Знаки судьбы

POV Рем Прошло уже восемь дней с нашего «заключения». Мы успели привыкнуть друг к другу. Пару раз нас навещала Оля, она, кажется, уже привыкла к нашим вечным шуточкам и мини войнам. Ещё, хоть он этого и не говорит, но я вижу, что Ал скучает и волнуется за своих родителей. Оно и понятно, хоть мне и не известно, какого это, расти в любящей семье, но я его понимаю. И… кто бы мог подумать, что он любит обнимашки? Хах, это мило. Его привычка мельтешить, когда он взволнован или чего-то ждёт. Раздражительность от милых фразочек в его сторону. Его вкусы, которые, к удивлению, в некотором роде совпадают с моими. И сам по себе он очень интересный человек, хотя часто ведёт себя как обалдуй. Ха… я точно счастливчик, раз он смог простить меня и… в некотором смысле, ответить на мои чувства к нему. Может быть… — Хей, Рем, чего замолк? Даже по клавиатуре больше не стучишь. — прервал мои мысли их объект появления. — Да так, задумался. — отозвался я, выключая ноут и поворачиваясь к парню. Ал сидел на полу и что-то чиркал на листе бумаги. В его глазах не было и капли интереса к этому занятию, и я сразу понял, что он изнывает от скуки. — Может, в настолку сыграем? — предложил я, откладывая ноут на табуретку. В последние дни я обосновался в его комнате, всё же сидеть в одиночестве было как-то тоскливо и отчасти даже жутко. Этот старый дом действовал на нервы. Сразу вспоминались фильмы ужасов, особенно под вечер. Так что мы перенесли мою кушетку в комнату Алекса, здесь было больше уюта и света. — Ага, давай, хоть на минуту от компа оторвёшься. — радостно хмыкнул Алекс. Ох, ну не может он без шуток и подколок, без них Ал, не Ал. Не вставая, он прополз метр и, протянув руку под стол, достал коробку с настольной игрой. — Чур, моя красная. — обозначил выбор своей фишки, Алекс. — Пфф, кто бы сомневался. — закатил глаза я. Всё же не зря Ал попросил Олю принести настольную игру, иначе мы бы повесились от скуки, ну, Ал точно. — Моя, как обычно. — Так нравится зелёный цвет? — задало вопрос это чудо, разворачивая картонку и высыпая из пакета фишки с кубиком. — А тебе так нравится красный цвет? — хмыкнув, вопросом на вопрос ответил я. В чём-то мне даже нравятся перепалки с ним, это привносит в наши отношения необычный привкус. — Да, а тебе? — без промедлений ответил Ал. Хм, непривычно. Обычно он сам рвётся высказать пару колкостей и шуток. Спустившись на пол, я сел рядом с ним. Хоть я и не могу назвать себя психологом и знатоком его поведения, но за эти дни я более или менее его, так скажем, «изучил», и по моим выводам, Ал что-то хочет сказать. — Как ты и сказал — зелёный. — ответил я. Что ж, не буду на него давить, он сам скажет то, что хочет, как будет готов. Я-то знаю, такой уж он человек: не держит ничего в себе, делясь своими переживаниями с другими. Таким людям проще, их не съедают собственные мысли, накрутки из переживаний, как других, таких как я. Хах, да… я не из тех, кто делится переживаниями с другими, увы и ах… — А чем красный не нравится? — ставя фишки на старт, задал очередной бессмысленный вопрос Ал. — Тем, что это цвет крови. — похолодевшим голосом ответил я, и сам удивился изменениям в нём произошедшим. Алекс на это ничего не ответил, первым кидая кубик. Вообще-то, перед игрой мы играем в камень ножницы бумага, и победитель первым кидает. Но я промолчал, не говоря ни слова об этом. — Рем, ты когда-нибудь участвовал в драках? — тихим и спокойным голосом задал вопрос Ал. Это было необычно для него, и я насторожился. — Ну…нет, хотя был один случай в школе. Но так, я больше ни разу в жизни не дрался. Да и затворник я, забыл? — подмигнув, попытался я приободрить его, но тот всё также оставался необычайно спокойным. Но я видел, что эта спокойность была наиграна. Он не умел тщательно скрывать эмоций, или это я его настолько изучил? — Понятно, хулиганы достали, да? — снова вопрос от него. Подумав немного, я посмотрел на его фишку, стоящую на цифре три, взяв кубик, я кинул его и переместил свою фишку на цифру пять. — Да, хулиганы… — я с неприязнью вспомнил тот роковой для меня день. Тогда я был в восьмом классе, и был не особо популярным. Учился в основном на четвёрки, ведь опекуны хорошо платили моим репетитором. Мои дни были как у большинства школьников, я спокойно учился, имел пару друзей, с которыми не особо тесно общался. Они часто просили по-дружески дать списать или одолжить денег. Я не отказывал им. Тогда я ещё не понимал, что меня просто используют, я был слишком наивен и беспечен. О чём вскоре пожалел. Мои «друзья» как-то начали хвастаться своими способностями, рассказывали, как хорошо у них выходит всё на практике. Они спрашивали и о моих успехах, но часто я просто молчал или отмахивался, стыдясь своей «бездарности». Но в тот день я почему-то решил поделиться с ними о своей напасти. Я думал, что они, как друзья поймут и поддержат меня, примут таким, какой я есть. Хах, каким же я идиотом был. Вначале они не поверили, так как не сталкивались с таким феноменом прежде, но, поняв, что я не шучу, они подняли меня на смех. Начали унижать, грозились всем рассказать какой я неправильный. «Ошибка природы», «Низшая ступень эволюции» — так они называли меня, и это ещё было не самым обидным. Тогда, униженный и разбитый, я потерял над собой контроль и, разозлившись, я накинулся на одного из насмешников. Но я успел нанести лишь пару ударов, до того, как меня оттащил за шкирку второй мой «друг», встряхнув, он откинул меня к окну. На мою беду, была перемена. Мы находились одни в классе, и помощи ждать было не от кого. Поднявшись, я не успел ничего сделать, как меня толкнули, я уперся в стекло. Схватив чей-то открытый пенал, я кинул его в подходивших обидчиков. Видимо, карандаш или ручка попали в глаз одному из них. Разглядеть ничего я не успел, раздался болезненный крик моего бывшего друга, а затем, пол подо мной содрогнулся, и плита пола подпрыгнула, выталкивая с силой меня в бок. Раздался треск стекла, а затем полёт, я успел заметить голубое небо и облака, а после глухого стука и потеря сознания. Очнулся я уже в больнице. Мне повезло, что наш класс находился на третьем этаже, я отделался лишь сотрясением и сломанной левой рукой. Я боялся, что родители будут в бешенстве, что они сейчас войдут в палату и будут меня отчитывать. Но этого не произошло. Никто не пришёл. Тогда я понял, что никому не нужен. Моя призрачная надежда, что родители просто заняты, и не могут уделять мне внимания лишь только поэтому, полностью исчезла. Когда меня привёз водитель домой, меня встретила лишь одна из служанок. Где были родители я и так знал, в очередной командировке или просто отдыхали где-то подальше от меня. С того дня я перестал считать этих людей своими родителями, теперь они были просто опекунами, простая формальность не более того. Школу я закончил на домашнем обучении, видимо, опекуны не хотели новых проблем из-за меня. Так как новость о моей бездарности не распространилась по сети, я понял, что моих бывших «друзей» заставили молчать, угрозами или деньгами. Впрочем, для меня это уже не имело значения, я полностью разочаровался в семье, в друзьях, в людях… -… ем… Рем! — А?! — отозвался я, выплывая из тяжёлых для меня воспоминаний. — Рем, ты в порядке? Я тебя уже минуту зову, твоя очередь кидать. — проговорил Алекс, немного отодвигаясь от меня. И тут я только заметил, что он подсел буквально в плотную ко мне. — Да, всё нормально. — немного растерянно отозвался я, подбирая кубик и кидая его. — Извини. — отведя взгляд, сказал Ал, сидя недалеко от меня. — За что? — недоуменно спросил я. — Я задел твои старые раны, я не должен был… не хотел… еще раз извини. — понуро, он перевёл свой взгляд на кубик, смотря на выпавшую мне цифру шесть. Я поразился тому, что он так точно понял причину моего поведения. До этого никто настолько не мог меня понять, даже моя компашка компьютерщиков. Видимо, не один я проникся и изучил партнёра, да? Хех… -Да ничего, это дело минувших лет. Сейчас же всё иначе. — туманно, но точно для себя, сказал я. Да, теперь всё иначе, ведь я не один. Поддавшись порыву, я подвинулся к Алу и обнял его. Тот сначала замер, а после осторожно ответил на объятия, будто боясь спугнуть. Хоть до этого уже сотню раз без спроса накидывался на меня с объятиями, несмотря на мои протесты и маты. Но тут я понял, что это действительно первый раз, когда его обнимаю я. — Что ж, как вижу, я выхожу вперёд, так что готовься выполнять моё желание. — с усмешкой проговорил я, отстраняясь от него, хоть этого категорически не хотелось. — Что?! Мы ещё посмотрим, кто кого, игра только началась! — бодро и воинственно воскликнул Алекс. Он так же отстранился от меня, но отползать на своё место не стал, оставаясь сидеть рядом. — Ха, ну да, посмотрим. — с улыбкой сказал я, перемещая свою фишку на шесть ходов вперёд. После объятий, я чувствовал непривычную лёгкость и тепло в теле, как будто я стал перышком. Алекс волшебным способом прогнал всю тяжесть моего прошлого, моих ошибок, моей боли. И я был благодарен ему за это, за его поддержку и вечный шутливый тон. В этот день мы больше ни о чём не говорили, странное состояние Алекса ушло в небытие, и я был рад этому. Хотя мне и интересно, чем оно было вызвано, о чём тот думал. Но я не стал забивать голову этими мыслями, не хотелось портить столь прекрасный момент. А вечером мне написал Олаф: «Завтра, к пяти вечера, я приду, разговор не телефонный, так что ни о чём не спрашивай. Ждите.» End POV.

***

Матвей не находил себе места, он волновался за своего друга. Прошло больше недели, как он исчез из своего дома. Какие-то люди разыскивали его и допрашивали родителей Алекса насчёт того, где, и у кого, он может скрываться. Митя был в ступоре и лёгком шоке, когда на следующий день после встречи с Алексом, к нему заявились двое мужчин, представившихся… полицейскими? Он не запомнил. Все мысли затмила информация про побег Алекса. Ему повезло, что в этот день родители были как обычно на работе, не хотелось, чтобы и их допрашивали. Матвей тогда рассказал им про вчерашний день, единственное, упустил лишь информацию про Рема. Черноволосый просто не хотел впутывать в это «симпатию» своего друга, ведь тот парень мог быть и ни причём. Однако возможность того, что Алекс мог скрывать у Рема, он не отрицал. Женя всячески успокаивал своего парня. Его тоже расспрашивали, но не так рьяно, как Матвея или родителей беглеца. Как и ожидалось, он мастерски обходил все вопросы, лгал и его не поймали. Тогда Евгений спокойно выдохнул. Единственное, что его печалило, это невозможность рассказать обо всём Мите. Он не мог подвергать жизнь своего парня опасности. Через два дня обо всём узнали и родители Матвея. Они, вместе с Женей, всячески пытались приободрить своего сына, отвлекали разговорами, но это не помогало. Тревога не уходила. На третий день исчезновения, Матвей остался один. Родителям пришлось уехать на работу, а Женя отсутствовал по каким-то причинам. Вроде разборкой с родителями? Так он сказал, когда приехал вечером к нему. В этот же день, Митя узнал кое-что новое о Реме, оказалось, что тот из клана земли. Об этом по телефону сообщили те же люди, что допрашивали Митю. И после этого Матвей понял, почему Алекса ищут, ведь тот нарушил закон: общался с тем, с кем общаться не положено. Эта новость снова шокировала его. Так же пришла злость и обида. Его лучший друг скрыл такое от него! И если бы они в тот день не встретили их с Ремом после свидания, то что?! Тот бы так ничего и не рассказал?! — такие были мысли у него в голове. Тогда, в истерике, он всё это высказал своему парню. На что тот спокойно ответил, успокаивая его объятиями: — А ты не думал, что этим он старался защитить тебя? Он и родителям-то ничего не говорил. И, подумав, Матвей понял, что он прав. Ведь знай он всё, скрыть свою проинформированность он бы не смог. Его бы раскололи со всеми этими вопросами и глупыми тестами. Его друг просто защищал его. После этого осознания, обида утихла, но её крохотная капля осталась на душе парня. Ему будет, что обсудить с Алом, когда они встретятся. «А встретимся ли мы вновь? Он же теперь в не закона, не знаю, за что полиция так в него вцепилась. Да, общался с парнем из чужого клана, но это же не так страшно, да? Или я чего-то не понимаю? Я же не знаю, кто такой этот Рем, хоть он и показался мне интересным, слегка холодным парнем, но… Чем он занимается? Точно ли он просто обычный парень?» — эти мысли всё крутились и крутились в его голове. Евгений не мог смотреть на мучения своего парня. Он понимал, что рано или поздно тот узнает правду, и лучше бы её ему узнать от него. Так будет хоть немного честнее с его стороны. Он пообещал себе всё рассказать, когда немного поутихнут поиски Алекса, а пока он будет рядом со своим парнем, успокаивать и защищать его изо всех своих сил…