Можно я напишу о тебе книгу?

      Темнело. Сегодня Нана благополучно проспала утреннюю тренировку волейбольной команды, а затем перебарывала в себе желание прийти пораньше, чтобы встретиться с Цукишимой. Надо было начать верстать все собранные ею компоненты в одно целое произведение. Кушать же на что-то надо, да и редактор в скором времени попросит черновой вариант. — Чёртова работа, никакого времени на личную жизнь, — протянула девушка, вытягиваясь и разминая затёкшие конечности.       Посмотрев на весь проделанный этап работы, Нарита довольно улыбнулась и решила, что время на отдых благополучно заработано. Приведя себя в порядок, писательница вышла из своего уютного гнездышка. Холодало. Как-то особо не задумываясь, она направилась в сторону старшей Карасуна. Этот выбор маршрута казался уже чем-то естественным и единственно верным. Наверняка волейболисты ещё там, ну а даже если нет — прогулка на свежем воздухе всегда идёт только на пользу.       Мне вести себя как обычно, не демонстрируя тот факт, что мы встречаемся или же у нас всё же открытые отношения?       Единственный вопрос, который мог вертеться в голове у девушки. Периодически останавливаясь и что-то бубня себе под нос, она всё же сделала вывод, что единственное, что она может — это действовать по обстоятельствам. Всё-таки, для неё было бы лучше не развивать из этого большой шумихи, особенно учитывая то, что Цуки не был совершеннолетним. — Я чувствую себя развратительницей малолетних… — выдохнула Нана в конце своего мозгового штурма.       Так или иначе, конечная точка маршрута была уже в достаточной близи, чтобы девушка смогла увидеть свет, льющийся из окон спортивного зала. Обрадовавшись своей проницательности, она ускорила шаг. — Я прямо-таки не сомневалась, что вы здесь! — произнесла Нарита, входя в большое помещение. Тренировка закончилась и теперь волейболисты просто разбрелись по залу. Нишиноя, Танака и Сугавара сидели на полу что-то активно обсуждая, услышав вошедшую девушку все дружно помахали руками, а последний немного подмигнул, от чего Нане стало немного не по себе.       Слишком взрослый для старшеклассника. Слишком.       Проходя чуть дальше, она попыталась глазами найти человека, являвшегося её парнем. Поиски обвенчались успехом, но уже собиравшуюся пойти к блокирующему Нану резко прервал Хината. — Нарита-а-а—сан!!! — прокричал он, протягивая вверх ладошку, чтобы девушка могла шлепнуть по ней в знак приветствия. За всё время пребывания здесь, она довольно сильно сдружилась с рыжеволосым пареньком, — Смотри, это парень, которого мы должны победить, чтобы вновь встретиться с Некома!!       Он протянул писательнице журнал, который забыл отдать Нишиное перед тем, как побежать встречать подругу. На одной из страниц красовался портрет какого-то парня в волейбольной форме.       Это теперь так выглядят школьники?..       Нарита опустошенно выдохнула и повернулась в ту сторону, где стоял Асахи. Чем они, черт возьми, питаются? Вернувшись к журналу, она продолжила просматривать его содержимое: «Лучший префектуры, один из самых выдающихся в Японии». И вот с этим придется играть Хинате? Всё же, хоть она и верила в выдающиеся способности рыжеволосого паренька, но тот, кто изображен на этих страницах выглядел действительно впечатляюще. Возможно, будь она более внимательна к тренировкам, уверенности в Шоё было бы побольше. — Ты сегодня выглядишь не так, как обычно, —посмеялся Шое, смотря на излишне «домашний» вид девушки: спортивные штаны, большая кофта с капюшоном, ветровка и не особо опрятно убранные в пучок волосы. Нана в ответ лишь скорчила недовольно-возмущенную рожицу. — Вообще, помимо него есть ещё и другие опасные соперники, — строго сказал тренер, подходя к собравшимся. За ним подтянулась и вся команда, — Старшая школа Вакутани, с хорошей обороной и координацией; Датеко — железная стена, прозвище говорит само за себя — здесь самые высокие игроки. Насколько я помню, мы проиграли Датеко в прошлый раз 2:0 на префектурном…       Перестав особо понимать о чем здесь говорят, Нана скучающе зевнула и обернулась, чтобы найти Цуки, поприветствовать которого ей так и не удалось. Обернувшись, она лбом почти вписалась в блокирующего. От неожиданности Нарита даже пискнула. Цуки приложил палец к губам, издав тихое «чщщ» и, аккуратно развернув девушки за плечи, продолжил слушать тренера.       С того раза мы сутки не общались, а тут ему волейбол более интересен.       Что бы там не говорил Цукишима про то, что это просто увлечение, он действительно серьезно относился к волейболу. Хоть сейчас это немного раздражало Нану. По правде, теперь она даже не знала, как будут протекать их отношения. Раньше всё было понятно: сарказм, страсть, внезапные поцелуи, конфликты… а что теперь? Смотря на эту серьезную мину, писательница слабо представляла себе проявление заботы, улыбки, прогулки за ручку. Устало выдохнув, она с грустью поняла, что и сама теперь не понимает, как стоит себя вести. Они были знакомы меньше месяца, практически ничего не знали друг о друге, несколько раз целовались и один раз чуть не переспали. Прямо-таки показательные «неблагополучные» отношения.       Из собственных раздумий Нариту вывел голос тренера. — … речь о Ойкаве Тоору из Аобаджосай, — после этих слов Нана чуть ли воздухом не поперхнулась. — Что такое? Неважно себя чувствуешь? — спросил стоявший рядом Суга. Девушка лишь отмахнулась, отрицательно покачав головой. — Знакомое имя услышала… — неуверенно протянула она. — Ого, Нарита-сан, ты знакома с великим королем? — удивленно спросил Хината, — Неужели даже в Токио о нем говорят? — Сколько можно говорить тебе, называй меня просто «Нана», — закатив глаза, произнесла девушка, — нет, просто пересекались пару раз…       Произнеся это, она почувствовала, как её затылок прожигают тяжелым взглядом.       Кто б сомневался, что ты в это не поверишь…       Кажется, после сегодняшней тренировки её ждет большой допрос. Как бы там не было, рассказывать о том, что месяц до прихода в Карасуно Нарита провела в Аобаджосай — до это у неё в планах не было. А тут ещё оказывается, что они там какие-то чуть ли не заклятые противники. Как всё же трудно вклиниваться в школьную жизнь, когда тебе 21.       В зал влетел радостный Такеда. — Хорошо, что вы ещё здесь, — прокричал он, запыхаясь, — собрание затянулось, но зато у нас есть распределение на отборочные среди старших школ!       Вся команда подлетела к учителю. Казалось, этот листок был им сейчас на вес золота. — Если победим в первом круге, то можем играть с Датеко, если предположить, что они выиграют, — произнес Сугавара. — Но это ещё не всё, — неожиданно выступил Цукишима, стоявший чуть сбоку от Наны, — В нашем кругу Аобаджосай.       По девушке будто каток проехал. Значит, они точно встретятся. Вообще, она сама не совсем понимала, почему так переживает. Ничего серьезного, она может просто не приходить на отборочные, либо просто осматриваться, чтобы избежать лишних встреч, но вот… как быть с блондином? Стоит ли ему всё рассказывать? — Уже поздно, ты нормально доберешься до дома, Нар… Нана? — запнувшись, произнёс Хината, собирая свои вещи. Было понятно, что он хотел предложить девушке свою помощь. — Ты думаешь, что что-то изменится, если ты пойдешь с ней? — с усмешкой произнёс Кагеяма, — Тебя ж разве что младшеклассник испугается. Ты разве не только бегать умеешь?       Каждое слово колом в спину втыкалось в бедного рыжеволосого паренька. Он было хотел что-то возразить, но просто повержено опустил голову. Писательница ожидающе посмотрела на Цукишиму, всем своим видом говоря, что вот именно сейчас она вся такая бедная, несчастная и слабая нуждается, чтобы её кто-нибудь проводил до дома. — Я провожу, — наконец произнёс блондин, пока никто другой из волейболистов опять не предложил свою кандидатуру, — Мне… как раз в ту сторону нужно.       На несколько секунд в помещении воцарилась тишина. Нарита довольно улыбнулась и, дабы избежать лишних непонимающих расспросов, быстренько удалилась из зала. Блокирующий вышел за ней. — Так что там с Ойкавой? — первым делом спросил он, как только они вышли за пределы школы. — Тц. Хоть поцелуй меня! Целый день не видел, а теперь интересуешься каким-то парнем? — недовольно фыркнула Нана, останавливаясь и осуждающе смотря на Кея. Однако парень был непреклонен. — Ну-у, до того, как прийти к вам, я месяц провела в Аобаджосай, — начала Нарита, попутно обдумывая слова своего рассказа, — и с Ойкавой у нас было… сотрудничество. — Ты спала с ним? — Ага, — сухо выдохнула девушка, опуская голову, — он знал, что я пишу. Школьный красавчик, у которого и без этого девушек было море. Трудностей не было. — Фетиш на волейболистов? — голос Цукишимы звучал чуть обижено. — Да я понятия не имела, что он волейболом занимается! — фыркнула Нана, — Вообще без разницы было! — Почему ушла? — Нас кто-то сфотографировал вместе. Один раз. Но после этого я не могла нормально писать. В школе каждый раз на меня либо обиженно смотрели какие-то первогодки, либо более старшие пытались устраивать со мной разборки. А один раз ко мне в слезах прибежала какая-то девушка с обвинениями в том, что я разрушила её будущее. Даже не знала, что мужская красота может быть такой влиятельной. В общем, всё дошло до того, что мне стали приходить сообщения с угрозами о том, что кто-нибудь непременно подаст на меня в суд, так как я совращаю несовершеннолетних. В общем, я без лишних слов попросила Ми-чан перевести меня сюда. Заблокировала номер Ойкавы и всё. Избавилась от проблем, короче.       Цукишима молчал. Нарита разве что локти не грызла от безысходности. И черту понятно, как он сейчас себя чувствует. Писательница в принципе не создает образ особо верного партнера, так тут ещё и история про её недо-бывшего. Собравшись с силами, она остановилась и протянула к блокирующему руки. — Я не фанат такого, но иди сюда и обними меня, глупый ребёнок! — Цукишима непонимающе посмотрел на действие девушки, но всё же сделал, что она просила, — Это звучит глупо и совсем неправдиво, но — с тобой всё по-другому.       Нану аж передёрнуло от того, насколько банально прозвучали её слова. — Поэтому тебе бы лучше перестать корчить такую кислую мину и заставлять меня чувствовать себя просто невероятной тварью, которая по стенке размазывает человеческие чувства.       Послышался смешок. Кей аккуратно склонился над девушкой и прошептал: — Теперь ты обязана присутствовать на отборочных.       Дойдя до дома, Нана всеми силами пыталась затащить парня к себе на чай, но тот лишь поцеловал её на прощание и сказал, что уже поздно — дома будут переживать.       Ну и куда улетучилась вся наша страсть?