в квартиру кряхтя что-то непонятное. В коридор мгновеньем вбегает Рома, растерянно оглядывает старшего, подхватывает на лету. Всё таки отключился, всё таки потерял много крови. Рома еле дотаскивает того да ванны и укладывает рядом с самой ванной. Бегает по квартире в поисках аптечки, нервно дышит. Опять винит себя, как предсказуемо.       Еле вымывая раны и понимая что плечо было прострелено насквозь, Рома рыдает. Перематывает бедное плечо и рыдает. От этого Джонни потихоньку начинает приходить в себя. Но после открытия глаз он сразу их закрыл и расплылся в нежной улыбке. Здоровой рукой беря Рому за подбородок, своим лбом утыкаясь в чужой, нежно шепчет "Спасибо тебе." Нежное прикосновение к губам, руки начали блуждать по телу старшего. Рома хотел заполучить его сейчас, прямо здесь, но знал что Джонни было плохо и ему нужно отдохнуть. Альфу это заводило, но он не мог ничего сделать прямо сейчас, просто прикоснулся ещё раз своими губами к губам Ромы и дал понять что всё это нужно прекратить.       Через пару минут Джонни уже лежал в кровати. Он сейчас хотел просто обнять своего омежку, но тот настоял на том что нужно приготовить поесть, хоть из чего-то что осталось. А хватило на омлетик, не сытно, но полезно. Хоть что-то восполняет силы. Рома периодически проверял старшего, тот в свою очередь просил остаться ним.

Подойди ко мне ближе, многословен не буду Моё синее небо напомнит мне, чем был и чем стал В нём последнем увижу твои красные губы Если я вдруг умру, то пусть меня похоронит мечта