Двоякая жизнь

      

Megadeth — Sweating Bullets

      Опустевшую рюмку с шумом вернули на барную стойку, и в общую какофонию звуков ворвались женские возгласы. В глазах парней, что сидели позади, заблестели игривые огоньки, когда их полупьяному взору предстал настоящий цветник.       Три девушки, занявшие последние места возле бармена, заливисто смеялись и о чем-то громко переговаривались. Из динамиков разносились известные треки рок-групп, зажигая уже поддатых посетителей. Свободных столиков практически не было — и даже не из-за того, что сегодня пятница и простые работяги решили опрокинуть в себя пару кружок пива… А может и чего покрепче. Этим вечером в стенах популярного бара Нью-Йорка собрались выпускники с разных университетов, чтобы отметить окончание своей «каторги» — как об этом любила говорить Ино Яманака, окончившая юридическое отделение.       Будущий адвокат, занимая центральное место возле бара, кричала и радовалась больше всех. Ее короткое платье, увешанное пайетками, и миловидное личико с первого взгляда поражали парней в самое сердце. Практически вся мужская часть бара уже не раз и не два представила, как эта девица будет защищать их достоинство — самым горячим способом.       Но были и те, кто заглядывался на ее не менее симпатичных соседок. Казалось, что розоволосая особа в зеленом платье готова была утопить свою радость в море алкоголя. Ведь сегодня такой праздник: она стала квалифицированным врачом. Как и ее лучшая подруга.       Третья девушка, Рин Нохара, всеми силами пыталась слиться с окружающим миром. Не нравился ей этот шумный бар. А похотливые взгляды парней заставляли девушку нервничать и мечтать лишь об одном — уехать домой. Где тихо и спокойно. И нет алкоголя, который ей категорически запрещен. Но подруги, зная об этом, всё равно подливали ей, и не абы что, а чертов виски.       Не пей, не пей, не пей, — твердила она себе, когда в опустевшей стопке возникала новая порция спиртного. Пока Ино и Сакура не видели, она с абсолютно невозмутимым видом выливала всё на пол. А потом честными глазками смотрела на подруг, рассказывающих безу-у-умно интересные истории. Вот пьяных Рин «очень» любила слушать. Одно удовольствие смеяться вместе с этими поддатыми курицами… Нет, подруг она любит. Вот только до того, как они притащат ее в бар, чтобы нажраться.       Одним словом, не любила она это дело. Почти…       — Какое же кощунство, выливать такой хороший алкоголь.       Девушка вздрогнула, когда сбоку неожиданно появился незнакомый парень. И так красные щеки заалели еще сильнее, и Рин проследила за взглядом, устремленным к ней под ноги. В свете фонариков она сразу увидела довольно широкую лужицу. Глядишь, и скоро можно будет прыгать по ней, как в дождливый денек.       — А мне не нравится, — кокетливо протянула, заправляя за ухо прядку волос. Боковым зрением она заметила, как девчонок начали окучивать симпатичные парни, предлагая присоединиться к ним. А те и рады новым знакомствам… Чего Нохара не особо разделяла. — Слишком крепкий для меня. Сказала и тотчас пожалела, что у нее настолько длинный язык.       — Какой крепкий? — удивилась Яманака, поворачиваясь к их тихоне. — Я взяла самый…       Блондинка внезапно замолчала, осознав одну очень важную вещь. Глянув вниз, Ино тяжело вздохнула и безоговорочно подтолкнула к подруге стопку со спиртным. А она-то думала, чего это Рин такая трезвая.       — А ну пей, а то обижусь, — и мило похлопала накрашенными ресничками. Сакура вместе с парнями выжидающе уставилась на краснеющую брюнетку, которая спалилась так глупо. Ведь могла уйти из бара трезвой, а теперь придется пить с остальными: мы ж не умеем говорить нет.       Прости меня, мама, что родила такую бестолочь, — и залпом опустошила предложенную порцию. Язык и горло обожгло крепким алкоголем. По стенкам живота потекла разгоряченная жидкость, и еще трезвое сознание начало покрываться туманной дымкой. Со второй рюмкой вид хорошей девочки смазала похабная улыбочка.А на пятой здравомыслие помахало ручкой и отправилось домой: подальше от скрытого алкоголика и оторвы.       — Гуляем, бабоньки!       Море алкоголя, танцы до упаду и на барной стойке — и на следующее утро приходит понимание, что лучше бы она вообще не выползала на этот свет. Распахнув глаза, Рин тотчас простонала, испытав на себе знакомый откат после хорошей пьянки. Виски сдавило от безумного напряжения, дневной свет неприятно резал глаза, и любое движение отзывалось ноющей болью по всему телу. Поерзав на простынях, девушка уже хотела прикрыть веки, чтобы чуточку поспать, как вдруг ее больной мозг поразила одна мысль.       Нохара озадаченно провела глазами по белому потолку, серым шторам и плазме во всю стену. И самое интересное, что в ее маленькой квартирке всего этого нет. Получается, что она… в гостях?       Но у кого?       — Ты уже проснулась, — внезапно в спальню прошел абсолютно голый парень, достоинство которого болталось в такт его шагу. Очень завораживающее зрелище, если бы это хозяйство принадлежало ее парню, а не какому-то незнакомцу.       Глаза округлились, и девушка осторожно приподняла одеялко, надеясь увидеть под ним одежду, а не свое тощее тело. Но, к ее сожалению, белья не было, как и гордости, которую она утопила в алкоголе. В какой раз.       — Ты кто? — сиплым голосом спросила, когда незнакомец подошел к двуспальной кровати. Пару секунд он стоял абсолютно неподвижно, словно не верил в услышанное. Но затем неожиданно рассмеялся, прикрывая глаза ладонью.       — Пить ты точно не умеешь, — и заполз к девушке, отчего та резко отпрянула в сторону. К горлу подкатила тошнота, и в голове вспыхнула мысль прибить Ино, когда она вернется домой. — Так вчера отожгла… М-м-м, я давно таких девушек не встречал.       Рин настороженно покосилась на мужское достоинство, которое неумолимо подбиралось к ее расслабленной тушке. По жилам растекалась приятная слабость, кричащая о том, что прошлой ночью она не только заливала в себя алкоголь. А брошенное на полу платье с туфлями только подтвердило ее диагноз.       Дура       Натянув одеяло по самую шею, Рин отползла к самому краю, стремясь убежать от подозрительного блеска в глазах незнакомца. Он что-то говорил, улыбался, иногда посмеивался над ее неумением пить — а девушка даже не понимала, чего этот товарищ хочет от нее. Мозг отказывался обрабатывать получаемую информацию, а замыленный взгляд то и дело опускался на мужское достоинство, которое даже не удосужились прикрыть. Бесстыдство какое.       — … мы можем продолжить наше общение.       Пару раз хлопнув ресничками, Нохара попыталась сфокусировать взгляд на двух карих глазах. А может они были зелеными. Или вообще красными — кто его знает. Сейчас она даже не понимала, где именно сидит хозяин квартиры: он то появлялся возле кровати, то у ее изножья. Его образ закручивался, вертелся по кругу, отчего девушку попросту начало тошнить.       Прилив накатил на нее совершенно неожиданно, и будущий хирург попыталась вскочить с кровати. Но при этом не учла, что одеяло, которым она прикрывалась, находилось под тушей незнакомца…       Ноги запутались между собой, глазометр дал сбой, и рука схватила не край тумбочки, а воздух. Потеряв равновесие, девушка с криками полетела знакомиться с темным ковровым покрытием: перед этим поздоровавшись виском о тумбочку. Мгновение, растянувшееся на целую вечность — и бессознательное тело рухнуло с кровати, отправив свое сознание еще чуточку отдохнуть.       Ошарашенный парень прополз по кровати и с неприкрытым изумлением посмотрел на отрубившуюся любовницу. Не такого «доброго утра» он хотел.       

***

      

Deep Purple — Demon's Eye

      — Рин, просыпайся!       Строгий голос прокатился мощным импульсом, и секундой позже Нохара разлепила глаза, оголтело озираясь по сторонам.       — А? Уже приехали? — рассеянно уточнив, она глянула на Сакуру. Подруга сидела за рулем своего автомобиля и с невозмутимым лицом смотрела вперед. Проследив за ее взглядом, Рин мигом вытерла скатившуюся по подбородку слюну, проморгалась и наспех привела свои растрепавшиеся волосы в порядок. — Ну как?       Харуно краем глаза оценила внешний вид спящей красавицы и, поправив смявшийся воротничок блузки, коротко кивнула. В этот момент к их автомобилю подошел охранник. Попросив документы и разрешение на въезд, мужчина вернулся к своей будке, чтобы проверить их подлинность. Пока он пробивал личности девушек, будущие медики завороженно и с налетом тревоги осматривали величественное здание, которое разместилось в паре сотен метров от контроль-пропускного пункта.       Попасть сюда было практически невозможно. Но им удалось пробиться в одно из самых охраняемых и закрытых мест планеты. Пентагон. Приглашение от вышестоящего руководства поступило неожиданно. И вначале девушки подумали, что это шутка. Ну кому они нужны там?       Но безупречная репутация и рекомендации от ведущих специалистов страны открыли им дорогу в это хранилище данных. Отказываться никто не стал, поскольку такой шанс выпадает раз в жизни… Ну так думала только Рин, которая с самого детства мечтала стать агентом под прикрытием. А вот Сакура хотела устроиться в частную клинику с хорошей зарплатой и большей свободой: все ведь понимают, что потом отсюда будет не так просто сбежать. Конфиденциальность, все дела. Однако подруга была очень настойчива — и сейчас они стоят в шаге от того, чтобы навсегда поставить крест на своей жизни:       стать работниками медицинского отделения Пентагона       Круто. Харуно «всегда» мечтала лечить военных.       — Можете проезжать.       Мужчина отдал девушкам документы, после чего машина тронулась с места. Проехав на парковку для персонала, Сакура заглушила мотор и со вздохом посмотрела на Рин.       — Ты точно… уверена, — безнадежно протянула, когда подруга выскочила на улицу. — И с кем я вообще разговариваю?       — Поспешим! — Рин подбежала к дверце со стороны водителя и красноречиво побила по тонкому запястью. Бросив взгляд на экран телефона, Харуно внезапно поняла, что они действительно опаздывают. А еще ведь нужно отыскать нужный кабинет: в этом-то лабиринте.       Как только ключи упали в сумочку, девушки быстрым шагом двинулись к центральному входу. По пути они не переставали осматривать здание Пентагона, которое поражало своей масштабностью даже Сакуру. Пять этажей, несколько корпусов, объединенных в единую системы. Лучшие аналитики страны, тайна, сокрытая за семью замками — и любой прокол будет считаться изменой родине… Хорошая работенка, если не думать, что в любой момент тебя могут повязать за шпионаж.       С такими нехорошими мыслями будущие медики подошли к центральному входу. За стеклянными дверьми, ведущими вовнутрь, сразу начиналась проверка документов и досмотр личных вещей. Спохватившись, Рин полезла в свой портфельчик, чтобы достать пропуска. Пока она рылась в своих вещах, Сакура пристально осматривала проходящих мимо людей. Кто-то был в военной форме, но по большей части перед глазами мельтешили простые работники — в ничем не примечательных костюмах. Серые, бежевые, черные…       — Тебе нужно жениться.       Зажав сигарету губами, Харуно заинтересованно посмотрела на двух вышедших мужчин. Брюнет ушел чуть вперед, а вот его напарник замедлился, когда встретился с ней взглядом. В зеленых глазах мелькнуло то ли удивление, то ли отвращение к жуткому шраму, пересекавшему правую сторону лица. Мордашка милая, но вот взгляд какой-то холодный, словно приценивается к возможной угрозе.       Уголок губ слегка приподнялся, и незнакомец с пепельными волосами поспешил за своим напарником, продолжая доставать того разговорами. К моменту, как они скрылись за машиной, Рин отыскала документы и вместе с Сакурой прошла через главный вход. Внутри здание оказалось не таким примечательным, как снаружи. Огромный серый холл, с несколькими колоннами, подпирающими высокий потолок. Где-то проглядывались зеленые растения, но в основном это место наводило какое-то уныние. И хмурые охранники лишь усилили напряжение, которое распирало девушек изнутри.       Когда с досмотром было покончено, они дождались своего куратора, который и повел их по этому лабиринту. Вначале девушки пытались запомнить дорогу. Но после десяти переходов, пары лифтов и кучи дверей они отбросили эту глупую затею: бесполезное это дело.       — Посидите здесь, — пожилой мужчина указал на диванчик, а сам зашел в соседний кабинет. С его уходом Сакура позволила себе снять туфли, которые больше никогда не наденет в это место. Рин же подошла к стене напротив, чтобы рассмотреть висевший план здания.       Пока девушка изумленно водила глазами по хитросплетенной карте, из-за угла неожиданно вырулила блондинка. И всё бы ничего, — они бы даже внимания на нее не обратили, если бы не ее внешний вид. (1) Сакура чутка приоткрыла рот, когда мимо нее проплыло чудо-чудное. Волосы незнакомки были убраны в высокий хвост, а заместо офисной, ничем не примечательной одеждой на ней красовалось бардовое пальто. Из-под него проглядывало короткое черное платье, а стройные ножки обрамляли высокие сапоги.       Насвистывая незатейливую мелодию, блондинка плюхнулась на соседний диванчик. Солнцезащитные очки она положила к себе на колени, позволяя медикам увидеть свои голубые глаза. Рин невольно засмотрелась на безумно красивую девушку, миловидное лицо которой портило лишь одно — ровные шрамики на щеках. По три на каждой стороне. Словно усики, которые эта лисичка не хочет прятать от окружающих.       — Добе, я тебе носильщик, что ли? — внезапно в коридор вышел молодой брюнет, при виде которого Сакуру чуть инфаркт не хватил. Нахмурившись, незнакомец окинул ее пронзительным взглядом, после чего присел возле блондинки. Две пуговицы пиджака тут же расстегнули, и парень протянул спутнице папку с документами. И… кобуру с пистолетом.       Заметив последнее, Нохара переглянулась с подругой, после чего еще раз осмотрела странную парочку. Неужели она сейчас смотрит на агентов? Да еще и под прикрытием?!       — И куда я должна его запихнуть, даттебайо? — возмутилась блондинка, показывая, что у нее даже карманов нет для этой штуковины. Брюнет уже хотел ответить, куда она может сунуть пистолет, как вдруг из соседнего кабинета вышел альбинос с жутко холодными глазами.       — Наруто, Саске, вас начальство вызывает, — суровым взглядом осадил двух идиотов, незаметно для всех выдыхая. Как же он устал нянчиться с этим детсадом: когда ему дадут покоя? — А вы, — и посмотрел на Рин с Сакурой, — за мной.       После этих слов Харуно ощутила на себе два испытывающих взгляда. Краем глаза она заметила, что необычная парочка стала изучать их как-то слишком пристально. Словно новую кровь. И необычный блеск в голубых омутах лишь усилил тревоги Сакуры: они точно угодили в какую-то жопу.       Спустя мгновение об этом подумала и Рин, когда альбинос, представившийся Тобирамой Сенджу, привел их в медицинское отделение. Еще на подходе к заветному крылу девушки услышали подозрительный грохот посуды. На их безмолвный вопрос мужчина лишь вздохнул. Объяснять всё равно бесполезно — лучше один раз увидеть, в каком дурдоме он работает уже не первый десяток лет.       Остановившись перед хирургическим кабинетом, Сенджу мысленно попросил, чтобы эта каторга поскорее закончилась. Он так устал, так устал, что сил больше нет курировать эту группу. А после зашел внутрь.       — Не смей тыкать в меня этой херней!       Сакура и Рин осторожно выглянули из-за спины Тобирамы, чтобы посмотреть на орущего человека. По всему полу рассыпались лекарства со шприцами. Столик, на котором раньше лежали скальпели, ножи и прочие инструменты, теперь валялся практически у самого входа. Кушетка для пациентов отпихнута в сторону, словно мамонт какой-то сбил ее. А у самого окна в боевой стойке стояла молодая девица, волком смотря на шприц, зажатый в руках самой Цунаде Сенджу.       — Иза, хватит истерить, иначе будешь неделю под капельницей лежать, — женщина сурово процедила, и названная с угрозой прищурила свои холодные фиолетовые глаза. Посильнее сжав кулаки, она всем своим видом показала, что без боя не сдастся — лучше умрет, чем позволит тыкать в себя острыми предметами. Но так думала только Изанами.       Рин и ее подруга ошарашенно округлили глаза, когда в распахнутое окно внезапно пролез жуткого вида мужчина. Всё его лицо было истыкано пирсингом, что сразу натолкнуло на мысль — преступник.       Жестом показав, чтобы никто не двигался, рыжий незнакомец мягко спрыгнул с подоконника. Занавески колыхнулись. Но даже не это сдало его с потрохами — а взгляды двух куриц, которые в упор смотрели на живого человека-паука. Этаж-то пятый…       — Пейн, ну ты совсем меня за дуру принимаешь?!       В фиолетовых глазах блеснул недобрый огонек, и девушка с разворота ударила своего напарника в грудину. Вовремя поставив блок, мужчина отшатнулся назад. Все присутствующие напряглись, когда его тело опасно накренилось в окно. Да и сама Изанами испуганно вскрикнула, осознав, что может лишиться своего ебы… напарника. Где ж ей потом искать такого же неадекватного мужчину?       Поэтому, схватив Пейна за грудки, она резко дернула его на себя. Но секундой позже оказалась в захвате, прижатая к мужской груди. Давление на подключичную артерию усилилось, и местная психичка отключилась, позволив каждому выдохнуть. Как только ее безвольное тело опустили на кушетку, Цунаде сразу сделала укол, который и создал столько проблем. Ну не любит человек острые предметы — боится их.       — В следующий раз приноси ее в таком же состоянии.       — Слушаюсь, — Пейн коротко кивнул, после чего бережно забрал свое сокровище.       Тобирама вместе с практикантками отошел в сторону, чтобы выпустить мужчину из кабинета. Рин невольно сжалась, когда встретилась с холодным взглядом жутика. И даже после его ухода она не перестала ощущать себя загнанной… жертвой.       — Это наши агенты, — Тобирама со вздохом пояснил, помогая сестре прибираться после случившегося. — Еще пару лет назад вакцинацией и плановыми осмотрами занималась одна из наших больниц. После одного случая главный врач отказался принимать кое-каких людей… И нам пришлось перевести часть фондов в это крыло.       Цунаде усмехнулась, когда вернула брошенный столик на место.       — Я так понимаю, это мои помощники? — и пытливо посмотрела на девушек, которые также собирали разбросанные лекарства. Точнее Сакура ползала по полу, а вот Рин завороженно смотрела на мужчину, изнемогая от желания услышать побольше об этих «агентах».       — Они самые, — поднявшись на ноги, Тобирама прошел на выход: и без него отлично справятся. — Введи их в курс дело, пропуски сделай… В общем, сама знаешь, — после чего скрылся за дверью, оставив сестрицу наедине с новенькими.       Когда в кабинете воцарился былой порядок, Цунаде присела за стол, а девушкам указала на кушетку. Пока она изучала их дела, Рин не переставала смотреть на окно, через которое пролез тот Пейн. Настоящий агент… прямо как в фильмах. Жуткий, конечно, но при это как круто вырубил ту девушку. Раз — и она уже без сознания…       — … Рин Нохара.       Девушка встрепенулась, услышав свое имя. Чутка растерянный взгляд устремился к Цунаде, которая вовсю разглядывала ее досье.       — Лучшая студентка на курсе, рекомендации со всех мест практики и… — женщина внезапно замолчала, когда глазами зацепила что-то странное. Брови сомкнулись на переносице, и спустя мгновение по кабинету прокатился громкий смех. — Да быть не может! Ты провела реанимацию, будучи пьяной?       Бледные щеки тотчас покрылись алым румянцем, и Рин вжала голову в плечи. Вот так позор! Она-то думала, что об этом уже никто не помнит. А тут…       — Она отличный специалист, Цунаде-сама, — Сакура быстро вступилась за подругу, кладя руку на ее дрожащие пальцы. — И лучшего помощника Вы не найдете.       Мотнув головой, Сенджу закрыла досье и поднялась со своего места, указывая девушкам следовать за ней.       — Да я и не сомневаюсь. Поэтому сработаемся.              

Месяц спустя

      

Depeche Mode — Personal Jesus

      Повернув ключ зажигания, Какаши отрегулировал зеркало заднего вида и покосился на своего начальника, сидящего на капоте машины. Обито Учиха, рассасывая клубничный леденец, в напряженной задумчивости просматривал полученную папку с документами. Стрелки на наручных часах показывали восьмой час вечера. Время позднее. Но не для тех, кто работает в стенах Пентагона.       Через центральный вход по-прежнему выплывали редкие служащие, спешащие к себе домой. Однако свет продолжал гореть во многих окнах. Слишком большая ответственность возложена на их плечи — безопасность целого государства. А подразделению особого реагирования, которым заведует сам Учиха, постоянно подкидывают сложные и зачастую опасные задания. С таким ритмом работы на отдых времени совсем не остается. Да и отношения не заведешь — какая женщина захочет делить кровать с пустотой?       Правильно — никто. Все они сбежали.       Но Обито уже привык. Жизнь такая.       — Сегодня без меня, — со вздохом он закрыл папку и виновато посмотрел на Хатаке через приоткрытое окно. — Генерал просил зайти.       — С тобой…       Учиха коротко улыбнулся, протягивая другу широкую ладонь, которую тот сразу пожал.       — Езжай домой, — с нажимом перебил его, после чего отошел от машины на шаг назад. — Завтра общее собрание в девять утра. Не опаздывай, — и уже хотел вернуться обратно в улей, как вдруг мимо пронесся настоящий ураган, задев мужчину. Папка с документами полетела на землю, а секундой позже за ними устремилась и сама виновница, которая внезапно подвернула ногу.       Однако упасть ей не позволила мужская рука, вовремя перехватившая ее вокруг талии. В зеленых глазах отразилось искреннее удивление, когда спиной Сакура ощутила мерно вздымающуюся грудь. А взглядом она встретилась с тем жутким мужчиной, которого за время практики видела лишь пару раз. Как и его напарника.       — Сакура…       — Харуно, — тихим голосом она подсказала и в то же мгновение ощутила, как лодыжку свело неприятной болью. Еще этого не хватало! — мысленно рыкнула, осознав, что она, глупая клуша, ногу себе подвернула.       — Вы куда-то спешите? — Хатаке вылез из машины и, положив локти на крышу, выжидающе уставился на их симпатичного медика. Короткие волосы необычного цвета, строгая юбка с блузкой, под которыми скрывается стройная фигурка. А еще эти глаза: пронзительные, глубокие изумруды, в которых всегда пылает непоколебимая решимость. Только сейчас она явно растеряна… Боится их? Или просто неприятны эти шрамы, уродующие их милые мордашки?       Сглотнув, девушка осторожно отстранилась от Обито. Но в то же мгновение вынужденно оперлась о его руку, когда подвернутая лодыжка дала о себе знать.       — Домой… Только на автобус я уже опоздала, — робко глянула на Хатаке из-под опущенных ресниц, отчего мужчина сразу воодушевился.       — Это не проблема, Сакура-сан, — и в пару шагов настиг их маленького медика, нависая над ней подобно коршуну. — Мне как раз по пути. Могу подкинуть.       После этих слов девушка слегка прищурила глаза и уже хотела задать самый очевидный вопрос. Однако ответ пришел сам собой, когда вспомнила, где работает. Отвергать такое предложение она не стала, поскольку время уже позднее, а следующий автобус придется ждать черти знает сколько. Поэтому Сакура, в шутку предупредив Хатаке, что умеет громко кричать, с его помощью присела на переднее сиденье.       Когда машина выехала за пределы контрольно-пропускного пункта, Обито с уже собранными документами направился на ковер к своему начальству. И не выслушивать, какой же он умный и хороший — а получать пиздюлей за своих людей. Изанами и Наруто он о-о-очень любит. Так бы и придушил своими… чувствами.       

…

      Рин просматривала карточку пациента, когда в кабинет бесцеремонно прошли, даже не удосужившись постучаться. Коротко глянув на вошедшего, девушка вернулась к своему занятию. По идее, уже надо было домой бежать. Но уехавшая Цунаде нагрузила ее таким объемом работы, что Нохара даже не уверена, что сегодня покинет стены этого заведения. Так еще Сакура слезно попросила закончить за нее отчет. Ну ты же меня любишь, подружка? — и большего не потребовалось, чтобы Рин самолично подписала себе приговор в виде бумажной волокиты.       — Как хорошо, что Вы еще здесь, — скрипучий голос вынудил девушку вздохнуть и взметнуть уставший взгляд на своего временного начальника. Склизкий тип. И рожа у него мерзкая. Глазки маленькие, а сам толстый, как свинья обожравшаяся. Но по званию офицер… А она никто — так, просто девочка, которая обязана выполнять поручения каждого в этом месте.       — Чего хотели… — и тут же замолчала, даже не вспомнив, как зовут эту свинью. С ним она виделась единожды: Цунаде старалась защищать своих ассистенток. Но даже такой человек, как Сенджу, не могла тягаться с сильными мира сего. Где она и где они.       Мужчина презрительно фыркнул и шумно бросил на стол папку с документами, которая перекрыла основную работу всего лишь практикантки.       — Через час сюда должен зайти генерал, — одухотворенным голосом начал, гордо расправив плечи. — И его нужно… осмотреть.       Нахмурившись, Рин открыла карточку пациента, на которой внезапно обнаружилась надпись «Секретно». И чего тут может быть секретного? — подумала она и чуть дрожащими руками раскрыла чье-то дело.       — До Вас этим занималась Алисия, но ее уволили за несоблюдение субординации. После этого она больше не смогла лечить людей. Такие специалисты не нужны нашей стране… Надеюсь, Вы это понимаете?       — Понимаю, — очень медленно протянула, поднимая на мужчину ошарашенный взгляд. Нет, она слышала о подобном, даже знает пару случаев, произошедших в этих стенах. Однако никогда не думала, что ей придется заниматься этим лично. — Понимаю, что не собираюсь…       — Вы не любите свое дело, Нохара Рин? — холодный голос офицера мгновенно осадил всё негодование девушки, которая действительно обожает эту работу. Особенно сейчас, когда до ее маленькой и очень глупой мечты рукой подать. Но… но она не может пойти на такое, чтобы сохранить свое место. Это низко! А как же гордость?!       — Я ее люблю, — резко вскочила со стула и волком посмотрела на мерзкого офицера. — И как врач я заявляю, что не собираюсь…       Внезапно лицо мужчины побагровело, а желваки на скулах заходили ходуном. Девушка на миг даже испугалась, что он сейчас просто лопнет от нахлынувшей злости. И на всякий случая отошла от него на шаг назад.       — Это Ваш долг! — фальцетом прокричал, шумно выдыхая разгоревшуюся внутри ярость. — Вы служите своей стране, и обязаны делать всё, чтобы…       Офицер продолжал верещать, энергично размахивая руками и обплевывая ее побледневшее лицо. А Рин с каждым словом опускалась всё ниже и ниже, пока совсем не присела на свое кресло — с мыслью, что ее просто используют. Как вещь. Как собаку, которой даже защиты негде искать. Ведь она — это муравей. А генерал — само государство. И если сейчас ее попрут отсюда… куда она пойдет без квалификации врача? Кому она будет нужна такая?       Почему именно она?!       — Это приказ! — офицерский кулак ударил по столу, отчего девушка испуганно дернулась. — Исполнять!       Ноздри раздулись, и мужчина шумно выдохнул. Несколько секунд он стоял абсолютно неподвижно, ожидая ответа. И когда Рин тихо проблеяла, что сделает это, генеральская собачка развернулась на пятках и с грохотом захлопнула за собой дверь. Как только внутри опять наступила тишина, девушка сгорбилась, накрыла лицо руками — и отчаянно зарыдала.       За что с ней так жестоко? Она же просто хочет помогать людям…       

…

      Вылетев из кабинета генерала, Обито в порыве ослабил свой галстук и широким шагом направился к медицинскому отделению. По пути он достал телефон, на экране которого тут же появился номер Изанами. Но, как и ожидалось, эта девчонка не ответила. Наруто также была вне зоны действия сети, поэтому разъяренный Учиха начал звонить их ебыр… напарникам. Первая же попытка дозвониться до Саске увенчалась успехом, и в ту же секунду по опустевшему коридору разлетелся сердитый голос:       — Где эта курица белобрысая?!       «Эм-м, в ванной плескается… Ты чего такой злой, босс?»       С ноги открыв стеклянную дверь, Обито забежал на лестницу и тут же замер. Правый глаз задергался нервным тиком, а в голову заскочила нехорошая мысль перестрелять завтра этих детей к чертовой бабушке.       — Да вообще ничего, — безумно усмехнулся, но секундой позже его кулак со злости вписался в бетонную стену. — Вы какого ебаного черта натворили в Мексике?! Вас просили сделать всё тихо! Нам нужны были только документы! Документы, понимаешь! А вы всех перестреляли! Мне генерал анальное зондирование обещал устроить, если вы еще раз такое устроите. Скажи мне, Саске, что вам было непонятно… Саске? — озадаченно позвал, но в ответ пришла одна лишь тишина. Глянув на экран, Обито сразу понял, что всё это время разговаривал с пустотой.       Черные глаза недобро сузились, и мужчина подошел к хирургическому кабинету в крайне плохом настроении. Точнее он был в ярости, злости на этих придурков! Ну ничего, завтра я вас всех в травмпункт отправлю, дегенераты, — зловеще ухмыльнувшись, Учиха без стука прошел внутрь.       И тут же застыл.       Бровь медленно поползла вверх, когда его глазам предстала совершенно неожиданная картина. Когда он шел сюда, то как-то не рассчитывал увидеть миленького медика с бутылкой вискаря в руках. Но это было. И сейчас его лечащий врач сидела за своим столом, явно поддатая.       А еще абсолютно не адекватная.       — О-о-о, пришел!       Рин отпихнула от себя пустую стопку и замыленными взглядом попыталась сфокусироваться на вошедшем. Отрытая заначка Цунаде была как нельзя кстати: теперь она могла хоть Президенту в лицо плюнуть за его дебильные законы. Вот только ни одна из попыток не увенчалась успехом, и девушка от горя рыкнула.       — Че встал? Садись, коль пришел!       Похлопав глазами, Обито даже за спину себе посмотрел. Нет, в кабинете находится только он и эта милая девушка.       — Я тут пришел…       Мужчина подошел к столу, махая перед собой документами, однако тут же был прерван.       — Туда, — Нохара обошла свое рабочее место и, схватив Учиха за локоть, оттащила к кушетке. Насильно усадила и с тихим фырканьем отобрала документы. — Вроде молодой… А уже не стоит.       — Чего не…       Глаза округлились, и ошарашенный взгляд черных глаз метнулся вниз — к мирно спящему достоинству, на которое внезапно легла маленькая ладошка. Громко сглотнув, Обито озадаченно заглянул в пьяные глазки доктора. Но говорить ничего не стал. В голову неожиданно закралась нехорошая мыслишка просто ждать: он умеет это делать — не просто же так является лучшим в своем деле. Глядишь, и что-нибудь интересное выйдет.       Продолжая ворчать, Рин подцепила ремень и только с третьей попытки смогла его расстегнуть. Тонкие пальчики дернули ширинку. Внизу живота приятно кольнуло при виде того, как симпатичная девчушка лезет к нему в штаны. Это странно… Даже очень. И по идее, нужно остановить ее. Но спрашивается: зачем? Он не моралист. И в церковь никогда не ходил. А принцип у него только один: жить так, чтобы в аду его встретили с распростертыми объятиями.       — И вот не стыдно тебе молодых… красивых девушек развращать?       С заплетающегося языка сорвалась очередная мысль, после чего Рин озадаченно замерла. Посмотрела на мужские трусы — потом на опешившее лицо брюнета. Задумалась и всё равно не вспомнила, как же надо делать массаж детородного органа. В университете этому не учили, а на курсы она принципиально не ходила… Или ее не приглашали.       Не помнит.       — А черт с тобой! — и толкнула мужчину на кушетку, заставляя того лечь. Обито в какой раз удивился, однако послушно опустил голову на жесткое изголовье. Руки он положил по швам, а взгляд невольно задержал на тонких губах медика. Она была красивой — в меру женственная, но не лишенная детской невинности. Глаза большие, большие. И в них всегда горит желание двигаться вперед. А смех настолько заразителен, что он не раз улыбался, когда проходил мимо этой девчушки. Она совершенно не внимательная, и никогда не обращала на него внимание. Но вот он, Обито, сразу отметил новеньких. Да и как тут будешь, когда они следят за здоровьем его подчиненных. Сам он старался избегать медицинских кабинетов — как и Хатаке, не любит это место. А сейчас жалеет, что не заглядывал сюда. Столько интересного пропустил.       За своими мыслями Учиха чуть не упустил момент, когда вокруг его плоти сомкнулись теплые ладошки. Устроившись у пациента между ног, Рин с неприкрытым восхищением осмотрела мужской агрегат. Такой она видела только в порнофильмах, которые включала одинокими и холодными ночами — когда не ужиралась до потери сознания.       С розовой головкой, от которой по стволу расходились синие венки. Мясистый, толстый в обхвате и настолько длинный, что девушка невольно задумалась: каково это ощущать в себе такую махину?       

Больно, наверное.

      Пальчики пробежали до основания, и Нохара обхватила мошонку, покрытую черными волосками. Дыхание насытилось внезапной мыслью прицениться к этому члену. Насколько глубоко она сможет взять…       — Мы долго? А то мне бежать надо, — с издевкой бросив, Обито закусил внутреннюю часть губы, а пальцами вцепился в ткань своих брюк. Держи себя в руках, держи.       — Какие мы занятые.       Девушка фыркнула и облизнула пересохшие губы, пытаясь хоть немного представить, как делается массаж. Но в голову лезли мысли совершенно иного толка, от которых отмахиваться становилось совершенно невозможно. Голова гудела, а перед глазами всё мылилось, превращаясь в общую массу красок и эмоций. Поэтому Рин сделала так, как ей казалось правильно.       Ладошка поднялась по стволу и слегка сдавила у самого конца. В свете ярких ламп заблестела естественная смазка, которую немедля размазали по головке твердеющего члена. Обито блаженно промурлыкал и от удовольствия прикрыл глаза. Давно у него женщины не было — уже и позабыть успел, каково это ощущать чужую ручку у себя в штанах.       Поступательные движения стали ускоряться, отчего дыхание мужчины отяжелело от нахлынувшего возбуждения. Водя по мужской плоти, Рин непонимающе хмурилась. В досье говорится, что генерал — импотент. А тут от предварительных ласк почти колом стоит. Недостоверная информация?..       — Сами рукой поводить не можете? Или это не императорское дело?       Обито приоткрыл правый глаз и с налетом усмешки посмотрел на своего медика.       — Я привык, когда мне женщина помогает. Поэтому продолжай, красавица… У тебя неплохо получается.       Неплохо?! — Рин возмущенно насупилась, получив столь низкую оценку своим действиям. Рука начала двигаться быстрее, даже чуточку агрессивнее. Она выбьет из этого павлина стоны удовольствия. И покажет, насколько же она «любит» родину.       — Неужели бабу сложно найти? — пьяным голосочком протянула, продолжая играться с окаменевшим членом. Ствол блестел от сочащейся смазки, и от запаха мужского возбуждения мутилось и так одурманенное сознание. — Или с такой мордой совсем проблематично?       После этих слов Обито чутка приоткрыл глаза. В уголках губ застыла недобрая ухмылка, и секундой позже под его телом лежала хрупкая и очень-очень глупая девчонка. Облегающая юбка задралась вместе с халатом. Широкая ладонь легла на полусогнутое колено и крайне будоражаще повела по бархатистой коже.       Горячее дыхание ударило в изгиб шеи, и девушка прогнулась в спине, цепляясь за плечи своего пациента. Огрубевшие кончики пальцев скользнули по бедру, по его внутренней стороне и беспрепятственно дотронулись до промокших трусиков.       — Да Вы, Рин-сама, возбуждены, — издевательски протянул, отодвигая последнюю преграду на пути к сладкой любви. — Неужели моя морда так возбудила, м?       Два пальца надавили на набухший клитор, отчего девушка жалобно всхлипнула. Тело пробило мелкой дрожью, и она еще сильнее прижалась к мужчине, который получал истинное удовольствие от происходящего. Возбужденный член потирался о бедро, размазывая естественную смазку. Легкие наполнялись пьянящей смесью духов и лекарственных препаратов, и внутри всё сильнее ширилось желание проникнуть в эту девочку. Она такая милая, маленькая и беззащитная перед ним. Перед его опытом и статусом — мыслями, что за это ему всё равно ничего не будет.       Девушка сама подтолкнула его.       Горячий язык повел по чуть солоноватой коже, и пальцы раздвинули половые губы, с вожделением очерчивая проход во влажные глубины. Рин дернулась, когда он протолкнулся внутрь. Стеночки начали интенсивно сокращаться вокруг оглушительного ощущения заполненности, охотно принимая его в себя. Рука самовольно потянулась к твердой плоти. Но мужчина неожиданно перехватил ее за тонкое запястье и насильно завел за голову.       — Какая же Вы нетерпеливая, — легкий поцелуй в красную щечку, и по губам растекается теплое дыхание. — Ответьте на мой вопрос.       — Какой? — с придыханием прошептала, пытаясь насадиться на пальчики внутри себя. Колени до хруста сжали накачанный торс, и в приоткрытый рот Учиха проник сдавленный полустон.       Поглотив этот кусочек нетерпения, мужчина облизнул нижнюю губу красавицы и сладостно для обоих обхватил ее язычок. Посасывая его и еще сильнее доводя Нохару до состояния глубокого исступления. Пальцы он медленно вытянул из влагалища, размазывая горячие соки по складочкам и комочку женского удовольствия.       — Я Вас возбуждаю?       — Да, — бедра дернулись в надежде вернуть эту приятную заполненность. Однако Учиха лишь скользнул по клитору, не давая девушке желаемого.       — И хотите, чтобы я Вас трахнул, Рин-сама?       В промежность уткнулась головка его идеального, красивого члена, ощущение которого мгновенно смыло последние остатки рассудка. Сковав брюнета ногами вокруг торса, она безоговорочно притянула его к себе, закидывая руки на взмокшую спину.       — Да! Сделайте это уже! — и в то же мгновение задрожала, испытывая дурманящее давление между ног.       Обито затаил дыхание и медленно протолкнулся в довольно узкое влагалище. Рин захрипела, задергалась в конвульсиях, когда ее растянули желанной плотью. Член вошел плавно, окунаясь во влагу горячих глубин. Но мужчине удалось проникнуть лишь наполовину, после чего он вышел почти до головки.       Оба шумно выдохнули, когда Учиха вошел во второй раз. Накрыв мягкие губы своим ртом, он задвигался плавными и медленными толчками. Все стоны блаженства поглощались языком, который бродил по женскому ротику. Рин ерзала под любовником, помогая тому проникать чуть глубже. Кожа покрылась испариной, и одежда взмокла от разгорающейся между ними страсти.       Кушетка поскрипывала, пока мужчина вдавливал собой хрупкое тело медика. Горячими поцелуями он спустился по тонкой шее, проник под воротничок халата и блузки, облизывая выступающие ключицы. Рука заползла под одежду и несильно сжала маленькую грудь, которая словно влитая заполнила его ладонь.       Постепенно ритмичные движения насытились большим желанием, и возбужденная плоть начала проталкиваться быстрее, резче — до протяжных криков, которые Учиха пытался затыкать языком. Девушка бурно реагировала на каждое его действие, отчего уже сам агент готов был сорваться с поводка. Но он был осторожен в своих желаниях — не позволял себе лишнего. Не пытался раздавить эту девочку долгим воздержанием. Он просто толкался в нее так глубоко, как мог. И за это вознаграждался сладостной музыкой ее криков, которыми она перебивала его тяжелое дыхание.       Продолжая входить в нее с громким хлюпаньем, Обито ощутил, как вокруг его плоти сомкнулись внутренние мышцы. Позвонки захрустели, и девушка задергалась от нахлынувшей волны удовольствия. Пальчики на ногах скрючились, руки до покраснения впились во влажную ткань пиджака.       А после она бессильно обмякла под мужчиной, отпуская блаженный крик.       Движения плотью замедлились, и спустя мгновение Учиха прекратил свои фрикции. Взглянув на расслабленное личико, он неожиданно понял, что Нохара попросту отключилась. Видимо выпила слишком много… Как он и говорит — слабая.       Возбужденный член выскользнул из влажных глубин, после чего мужчина со вздохом спрыгнул на пол. Приведя себя в порядок, с улыбкой посмотрел на девушку. Ты очень милая, — и с особой заботой поправил на ней одежду.       Как только на юбке разгладилась последняя складка, со стороны двери донесся тихий стук. Глянув на часы, Обито сухо разрешил войти. И в то же мгновение на его лице отразился целый спектр замешательства, когда он увидел генерала — того самого мудака, который уже достал его своим ворчанием. Была бы его воля, Учиха давно бы всех поувольнял в этой конторе. Только и делают, что задницу просиживают.       — А Вы…       Пожилой мужчина как-то резко побледнел, заметив своего подчиненного. Спящая девушка привела его в не меньшее удивление: а кто ему будет массаж делать?       — Пришел забрать свою невесту, — Учиха категорично ответил и, захватив женскую сумочку, предварительно побросав туда телефон и пропуск, бережно взял любовницу на руки. — А если Вы на свои «процедуры», то, к сожалению, сегодня не получится: Ваша ассистентка ушла. Поэтому прощайте, — и с глубоким презрением в глазах прошел мимо опешившего генерала.       Оказавшись в коридоре, брюнет нежно посмотрел на своего доктора, который действительно очень глуп. Перепутать его с генералом… А это даже льстит. Даже хорошо, что я пришел раньше, — самодовольно усмехнулся и гордой походкой направился на выход из улья. Думая о том, что ему теперь делать с этим подарком судьбы.       

Оставить или забрать к себе на постоянное пользование?..

             

***

Christophe Beck - Something Else To Erase

      Следующее утро началось для Рин с сюрпризов, о которых она даже во сне не смела подумать. Проснувшись, девушка с отчаянным стоном поняла, что опять лежит в чужой кровати. Голова гудела, но не так сильно, как в последний раз. Но самым пугающим был факт, что внизу живота потягивало от воздушной истомы — значит вместе с алкоголем она еще и мужика успела где-то подцепить. Класс.       Присев на кровати, Нохара с удивлением окинула взглядом спальню, (2) где и проснулась. С левой от нее стороны находилось окно, через которое пробивался дневной свет. Обзор на улицу закрывали зеленые насаждения, но звуки машин она отчетливо слышала: значит по-прежнему в городе.       Прямо перед кроватью располагалось несколько высоких шкафов белого цвета. Как потом она поняла, их роль заключалась не только в хранении мужской одежды. Выглянув из-за одного, Рин обнаружила огромное пространство — и абсолютно пустое. Вообще, в спальне имелся минимальный набор мебели и вещей. Пару ворсистых ковров на темном паркете, какие-то абстракции на белых стенах, оттенок которых тут же напомнил девушке больницу. И… всё. Ни каких тебе фотографий, ни намека на то, кто здесь живет. Даже телевизора не было. Складывалось чувство, что здесь обитает любитель минимализма — а еще жуткий ненавистник чего-то теплого, приносящего в дом уют.       Свою одежду Рин не нашла, как бы не пыталась. Записки никакой не имелось, поэтому она решила залезть в один из шкафов: может хоть это даст ей понять, с кем она переспала прошлой ночью. Но, открыв дверцы, девушка сразу обнаружила кучу строгих костюмов с рубашками. И опять — ни одной яркой. Всё черное, либо серое.       Второй шкаф открыть ей не удалось, и Нохара со вздохом перешла к самому крайнему, тому, что стоял с краю. Там обнаружилась домашняя одежда, что несказанно обрадовало глупого алкоголика. Поежившись от утренней прохлады, Рин накинула на голое тело футболку: благо белье при ней.       Как только фигурка скрылась за черной тканью, шатенка вышла в пустую часть комнаты. Впереди находилась дверь, за которой обнаружилась ванная с туалетом. Приведя себя в порядок, Рин подошла к узкому коридору и тихой мышкой двинулась на запах свежесваренного кофе.       По звукам посуды стало ясно, что впереди находится кухня: и там кто-то есть. Но кто?       — Доброе утро, — внезапно раздалось из-за угла, до которого девушка еще даже не дошла. Неужели так громко ходит? Или у хозяина просто отменный слух?       Набрав в легкие побольше воздуха, Рин вышла к своему очередному любовнику. Лицо его она не сразу увидела, поскольку он стоял к ней спиной. Но даже так незнакомец внушал довольно противоречивые чувства. Ростом он был выше ее на голову, если не на две. Широкие плечи, подкаченное тело, сокрытое за черными брюками и такого же цвета рубашкой.       На ремне висит пустая кобура.       — Доброе, — неуверенно поздоровалась, присаживаясь на один из стульев. (3) Положив локти на продолговатые стол… белого цвета, она без доли интереса осмотрела кухню, которая была совмещена с гостиной. Как и спальня, эти два помещения не отличались чем-то особенным. Над головой висел натяжной потолок с встроенными лампочками. Их холодный свет отражался в светлой плитке, которой была уложена часть кухни. В лакированном гарнитуре светлых оттенков отражались панорамные окна гостиной.       Бросив взгляд через плечо, Рин отметила для себя, что ее любовник совсем скуп на интерьере. Небольшая плазма на стене, угловой диван, перед которым валялся опять же ворсистый ковер. Пара книжных шкафов — и абсолютно голые белые стены. Свихнуться можно от такого «разнообразия» красок.       — Ты чай пьешь или кофе? — брюнет развернулся к девушке лицом, держа в руке пустую кружку. Та незаметно напряглась, заметив жуткие шрамы на левой части лица. Сам мужчина оказался очень приятной наружности: большие черные глаза, тонкие губы и чуть вздернутый нос. Но вот картину смазывало глубокое уродство, оставившее неизгладимый отпечаток на его лице. А может и душе. — Хотя… Кофе. Два пакетика сахара.       Рин открыла было рот, но сразу закрыла его, когда брюнет вернулся к приготовлению завтрака. Спустя мгновение перед ней поставили тарелку с овсянкой, двумя бутербродами и кружку свежесваренного напитка. Сделав глоток, девушка удивленно дернула бровями — кофе был бесподобным.       — Что я здесь делаю? — взяв ложку, она скептически осмотрела предложенную кашу. На вид овсянка была ничего, даже клубника с черникой в ней плавала. Вот только не любила Нохара эту гадость: с детства не переносит сопливую жижу. Поэтому, выловив ягодки, она отпихнула от себя тарелку.       Присевший напротив Обито незлобно усмехнулся, после чего отпил из своей чашки с зеленым чаем. Тонкие нотки мяты и чабреца перемешались с бесподобным парфюмом, который Рин стала неосознанно вдыхать особенно глубоко. Мужественный какой, — неосознанно подумала она, встретившись с пронзительным взглядом любовника.       — Ничего не помнишь?       — Смутно… — и с мольбой уточнила, еще надеясь на благоразумие этого мужчины: с виду-то выглядит приличным и порядочным: — мы переспали?       В черных глазах блеснул нехороший огонек, и уголки губ дернулись вверх. Неторопливо оглядев покрасневшее создание в своей же футболке, Учиха мысленно промурлыкал. Хорошее приобретение.       — Ага, — флегматично бросил, подпирая голову рукой и наклоняя ее чуть в бок. — И я, наверное должен извиниться, что позволил этому произойти. Но мне ничуть не жаль.       Рин в ответ поджала губы, опуская робкий взгляд на остывший кофе.       — Ну хоть честно. Как хоть зовут?       — Обито Учиха. Командир отряда альфа… И твой будущий муж, — после чего сразу продолжил, пока опешившая девушка не успела напридымывать себе всякого. Он порядочный человек, серьезный пост все-таки занимает. И просто так людей не похищает… хотя иногда хочется. — Ну это когда мы с тобой получше узнаем друг друга, на пару свиданий сходим. Могу даже цветы по утрам дарить, если хочешь. Частого общения не обещаю, но свою защиту от всякий извращенцев я могу тебе обеспечить, — и слегка наклонился вперед, вкладывая в свой голос больше мягкости и серьезности. — Мне уже почти сорок лет, а за свою жизнь я только карьеру успел сделать. Никто не хочет связывать жизнь с вечным трудоголиком…       Как и со мной, — неожиданная мысль скользнула в карих глазах, в которые смотрели с какой-то надеждой и даже просьбой. Словно сейчас ее ответ, ее положительный ответ может спасти чью-то жизнь. Одинокую, полную опасностей и нескончаемого понимая, что ни один человек не решится влезть в этот черный, завораживающий омут неизвестности.       — Это ненормально, — почти беззвучно прошептала, перебивая спятившего человека. Обито на миг замолчал, но уже в следующую секунду в его взгляде горела ироничная насмешка над ее детскими представлениями об этом мире.       — Красавица, всё мое окружение — это больные ублюдки и психи. А я ими управляю. Поэтому как думаешь, насколько я адекватен в своих словах и мыслях?       Откинувшись на спинку стула, Обито глянул на наручные часы и тихо вздохнул. Опаздывает.       — С чего ты… Вы взяли, что я захочу жить с Вами? — Рин негодующе буркнула, пока хозяин квартиры намывал грязную посуду. Когда последняя тарелка скрылась в шкафчике, Учиха вытер руки и с тенью ухмылки подошел к своему медику со спины. Широкие ладони опустились на ее предплечья, и теплое дыхание прокатилось дрожью по красной щеке.       — Тогда я буду каждое утро дарить цветы и вечером заглядывать на сеанс «терапии», — по-лисьи протянул и неожиданно для девушки подарил ей легкий поцелуй. А потом отстранился, возвращая на лицо непроницаемую маску холодности и застегивая пуговицы на рукавах. — Твоя одежда на диване. Как будешь готова, водитель довезет тебя до работы. Мне уже пора бежать, поэтому увидимся позже… И да, Рин.       Девушка обернулась, когда мужчина подошел к дивану, на котором лежала его амуниция с ее шмотками. Надев вторую кобуру, Обито скрыл оружие за пиджаком, после чего сурово посмотрел девушке в глаза.       — С этого дня ты и Сакура Харуно работаете под моим началом. Я — ваш непосредственный начальник. Медики в моей команде всегда нужны… Считай это своим шансом пробиться в совершенно иной мир — тот, о котором ты всегда мечтала. Жду у себя в кабинете.       Шаги начали удаляться, пока в квартире не воцарилась безмолвная тишина. Несколько минут Рин сидела абсолютно неподвижно, в полном неверии смотря в пустоту. Хаотичные мысли очень медленно приходили в порядок, укладываясь в полную картину происходящего. Она медик. Будущая жена агента. А еще его подчиненная…       — Да-а-а!       Остановившись около лифта, Обито незаметно усмехнулся, когда до него донесся радостный визг. Кнопка первого этажа обрамилась зеленым светом, и довольный собой мужчина отправился на работу. Но уже с мыслью, что этим вечером его будет согревать милая девушка с безумно красивыми глазами.       Все-таки я удачно зашел подписать документы.