Если бы

Знаете, а ведь всего год назад его жизнь была прекрасна. Крыша над головой, друзья, что-то наподобие семьи и место, куда можно вернуться. А сейчас он медленно поднимается по лестнице какого-то грязного борделя, идя вслед за человеком, который дал лучшую сумму. Клиент доходит до нужной двери, отпирает её и первым заходит внутрь. Пройдя несколько шагов, он делает жест рукой, приглашая Вэй Ина зайти. Бывшему заклинателю ничего не остаётся делать, кроме как проследовать за ним. Как только дверь захлопывается его тянут за длинные волосы, связанные красной лентой, вынужденная тем самым встать на колени. Клиент, переместив руку с волос на затылок, вдавливает его лицо в область своего паха. Немного отстранившись, Вэй Усянь принялся развязывать пояс, распахивая верхние ханьфу, проводя рукой по ткани нижних штанов, касаясь возбужденной плоти. Он взялся развязывать ленту, что удерживала штаны на бедрах. Ткань соскользнула вниз, являя адепту достаточно широкий и короткий член. Одной рукой придерживая его член у основания, Вэй Ин припал губами к крупной головке. Разомкнув губы, он вобрал член почти наполовину, затем почти полностью выпустил его изо рта и заглотил полностью. Так, что его губы коснулись пальцев, что были у основания. За этот год, год животного существования, он научился ублажать клиентов так, как не смогла бы ни одна женщина. Он был полностью уверен в своих способностях, но почему-то этот клиент снова схватил его за волосы и потянул от себя. — Ох, Господину что-то не понравилось? — наигранно обиженно спросил Вэй Усянь. Мужчина лишь цокнул языком и потянул юноши наверх, заставляя встать на ноги.  — Раздевайся. Иди на кровать — холодно бросил он. — Как будет угодно Господину — сказал Вэй Ин, стягивая с себя верхние одежды, кокетливо ведя уже обнаженным плечом. Обойдя кровать, он скинул нижние штаны, сел на нее голой задницей и начал стягивать с себя сапоги. Видя на себе голодный и жаждущий взгляд клиента, заклинатель принял горизонтальное положение, перевернулся на живот, подминая под себя подушку, и поднял бедра. Заведя руку за спину он вел в себя сразу два пальца, начиная трахать себя ими. Почувствовав, как прогибается под чужом весом кровать, которую вряд ли хоть кто-то использовал для сна, Вэй Усянь ощутил противные мурашки. Клиент схватил его за руку, заставляя вытащить пальцы, на которые он только что насаживался. К тому месту, где только что прикасались его собственные руки, он почувствовал нечто разительно отличающиеся. Резкое проникновения не принесло адепту ничего, кроме уже привычного чувства заполненности. Зажмурив глаза, он плотнее прижал к себе подушку — так ему было чуть легче. Процесс не приносил ни удовольствия, ни дискомфорта. О каком дискомфорте может идти речь, если ему для выживания необходимо заниматься этим несколько раз в день? А места для удовольствия вообще не осталось в жизни бедного парня. Редко какой-то из господ думал о ком-то кроме себя, еще реже они попадали по простате или ласкали тело Вэй Ина, а впрочем, это было даже лучше. Каждый день все новые лица, которых он не вспомнит уже через час. Чем меньше ты помнишь, тем меньше это вызывает отвращения, отвращения к самому себе. Для вида адепту было необходимо подмахивать бедрами и наигранно пошло стонать, тем самым увеличивая вероятность того, что клиент придет в бордель снова. К счастью для Вэй Усяня, этот процесс обычно не занимал много времени. Дойдя до разрядки, господин отстранился, поправил нижние штаны, затянул пояс на своём ханьфу, выложил несколько монет и перед самым выходом пренебрежительно бросил: — Можешь остаться здесь ненадолго, комната арендована на час. Оставшись в полном одиночестве, Вэй Ин свернулся комочком, поджав под себя ноги и задрожал всем телом, его начал бить озноб, зубы стучали, а сердце колотилось, как бешеное. Накрывшись одеялом, он обнял себя руками, стараясь абстрагироваться от этого жестокого мира и безысходности. Невольно в его памяти всплыли воспоминания о прежней жизни. Пребывание в ордене Юньмэн Цзян, как в детстве они с Цзян Чэном собирали лотосы, как учились стрелять из лука, как им подарили первое оружие. Как после очередной тренировки Цзян Яньли приносила освежающий суп из корня лотоса. Да даже те 3 месяца, которые он провел в Гусу, были не так уж и плохи. Люди, общающиеся с тобой, как на равных, удобная кровать, пускай и не самая вкусная, но постоянная еда. Но какие бы теплые воспоминания ни лелеял Вэй Усянь об этом месте, он всем сердцем жалел, что тогда согласился на ту поездку. Если бы не эта поездка, если бы не его проказы и желание позлить Лань Чжаня, если бы не всё это, то сейчас ему бы не пришлось раздвигать ноги. Если бы не всё это, то человек, заменивший родителей, был бы жив. Если бы не всё это, то его золотое ядро было бы цело, он мог бы стать великим заклинателем, бывать на ночных охотах, он… Стояла прекрасная погода, тишина Облачных Глубин приятно звенела в ушах. Лёгкий ветерок изредка игрался с колокольчиками. Молодые наследники и приглашённые адепты тихо вели праздные разговоры, вся округа была пропитана спокойствием. Ну, почти. На площади два старших адепта под присмотром учителя пороли третьего. За его шалости парнишке полагалось тридцать ударов. Больше половины были уже получены. По спине Вэй Усяня разливалось неприятное жжение. Этот день был бы не таким уж и плохим, если бы не тот факт, что Вэй Усянь простоит на коленях до прибытия Цзян Фэнмяня. Тот должен приехать сегодня, но когда сегодня - никто не знал. Он мог прямо сейчас проходить через главные ворота Гусу, а мог прибыть поздно ночью. И какой бы промежуток времени ни прошёл, юный заклинатель должен стоять на коленях. Не просто пребывать в одном положении: он стоял на смеси мелких камней и песка, отчего ощущения были просто ужасны. Он нес свое наказание уже достаточно долгое время, его колени саднили из-за впивающихся в кожу песчинок и мелких камушков. Его мышцы скручивал спазм, который накладывался на онемевшие конечности и вызывал адскую боль. Находясь на грани своих сил, Вэй Ин наконец услышал тихие, практически невесомые шаги и шуршание ткани. Звук шёл со стороны спины, но провинившийся не имел права повернуться. — Дядя Цзян, это Вы? — тихо спросил Вэй Усянь. Ответа на его вопрос не последовало, лишь шорох одеяний и тихий лязг камней. Звуки шагов приблизились вплотную и к спине прикоснулись. Вэй Ин уже хотел подорваться с места, но по всему его телу начала пульсировать энергия. Этот кто-то передаёт ему свои духовные силы. Благодаря этому боль в коленях спала, а судороги вообще прекратились. — Я по гроб жизни буду Вам обязан, о мой спаситель, спасибо Вам за помощь — разлился в благодарностях Вэй Усянь. Интерес к персоне, что скрывалась у него за спиной, был не просто большим, а огромным. — Или мой спаситель настолько скромен и благочестив, что делает это бескорыстно? И снова ответа не последовало, лишь звенящая тишина. — Господин спаситель, вы точно не Цзян Чэн, он бы не стал помогать, а лишний раз прочитал нотацию. Вы не Не Хуайсан, так как у него самого мало духовных сил, чтобы делиться с кем нибудь. И все так же ответа не было. Сегодня удача была на стороне Вэй Ина. Внезапно поднявшийся сильный ветер заставил взметнуться чёрные, словно смоль, волосы и край лобной ленты. Естественно, что это не укрылось от взгляда мученика. Только Вэй Ин собирался развернуться, чтобы наконец понять, кто стоит за его спиной, как его окликнули. Чуть развернув голову, он увидел главу клана Цзян. — Дядя, наконец-то вы приехали, — Вэй Усянь резко подскочил, быстро подошёл и склонился в учтивом поклоне. — Да-да, путь сюда был долгим, ты долго ждал? — Цзян Фэнмянь положил руку на плечо адепта. -Тут был один хороший человек, но, видимо, он хотел остаться инкогнито — отшутился Вэй Ин. — Понятно, у тебя есть вещи, которые ты бы хотел забрать с собой? — поинтересоваться Цзян Фэнмянь. — Нет, но я бы хотел попрощаться — сказал юноша. -Хорошо, - только и сказал мужчина. Они направились в сторону комнат, выделенных приглашеным адептам. Идя по дороге из гладких и плоских камней, в тени раскидистых деревьев, которые не уступают в возрасте самым старым жителям поднебесной, они почти не говорили. В Облачных глубинах, как впрочем и всегда, было тихо, но эта тишина нисколько не удручала, лишь дарила ощущение спокойствия и умиротворения. Вскоре у них на пути стали все чаще появляться как юные адепты, так и более опытные заклинатели, которые учтиво кланялись главе другого клана. Через несколько минут они дошли до места, где их уже поджидал Лань Цижэнь, который, как и подобает обычаям Гу Су, учтиво поприветствовал мужчину. Но он все же бросил недовольный взгляд на Вэй Усяня. -Глава клана, рад что вы лично почтили нас своим присутствием. -Не стоит, все же это из-за моего сына в вашем ордене неспокойно. — так же вежливо ответил Цзян Фэнмянь. —Не окажете ли честь выпить со мной чашку чая, тем более я хотел бы поговорить с вами о вашем «сыне», - старик особенно ярко подчеркнул последнее слово. — Конечно, как я могу отказать самому именитому учителю. — сказав это, он опустил руку на голову Вэй Ина, —Иди, закончи свои дела -обернулся и чуть тише добавил мужчина, следуя за Лань Цижэнем. В ответ он получил лишь короткий кивок. Добравшись до своих покоев, юноша сунул пару безделушек в рукав и намеревался покинуть помещение, но в последний момент обернулся и прошелся по комнате взглядом. Как бы ни не хотелось это признавать, но все же Вэй Усянь будет скучать по этому месту. Бросив напоследок печальный взгляд, он все же вышел. Выйдя из покоев, юноша направился к учебным павильонам, ведь он точно знал, где искать своих друзей. Пока Вэй Ин шел по знакомым местам он предался ностальгии, хоть время обучения было невероятно скучным, оно таило в себе несказанное количество приятных воспоминаний. Дойдя до места назначения, Вэй Усянь встретил Не Хуайсана. — Я пришел попрощаться, мы отбиваем уже скоро. — сказал адепт в чёрных одеждах. — Без тебя тут будет скучно и слишком тихо. —Я знаю, но уже ничего поделать нельзя, Цзян Фэнмянь уже приехал, чтобы забрать меня — пожал плечами парень. — А почему ты тут? — спросил второй молодой господин ордена Не. -Я не думал, что ты обо мне такого плохого мнения. Я пришел попрощаться с тобой и Цзян Чэном, кстати, где он? — Я ничего такого не имел в виду. — Не Хуайсан раскрыл свой веер и нервно обмахнулся. — А куда пропал Цзян-сюн, я понятия не имею — Вот же, а еще говорят, что я единственный негодник, — Вэй Ин изобразил лицо, полное негодования. — Когда я в последний раз видел его, он намеревался поздороваться с отцом. На это заявление Вэй Усянь усмехнулся, развернулся и уже собирался уходить, как со спины к нему прижался Не Хуайсан. Он лишь чуть-чуть уступал ему в росте, дыхание пробежалось по шее друга. -Береги себя, хорошо? — уже шепотом добавил адепт и отстранился. — Я и не собирался ничего такого делать.