In the dark

- Уф! Вот это метель разыгралась! – воскликнула Эллен, стряхнув с себя хлопья снега. – Хорошо, что ты успел долететь, - обратилась она к сыну и обняла. Объятия были не такими жаркими, как в аэропорту, когда женщина увидела сына, спустя долгое время разлуки, но все же теплое и Майкл, наконец, осознал, что он дома. Пахло выпечкой, которую превосходно готовила мама, и какими-то специями. В коридоре по-прежнему висели семейные фотографии и его школьные грамоты. Прошло почти полтора года с тех пор, как Майкл поступил в Северо-Западный университет и был дома в последний раз. И на то была своя причина, одна единственная, которая вышла из кухни. Светлые волосы Джо были слегка растрепаны и испачканы в муке, на щеке так же красовался небольшой остаток белой порошкообразной массы. Она была одета в растянутые спортивные штаны и домашнюю футболку. Но даже столь нелепый наряд делал ее безумно милой и привлекательной. - Ну, привет, мелочь, - как-то нервно поздоровался Майк, благо кроме Джозефины никто этого не заметил. Ее всегда раздражало это прозвище. Мелочь? Она давно ей перестала быть. Девушка выросла, расцвела, оформилась и уж кому как не Майклу об этом знать! А он об этом знал. В голове промелькнули события той ночи. Той самой, после которой молодой человек принял решение уехать от греха подальше, той, когда он позволил себе лишнего, той, когда он впервые поцеловал ее нежные пухлые губы. Девушка тоже все помнила. Помнила взгляд, в котором перемешались горечь и желание, помнила горячее дыхание на своей шее, помнила, как бешено стучали их сердца, как влажно он целовал ее шею и, как в момент, когда ее майка оказалась на полу, он отшатнулся, пробормотал что-то невнятное и вышел из комнаты, оставив ее одну. Помнила, как разбилось ее сердце в тот день, когда Майкл сказал, что хочет поступать в Северо-Западный и уехать от сюда. Помнила, сколько ночей она не спала и плакала, ей казалось, что для него она как сестра, которой никогда не была по крови, и это было лишь минутное помутнение. Она тешила себя надеждами, что все то, что было между ними, все эти взгляды, прикосновения с его стороны что-то значили, а потом… Потом он уехал, даже не поговорив. Он не объяснил, почему вдруг резко принял такое решение, почему решил бросить все, и, как ей казалось, в первую очередь ее саму, и уехать. Сердце Майкла предательски сжалось, при виде грустных голубых глаз. Сердце Джо пропустило пару ударов, а дыхание сперло. Все это время она провела в каком-то вакууме, стараясь делать вид, что живет, но на самом деле она существовала. В то же время он, пытался забыться в учебе, а после в алкоголе, вечеринках, других девчонках. Ему даже казалось, что когда он начала встречаться с Тарой несколько месяцев назад, чувства к Джо утихли, но он ошибался. - Я не мелочь, но все равно привет, - Джозефине пришлось выдавить из себя улыбку, чтобы Эллен и Джейкоб ничего не заметили. А они и не замечали, так сильно радовались приезду сына. - Где твоя комната, надеюсь, еще помнишь? – мистер Бишоп подмигнул сыну, и тот пошел относить чемоданы.

***

Обед выдался не плохим. Он был очень вкусным, и Майкл не упускал возможности похвалить и маму и Джо за вкусное горячее и десерт. А вот Джозефине, словно кусок в горло не лез, она то и дело ковыряла вилкой в своей тарелке и отмахивалась, что плохо себя чувствует. После миссис Бишоп отправила Джо немного подышать воздухом, а та и не сопротивлялась. Схватила куртку и вышла на задний двор. Спустя пару минут, к ней присоединился Майкл, и воздух между молодыми людьми накалился до предела. Они молчали, и это молчание очень давило на обоих. - А ты научилась готовить, - колко заметил молодой человек и достал пачку сигарет. - С Эллен у меня не было других вариантов, - блондинка отвечала как можно равнодушнее. И пусть она не смотрела в сторону своего собеседника, краем глаза она видела, как длинные тонкие пальцы держали сигарету, а тонкие губы выпускали дым. – Дашь затяжку? – она, наконец, обернулась, и их взгляды пересеклись. Майкл посмотрел осуждающе, как делал это раньше, когда включал «старшего брата», но спорить особо не стал, протянув сигарету. Их пальцы соприкоснулись всего на считанные секунды, и по телу Джозефины побежали мурашки. - Думал, ты бросила. - Я стараюсь не курить при твоих родителях, - Майклу вовсе не нравился равнодушный тон девушки. – Они и так много для меня сделали, - сделав пару затяжек, Джо вернула сигарету. Майкл не знал, что сказать или спросить, но он знал, что молчание убивает их обоих, поэтому тишина была совсем не к месту. - Значит, ты решила не поступать в этом году? – Джо лишь пожала плечами. – Почему? - Я достаточно висела на шее у твоих родителей, они много для меня сделали, не хватало еще, чтобы образование легло на их плечи. - Ты не висела на их шее, - грубо поправил ее Майкл. - Не то, чтобы я так думаю, но… они поступили благородно, не дав попасть мне в детский дом после смерти родителей, и всю оставшуюся жизнь я буду им благодарна, но мне не хочется пользоваться их добродушием в плане учебы. Я сама с этим справлюсь. Эта черта всегда раздражала Майкла. Джозефина думала, что после гибели родителей, все ее жалеют, поэтому самостоятельность зашкаливала. В школе, когда девушка только перевелась туда и местные акулы ее задирали, она старалась справиться со всем этим сама. И даже когда блондинка просила Майка лишний раз не размахивать кулаками в попытках защитить ее от различных насмешек, он все равно не оставлял их. Она всегда казалась ему такой хрупкой и ранимой, словно хрустальная ваза, которую можно разбить одним неосторожным движением. - Опять ты за свое, - он осуждающе покачал головой. - Нет, это ты за свое, - грубо рявкнула блондинка. – Выключай старшего брата, Майкл, мне уже не четырнадцать, - буквально выплюнув эти слова, Джо скрылась за дверью, оставляя молодого человека наедине со своими мыслями. А подумать ему было над чем. Говорят словом можно убить. Именно так. Пусть, это было не убийство, но глубокое ножевое однозначно.

***

Вечер, когда родители отправились в ресторан с друзьями, Майкл и Джозефина проводили раздельно. Она, не желая спускаться, читала книгу, он, обдумывая все свои мысли и чувства, не желал подниматься наверх. Пока что. Из мыслей молодого человека вырвал телефонный звонок. Это была Тара, о которой он совершенно забыл, как только самолет приземлился в «Международном аэропорту Филадельфии». Подумав какое-то время, Майк все же ответил на звонок, нехотя. Тара рассказала ему о том, как прошел ее день с родителями в Миссури, о том, как рада была встретиться с подругами и прочей девчачьей ерунде, которая была не особо интересна молодому человеку в данный момент. В конечном итоге, его отвлекли шаги Джозефины, которая спустилась за апельсиновым соком и чем-нибудь вредным, вроде начос. - Я перезвоню, - буркнул он в трубку и сбросил, не дожидаясь ответа на том конце телефона. – Ты сказала сегодня, что я включаю старшего брата, - он сидел в кресле и смотрел на блондинку, которая остановилась рядом, едва тот заговорил, снизу вверх. - Так и есть, - Джо старалась избегать подобного разговора. Она вообще старалась избегать любого разговора с Майклом, ведь ей казалось, что в определенный момент она не выдержит и выскажет ему все, что накипело. Все, с чем он оставил ее тут, все, что думала на счет той ночи и полного игнора с его стороны последующие дни вплоть до отъезда. Она боялась, что не сдержится и признается в своих чувствах, а в ответ не услышит ничего или, еще хуже, услышит, что ее любят как «младшую сестру». Но сейчас, глядя в карие, словно шоколад, глаза, она могла прочитать в них беспокойство, что несомненно цепляло и ее саму. - Хочешь сказать, той ночью я тоже включил старшего брата? – вопрос застал Джозефину врасплох. Откуда-то появился неприятный ком в горле. Она посмотрела на молодого человека и ее сердце больно кольнуло. Этот вопрос – удар ниже пояса. - Ты перепил, полез целоваться, а затем понял, что я твоя приемная младшая сестра и между нами ничего быть не может, кроме «подобного статуса» и все. Конец истории, - каждое слово, сказанное девушкой, далось ей с трудом. Напускное безразличие улетучивалось с каждой секундой все быстрее и быстрее. - Ах, то есть это так называется? – не выдержав, Майкл вскочил с кресла. Теперь он был выше девушки, намного, и казался в разы больше. У него была спортивная подкачанная фигура, а Джо была худенькая, если не тощая на чей-то взгляд, девчушка. – То есть то, что я в тот вечер практически не пил, тебе не смутило? - Откуда я знаю, пил ты или не пил? Я не следила за тобой и мысли твои читать не умею! - А спросить ты не пробовала? – голос молодого человека слегка повысился. - А поговорить ты не пробовал? – Джо ответила с такой же высокой интонацией. – В любом случае, Бишоп, уже поздно о чем-либо говорить. Очередная словесная рана, как удар поддых. Слова эхом отозвались в голове. Заметив замешательство на лице Майкла, Джозефина решила ускользнуть в свою комнату. - Нет, нет, - услышала она позади такой родной и до боли любимый голос. Пусть сейчас Майк был в бешенстве, и он даже не пытался скрыть своей интонации, каждый раз, когда Джозефина слышала его голос – она сходила с ума. – Мы поговорим, - следом за блондинкой, молодой человек, словно ураган, влетел в ее комнату. - Вообще-то это моя территория. - А мне плевать, мы поговорим. То есть ты хочешь сказать, что все это время я считал тебя своей сестрой и чувства у меня к тебе чисто братско-сестренские были? – его глаза наливались кровью, а вена на шее заметно пульсировала. Она всегда пульсировала слишком отчетливо, когда Майк злился. – То есть то, что я всегда за тебя заступался, всегда старался проводить время с тобой и, черт возьми, успокаивал тебя, когда ты ночами в истерике просыпалась от кошмаров – это тоже братско-сестринское проявление любви?! - А то, что ты сбежал в ту ночь, это что тогда было? Какая муха тебя укусила, что ты взял и просто так ушел? Извини меня, я перед тобой была, практически, в чем мать родила! У меня даже в какой-то момент комплексы появились, может это со мной что не так? Может грудь маленькая? Может, я не умею целоваться или сделала что-то не то? - Тебе не было еще и восемнадцати, Джо! – они уже и не заметили, как оба перешли на крик. Это нужно было обоим. Выговориться, спустя столько времени, высказать все то, что так долго выворачивало душу на изнанку. – А кто-то из нас двоих должен был включить голову! Или что я должен был сказать родителям? Мам, пап, я трахнул Джо, да, ту самую, которую я знаю, чуть ли не с пеленок, которая моя приемная сестра и дочь твоего лучшего друга, пап. Так что ли? Думаешь, мне все равно было? Я поэтому и уехал, потому что не хотел портить тебе жизнь. Тебе и без меня не сладко было! После этих слов для Джозефины все стало так просто и ясно. Она сама не поняла почему, но ей показалось, что она услышала все, что хотела услышать. Поэтому ни минуты не сомневаясь, блондинка подошла к молодому человеку и со словами: «К черту все!», впилась в его губы своими. Она решила, что о правильности своих действий подумает завтра. Майкл сперва опешил от подобного жеста, но сопротивляться не стал. Наоборот, прижал к себе девушку как можно крепче, будто она туман на рассвете, и в любой момент исчезнет. Ее руки цеплялись за ткань футболки, а его крепко сжимали осиную талию. Поцелуй был жарким, властным, страстным. В нем были все те чувства, которые молодые люди так долго держали в себе. Руки блуждали по разгоряченной коже, опаляя ее еще сильнее. Ловким движением, молодой человек снял с Джозефины майку и швырнул ее на кровать, следом полетела его футболка. Несмотря на то, что свет пробивался едва заметно с улицы, и в комнате было темно, блондинка все равно попыталась прикрыть рукой оголенную грудь от смущения. Но Майкл не позволил этого сделать. Он перехватил руки девушки одной рукой, а второй коснулся груди. Она была маленькая и аккуратная. По коже Джо бегали мурашки, а соски стали твердыми от возбуждения. - Не закрывайся, - выдохнул молодой человек в губы блондинки. Его пальцы то сжимали грудь, то пощипывали соски. И это было приятной пыткой. Губы Майкла медленно начали спускаться вниз, сначала к шее, ключицам, груди. Слегка укусив девушку за сосок, он перешел к животу. Встал на колени и принялся расстегивать молнию на джинсовых шортах. - Майк, - прохрипела она. – У меня… Майкл посмотрел на девушку снизу вверх, слегка обеспокоенно. - Ты девственница? – он был удивлен и немного польщен. - Не совсем, - заметив, как брови молодого человека приподнялись от удивления, она попыталась разъяснить. – В смысле, у меня было это всего один раз, и это было не самое мое лучшее воспоминание. Конечно, слова девушки несколько задели Майкла, но время думать об этом было не самым подходящим. - Я буду очень аккуратен, - прошептал он, все еще глядя на нее снизу вверх, при этом стягивая шорты, а вместе с ними и нижнее белье блондинки. – И хочу, чтобы ты расслабилась и доверилась мне. Она кивнула. Кровь в жилах как будто кипела, а глядя на то, как ее раздевал молодой человек, так медленно и нежно, мышцы внизу живота приятно сводило в некий узел. Джозефина сделала шаг назад и почувствовала, что упирается в кровать. Руки Майкла легли на бедра девушки, и он слегка подтолкнул ее, чтобы та оказалась на кровати. Затем вновь подтолкнул, заставляя принять горизонтальное положение, а сам медленно развел ноги девушки в стороны. Джо смотрела на Майкла с легкой опаской, для нее подобное было впервые, но при этом жадный взгляд парня и все его движения возбуждали до невозможности. А когда его губы и язык коснулись самого сокровенного места на теле, она негромко простонала. Молодой человек ласкал лоно девушки медленно, целуя, посасывая, а, почувствовав, еще больше влаги, ускорился, продолжая свою сладостную пытку, добавив при этом сперва один, а затем и второй палец. Джо выгибалась, извивалась, словно в бреду, шептала его имя, и это заводило обоих еще больше. - Ложись нормально, - прошептал Майк, когда понял, что долго он не протянет. Слишком сильно он хотел эту девушку. Он достал презерватив из кармана и навис над блондинкой. Фольга прошуршала и упала куда-то на пол. С толикой страха, Джо посмотрела на возбужденную плоть парня. Ее первый раз был не таким. Она вообще мало что помнила, разве что это было больно и на пьяную голову. Сейчас же ей хотелось изучить каждый сантиметр его тела, видеть каждую деталь, каждое его действие. И пускай это было пошло, неловко, плевать, она хотела его. Хотела так сильно, до дрожи в коленках. – Не гарантирую, что больно не будет. Если что – говори, я остановлюсь. - Я не хочу, чтобы ты останавливался, - прошептала, распухшими от поцелуя губами, Джо. Это послужило сигналом, и Майк вошел в девушку, чуть резче, чем хотелось бы. Блондинка прошипела. Было больно, но терпимо. – Все хорошо, продолжай, - сказала она, когда болезненные ощущения стихли. Движения Майка были осторожными, а когда Джозефина перестала морщить нос, он начал наращивать темп. Несколько глубоких толчков заставили Джо ухватиться за простынь и смять ее, но не от боли, а от удовольствия. Будучи где-то там, за пределами реальности, она выкрикнула имя Майкла, и молодой человек, сделав еще несколько толчков, кончил и без сил лег рядом. Его голова покоилась на плече блондинки, дыхание все еще обжигало кожу. - И что будет дальше? – спросила девушка, когда дыхание наконец восстановилось. Сейчас, когда возбуждение утихло, ей стало немного стыдно. - Я поговорю с родителями, а в следующем году ты поступишь в универ, желательно в мой или поблизости, - Майкл нежно поцеловал плечо Джозефины. – А теперь, давай спать.

***

Майкл не любил долго спать, поэтому встал довольно таки рано. Он бесшумно вышел из комнаты, чтобы не разбудить ни Джо, ни своих родителей. Молодой человек спустился на кухню, чтобы попить воды, и застал отца, читающего утреннюю газету. - Доброе утро, - сонным голосом Майк поприветствовал отца. - Где ты был? – его тон был слишком серьезным. - Спал. - Но не в своей комнате, - констатировал Джейкоб и отложил газету. – Твой телефон с самого утра разрывался от звонков, я отнес его в твою спальню, но тебя там не обнаружил. Майкл понял, что откладывать разговор не имеет смысла, да и не хотелось вовсе. Этой ночью им с Джо все стало ясно, так что родителям рано или поздно пришлось бы узнать. - Я был в комнате Джо, - ответил молодой человек. Он решительно посмотрел в глаза отца. Тот глубоко выдохнул и покачал головой. - Майкл, в детстве, мне казалось, что ты относишься к Джози как к сестре. - Я никогда не воспринимал ее как сестру, пап, - воздух в комнате заметно наэлектризовался, напряжение между мужчинами возрастало. - Она дочь моего лучшего друга! И я дал клятву о ней заботиться! – Джейкоб повысил голос на сына. - И я ее не обижу, папа. Я люблю ее, - ответ Майкла поверг мужчину в легкий шок. Однако, он не мог не отметить, что слова сына, его взгляд и мимика, указывают на серьезность его намерений. - Мы еще вернемся к этому разговору, - Джейкоб устало потер переносицу. - Тут не к чему возвращаться, пап. Я люблю ее. Точка. И я буду с ней, нравится тебе это или нет.