Лепестки сакуры в твоих волосах

Теплые лучи апрельского солнца пробираюстся через маленькие щёлки между занавесками. Из приоткрытого окна доносятся звуки уже пробудившегося города, свежий морской ветерок приносит прохладу в помещение, где неохотно разлепляя свои глаза, Фёдор нехотя встает с кровати, идёт к компьютеру и включает его, готовясь провести очередной день в трудах. Но к его удивлению ничего не включается. /может пробки вырубило?/, подумал Достоевский, и приоткрыв свою скрипучую дверь, зашагал по темному коридору, ведущему на первый этаж, где располагалась общая кухня и сам рубильник. На кухне никого не было, что конечно удивило Федора, но он решил не отвлекаться на это. Вскоре заветный механизм был найден. Переключив несколько рычажков, Достоевский понял, что света нет. - Дос-кун, свет отключили ещё 2 часа назад. - Раздался голос позади Федора. От неожиданности Достоевский вздрогнул, но ответил вполне спокойным тоном: - Я уже это понял, Николай, и да, не могли бы вы больше не подкрадываться так внезапно. - Мне было интересно посмотреть на твою реакцию, жаль, что её не было. - Сказал грустным голосом Гоголь. Спустя какое-то время молчания, Достоевский его нарушил: - А где собственно Александр и Гончаров? - Они отправились в магазин, закупить продуктов, но меня с собой не взяли, сказали, что я им буду только мешать( - Как ни крути, я с ними соглашусь. - Ну Дос-ку-ун! - Николай обижено надул щёки и отвернулся. - Ладно тебе, никто ведь не виноват в том, что у тебя такой характер. Достоевский вздохнул и захлопнул крышку с проводами и кнопками. - Николай, а ты, позволь спросить, уже написал тот отчёт о котором я тебе говорил? - А...эм..я... Понял, не дурак - Протороторил Гоголь и помчался к себе в кабинет, ибо он не хотел злить Достоевского, который очень страшен в гневе. Другой же в свою очередь тяжело вздохнул и заварив себе чашечку чая, который обычно ему делает Иван, отправился в свою комнату. Т.к. свет отключили, то компьютер не работал, поэтому, чтобы не терять зря время, Фёдор решил заняться обучением японскому языку, потому что говорил он на нём не совсем хорошо. Спустя примерно пару часов, у Достоевского уже глаза от усталости слипались, но он продолжал сидеть и зубрить, как неожиданно в воздухе появилась рука в красной перчатке, а следом за ней и другая. Они начали тыкать Федора в щёки - Дос-кун, мне скучно, поиграй со мной, ну Дос-ку-ун. - Николай, я занят. То, что у тебя больше нет работы, не значит, что ты можешь мешать другим. Сухо ответил Достоевский. - Ну Дос-ку-ун, тебе тоже нужно сделать перерыв, давай погуляем, на улице такая прекрасная погода! Достоевский нехотя повернул голову в сторону окна и поразмыслив несколько секунд согласился. -Ура! Мы с Дос-куном пойдём на прогулку! Чур, пойдём в парк, там как раз цветёт сакура! Достоевский немного прищурил глаза из-за слишком громкого восхищения Николая. Вскоре две руки пропали, так же как и неожиданно появились. Достоевский отложил книгу в сторону и направился к выходу. Ушанку с плащом он решил не одевать, ведь на улице было и без того тепло. Шагая по скрипящей лестнице, было слышно, что кроме его шагов раздавались суетливые, быстрые шаги Гоголя. Спустившись на первый этаж, Достоевский стал ждать самого инициатора его прогулки. Вскоре он появился, тоже без плаща,ведь апрель месяц на дворе. - Ну что, Дос-кун, пошли в парк! - Пошли.- Сухо ответил Достоевский. По нему было видно, что он не особо горел желанием выходить из дома, однако понимал, что подышать воздухом стоит. Они шли по оживлённым улицам Йокогамы, заполненными людьми, торопившихся куда-то, рекламщиками, раздающими листовки, детьми, бегающими друг за другом... Гоголь восхищался абсолютно всему, что видел, а Фёдор думал: /ей богу, как дитя малое/. - Ну, вот мы и пришли! - Воскликнул Гоголь. -Пошли найдём место, где можно посмотреть на цветение! Гоголь схватил Достоевского за руку и побежал, в то время, как Федор старался не отставать от него. - Вот, прекрасное место, что скажешь, Дос-кун? - Ага. Ответил Достоевский старая восстановить дыхание после непредвиденной пробежки. Они легли под деревом и начали наблюдать за нежно-розовыми лепестками, которые иногда колыхал ветер. И вот очередной порыв сорвал несколько лепестков, и они плавно начали опускаться вниз, застревая в волосах Гоголя. Они упал ему на нос, от чего Николай немного прикрыл глаза, всё так же продолжая улыбаться. Неожиданно он почувствоват, что чья-то холодная рука убрала лепесток с его лица. Он посмотрел на обладателя руки. На лице Федора сияла легкая улыбка, а сам он продолжал убирать лепестки из белоснежных волос Гоголя. Оба немного покраснели, однако никто не собирался останавливать друг друга. Внезапно Гоголь почувствовал, мягкие губы на своих. Это был поцелуй полный нежности и любви, на который Николай ответил с той же любовью. Когда воздуха стало не хватать, они отстранились друг от друга, оба слегка покрасневшие. Остаток дня они провели не проронив ни слова, в объятиях, и, видимо, никто больше не спешил домой, где уже снова включился свет.