В тишине ночи, с кинжалом...

«Когда-нибудь эта голова на тебя упадёт» Кэнлин сидит с дядей Бэнлином в его гостиной. Он уже несколько минут безотрывно пилит взглядом висящую над любимым дядиным креслом голову минотавра. Наверно, тяжёлая. Дядя смеётся. Говорит, что голова приделана так крепко, что не упала ни разу с того раза, как была повешена. Одной лишь ухмылкой Кэнлин выражает сомнение; дядя решает доказать свою правоту. За незаметной дверью на втором этаже он показывает крепление. Довольно прочное, но если бы кто-то постарался… Бэнлин начинает кашлять. Старость подбрасывает ему болезни, но нажитое состояние обеспечивает лучших врачей. Громм предлагает Кэнлину уйти: дядюшка не позволит себе сам выпроводить племянника и лечь отдыхать. Впрочем, то и лучше. Кэнлин сам хотел уйти. Наступает ночь. Кэнлин спускается в подвал своего дома, запирается. Нельзя, чтобы кто-то лишний случайно забрёл сюда. Эльф достаёт свой экземпляр запрещённой книги. Проверяет, всё ли готово. Да, всё. «Милосердная матушка, пошли мне своё дитя…» Из тени выходит человек – а человек ли? – в чёрной робе. Шёпотом, чтобы никто не подслушал, Кэнлин доносит свою просьбу в мельчайших подробностях. Мешочек с восемью сотнями септимов сделает ему дорогу к богатству. Уже завтра утром автором из «Вороного курьера» будут написаны сладкие для Кэнлина строки: «Причиной смерти Брэнлина, престарелого благородного эльфа из Брумы, стала ненадежность одной конструкции…»