Я защищу тебя

— Умри! — гаркнула Джена, пылая от ярости. — Сдохни! — рычала Тайра с гневным огнём в глазах. — Девочки, не кричите. На нас уже все смотрят, — пугливо и виновато оглядываясь на посетителей, шептала Селти, так как её голос после тренировки ослаб, а тело сильно исхудало. После тяжелой и долгой тренировки, подруги решили восполнить утраченные силы с помощью мороженного в небольшом кафе на центральной улице. Потрёпанные, побитые и уставшие, они слабым маршем вошли в заведение, удивив присутствующих. Если Тенери и Бакуго были словно после смертельной затяжной битвы на передовой, то Сайлэнс скорее напоминала или долго сидевшего в засаде снайпера или пробежавшего больше трёхсот километров по минному полю разведчика. У Тайры была разбита нижняя губа, которая опухла, словно после операции, и царапина поперёк переносицы. У Джены были подпалены волосы и сиял «фонарь» под левым глазом. Селти отделалась царапинами и сбитыми кулаками. Одежда у всех была в ужасном состоянии, рваная во многих местах и испачканная в пыли и грязи. Две подруги с яростным видом на данный момент пытались грохнуть неизвестно откуда взявшимися скрученными в трубочку газетами паука, который оказался не в том месте не в то время. А из-за длительной тренировки у них сильно мутнело перед глазами и нанести один точный смертельный удар у них не получалось. Пронаблюдав это пятиминутное издевательское запугивание несчастного паука Селти вздохнула и, отсоединив несколько лепестков из своей головы, сжала мученика в нежной ловушке и вынесла в открытое окно. Радостный и восторженный крик повеселевших подруг заставил её щёчки налиться очаровательным румянцем, а глаза смущённо заблестеть. Ну как можно так ангельски смущаться? Как? По мере того, как Сайлэнс краснела, хотелось ей что-то отдавать, начиная какой-то мелочью и заканчивая сердцем. Теперь стало ясно, как девушка стала встречаться с таким шумным парнем, как Хизаши Ямада. Каждая заказала себе по порции мороженного, которое одним своим аппетитным и божественным видом пробуждало желание медленно им насладиться. Все посетители были несказанно благодарны официанту, который принёс заказ этим шумным воинственным «амазонкам». — Мы сегодня хорошо потренировались. Завтра нужно сделать больше! — Джена активировала в себе режим «батьки-мотиватора» и запустила ложку своего фисташкового мороженного в рот. — Полностью согласна. Это всего третий день подготовки к фестивалю. Нужно многое успеть сделать. Я завтра хочу потренировать новый приём, который я придумала, пока мы сюда шли, — философски проговорила Тайра, покачивая маленькой десертной ложкой. — Вы читали ту информацию про наших соперников? Я уже практически знаю все причуды 1В-класса и ребят с факультета поддержки и общеобразования, — бодрым сиплым голосом похвалилась Селти, а потом с детской печалью добавила. — Там так много сильных причуд, аж не по себе как-то. Её опечаленный вид, с растрёпанными волосами-лепестками, слезящимися фиолетовыми глазами из-под длинных ресниц, выпяченная нижняя губа и немного опущенные плечи, моментально залил воинственно-пылающие огни в душах подруг тёплым нежным киселем. — Селти, ты, как наш тайный агент, потрудилась на славу, записав все причуды. Мы, во всяком случае, можем знать, что нас ждёт и будем к этому готовы, — Бакуго ласково положила руку на её худое костлявое плечо. — Благодарим за сотрудничество, — хлопнула себя по груди Тенери, расплываясь в широкой улыбке. — Мы же «убойное трио», — нежно усмехнулась Сайлэнс и отправила ложку со своим клубничным мороженным в ротик. — Это точно. Мы всех порвём на этом фестивале! Будет интересно, кто из нас какое место займёт, — Джена откинулась на спинку дивана, подняв глаза к потолку. — Ну, мы с тобой будем драться за второе и третье, а вот первое, мне кажется, займёт, наша Селти, — весело улыбнулась Тайра с искорками в глазах, ладонью подперев щёку. — Что? С чего ты так решила? Я не такая боевая, как вы, — затараторила слабым птичьим голоском Сайлэнс, болезненно побледнев. — Эй, не волнуйся ты так, — примирительно подняла руки Бакуго. — Не такая боевая? Это если тебя не злить. Ты, когда в серьёз хочешь врезать, делаешь это не хило. Удар у тебя поставлен круто. Так что у тебя, как и у всех, есть шансы на первое место. — Селти, на тебя, когда жюри посмотрят, то умрут от передоза умиления и завещают победу тебе, — посмотрела на подругу Джена. — Во-во, — подхватила Тайра, улыбаясь и кивая головой. — Да, хватит вам, — отмахнулась красная от смущения Сайлэнс. — Все мы можем победить. — потом она погрустнела и с какой-то стыдливой печалью спросила. — Тайра, тебе наденут утяжелители? Тайра, поникнув, отвела взгляд и поджала губы, а Джена наоборот приободрилась и придвинулась ближе. — Мне вот, всё время, было до безумия интересно, чего на тебя эти штуки надевают и чего за тобой присматривают как в тюрьме? — Тенере навалилась на стол, от чего ножки жалобно скрипнули. — Давай кались, что ты начудила в первый день академии? — Мне тоже интересно, — прошептала Селти, закусив бледную губу. Бакуго внимательно осмотрела подруг, взвешивая и тщательно обдумывая. А хотя, чего пугаться и выдувать из этого что-то сверхъестественное? Ну, воспитывалась злодеями четыре года и что? Она вообще ребёнком была и сволочью бессердечной не стала. Так что всё нормально. — В детстве меня похитили злодеи и я была у них четыре года, а в 9 лет меня вернули обратно. Вот поэтому за мной и был строгий надзор. Но та недельная практика была вроде проверки. Сейчас уже будет всё нормально, и я буду как самый обычный студент, — быстро и обыденно проговорила Тайра и заела слова шоколадным мороженым. Она пронаблюдала, как вытягивались от удивления лица подруг. На лице Селти был детский испуг и шок, а вот на лице, а точнее в данной ситуации и в данную минуту, роже Джены была саркастическая и насмешливая улыбка. — Харэ заливать. Говори, что ты такого натворила, что за тобой преподы чуть ли не конвоем ходили? — хохотнула она, словно матёрый полицейский с преступником. — Прикинь, это правда, — в её же манере ответила Тайра, ухмыльнувшись. Настала очередь Тенери удивлённо вскидывать бровь и застывать с ложкой во рту. Целых молчаливых и напряженных две минуты её мозг судорожно пытался принять слова подруги за правду и полностью осознать все ситуацию. — То есть тебя воспитывала шайка головорезов и ты, типа, у нас все по злодеям знаешь? — недоверчиво и с издёвкой проговорила Джена. — Эм, ну, я знаю многих из той организации, — протянула Бакуго, почесав пальцем щеку. — Я просто использовала все те знания, что они мне дали, для достижения своей цели. Некоторые очень меня полюбили и помогли сбежать домой. Вот и всё. — Это же круто! — синие глаза уже загорелись азартным огнём. — Ты будешь мыслить, как злодей, и тебе будет легче их ловить. — Твой вечный оптимизм — вот за что я тебя люблю, — блондинка придвинулась ближе и обняла одной рукой подругу за шею. — Ха! А чего бояться и ныть по этому поводу? Это было сто лет назад! Сейчас пожинай плоды упорного труда, — Тенери обняла её в ответ и широко улыбнулась. Селти с умилением на них смотрела. Две её лучшие подруги сейчас напомнили мальчишек-хулиганов после уличной потасовки: растрепанные волосы, красные чумазые лица в царапинах и широкие счастливые улыбки. Она вытащила телефон и сделала пару фотографий. Идти по вечернему городу с друзьями — это всегда классно. Тайра с наслаждением вдыхала свежий воздух, пропитанный лёгким ароматом сакуры. Ветер ласково забирался за воротник футболки и приятно, до мурашек, холодил горячую кожу. Сейчас все проблемы накрывались тёмным небом, присыпались мелкими звёздами и заглушались весёлыми голосами подруг и шумом улиц. Романтичный жёлтый свет фонарей разгонял тьму на улице, от чего на душе становилось спокойнее. — Как?! Как он меня заметил? Я же сижу за самым высоким парнем в классе. Никто из преподов меня не замечал! А Тэо-сенсей заметил. Как? — отчаянно возмущалась Тенери, размахивая руками перед Селти. — У сенсея глаз-алмаз, — усмехнулась Сайлэнс, сцепив руки за спиной в замок. — Его не проведёшь. Он единственный, кто замечает, как ты списываешь. — Да я ох…  — Диву далась несусветному, — быстро перебила ругательство Джены Тайра. — Да? Тенери с нескрываемым раздражением посмотрела на подругу, а потом чуть ли не скрепя зубами, прошипела: — Да. Именно это я и хотела сказать. Селти тихо захихикала в кулачок, отвернув голову и закрывшись своими чудесными волосами-лепестками. Подруги мысленно порычали друг на друга, а потом прыснули со смеху. Громкий дружный хохот заполонил пустынную улицу, на которую они только что завернули. Здесь было темно, тихо и безлюдно, что не мешало подругам шуметь. — Девчонки, а давайте откроем свое геройское агентство, — с задорной улыбкой предложила Тенери. — Мы будем самыми крутыми героями! Нас будут бояться все злодеи! — Отличная идея! — поддержала Тайра, затягивая волосы в более высокий и тугой хвост. — А как назовем? — подключилась Селти. — Тут нужно подумать. Нужно что-то крутое, оригинальное и указывающее на нас, — с умным видом пробубнила Джена и приложила палец к подбородку для ускорения мысленного процесса. Все включились в раздумья. Ветер, словно озорной ребёнок, бегал в переулке между подругами, ерошил им волосы, дышал на затылки и хватал за руки. Тишина и спокойствие улеглись рядом с сонными кошками на крышах домов. Тут будто бы всё вымерло. — Я придумала. Мы можем взять за основу наши имена. Мне нравится Джелтай или Джайсел. Как вам? — сияя синими глазами в темноте, затараторила Джена. Подруги смотрели сначала с недоумением, а потом стали активно думать над этим. — Мне нравится первый вариант, — щелкнула пальцами Бакуго. — А мне второй понравился. — постучала указательными пальцами друг в друга Селти. — А тебе, Джена? — Честно мне оба нравятся. Давайте ещё подумаем. Посыпались самые разные варианты названий. Под громкие споры, шутки, смех и забавные ворчания девушки продвигались по улице. Джена быстро выпрыгнула вперёд, встав спиной к высоким железным воротам и, подняв палец вверх, громко объявила: — Я придумала! Наше геройское детективное агентство будет называться «Тэо»: в честь нашего любимого сенсея! — Я так и думала, что ты втрескалась в Орихару-сенсея, — подколола Тайра с хитрой улыбкой. — Правда? Я не знала. Это так мило, — закивала Селти, делая лепестками рамку сердечка возле лица покрасневшей Тенери. — Ничего подобного! Мы всем классом его уважаем и любим! — возмутилась Джена, разгоняя руками лепестки. — Любооовнаяя любооовь! — хором запели подруги, сложив руки в замок, словно дети в церковном хоре. — Желанье всех желаний!!! — Завалитесь! — рыкнула Джена, краснея от смущения и гнева. Огромные ворота с оглушительным грохотом слетели с петель и снесли подруг на другую сторону улицы. Здоровенный громила выбежал на дорогу, махая большими кулаками и грозно рыча. У него была волчья голова и покрытое густой шерстью перекаченное тело. — Отвалите, твари мелкие! — горланил злодей. За ним из двора выбежали потрепанные и избитые Шота, Хизаши и второкурсник ЮЭЙ, Таиширо Тойомицу. Они зло смотрели на противника, готовясь атаковать его. Ямада скинул с глаз разбитые очки и утер рукавом кожаной куртки кровь из носа. — В сторону! — крикнул Айзава, отскакивая от сокрушительного удара кулака. Хизаши хотел повторить свою голосовую атаку, но злодей кинул в него мусорным баком. Парень смог увернуться, ловко отпрыгивая в сторону и оказался рядом с друзьями. — Какой план? — прохрипел он, кинув быстрый взгляд на него. — Нужно задержать его, пока подкрепление не придёт. Он смог сожрать мою ленту. У меня осталось всего два метра, — ответил Шота, хмуро смотря на злодея. Его причуда на данный момент была бесполезна, так же как и Хизаши с Таиширо, который получил больше урона. Злодей мог увеличиваться в размере, если съедал что-то крупное. А так как до прихода ребят, он прекрасно наелся, то сейчас имел преимущество. — Что, сосунки? Сдались? — довольно хрюкнул монстр, сверкая жёлтыми глазами. Айзава скрипнул зубами и осмотрел быстрым взглядом поле боя. «Нужен кто-то с силовой причудой. Вроде взрыва Тайры. Профи должны быть скоро здесь. Хорошо, что нет гражданских! Хизаши скоро голос сорвёт, Таиширо тоже скоро сознание потеряет, его по голове хорошо приложили». — Ни за что! — бойко крикнул ломающимся голосом Тойомицу, сплёвывая кровь. — Герои никогда не сдаются! Внезапно упавшие ворота отлетели в довольно усмехающегося злодея. Парни с удивлением смотрели на большой жёлтый купол, а когда он исчез, увидели своих подруг. — Я вас живьём похороню! — орала Джена, пылая яростью и разминая кулаки. — Совсем офигели так ворота открывать! Ладно мы, а если бы люди?! Знаете, это чувство, когда ты видишь что-то невероятно прекрасное, что весь кошмар, творящийся вокруг, просто блекнет и теряет значимость? Так именно это сейчас ощущал всем своим существом Таиширо. Открыв рот и широко раскрыв глаза, он смотрел на освещённую желтым светом фонаря Джену, словно на божество. Ветер красиво развивал её каштановые растрепанные волосы, яркие глаза с вызовом и яростью смотрели на противника, губы красиво растягивались в самых страшных ругательствах, пышная грудь вздымалась от агрессивного дыхания, а по-женски крепкие руки сжались в кулаки. И хоть её лицо было исцарапано и перепачкано в пыли, парень мог поклясться, что это самое красивое лицо в мире. — Дааа, вот это женщина, — мечтательно проговорил Таиширо. Тайра оставила возмущение и ругательства подруге, помогая подняться Селти, у которой были сбиты в кровь колени и локти. Утерев свой левый глаз от залившей крови с разбитого лба, Бакуго сурово осмотрела поле боя и немного удивилась знакомым лицам. Парни мгновенно оказались перед подругами, стоя лицом к злодею и готовые защищать. Шота обернулся и встретился с серьезным взглядом Тайры, на миг поразившись отсутствию испуга и наличию готовность к бою. — Помощь нужна? — её холодный голос дает парню некую уверенность и возвращает боевой дух. — Не помешает. Сможешь его взорвать? — тем же голосом ответил он. — Смогу. Но у меня сил хватит на один мощный взрыв. Так что его нужно обездвижить, — Бакуго встала между ребятами, чтобы не орать свой план на всю улицу. — Я его могу в земле похоронить! — злобно и с безумной улыбкой рявкнула Тенери, тоже вставая рядом. — Мы после тренировки. Ты там вымоталась. Слишком рискованно в твоём состоянии биться во всю, — осадила её Тайра, одарив серьёзным взглядом. Ямада обернулся к своей возлюбленной и скрипнул зубами от злости. Он прекрасно понимал, что сейчас ей вообще в битву вступать нельзя: она вымотана и ослабла. После этого Селти не сможет встать с кровати целый день. — Родная, ты как? — одарив её сочувствующим взглядом, быстро спросил он. — Нормально. Готова к бою! — в хриплом слабом голосе было столько уверенности, что Ямада пожалел о своих мыслях о её не боеспособности. — А ты? — Я в норме, — бодро ответил он. Таиширо тоже не отказал себе в удовольствии обратиться к покорительнице его сердца. В близи она показалась ему ещё красивее, чем с далека. — Меня зовут Таиширо, а вас? –быстро спросил он, ухмыльнувшись. — Джена. Но оставим разговоры на потом. Сейчас нужно закатать этого урода в асфальт! — задорно оскалилась Джена, вставая в стойку. Злодей воспользовался временным замешательством противника и сожрал прилетевшие в него ворота, увеличиваясь в размере и утробно рыча. — Народ, встаньте плотнее. У меня есть простой план. Он может сработать, — серьезно и холодно проговорила Тайра, чуть потянув Шоту за рукав. Сумасшедший густой торнадо из лепестков кружил вокруг головы злодея, попадая ему в глаза и нос. Тот ругался, фырчал, рычал, яростно махал руками, стараясь отогнать лепестки, которые закрыли ему обзор. Он стал мотаться из стороны в сторону, топая большими ногами по асфальту. Дождавшись, когда он встанет на одну ногу, под ним словно молнии пробежали под Шота и Хизаши с лентой в руках и сделали ему подсечку. Джена топнула ногой, сильным толчком земли бросая Таиширо во врага. Тот мощным ударом в пузо свалил злодея на спину с громким грохотом и облаком пыли. Парень отскочил назад, с широкой улыбкой наблюдая за новой напарницей. Джена с задорной ухмылкой подпрыгнула ближе, вытянула вперёд руки, ладонями вверх, словно мысленно вытягивала асфальт, и мощные оковы из асфальта быстро окольцевали конечности, тело и шею злодея. Тенери довольно и безумно улыбнулась, покачнулась от сильной дрожи в теле и присела на колено. Таиширо подбежал к ней и присел рядом, говоря что-то подбадривающе-успокаивающее. Волкомордый заорал злобным отчаянным голосом, стараясь вырваться из крепких оков. Вихрь из лепестков отлетел от лица, позволяя злодею увидеть на фоне ночного звёздного неба стремительно летящую Тайру с довольной ухмылкой и занесенной для удара ладонью. — Сдохни! — гаркнула Бакуго. Мощный взрыв осветил улицу и заполонил дымом и грохотом. Девушка ловко отпрыгнула от монстра и приземлилась рядом с Дженой и Таиширо, судорожно выдыхая и держась за трясущиеся руки. Вихрь из лепестков закрутился между ними, даря приятную свежесть от сильного движения воздуха, и сформировался обратно в Селти. Сайлэнс присела рядом с ними и встретилась с их взглядом. У троих безумно сверкали глаза и было сбито дыхание. Тела сводило судорогой и дрожью. Хоть сражение было не затяжным, но они чувствовали отвратительную усталость, головокружение и помутнение в глазах после длительной тренировки. — Мы его уделали, — пропыхтела Тайра, улыбаясь и полностью садясь на шершавый асфальт. — Ну, ясень пень! Тут и ежу понятно было, — довольно ухмыльнулась Джена, ложась спиной на дорогу и глубоко выдыхая. Пока парни разговаривали с наставником, а полиция связывала злодея, подруги переползли на тротуар к стене какого-то дома. Ветер приятно обдувал красные и разгоряченные лица. Холодная каминная стена дарила яркую прохладу, остужая спины. Тайра чувствовала, как глухо и болезненно пульсируют её руки выше запястья, а в голове за весь день было пусто. Вообще никаких мыслей и тревог. Просто пустота. Джена ощущала себя горячим асфальтом, по которому добросовестно медленно проехался каток. Всё тело пробивала невероятная дрожь, а каждая мышца отдавала тупой болью. В голове в прекрасном магическом свете возникала кровать с белой свежей простыней, нежной подушкой и большим мягким одеялом. Кровать, словно русалка, манила к себе чарующим голосом и грациозно взмахивала кончиками одеяла. Селти ощущала ужасный голод, зверский. После этого боя, она походила на скелет туго обтянутый белоснежной кожей. При свете фонаря были прекрасно видны четкие очертания костей. А постучав пальцами по бетону, можно было услышать отчетливый стук, слово пластмассой бьешь по твердому. Одежда висела, как на палке. Раны на коленях и локтях отвратительно ныли и пекли. — Мне кажется, что сейчас мы похожи на трёх бухих бомжей, чем на героев, — вяло произнесла Джена, вытирая пот со лба. — А почему бухих? — повернула голову к ней Тайра. — А почему бомжей? — просипела своим слабым голосом Селти. — Фуу. Вы задаёте слишком много вопросов, — устало пробурчала Тенери, насупившись. — Хоть мы никогда не пили, но мне кажется, что наше состояние немного схоже с похмельем. Мы слабо говорим, у нас болит голова, тело трясёт как в лихорадке, и я хочу есть и пить. А на бомжей мы смахиваем, потому что мы в грязной рваной одежде, будто с боем у собак отобрали. Мы чумазые и растрёпанные, словно мы у этих собак ночевали два дня. Я выгляжу так, словно от кротов сбежала из-под земли. Ты, Тайра, будто за бочку с огнем держалась несколько часов. А Селти вообще отощала как Кощей Бессмертный. Селти, от собак подальше ходи, а то загрызут и закопают под крыльцом. А ещё меня бесит, когда я потная! Хочется содрать с себя кожу и сжечь её! Бесит! А ещё … — Мы тебя поняли, — махнула рукой Бакуго, щуря глаза от света фонаря. — Хватит запугивать Селти. Сейчас мы немного отдохнём и пойдем домой, есть, пить и спать. А самое главное… Она переглянулась с подругами. — Душ! — хором сказало трио. — Джена, я смотрю, у тебя появился кавалер, — усмехнулась Селти, повернув голову. — Да, да. Я тоже заметила. Вы хорошо сработались, и он к тебе первый подбежал, — Тайра смогла тыкнуть пальцем в бок подруги. Джена густо покраснела и перевела взгляд на высокую мускулистую фигуру парня, что слушал своего наставника. В темноте было сложно увидеть его внешность, но голос и боевая решительность привлекали девушку. — Какой кавалер? Нужно с ним пообщаться, — уклончиво ответила Тенери, густо краснея и смущенно улыбаясь. — А чего щечки зарумянились? — с хитрой усмешкой проговорила Тайра. — Ничего подобного! Это вообще из-за драки! — принялась защищаться Джена и контратаковала. — Да и вообще, он только имя моё узнал, а ты и Айзава так близко деретесь на тренировках и валите друг друга на землю, что скоро поцелуетесь уже! — Да, в прошлый раз, он тебя так к земле прижал и низко опустился, я думала будет поцелуй! Это было бы так мило! — поддержала Селти, мечтательно улыбаясь. — Так, закрыли тему! Я и Шота друзья! И ничего более! — фыркнула Тайра, порозовев. — Ага, ага, — саркастически протянула Джена, расплываясь в довольной победной улыбке. — Это сражение, как дополнительная тренировка перед фестивалем, — подняла палец вверх Бакуго. — Только мне кажется, я завтра встать не смогу. — Полностью согласна. У меня тело от тренировки ещё не отошло, а тут, блин, этот злодюга ещё дверью нас вышиб. Ты, вообще, как умудрилась силовое поле создать до того, как упали? — Сама в шоке. Оно как-то само, — пожала плечами блондинка. — У тебя классная реакция. Я никак не могу отточить такую, только после тренировки она у меня очень притупляется, — проговорила Сайлэнс, вздохнув. — Селти, не прибедняйся. У тебя офигенная реакция! — уверенно сказала Тайра. — Но после длительного использования причудой, она действительно сильно притупляется. Нужно, чтобы у тебя был сильный напарник. — Для этого есть мы! — гордо вздёрнула подбородок Джена. — Да. Вы всегда прикроете мне спину, — усмехнулась Селти и с благодарностью и лаской посмотрел на своих подруг. — Зачем говорить «прикрою спину»? Лучше прикрывать перед, там важные части, — философски подметила Тенери. Девушки заливисто засмеялись, а потом синхронно шикнули от пронзившей животы боли. — Джена, блин, не смеши, зараза! — через смех и боль, выдавила из себя Тайра. — А я что? Не смейтесь тогда! — улыбаясь и держась за живот, прыснула Джена. — Просто ты, когда философствуешь: всегда смешно, — пояснила Селти, дрожа от смеха. Новая волна смеха, а затем боли накрыла подруг. Хизаши первым подлетел к тройке, точнее к Селти. Он взял её за руку, с ужасом ощущая через её кожу твердость кости и как двигаются мелкие суставы. Поцеловав ладонь и приложив к своей щеке, Ямада придвинулся ближе, склонился к ней и нежно поцеловал в лоб. Девушка, смущаясь, слабой рукой погладила его по голове. Парень смог пропустить руку за её спиной и, обняв за плечо, прижал к себе. — Милая, ты как? — тихо, что совсем несвойственно такому шумному парню, на ухо спросил он, с нескрываемым беспокойством рассматривая её лицо. — Очень есть хочу и домой, — прошелестела Селти и, положив голову ему на плечо, слабо улыбнулась. — Зайдем в магазин, я куплю тебе много еды и поедем домой. Кто из родных дома? — заботливо шептал Ямада, поглаживая её по острой скуле и целуя в макушку через каждые два слова. На эту картину Тайра и Джена смотрели с умилением и искренней радостью за свою подругу. Это так романтично. Дальше подошли Шота, Тайширо и прогерой. Это был среднего роста мужчина с торчащими вверх тёмными волосами и пронзительным взглядом. Геройский костюм был скрыт длинным чёрным плащом. Айзава окинул взглядом всех и остановился на лихорадочно горящих алых глазах Тайры. — Мои стажеры рассказали, что это вы помогли им победить злодея. Спасибо за помощь. Герои должны помогать друг другу. У вас отличные причуды и вы слаженно их комбинируете. Это прекрасная командная работа. Скоро спортивный фестиваль, я буду там и посмотрю лично, на что способна ваша тройка… — Убойное трио, — не стесняясь, поправила Джена с довольным видом. Герой усмехнулся и кивнул. — Я посмотрю на вас, убойное трио. И если что, то я не против взять вас к себе. Сотриголове, Сущему Мику и Жирножвачу не помешает иметь напарников с ударными и силовыми причудами. А также, Хизаши сказал, что среди вас есть сенсер? — Да. Наша Селти, — кивнула в сторону подруги Тайра, гордо улыбаясь. — Идеально подходит для слежки, шпионажа и разведки. Наши глаза и уши в бою. — Это прекрасно. Ещё раз спасибо, что помогли моим стажерам. Я могу вас отвезти, если хотите. — Джена, я могу провести, — вызвался Тайширо, выступив вперёд. — Я бы с радостью с тобой сейчас прогулялась, но я едва ли могу ходить. Поэтому я лучше поеду, — виновато улыбнулась Джена. Бакуго не дал сказать Шота, огорошив её своей фразой, которую и сам не ожидал. — Я провожу, — уверенный и серьёзный тон. Хизаши, посадив Селти к себе на спину, попрощался с ребятами и устремился вверх по улице, о чём-то увлечённо рассказывая. Джену и Тайширо увёз прогерой. Полиция забрала злодея. И тёмный переулок в миг затих и опустел. Остались только Тайра и Шота. Друзья двинулись по улице вверх и завернули направо. Тут горели фонари и было больше людей. Ветер немного утих и вальяжной походкой проходил по тротуару, шоркая листьями. Невидимой рукой трепал волосы людей и щипал за уши. Шота, поправляя перчатки на руках, мельком посмотрел на Тайру. Она выглядела уставшей и её тело пробивала мелкая дрожь. Жёлтый свет фонарей освещал её исцарапанное лицо, сбитые локти и колени. За этот день, она много раз использовала причуду. Но Шота отметил, что несмотря на усталость, Тайра не отказалась помочь в битве, да и в удар вложила максимум допустимой силы. Из кофейни рядом шёл аппетитный запах выпечки, от чего желудок девушки затребовал поесть, так как одного мороженного ему было мало. Бакуго прижала одну дрожащую руку к животу и покраснела, украдкой покосившись на друга. Есть хотелось ужасно. В мыслях она ставила мясо по-французски на стол и яростно «хомячила». — Подожди меня тут, — попросил Шота, посмотрев на неё. — Я в аптеку зайду. Она через дорогу. Встретимся здесь, ладно? — Тайра кивнула на вывеску красного креста. — Хорошо. Давай.

Полчаса спустя.

— Больно! — шикнула Бакуго, дернув головой в сторону. — Не дергайся и терпи! — строго приказал Айзава, хмуря брови. Он ещё раз провёл мокрой от перекиси ватой по её царапине на щеке, но девушка снова шикнула и отстранилась. Чертыхнувшись про себя, Шота взял пальцами её подбородок и приблизил лицо к себе. Второй рукой он осторожно проводил по алым царапинам. — Щипет! Дуй! Шота, дуй! Щипеет! — взмолилась Тайра, жмурясь от неприятной боли. (От автора: правильное слово — щиплет, но тут написано с ошибкой для эффекта. Спасибо за понимание) Сотриголова тяжело вздохнул, сравнивая её с ребёнком, немного наклонился и начал дуть на царапины. От этого стало немного легче, поэтому девушка мужественно продолжила терпеть и наблюдать за всем одним глазом. Лицо её «врача» было максимально сосредоточенным и серьёзным, будто не царапинки дезинфицировал, а проводил операцию на головном мозге. Брови нахмурены, глаза внимательно следят за процессом. На переносице у него тоже была царапина, только неглубокая. Убрав ватку, Шота достал из пакетика небольшой пластырь и быстрым аккуратным движением заклеил царапины на переносице и на щеке. — Остался лоб, — цокнул языком Айзава, рассматривая более широкую царапину. Снова намочив ватку перекисью, он стал осторожно проводить по ране. Ощущение, что рану будто прижгли, заставили Тайру недовольно шикнуть и резко дернуться назад. Шота чертыхнулся про себя, едва не попав ей в глаз. — Не рыпайся, бестолочь! Я мог тебе в глаз попасть! — возмутился он, нахмурившись. — Оно даже не печёт, а жжёт так, будто ты мне раскалённым прутом там ковыряешь! И почему ты не дуешь! Мне же больно! — фырчала Тайра, отстраняясь от него. Айзава снова чертыхнулся про себя, резко сел на против фонаря, чтобы свет падал ему на колени. — Ложись! — приказал он. — Ага, щас! Вспотеешь ждать! — пробурчала Бакуго. Сотриголова схватил её за запястье и потянул на себя. Уложив голову к себе на колени, он при таком освещении прекрасно видел рану. Кровь, залившая пол лба, висок и бровь, уже засохла, а царапина в виде вытянутого равнобедренного треугольника тянулась одним углом от брови и расширялась к волосам. Встретившись с её недовольным взглядом, он усмехнулся. Её лечат тут, на колени кладут, как с ребенком возятся, а она ещё и фырчит, как ёж. Намочив новую вату, Шота с максимальной осторожностью провёл по царапине и подул, чтобы «дорогой принцессе» не щипало, видите ли. Пока одна рука обрабатывала ранения, вторая легла выше груди у девичьей шеи и немного сжимала плечо, успокаивая. Тайра ухватилась за эту руку, словно утопающий за спасательное бревно, и когда рана шипела, слегка притопывала ногами. Потом Шота приложил свежую вату к ране и прикрепил двумя длинными пластырями крест-накрест. — С лицом я закончил. Вставай, — словно строгий врач, продиктовал он. — Угу, — Тайра приняла сидячее положение. — Теперь, дай я тебе локоть обработаю.  — Моя очередь тебя лечить, — Тайра хотела воинственно встать, но сильная рука надавила ей на плечо, вынуждая сесть обратно. — Сиди. Я не закончил. У меня всего царапина на носу, а у тебя локти в крови. Заражение хочешь получить, дурёха? — строгим голосом говорил Айзава. — Повернись ко мне спиной и выпрями руку. — Да ладно тебе. Всего лишь царапина, чего её. — Что ты сказала? — прошипел Шота и, используя причуду, сверкнул алыми глазами. — Что слышал! — буркнула Тайра, насупившись.

Через пять минут упорной борьбы.

— Шота, а тебе обязательно сидеть на мне? — пробубнила в жесткие ленты-оружия Сотриголовы девушка, шипя от покалывающей боли в локте. — По-хорошему с тобой не получается. Буду по-плохому, — невозмутимо ответил Шота, сидя на её спине и ватой с перекисью обрабатывая красные раны на локтях. — Ты между прочим тяжёлый! — фыркнула Тайра. — Ты кабан! — Я выше тебя: естественно я и тяжелее буду, дурёха, — в голосе появилась насмешка. — И тебе нужно привыкать к тому, что я всегда сверху. — Ага, ага. Вспотеешь ждать! Вообще на нашей последней тренировке я дважды тебя победила и повалила на лопатки! — продолжала бурчать Бакуго, повернув голову. — Ты так хотела меня победить, что я поддался, — нагло усмехнулся парень, закончив с левым локтем. — Что?! Ах ты, ж… Щиплющая боль не дала сорваться ругательству с её губ. Тайра зашипела и начала активное сопротивление, ёрзая по земле. Шота устало выдохнул и слез с неё. Девушка быстро встала и принялась выкручиваться, чтобы подуть на рану. За этой «девушкой-недозмией» Айзава наблюдал с лёгкой улыбкой. Вот так всегда. Если ей враг хоть руку сломает — она не пикнет, а когда Шота ей раны обрабатывает, то пищит и вырывается, как дитя малое. — Подойди ко мне, я подую, — снисходительно на неё посмотрев, проговорил он и поманил рукой. Тайра посмотрела на него недоверчивым ворчливым взглядом, но подошла, села спиной и вытянула руку. Шота взял её руку выше запястья и подул на рану, немного остужая. — Легче? — тихо спросил он в перерывах. — Да. Спасибо, — Тайра кивнула и подняла глаза на небо. — Шота? — М? — парень подтащил к себе пакет с медикаментами и вытащил бинт. — Ты в звёздах разбираешься? — тихий и детский вопрос. — Нет, — Айзава принялся осторожно заматывать левый локоть. — Если будет больно, скажи. А ты? — Немного. Вот, например, над нами созвездие скорпиона. Твой знак, — девушка подняла свободную руку вверх. — А рядом мой. Весы. Видишь? Шота завязал бантик на бинте левого локтя и, дотронувшись до правого, поднял голову вверх. Глаза стали хаотично бегать по сверкающим холодным звёздам, стараясь найти, куда показывала подруга. — Не видишь, — усмехнулась Тайра и немного откинулась на него, положив голову на плечо. — Следим за пальцем. Вон. Яркая звезда, что над нами это Антарес, это его сердце. А вон те группки звёзд поменьше — это его клешни. Те три звезды — поднятый хвост. Вон та звезда — это голова. Теперь видишь? Придерживая её выше локтей, Шота пытался понять направление её пальца. С объяснениями стало немного понятнее. Девушка всё ещё дрожала от перенапряжения за этот день, но виду не подавала. А ещё Айзава отметил, что несмотря на прохладный вечер, у неё очень теплая кожа, словно после солнечной ванны. — Вроде да. А твоё как выглядит? — незаметно для себя и подруги, он положил подбородок ей на макушку. — Вон оно. Рядом совсем. Видишь, там красная звезда? — Ну? — стараясь проследить за её пальцем, уверенно проговорил Шота. — От неё вверх ещё одна. И между ними, немного впереди ещё одна. Они в виде треугольника. А от него отходят две кривые линии. Это и есть мой знак. Видишь, даже на небе наши знаки дружат. Ты, кстати, веришь в гороскопы? — Тайра опустила руку на живот. — Да. Верю. А ты? — его голос потеплел и стал тише. — И я. Классная и интересная шутка, — с улыбкой ответила девушка и закинула ногу на ногу. — Дай я тебе второй локоть забинтую. Чтоб ты симметричная ходила, — усмехнулся Айзава, немного отстраняя её за плечи. — Я так хорошо легла. Так удобно, — обиженно протянула Тайра, всё же отстраняясь. — Забинтую и потом обратно ляжешь, — улыбнулся парень. — Ловлю на слове, — задорно щелкнула пальцами Бакуго. Пока Шота осторожно перевязывал ей локоть, девушка наблюдала за ним, склонив голову. Опять серьезный и сосредоточенный. Растрепанные чёрные волосы, полуприкрытые уставшие глаза, поджатые обветренные губы. Он тоже за сегодня вымотался. Наверняка, очень хочет есть и спать, а всё равно сидит с ней и бинтует ей раны и ещё про звёзды слушает. Терпеливый…. На его пальцах при свете фонаря она видела мелкие царапины от коготков его котенка, которого они вместе спасли из-под дождя. Добрый…. Поучает её и даёт наставления, отчитывает и тычет пальцем в лоб, если она накосячит. Умный… Всегда сосредоточен и серьёзен в бою. Ответственный… — Все, я закончил, — Шота убрал оставшийся бинт в пакет. — А ещё даже не начинала, — коварно проговорила Тайра и потянулась к пакету. — Давай, я теперь буду тебя лечить, Сотриголова. — Я же сказал, что это просто царапина, — пробурчал парень, наблюдая, как подруга забавно копошиться в пакете, словно кот. — Возражения не приниматься! — Я сказал: нет! — Шота, не вынуждай меня пользоваться твоим способом! — наигранно–угрожающе протянула Бакуго. — Нет. Ты меня не завалишь! — самодовольно хмыкнул Айзава. — Подсечки — это подло! — рычал Шота, лежа на спине и смотря на сидящую на нём девушку, что бедрами держала его торс, не позволяя встать. — Молчите, пациент, — победно улыбалась Тайра, смачивая вату перекисью. — Боже, как хорошо, что ты не стала врачом. Ты этим поступком спасла миллионы жизней, — съехидничал Айзава, недовольно хмурясь. — Ой, ой. Не язви! А то дуть тебе не буду, — пригрозила девушка. — А я терпеливый, в отличии от тебя, — не унимался он, усмехаясь. Тайра с ваткой в руке, посмотрела на него с выражением лица: «Ну, да. Ну да. Посмотрим.». Немного наклонившись, она принялась с максимальной осторожностью промачивать царапины. Парень мужественно терпел, лишь плотно стиснутые губы выдавали, что ему неприятно. — Эй, не ёрзай! — раздражённо фыркнула девушка. Взяв за подбородок, она не давала ему вертеть головой. Шота наблюдал за её лицом, вглядывался в тёмно-красные омуты глаз, скользил взглядом по пластырю на переносице, по закусанной пышной нижней губе, и снова возвращался к глазам. Ей на лицо спадало несколько светлых прядей, придавая хулигански-детский образ. Она слишком близко… — Подуй, — вздохнув, прошептал Айзава. — Что? Наш терпеливый Сотриголова не выносит «щип-щип»? — расплываясь в довольной улыбке, словно Чеширский кот, промурчала Тайра. — Просто сделай это, — тихо попросил он, нервно глотнув и шумно выдохнув. — Ладно. Потерпи немного. Бакуго наклонилась немного и стала слегка дуть на царапины, которые промачивала перекисью. Ранки стали шипеть, покрываясь белой пенкой. Лёгкий холодный воздух немного заглушал эту мелкую боль. Шота завороженно смотрел на неё полуприкрытыми глазами. Ещё никогда он никого так близко к себе не подпускал. Да, у него были раньше отношения на втором курсе. Но продлились они недолго, всего каких-то три месяца, а потом девушке надоела его постоянная угрюмость и усталость, и она ушла, оставив после себя лишь короткое сообщение. Тайра же полная противоположность. Упрямая, решительная, принципиальная, смелая и при этом может стать до невозможности беспечной и по-детски доверчивой. Хотя нет. Не так. Она непредсказуема. У неё много тайн. У неё идеальный самоконтроль. Она не позволяет эмоциям брать вверх, она может повысить голос, не от того, что её взбесили, а потому что так посчитает нужным. Она, словно, интуитивно знает, когда нужно использовать в решении важных вопросов голову, а когда сердце. Тайра интересная личность. С ней было приятно работать, общаться или же просто молчать. Шота за четыре месяца неосознанно для себя, быстро к ней привык. Её присутствие рядом стало как само собой разумеющееся. Будь то столовая, коридор или улица. Он, ощущая, что она где-то рядом, чувствовал странное спокойствие и уверенность. Шота искал её светлую макушку в толпе постоянно, непроизвольно. Даже на патрулировании с прогероями его глаза искали её и реагировали на любую блондинку в надежде, что это она. Тайра убрала ватку и стала аккуратно наклеивать пластыри ему на лицо, невесомо касаясь его кожи теплыми кончиками пальцев. Шоте это напомнило, когда маленький котенок своими мягкими подушечками лапок пробегает по лицу. Так нежно и невесомо, но от этого по всему телу растекается приятное тепло. — Последний штрих! — тихо и таинственно прошелестела Бакуго, наклеивая последний пластырь ему на переносицу. — Всё. Теперь ты красавчик. — Почему у меня ощущение, что у меня всё лицо в пластырях? — хмыкнул парень с легкой улыбкой смотря на своего «врача». — Нууу. Я немного увлеклась. Ты можешь дома всё снять, кроме носа и правой щеки. Там более глубокие, — ухмыльнулась Тайра и слезла с пациента. — Есть хочешь? — кивнул на свой пакет из булочной Айзава, наблюдая как девушка погладила себя по животу. — Я думал, что оглохну от твоего урчания. — Неужели так громко? — Бакуго обернулась к нему и стыдливо посмотрела. — Ну, не оглушительно конечно, но мне кажется, у тебя там умирает кит, — расплылся в своей неподражаемой и фирменной улыбке. (От автора: все вспоминаем ослепительную улыбочку Айзавы-сенсея из момента, когда он сказал, что все ребята едут в тренировочный летний лагерь) Тайра недовольно на него смотрела около секунды, а потом тоже расплылась в довольной улыбке и подавила смешок в кулаке. Как можно злиться на человека, который так смешно, искренне и довольно улыбается при свете фонаря и звёзд? Правильно, никак. Его улыбку нельзя назвать голливудской, но от неё девушке хотелось улыбаться и смеяться над его шутками. Шота не был заядлым шутником, как, например, Хизаши, но его сарказм, харизма и тонкий юмор иногда заставляли Тайру тихо биться от распирающего смеха. Как такое вообще возможно? Это просто какой-то талант. Если бы её попросили описать его одним словом, то она бы сказала: «Невероятный». — А что там у тебя? — прищурившись, Бакуго подкралась к другу. — Садись, — Айзава сел по-турецки, придвинул ближе к себе пакетик и вытащил влажные салфетки и небольшой судочек. Девушка присела и, нечаянно коснувшись его пальцев своими, при этом вызвав у него небольшое смущение, взяла салфетки и небольшую коробочку. Вытерев руки и убрав использованную салфетку в карман, она открыла судочек. — Это же…это…блинчики с шоколадом! Боже! Я не помню, когда я их ела в последний раз! — восторженно смотря на угощение, радостно тараторила Тайра. — Спасибо, Шота! Айзава сравнил её с ребёнком, которому подарили долгожданную игрушку. Она искренни радовалась простым блинчикам. Ему показалось, что в рубиновых глазах загорелись огоньки, похожие на бенгальские. Её лицо словно стало светлее, как и всё вокруг. Как можно быть такой солнечной ночью? — Я знал, что ты их любишь, поэтому решил отблагодарить тебя этим, — как-то глухо произнес Шота, вытерев руки влажной салфеткой, и потянулся к своему судочку. — Отблагодарить? — Бакуго впала в ступор и с непониманием посмотрела на друга, приподняв бровь. — Ты помогла мне, Хизаши и Тайширо одолеть злодея, хотя ты вымотанная после тренировки, и была на пределе, — обыденным тоном ответил Айзава, вытаскивая данго из своей коробочки. — Ах, это. Мы же отлично постарались. Кстати, мы реально неплохая команда! — широко улыбнулась Тайра, откусывая свой блинчик с шоколадом и пачкая уголки губ. — Что скажешь? Шота замер с данго у приоткрытого рта, завороженно смотря на неё расширенными глазами. Ветер слегка развивал растрепанные светлые волосы, впутывая в них ночную тьму. Свет фонаря освещал исцарапанное лицо с искренней яркой, словно солнце, улыбкой, от которой перехватило дыхание и по всему телу прошелся электрический разряд. Слишком…слишком красивая. Не осознавая, что он вообще делает, Айзава немного придвинулся ближе и медленно, словно боясь спугнуть, протянул к ней руку, приподнял указательным пальцем острый подбородок и большим медленно вытер девичьи немного пышные губы от шоколада. — Я думаю, мы сработаемся, — хриплым шёпотом проговорил он. Время замерло. Шумный город остался где-то за спящими кронами деревьев. Ветер, словно тихий и любопытный наблюдатель, осторожно гулял рядом с ними, ероша траву и задевая волосы, впутывая свежесть вечера и аромат недалеко дремлющей сакуры. Гранатовые искрящиеся глаза видели только чёрные, затягивающие, словно зачарованная топь. В этих тёплых приятных омутах хотелось тонуть бесконечно и никогда не выбираться: там слишком хорошо. Казалось, что замерло сердце, последние мысли покинули разум, пропало земное притяжение, сладкая нега разливается по всему телу, от чего невозможно было сдвинуться с места. Шота придвинулся, соприкасаясь с ней лбом и сокращая расстояние. Он чувствует, как она прерывисто дышит ему в губы горячим воздухом, от неё слегка пахнет шоколадом и исходит приятное тепло, словно от кошки. Если бы его спросили: «А вы тонули когда-то в человеке?», он бы раньше ответил: «Что за чушь? В человеке нельзя тонуть: он не море». Сейчас он мог тихо и уверенно сказать: «Я хочу в ней раствориться!» Рука медленно переползает с подбородка, обжигающе плавно скользит по скуле и осторожно ласково зарывается в светлых немного влажных на затылке волосах. Полуприкрытые глаза отражают в себе ночное небо, и напоминают тёмную гладь озера, в которой Шота добровольно навечно утонул. — Шери! Джими! — крикнул кто-то. Земля немного задрожала от топота. Из кустов на поляну выбежали два здоровенных дога и понеслись на ребят. Реакция что у Айзавы, что у Бакуго превосходная. Оба успевают схватить вещи и откатиться в разные стороны за секунду до столкновения с собаками. Тайра резко вскидывает руку и накрывает псов силовыми полями. Девушка окинула беспокойным взглядом Шоту, тот ей кивнул в знак, что всё нормально. Ребята настороженно встали и отряхнулись. На поляну выбегает грузный мужчина в спортивном костюме. Он остановился, пытаясь нормализировать дыхание, и осмотрел поляну. Встретившись с недовольным взглядом Шоты: до собачника дошло, что псы видимо помешали чему-то чрезвычайно важному. Но по девушке нельзя было ничего сказать: она невозмутимо смотрела на собак, держа их под силовыми полями. — Почему ваши псы без намордников и поводков? — с холодом спросил Айзава, прожигая ледяным взглядом «обломщика» и мысленно называя его самыми страшными ругательствами, какие только знал. — А если бы на людей напали? — Они были на поводках, просто вырвались и побежали! — испуганно протараторил мужичок, побледнев от такого взгляда. — Забирайте своих красавцев, — кивнула на собак Тайра, миролюбиво улыбаясь. — С…спасибо, — мужик под испепеляющим взглядом чёрных глаза поспешил к питомцам. Когда эта сногсшибательная тройка скрылась за кустами, студенты переглянулись. — Не люблю собак, — пробурчал Шота. — В который раз убеждаюсь, что кошки лучше. Тайра на это лишь улыбнулась и похлопала друга по плечу. — Как, кстати, поживает наш спасённый древолаз? — Нормально. Пока спит и ест. Растёт, — мягко усмехнулся Айзава. Внезапный телефонный звонок из кармана Тайры заполонил всю поляну. Девушка поспешила принять вызов. Даже Шота слышал, как Мицуки кричала и требовала дочь немедленно отправиться домой. Он усмехнулся тому, как Тайра забавно бледнеет и говорит, что скоро придёт. Почему-то, когда она была на практике, и он отчитывал её по телефону, Шота был уверен, что у неё было именно такое лицо. Отключив телефон, Бакуго виновато посмотрела на друга. — Извини, мне пора уже домой. Мама бес…волнуется. — Пойдем, провожу. Они шли по тихой улочке, освещенную фонарями. До дома Тайры оставалось ещё немного. Из окн домов уютно горел свет и доносились разговоры и звуки телевизоров. Сразу на душе становиться тепло и приятно. Шота посмотрел на Тайру. Спокойная, умиротворённая и с легкой улыбкой на губах. Волосы, с тонущим в них светом фонарей, слегка покачиваются при ходьбе и длинные ресницы бросают острые маленькие тени на щеки. Руки сжимали в руках пакетик с судочком. Кстати, о руках… — Давно хотел спросить, — обыденным тоном начал Шота, смотря на дорогу. Тайра выжидающе посмотрела на него, уже предполагая, о чём он хочет спросить. — Почему ты носишь в академии утяжелители? — он посмотрел ей в глаза. С минуту Бакуго колебалась говорить или же нет, но учитывая, что проверку она прошла и теперь самый обычный студент, то рассказать можно. Айзава выслушав её краткий рассказ, сначала удивился, а потом нахмурился. Воспитывалась и обучалась злодеями в течении четырех лет? Вот откуда у неё настолько отработанная техника. На тренировках он не раз замечал, что большинство её движений предназначены для быстрого смертельного удара. Будь они врагами, Тайра, голыми руками или имея нож, прищучила бы его за минуту. Даже вспоминая последнюю тренировку, та техника и комбинация ударов в настоящем бою позволила бы девушке сломать ему руку в трех местах и вывернуть шею до жуткого хруста, если не треска. Она постоянно сдерживается и контролирует себя. Тайра чётко знает границы и меру. Причуда — это лишь дополнительное оружие, которым она умело и профессионально пользуется. Тайра — оружие. Пройдя проверку, она показала. Что ей действительно можно доверять, что она применяет причуду во благо, и «Шайдур» в её жизни всего лишь пройденный этап, но ни как что-то божественное. Но это было давно. Она уже как шесть лет дома. Души не чает в младшем брате, готовая отдать за него жизнь, если потребуется. Хочет стать героем и старательно учиться в академии. Чётко выполняла указания сенсея и показывала прекрасное поведение. От неё невозможно ожидать какой-то угрозы для мира. Этот «Шайдур» сам воспитал себе палача, умелого и опасного. Тайра может учитывать чье-то мнение, но следовать будет только своему пути. — То есть, ты будешь биться во всю? — с фирменной улыбкой протянул Айзава. — Да. Покажу всем на что я способна! — с восторженной воинственностью сказала Тайра, поднимая вверх кулак. Вот она: уверенная и отважная Тайра Бакуго, какую он давно ждал увидеть. Её глаза горят, а улыбка ослепительна. Она — ядерный взрыв, начинающий набирать силу и готовое ослепить всех своим ярким и опасным светом. — Я уверен, что ты справишься! — уже мягче улыбнулся Шота и потрепал её по волосам.

Спустя два часа.

Шота лежал у себя в кровати в полной темноте и смотрел в потолок. Чёрные волосы разметались по белой подушке. Он поднял руку, которой стирал шоколад с девичьих губ, к потолку и попытался её разглядеть. — Я её … Тайра, отрешенно смотря в потолок, одной рукой поглаживала волосы Кацуки, сладко сопящего под боком, а пальцами второй касалась своих губ. — Он меня… — Чуть ли… — Не поцеловал…